Пустота

      Вечером Питер превращается в какой-то калейдоскоп из вывесок, огней и автомобилей, создающих бесконечные пробки: типичная проблема для среднестатистического мегаполиса. Только никому от этого легче не становилось, особенно Серафиму, торопившемуся на тусовку к Андрюше Пирокинезису, с размахом отмечавшему конец длинного тура.       Сказать, что вся веселуха уже давным-давно началась, это ничего не сказать, ведь Сидорин уже битый час торчит в пробке на Невском проспекте, почти не двигаясь вперед. Конечно, все торопятся домой, по делам, но бухло, как известно, не ждет, поэтому парня безумно раздражала сложившаяся ситуация.       Однако злость почти как рукой сняло, когда неожиданно с его черной бэхой, довольно винтажной, кстати, поравнялся такой же темный как ночь гелик. Чистый, между прочим, что музыканта изрядно удивило, потому что слякоть на дорогах должна была как-то дать о себе знать. Что удивило его еще больше, так это во всю орущие My Chemical Romance.       Эх, молодость, юные годы… Постойте, это что, женский силуэт?       К таким поворотам судьбы жизнь Серафима явно не готовила. Усмехнувшись, он опустил свое окно, слегка высунувшись на улицу. Холод собачий мигом породил желание закрыть его нахер, но Сидорин решил все же узнать, кто сидел за рулем этой машины.       Спустя несколько секунд окно внедорожника также опустилось, а музыкант узнал в водителе знакомую ему девушку. — Даша? Какие люди! — О, тот самый Мукка, — Шиханова улыбнулась. — Послушала, значит. Ну и как? — My Chemical Romance лучше, — она усмехнулась, слегка проехав вперед.       Разговор продолжился, когда рокер приблизился к Даше. — Ну куда уж мне, — он театрально вздохнул, — я-то надеялся, что ты оценишь. — Такова жизнь, малыш, — Шиханова пожала плечами. — Куда направляешься, кстати? — Как-бы невзначай спросил Серафим, изображая полную незаинтересованность. — На тусовку одну, — уклончиво ответила она. — Надо же, какое совпадение! Мы любим не только одну и ту же группу, но и в одно и то же время едем бухать. — Извини, я не бухаю, — поправила она его, — а культурно выпиваю. — Ох, прости меня, по себе не судят, — Серафим решил принять правила игры малышки Даши, уж больно ему было скучно, да и ситуация забавляла как никогда. — Когда явишься в следующий раз? — Соскучилась по мне? — Нет, деньги на бензин нужны, — Шиханова рассмеялась.       Оттого, что она действительно хотела бы его увидеть вновь или оттого, что ей и вправду надо скоро заправляться, а в кармане ни копейки?       Уж стоит признать, что красноволосый музыкант как-то запал ей в душу, особенно после того, как она подписалась на него в инстаграмме и послушала все песни.       Ей понравилось. — Откуда тачка такая? — А вот теперь интерес Сидорина никак нельзя было назвать поддельным. — Родители на восемнадцатилетие дарили, работаю и собираю деньги на бензин и дешманские сигареты. — Тяжела она жизнь русских тату-мастеров, — покачал головой Серафим. — Не поверишь, сама не знаю, как мне удалось выжить, — Даша вздохнула, картинно вытерев слезы.       Дешевая комедия, которая нравилась им обоим. — Так когда заглянешь к нам на огонек? — Она повторно задала свой вопрос. — Когда есть запись? — Для тебя — когда угодно, — пафосно бросила она.       Какого хуя, Даша? Тебе это поведение не присуще. — Боги, за что такие привилегии? — Он рассмеялся, приложив правую ладонь к подбородку, словно задумавшись. — Ну не часто встречаешь людей, которые бьют татухи, чтобы заполнить пустоту на теле. — Пустоту на теле, — парень усмехнулся. — Я сказала что-то смешное? — Девушка изогнула бровь, что не укрылось от чересчур внимательно изучающего взгляда Сидорина. — Ничуть, — он зачем-то кивнул (дурак?), — а твой соулмейт не объявился? — Не хочу говорить об этом придурке, — она ответила слишком резко, а поэтому Серафим решил перевести разговор в другое русло. Утолить свое любопытство можно и потом, а вот портить отношения с симпатичной татуировщицей ему ой как не хотелось.       Что он там подумал в прошлый раз? Никогда бы с такой не мутил? О ком мы говорим? Конечно же о том, кто ни одной юбки не пропустит, а миловидное личико, освещаемое желтоватыми фонарями вечернего Питера, показалось Сидорину даже красивым. Немного детским, правда, но все равно красивым. — Как ты дошла до того, что стала делать татухи? — Миролюбиво спросил музыкант. — Люблю рисовать, — немногословно, но уже более спокойно ответила Шиханова.       Рокера, конечно, немного волновала излишняя закрытость новой знакомой, но и не такое он преодолевал, а потому, отмахнувшись от навязчивых мыслей о своем потенциальном первом провале, продолжил разговор. — Все вот это ваше аниме… — Ахуенная тема между прочим, — Даша повеселела еще больше, — всегда поднимало мне настроение. Попробуй посмотреть, вдруг тебе тоже зайдет.       Кажется, это ее самая длинная реплика за весь их разговор. — Я похож на того, кто стал бы смотреть аниме? — Он вновь отвел взгляд от дороги и обратил его на собеседницу. — Ах ну да, ты же крутой парень. Куда тебе. Разве ты станешь смотреть мультики для маленьких детей. — Заметь, это не я сказал, а ты. — Но ты так подумал, — она словно вынесла ему вердикт. — Откуда тебе знать? — Он выдохнул, а затем прибавил чуть более сердито, — долго они еще стоять будут? Я заебался тут сидеть! Там много машин? Тебе все же лучше видно, — он улыбнулся, кивнув на автомобиль девушки внушительных размеров. — Скоро поедем. Уже надоела моя компания? — С некой обидой сказала она. — Поверь, красавица, я бы сел к тебе, но тачку деть некуда, — Серафим вновь включил режим ахуенного обольстителя. — На мне такие трюки не работают, — Шиханова усмехнулась.       Боги, она сама-то верит в сказанное? Не будь он за рулем, она сама бы втащила его в салон и укатила с ним на тусовку. — Бухать хочу уже, — буркнул он, казалось, поверив Даше на слово. Зря, ой как зря. — Не ловили и не штрафовали за пьяное вождение? Приключений на задницу захотелось? — Беспокоишься? — Их взгляды встретились. — Только за то, что потеряю клиента, — твердо ответила девушка.       Хорошо, что ее пунцовые щечки не были замечены.       Но отчего-то он все же усмехнулся. Или ей только показалось?       Где-то неподалеку загорелся зеленый свет. Машины потихоньку трогались с места. Завидев это, Сидорин повернулся к Даше. — Хорошо тебе повеселиться, красавица! — И тебе не хворать, Серафим.       С этими словами ее машина тронулась с места, оставляя бэху рокера позади. — Стерва, — бросил он в пустоту.       Кажется, будет весело.

***

      Тусовки у Пирокинезиса всегда проходили весело и масштабно. Громкая музыка, море алкоголя — все, как надо, все по фэншую. Несмотря на пробку Даша прибыла на вечеринку, когда та была в самом разгаре.       Припарковав машину неподалеку от темного здания, девушка прошла в просторный лофт, освещаемый синим светом. Помещение было буквально переполнено людьми. Порой в толпе мелькали знакомые лица.       Поборов желание направиться к столику с алкоголем (после встречи с Серафимом как-то резко захотелось напиться, чуть ли не впервые в жизни), Шиханова решила найти хозяина вписки, что, кстати, было маловероятно, однако манеры и хорошее воспитание не позволяли девушке сразу же начать веселиться.       На удивление Даша быстро нашла Андрея, зажигавшего в центре танцпола с бутылкой коньяка и какими-то девицами. Его желтые волосы, хоть и скрытые черной кепкой, из-за синего освещения казались почти зелеными.       Завидев знакомую, Пиро с трудом остановился и приблизился к ней, отхлебнув по пути из бутылки. — Малышка Дора, — протянул он, — где пропадала? — Мужчина заключил ее в теплые объятия. — Пробки ебучие, — пробормотала девушка, также обнимая Андрея. — Какие на сегодня планы? Опять будешь смотреть на всех, сидя в уголке? — Хочу выпить, — выпалила Шиханова, отстранившись. — Неужели? — Он рассмеялся, — вот это по-нашему. Смотри, только сильно не напивайся, я бить ебала не хочу, — он указал на ее короткую черную юбку. — Ты же меня знаешь! — Бухой не видел, — Пиро протянул ей бутылку. — Спасибо, — она отпила немного, зажмурившись. — Правда, будь осторожна, народу сегодня много, — максимально серьезно сказал он.       Мужчина переживал за нее, как старший брат, не более. — Хорошо, — Даша улыбнулась.       Андрей посмотрел куда-то за ее спину. — О! Серафимушка, сколько лет, сколько зим! — Ну здравствуй, малышка Дора.