Недоизбранные

Они бежали дальше, потеряли счёт дням... за ними следовал холод, та страшно холодная зима, обрушиваясь на места, которые пробегали волки. Рейзор на удивление наверно всех молчал всю дорогу, не ныл и не лез со своей большой дружбой на всю жизнь. Может, всё-таки, способен чему-то учиться? Или всё схоже с тем разом, когда Цумэ потрепал его? Яснее станет в будущем, решил бурый волк, а пока можно жить спокойно, вновь верить в себя и остальных. Кроме странной собаки, да. Им пришлось сделать остановку в одной из деревень, где из жителей было раз, два и обчёлся. Вымирающая такая деревня с пустующими улочками и домами. Редко, где горел свет, ещё реже можно было кого-то встретить. Была тёмная, безлунная ночь, холодная, как и все предыдущие. Кида умудрилась где-то упасть в канаву и ушибиться. Потому волкам и пришлось остановиться здесь, потому что избранная отказывалась дальше идти, требовала отдых. Во избежание разборок Киба согласился, к тому же они и так давно не делали остановок, лишним не будет. Уже по традиции Хигэ ушёл воровать чего-нибудь перекусить, остальные нашли заброшенный домик, проникли туда и ждали рыжего волка. В этот раз Хигэ пообещал себе, что не будет делиться едой со всякими обзывающимися размазнями. Пусть сам себе пропитание ищет, умник такой. Волку снова повезло, еда была у него в пасти, он торопился назад раздавать пищу, ощущая себя властелином еды. Приятно. Наевшись, наши герои засобирались спать. Все настолько устали, из-за чего никто не начал никаких разборок или перепалок. Подобное удивляло Кибу – непривычно после всех ярких скандалов и стычек. Сопливому Рейзору пришлось спать голодным и обиженным. Хигэ так и не дал ему чего пожевать, напротив, слопал его порцию демонстративно и ушёл спать. Странный пёс только повздыхал, похныкал, назвал того злодеем и убрался спать. Но так просто он отставать не будет. Они ещё будут все его лучшими друзьями, он всё для этого сделает. Будет стараться, работать над собой. Всё ради великой цели. Пёс уже верил в Рай, хотя для Цумэ он всё же в него не верил, а просто притворялся, но делиться этими соображениями с серым волком как-то не хотелось – страшно, вдруг опять не так поймёт, покусает. Утро выдалось не намного теплее ночи, моросил противный дождик, грозя перейти в мокрый снег – настолько было холодно, зябко и противно. Хигэ скривился: сейчас бы на пляжек, под солнышко – греться в его лучах и радоваться жизни. Именно так в Раю он и поступит. Хигэ довольно лыбился, представляя себе это. На него посмотрела вчера ушибленная Кида, насупилась. – И чему ты так радуешься, а пухлик? Хигэ перестал улыбаться, посмотрел на избранную, покачал головой, но ничего не ответил. Не хотелось слушать вопли. А они бы были... Кида хмыкнула, пошла к выходу и заявила. – У меня всё прошло, я готова идти дальше! Вперёд! Это говорю вам я – избранная чистокровная волчица! – задрала нос и хвост, вышла на улицу медленно, будто красовалась. – Пф... – прокомментировал её уход Хигэ, глянул на Кибу. – Э... А ты уверен, что она избранная? Киба недоумевающе на него посмотрел – почему он спрашивает именно сейчас, когда и так понятно стало, что Кида кто угодно, но только не избранная. Белый волк ответил. – А ты считаешь, я принял её за избранную? Она всего лишь много о себе думает. – Тогда чего ты её взял? Киба сложил руки на груди. – Во-первых, привёл её ты, во-вторых, я наивно подумал, что это опасное и долгое путешествие научит её чему-то... той же скромности и осознанию, что она не всесильна. Хигэ возмутился. – Откуда я знал, братан, что она окажется такой? Надеюсь, нам осталось недолго страдать... – таки заставил себя улыбнуться. Тобоэ посмотрел на слабо улыбающегося Хигэ... Выходит, они с ним оказались в схожих ситуациях. Тут его передёрнуло, потому что он вспомнил, как Рейзор притягивает за уши что-нибудь общее с собеседником и вопит, будто они одинаковые и значит друзья до гроба. Нет, уж вести себя как странный пёс Тобоэ не будет, ещё не сдурел, чтобы до подобного опускаться. Он невольно посмотрела на вечно страдающего пса, тот как раз шмыгнул носом. К чудной собаке подошёл Цумэ и дал пинка. – Закройся ты уже. Достал своим мерзким носом, всю ночь спать не давал, слизняк. Рейзор пискнул что-то в ответ, потом издал своё коронное «эх», чем вызвал новое желание треснуть и побольнее. Во избежание проблем и синяков трёххвостый пёс бросился к выходу с воплями. – Спасите!! Эх... неадекваты всюду!! Обижают!! – Да зачем орать? Только внимание к себе нежелательное привлечь можем, – вздохнул Хигэ. – Скажите тогда спасибо этому ущербу, – хмуро отозвался серый волк. Полноватый парень насупился. – А ты его меньше трогай, чтобы сирена не срабатывала... Цумэ впился в того крайне недобрым взглядом, пока ничего не ответил на слова Хигэ. – Э... ну... Нам ведь бежать пора, – вмешался Тобоэ, желая предотвратить конфликт, усмехнулся. – Скорее, а то потом Киду не догоним. Она потеряется, заблудится, а мы мимо пробежим, – выскочил на улицу. Хигэ встрепенулся, метнулся за ним, следом побежал Киба, сверкнув янтарными глазами. – И к счастью, если заблудится и сгинет, – буркнул Цумэ и вышел из заброшенного дома последним. Через какое-то время вся стая снова была вместе, потому что избранная не ушла далеко, боялась одна, потому стояла и ждала остальных. Рейзор был возле неё, хлюпал носом и жаловался на Цумэ. Его не особо слушали, а в конце посмеялись над ним, назвав убожеством. Там прибежали волки, путь продолжился. Они уже почти покинули малонаселённую деревню, осталось пробежать последнюю улицу, когда им преградили путь. Откуда-то притащились собаки и теперь посмели возникнуть на пути у волков. Трудно было понять местные они или пришлые, все здоровые, злые, скалились. Было их тут с десяток, довольно крупная дворовая орава. Пять против десятерых, их в два раза больше, ведь Рейзор не в счёт, от него никакого проку. Судя по мордам псов – драки не избежать. Киба оскалился, другие волки последовали его примеру, Кида ещё и зарычала. Рейзор шмыгнул носом. – Эх... опять битва... Мне уже страшно... – думает уже прятаться за Тобоэ, тот опустил голову, скалил зубы. – А ну-ка пшли с нашей территории, бродяги! – рыкнул вожак, как стало теперь понятно местных псов. – Мы и так уходим, – отозвался Киба. – Уступите дорогу, и разойдёмся мирно. Однако собаки не сдвинулись с места, вожак глазами сверкнул. – По нашим законам забредший пёс на нашу территорию подлежит уничтожению! А я слышал чьи-то вопли, понял, что вы здесь ошиваетесь на моей земле. – Ну, вот что я говорил? – тихо вздохнул Хигэ, затем обратно пришёл в боевой вид. Киба зарычал. – Мы не подчиняемся вашим собачьим законам, мы просто уйдём. Нам некогда с вами любезничать и узнавать местные обычаи. Вожак псов рыкнул. – Ах ты, драный щенок!.. – А ну это! Пошли все вон!! – заорала Кида. – Прочь с пути избранной! Иначе я перегрызу вам глотки! Собачий вожак ощерился, посмотрел на волчицу. Рейзор между тем стал дрожать сильнее, уже был возле Тобоэ. – Ты умрёшь первой, дерзкая тварь! – вожак бросился вперёд, его стая метнулась за ним. Началась драка, которой уже стало ясно, что не избежать. Она была жестокой, дрались насмерть, никто не собирался щадить противника. Рейзор находился посреди этого страшного действа, прижавшись к земле и дрожа всем телом, закрыл лапами глаза, очень боялся и хныкал. Везло ему, ибо здешним псам не приходило в голову наброситься на него, интересней было рвать волчью плоть, до чудаковатой собаки ещё дойдёт очередь. И пусть, по сути, на одного волка пришлись по двое псов, они оказались умелыми бойцами, сильными, некоторые были больше волков. Справиться с ними было крайне трудно, но сдаваться и уступать никто не собирался. Тобоэ пришлось хуже всех ввиду его молодости, неопытности как бойца, но бурый волк не помышлял бежать, поджав хвост или цепенеть от страха, как какой-нибудь рейзороподобный пёс. Собачьи зубы вонзились бурому волку в шею, он заскулил, дёрнулся, тщетно пытаясь вырваться из хватки дворовой псины. – Только не портить мою шёрстку!! – верещала Кида, отбиваясь от собак, сама атаковала, распушила шерсть свою, чтобы казаться больше. Киба загрыз одну из собак, теперь сцепился с вожаком этих вшивых проныр. Хигэ пытался сразиться с псами так, чтобы ему как можно меньше досталось от их зубов, ведь потом бежать дальше и неизвестно сколько. Пока выходило плохо, шавки были настырны, взбесились словно. Или давно не жрали, или давно не дрались, а может быть и всё сразу. Вдвойне опасно. Цумэ услыхал скулёж Тобоэ, рванулся спасать мелкого, пока мерзкие псины не прикончили того. Этого он не мог допустить. Никогда, ни за что. Однако Тобоэ услышал не только серый волк. Рейзор поднял голову, всхлипнул. – Друг... держись, друг... Двое псов уже готовы были прикончить бурого волка, который всё равно сопротивлялся, когда на них налетел серый волк, вцепился зубами в ту шавку, что собралась лишить Тобоэ жизни. Другая отскочила, бурый волк поднялся на лапы, пошатнулся. Отскочившая собака выбрала себе другой объект для нападения. Побежала помогать дружкам, драться с Кидой, потому что та верещала громче всех шавок вместе взятых. – Я спасу тебя, Тобоэ! – возопил вдруг Рейзор и бросился спасать бурого волка, которого сейчас, к слову, никто и не трогал... пока что. Странный пёс видимо решил, что надо хоть раз кому-то помочь, доказать свою большую дружбу, но пока собирался – опоздал на события. Прыгнул, влетел в Цумэ, который как раз готовился прикончить дворовую собаку. Дебиловатая овчарка сбила волка с лап, сама растянулась рядом. Тобоэ только пасть в изумлении открыл, пошатнулся, хотел было метнуться к недобитой шавке, но силы оставили его, волк упал на землю. «Дела мои плохи...» Задрожал от боли и потери крови. Зажмурился. Да, он меньше всех, ему и досталось больше всех... справедливо, ещё как. – Проклятье! Чтоб тебя... ублюдок! – Цумэ собрался подняться на лапы, до глубины души возмущённый врождённым аутизмом трёххвостой несуразицы. В это время недобитая шавка очухалась, вскочила на лапы, кинулась на серого волка, перемахнув через тушку Рейзора. Даже дворовые псы ни во что его не ставят, он опечалился. – Эх... извините... Хнык... – как обычно хлюпнул носом. На Цумэ набросились те двое псов, с которыми волк схватился изначально, пока не кинулся выручать Тобоэ. До того, как напасть на серого волка эти две идиотины смотрели, как их бравый вожак дерётся с паршивым белым волком. Подбадривали вожака, визжали, болели за него, а потом вспомнили про своего противника и решили закончить с ним бой, порвать на клочки. Теперь серому волку приходилось драться с тремя вшивыми, облезлыми тварями, что были сильны и опытны. Рейзор всё лежал неподалёку от драки и ныл, мол, пять всё испортил, опять всё из-за него плохо, он плохой друг, но обещал исправиться. Старые песни о главном, не иначе. – Цумэ... – простонал бурый волк, с трудом на лапы поднялся, шагнул в сторону, где три дворняги дрались с серым волком. Неподалёку заверещала Кида, видно снова ей больно прилетело. Хигэ убил одну из дворняг, сильно укусил за лапу другую и метнулся выручать истеричку, потому что слушать её вопли уже не было сил. Раненая дворняга погналась за ним, хромая и выпучив очи от гнева. – Грязные псы, – оскалился Киба. – Вы пожалеете, что встали на пути волков. Всё умрёте до единого. Вожак псов смотрел на белого волка одним глазом, другой уже был потерян от волчих зубов, полморды залило кровью, он дрожал, его теперь единственный глаз горел от ярости. Киба немногим выглядел лучше – множество ран, истекал кровью, тяжело дышал. – Я заберу тебя с собой, чёртов волк! – прорычал пёс и в очередной раз бросился на Кибу. Тот метнулся навстречу, открыв пасть. Зубы впились в собачью плоть, собака взвизгнула, рухнула на землю, утянув за собой Кибу. Белый волк с новой силой вцепился зубами в глотку псины, с силой надавил – та дёрнулась и затихла. Киба отпустил её, огляделся: не все дворовые псы ещё пали. Волк кинулся в бой, нагнал хромающую дворнягу, что хотела как раз напасть на Хигэ. Киба бросился на псину, та не успела понять, откуда напали, с ней быстро разделались. – Не мешайте мне, я сама справлюсь! Я избранная! – орала Кида пока отбивалась от псов. – Ага, я вижу! – рыкнул Хигэ, сбив одну из собак, прижав ту к земле. Собака, тем не менее, вырвалась, цапнув рыжего волка за лапу. – Ай! Ах, ты крысёныш мохнатый!.. Рейзор всё словно пытался слиться с местностью, даже хныкать перестал, лишь бы злые собаки или волки не захотели его побить. И всё думал, как он изменится, в этот раз точно, сто процентов, даже двести. Одна из трёх псин, кто пытались путём совместных усилий убить серого волка, заметила Тобоэ, повернув в его сторону голову, довольно оскалилась. Раненый, совсем слабый щенок, скалит зубки и хочет драться? Тобоэ сделал ещё пару шагов, посмотрел на собаку, скалился. Пусть она его добьёт, отвлечётся от Цумэ, чтобы тому было легче в драке, с двумя куда проще драться, нежели с тремя шавками. У Цумэ будет время разделаться с теми псами, пока эта оборвёт жизнь бурого волка. Он знал, что затем и этой псине придёт конец. Дворняга совсем отвлеклась от серого волка, стала медленно подходить к Тобоэ. Бурый волк сделал шаг вперёд, дрожал. – Давай же... попробуй со мной справиться или испугаешься какого-то слабака? – простонал Тобоэ, прижав уши к голове. – Ох, страшно, страшно... – подал голос Рейзор, боясь глаза свои разного цвета открыть, не видел дурак, что вообще происходит. Дворовая и уже порядком потрёпанная, но твёрдо стоящая на лапах в отличие от волка, псина отозвалась. – Наглый щенок, я порву тебя на куски... – Давай же, не тяни, убей! Иди сюда! – в каком-то отчаянии выкрикнул Тобоэ, пошатнулся. Собака зарычала. Серый волк не сразу обратил внимание на то, что с ним дерутся только две собаки, а не три, как было недавно. Он схватил за шею одну из них, та завизжала, задёргалась в желании вырваться, расцарапала когтями на передних лапах волку грудь. Другая застыла в опаске, глядя, как погибает её товарищ, думала: а стоит вот так позорно погибать от волчьих зубов? Или лучше смотаться, пока не поздно? Дворняга и волк услышали выкрик бурого волка. Цумэ вздрогнул, бросив убитую им собаку на землю. Щенок что с ума сошёл? Совсем уже переклин пошёл? Между тем дворовая псина бросилась к бурому волку, решив исполнить его желание. – Тобоэ, не смей! Ты!.. Идиот! – серый волк из последних сил кинулся к псине, намерившейся убивать. В последний момент волк настиг её, сбил с лап... собачьи зубы только щёлкнули возле носа Тобоэ, кто замер, прижав уши и закрыв глаза. Тут же резко открыл их, увидел, как серый волк особо жестоко расправился с дворнягой. Оставшаяся таки решила, что её паршивая шкура дороже ей всего на свете, повернулась и бросилась бежать, поджав хвост. – Эх... – послышалось от Рейзора. – Я бы так не сумел... Я только могу утешить, поддержать... Эх... – тихий всхлип. Поняв, что пока нет угрозы, трёххвостая собака поднялась на лапы и села в нерешительности. Киба помог Хигэ и Киде разобраться с остальными собаками. Теперь трое стояли, тяжело дыша, будучи все в ранах, смотрели друг на друга. – Ой... Ай... Ох... – вздыхал Хигэ. – Валить надо... пока ещё какие братки не пожаловали... Где-нибудь отлежимся... А, Киба? Киба смотрел на рыжего волка, покосился на Киду, та картинно страдала, шаталась. – Они мне таки попортили шёрстку!!! Засранцы... Но я им отомстила! Они познали мой гнев... Уф... Как болит всё... Мне нужен отдых, Кибай. Белый волк тихо рыкнул. – Киба! – Прости, я опять забыла. Память что-то не та... Хигэ слабо фыркнул. Киба огляделся, увидел Тобоэ, Цумэ и Рейзора, выдохнул. Все живы, да иначе и не могло сложиться. Громко произнёс. – Уходим из этого затхлого места пока люди ещё не пожаловали! Поищем, где можно будет придти в себя. – Эх... опять идти... А я и не устал, да, – вякнул трёххвостый мутант. – Круто вы их одолели... Я бы так не смог, я не умею драться... Да... – подошёл к Кибе и тем двоим. Что-то ему страшно было находиться близ бешеного Цумэ. Боялся чудик попасть под раздачу. – Так научись... вон, какие примеры тебе подаём. А хотя куда тебе с твоим-то умишкой и завидной храбростью, – фыркнул Хигэ. Кида хрюкнула, прикрыв морду лапой. – Идёмте, – произнёс Киба, опустил голову и поплёлся прочь из деревеньки. Но Рейзор всё равно возмутился, задохнувшись от обиды. – Я люблю драться, но не умею, как вы! Мне страшно, я стесняюсь! Хнык! А вы... Ну, вас, только обижать бы... – потащился вслед за белым волком, тихонечко плача. Волчица посмотрела сначала в сторону странной собаки, на её три хвоста, затем глянула на Хигэ. Рыжий волк пробурчал. – Надо было его подарить этим псам. Гляди, и обошлось бы без драки. Драпали бы они от балбесика, желающего с ними дружить, – он похромал за белым волком, желая того догнать. Кида противно усмехнулась, оглянулась на серого волка и Тобоэ, вякнула. – Догоняйте! Хватит там торчать! – поковыляла за Хигэ. Пока Киба решал уходить где-нибудь отлежаться, Хигэ и избранная прикалывались над дебильчиком с мягкой попой, Цумэ подскочил к бурому волку, рявкнув на того. – Ты что творишь, кретина кусок? Мало мне нервы трепали, так ты захотел добавить? Совсем без мозгов? Тобоэ уши виновато прижал, опустил голову, его шатало, он тихо произнёс. – Прости, Цумэ... Я просто помочь хотел. Сделать хоть что-то дельное... а не ныть, не мешаться, – в который раз пошатнулся, ещё тише продолжил. – Я хотел отвлечь их от тебя, всё равно от меня больше никакого толку, так хоть перед гибелью... – Заткнись! – не выдержал серый волк. – Хватит нести чушь, – вспомнил, как умело помогал Рейзор, а потом пластался посреди схватки. Вот уж от кого нет толку и никогда не будет. Он тихо вздохнул, молчал. Тобоэ смотрел в землю, ему было стыдно. Снова глупости, одни глупости. До обоих долетел громкий вяк чёрной волчицы. Тобоэ сник, сомневался он, что сможет идти или будет тащиться так медленно, отчего начнёт задерживать их, раздражать... прям как странный чудаковатый пёс по имени Рейзор. Цумэ, злясь, собрался догонять остальных, прошёл молча мимо бурого волка. Тот обрывисто вздохнул, захотел развернуться и пойти следом, но его пошатнуло от слабости, он потерял равновесие и рухнул на землю. Серый волк остановился и оглянулся. «Вот ведь идиот...» Они уходили всё дальше, медленно из-за полученных ранений, искали, где бы остановиться отдохнуть, где укрыться... Киба гадал, сколько времени придётся потратить на отдых, ведь всех хорошо потрепали... Хигэ хотел спать, хотел упасть и не шевелиться хоть целую вечность, он дико устал, просто невыносимо. Кида дождаться не могла, когда же их гордый вожак Кибай изберёт подходящее место для отдыха, и волчица, наконец, сможет начать приводить в порядок свою чудесную шёрстку... да и отлежится просто. Цумэ шёл поодаль, был хмур и в землю смотрел, неся на руках обессиленного Тобоэ. И думал только о том, что точно придушит Кибу, если тот не даст мелкому как следует отдохнуть, заладит со своим Раем и вечной спешкой. На свои раны серый волк старался не обращать внимания – всё это чепуха. Тобоэ всё же был волком, пусть и молодым, сознание не терял, просто тихо спал на руках у Цумэ. Рейзор как обычно шмыгал носом, охал и вздыхал, будто ему тоже досталось от бродячих собак. Он грузился из-за того, что не умел драться и того, что над ним ржали волки. Снова обижали, издевались, до чего же противно, нет, чтобы ему дружбу предложить, согласиться на его предложение... дружбы на всю жизнь... А только и делают, как обижают. Не хотят понять, попытаться даже. А ведь он болел за них, желал им победы, даже пытался поучаствовать, но Цумэ ему всё испортил, помешал. Просто не повезло, а уже смеются, словно пёс драться не умеет. Но ничего... он им докажет, что на многое способен. Что он не жалкая ни на что негодная овчарка. У него тоже есть клыки, он тоже умеет укусить. Так-то. Может и представится когда такая возможность, и тогда все они увидят его истинную силу. Так вот размечтался активно странный пёс, уже будучи в пещере, куда привёл их всех Киба. Волки, наконец, могли отдохнуть, оправиться от ран, восстановить силы, чтобы бежать дальше... Здесь и вода поблизости и поймать чего-нибудь можно, потому что в лесу они были, который чудом попался им. Отыскали там пещерку, скорее всего, это чьё-то бывшее логово. Ну что ж, оставалось надеяться, что хозяину пещеры не стукнет в голову вернуться в свой покинутый дом. Все расположились, кто где, улеглись и отдыхали в молчании. Только странный пёс тихо шмыгал носом, раздражал до одури, но вставать и награждать его пинками совсем не хотелось. Успеется ещё. Кида начала себя в порядок приводить, вылизывалась. Белый волк опять находился возле выхода из этой небольшой пещеры, лежал, смотря на улицу, ушами повёл – прислушивался к шелесту листьев на ветру. Он понимал, что на отдых может уйти не один день, понимал, что это необходимо. Киба был готов потратить на это время, иногда мог думать не только о себе и своём призвании. Хигэ расположился у пещерной стены, осторожненько лёг, тихо бурча на боль в ранах от псовых зубов. А как удалось рыжему волку улечься, так и засобирался он спать, глаза прикрыл, хмурясь на сопливые шмыги Рейзора. Цумэ аккуратно положил Тобоэ на пол пещерный, желая того не разбудить. Сам сидел рядом, иногда поглядывая на спящего паренька. Рейзор косился на них, обижался и завидовал их дружбе и тому, что никто из них так к нему не относится... Значит, надо изменяться старательней, подумал мягкопопый пёс с тремя хвостами. Когда волкам стало намного лучше, когда их раны почти зажили, когда они вдоволь отдохнули и наспались, Киба предложил продолжить их нелёгкий и опасный путь в Рай. В принципе все были готовы бежать дальше, но странного пса опять заплющило. Но и в этот раз волкам было плевать на его нужды. Они покинули пещеру, странной овчарке пришлось бежать следом, постоянно охать, ныть и жаловаться. Киде хотелось его убить, и не только ей одной. Волчица тихо рычала, бросая в сторону собаки гневные взгляды. Киба вновь старался, даже пытался не обращать на происходящее никакого внимания. Сосредоточился на запахе лунного цветка, что стал совсем слабо уловим... Тобоэ всё это время вёл себя тихо, не разговаривал, ему было до сих пор стыдно за своё поведение, меньше всего он хотел, чтобы Цумэ злился на него. Вот так всегда... хочешь, как лучше, хочешь помочь, а ничего не выходит, только хуже становится. Бурый волк прижал к голове уши, уткнулся носом в землю. Так вот и бежал с остальными. Цумэ бежал, оскалившись, потому что его сейчас выбешивало всё... Как долго этот фанатик Рая будет водить их, когда, наконец, они к чему-то придут, когда весь этот маразм завершится, когда он убедится в том, какой Киба идиот. И никакого Рая не существует. А существуют одержимые разными сказочками щенки, которым не сидится на месте. Хигэ просто бежал и ждал окончания путешествия, ждал Рая и избавления от Рейзора, и от Киды тоже... Он верил, что в Раю его ждёт счастье. При этих мыслях рыжий волк ускорил бег, догнав Кибу. Их путь продолжался, белый волк чувствовал, как они близки к цели, потому что запах лунного цветка стал слышаться яснее, будто настигали волки источник. Это подгоняло Кибу, они больше не делали остановок. Вперёд и только вперёд...