Вспять

      — О чём Вы думаете? — спросил Танджиро, слегка хмурясь от повисших в воздухе эмоций и сырости, прокрадывающейся с дождливой улицы. Томиока открыл рот, собираясь что-то сказать, но осёкся, снова устремляя взгляд в пол. Тогда Камадо, не дождавшись ответа, осторожно продолжил, — У меня очень острый нюх. Не знаю, может быть, я и ошибаюсь… Но от Вас исходит такой запах, будто Вы в чём-то себя вините.       Таинственная и напрягающая тишина пугала парня, начинающего понимать, что его предположения верны, что Гию и вправду корит себя в чём-то.       — Ты же не истребитель, да? — вдруг спросил Гию, всё также смотря в пол, в место, где недавно вычерчивал что-то по дереву.       — А… Ага, — подтвердил Танджиро.       — Хорошо.       Камадо был готов ответить почти на любые вопросы, питая надежду, что мужчина не уводит разговор на другую тему. Парень хотел помочь ему чем-либо, пусть то даже обычный разговор. Танджиро знал, что малейшие движения, мимика, тон голоса и слова могут кардинально изменить настроение. Даже те объятия, тепло которых юноша до сих пор ощущал на своих плечах, смогли тронуть мальчишку до глубины души, заставляя пересмотреть свой выбор одинокой и безлюдной жизни, передумать на счёт своего мировоззрения. Поэтому Камадо, желая чуточку облегчить ношу Томиоки — а с его работой она наверняка немаленькая — строго следил за своим поведением, неосознанно выпрямляя спину и складывая руки в замок, не замечая, как со стороны он сейчас выглядит довольно смешно. Особенно с его непонятным выражением лица, корчащимся от улыбки до угрюмой серьёзности — он не мог понять, что выглядит более подходяще к данной ситуации.       — И твою семью, ты думаешь, убил демон, — проговорил Гию, снова склоняя голову вниз и слегка зарываясь рукой в свои волосы, — это точно?       — Угу, — Танджиро энергично закивал в ответ. Он продолжал надеяться помочь этим Томиоке в его размышлениях, стараясь говорить всё безошибочно. — Но не совсем, — лицо Томиоки посерьёзнело, он, переставая чесать и ерошить голову, внимательно слушал Танджиро, казалось, выпадая из этого мира вовсе. — Моя младшая сестра… —Камадо свёл брови к переносице, — Её убил кто-то другой.       Пока юноша сомневался в том, стоит ли вдаваться в подробности, как ему отсекли запястье, и предполагать, что Незуко стала демоном, Томиока прервал их диалог, поднимаясь на ноги и направляясь к двери.       — Да, я чувствую себя виноватым, — сказал он прежде, чем Танджиро успел что-либо спросить. — Просто слишком много невинных людей умирают и страдают. Не бери в голову.       Последняя фраза глубоко задела парня, выбивая все слова из мыслей и на секунду заставляя забыть как дышать. Гию вышел в коридор, бросая напоследок короткое «Ложись спать». Что ж, Камадо хотел помочь, но, видимо, Томиока этого не хочет.