Новая жертва Системы

С тех пор как Хуа Чэн покинул Призрачный Город, прошло около трёх месяцев. Как и прошло три месяца с тех пор, как пропал Хуайсан. То есть сам по себе Не Хуайсан не пропадал: он продолжал жить со своим старшим братом, иногда помогая с управлением бизнеса и продолжая выпускать новые главы. Мо Сюаньюй иногда просматривал их, но чувства от их прочтения слишком сильно давили, поэтому он большинство своего времени занимал работой. К сожалению, Хуайсан, на которого Хуа Чэн повесил управление своим мега-зданием, исчез. К огромному сожалению, в контракте о передаче бизнеса также было вписано имя Сюаньюя, с какого-то хера, да, поэтому его работа барменом внезапно закончилась. Теперь ему нужно было в кратчайшие сроки стать бизнесменом. У его Хуайсана было достаточно компетенций, чтобы взять на себя такую ношу, и Мо Сюаньюй успел даже немного понаблюдать за ним, когда он выполнял разные бизнесменские дела, но этой информации было настолько мало, что Сюаньюй едва не выдрал себе волосы, когда следующим утром после «ухода» Хуайсана ему пришлось разгребать кучу документов. Благо у него был номер Не Минцзюэ, который благородно согласился помочь бывшему парню младшего брата и за этот сезон достаточно поднатаскал его в делах. То есть они не то чтобы расстались с Не Хуайсаном… это казалось довольно очевидно, ведь на самом деле этот Не Хуайсан не встречался с ним… хотя выглядело всё именно так. В общем, разговор с Не Минцзюэ был тяжёлым. Мо Сюаньюй едва не лишился гениталий, пока клялся, что они действительно расстались по обоюдному согласию и он не разбивал сердце Не Хуайсана. — Сука. Мо Сюаньюй только что закончил разбираться с клининговой фирмой, которая с какого-то чёрта решила прекратить с ним сотрудничество… хотя нет, понимал почему: в своё время владелец той фирмы отхватил достаточно травли со стороны директора Хуа в связи с его какой-то тайной, Сюаньюй уже работал здесь, когда вся ситуация происходила и нанятые той фирмой люди приходили и разбивали окна. Хуа Чэн разобрался с ситуацией, и даже получил долгосрочную скидку на услуги. А теперь, раз господина Хуа уже нет долгое время, то можно и невыгодное сотрудничество закончить. Хотя встреча прошла неплохо: Сюаньюю всего-то нужно было вызвать адвоката Наньгун, давнюю знакомую Хуа Чэна, и уже она объясняла директору фирмы, что в случае расторжения договора его анус будет натянут до глаз. Буквально и фигурально. Но проблема всё равно являлась проблемой. Даже если она легко разрешилась, то нервы всё равно успела помотать, и в такие моменты Мо Сюаньюй остро чувствовал, как сильно ему не хватает успокаивающего голоса Хуайсана. В последнее время его всё чаще начала мучать бессонница, поэтому Сюаньюй решил не тратить время зря, и изматывал себя работой, посвящая ей всё свободное время. Он даже забыл, когда в последний раз был у себя дома: в личном кабинете Хуа Чэна был достаточно удобный диван, как и душевая комната, так что надобности покидать здание не было совсем (воспользоваться его личной кроватью у него не хватало смелости). Всё, что требовалось, так это три раза за день на лифте спуститься вниз, забрать еду у курьера, а после подняться обратно. Время уже давно перевалило за час ночи, но спать совершенно не хотелось. Сюаньюй тупо смотрел в стену, стараясь обдумать сегодняшние дела и структурировать оставшиеся задачи на завтра. На стене, в которую он пялился, висела одинокая картина. Ничего определённого, просто хаотичные мазки краски различных красных оттенков. Мо Сюаньюй задумался о том, как же эта разноцветная неопределённость похожа на его жизнь. Внезапно вид на картину что-то перекрыло. — Бля! — утонувший в своих мыслях Сюаньюй испугался и упал с кресла. Схватившись за перьевую ручку, свалившуюся со стола, он приготовился обороняться. Направив её в сторону опасности, он застыл. И спустя пару секунд рассмеялся. Отсутствие сна и правда повредило ему мозг, раз уж он настолько остро стал реагировать. Ну, ничего страшного: скоро его ситуация со сном точно будет лучше. Положив ручку обратно на стол, он подошёл ближе к системному окну. Похожие штуки часто бывали в играх, да и Хуайсан в своё время рассказал о том, как именно проходила его работа, поэтому Сюаньюй начал спокойно читать предложение, которого в глубине души ждал последние три месяца. [Приветствуем нового пользователя! В данный момент Вам доступна миссия «Починка отношений ОТП». Желаете продолжить?] Перед лицом высветилась табличка с большой зелёной надписью «ДА!» и совсем маленькой «нет» в уголке. Мо Сюаньюй устало улыбнулся и уверенно нажал на это огромное «ДА!», после чего перед ним выплыло следующее системное окно. [Спасибо, что приняли миссию! В связи с тем, что пользователь «Не Хуайсан» не закончил свою работу, Ваша задача будет в исправлении отношений между персонажами Хуа Чэн и Се Лянь. В качестве бонуса на Ваш счёт будет начислено 500 очков. По окончании миссии Вам будет доступно 1 (одно) желание. Всего очков: 500 Система всегда рада помочь!] — Я… — голос сорвался, и Мо Сюаньюй прокашлялся, прежде чем продолжил говорить: — Я смогу загадать любое желание? [Совершенно любое!] Сюаньюй почувствовал, как в глазах запекло, и он посмотрел в потолок, пытаясь заставить слёзы закатиться обратно в глаза. Чувство облегчения против воли заполнило его. Руки немного дрожали. Он снова обратился к Системе. *** Мотоцикл из гаража Хуа Чэна был очень удобным. Мощный, красивый и безумно дорогой, он с лёгкостью рассекал воздух ночного Пекина, неся его по оживлённым улицам. Несмотря на позднюю ночь, и в такой час можно было наткнуться на пробку, и мотоцикл с их объездом очень помогал. Было весьма комфортно, летний воздух обдувал Сюаньюя, но кожаная куртка не давала замёрзнуть. Вся хитрость Системы заключалась в том, что вся помощь от неё была будто квестом. Небольшой подсказкой, для использования которой нужно было поднапрячь мозги. Например, так было с Хэ Сюанем, когда Система подсказала путь именно к нему. Сейчас на баллансе Сюаньюя остался лишь один балл — остальные ушли на покупку дурацкого наушника, из которого доносилось лишь два слова: «горячо» и «холодно». То есть он потратил 499 очков на попытку найти Хуа Чэна с помощью детской игры. [Холодно] Мотоцикл резко дёрнулся влево, так что Мо Сюаньюй чуть сам не пострадал из-за своей резкой реакции и едва не перевернулся вместе со своим транспортом. Сжав зубы, он выровнялся. — Система, — позвал он. [Система работает 24 часа в сутки. Какой у Вас вопрос?] — Хуайсан говорил, что ты ему когда-то назначила помощника. Где он? [К сожалению, данная информация по отношению к другому пользователю является конфиденциальной] Сюаньюй раздражённо цыкнул. — Ты ему столько досаждала своими придирками, а теперь отнекиваешься? [Вынуждена сообщить, что Система-1 пользователя «Не Хуайсан» больше не поддерживается из-за выявленной девиации. У Вас ещё остались вопросы?] — Нет, продолжай указывать дорогу. [Горячо] Мо Сюаньюй крепче сжал челюсть и с болью вспомнил, как Хуайсан рассказал ему про Систему. — Аа, она часто мне надоедает. Не Хуайсан сидел над планшетом в своей комнате и тщательно вырисовывал новый фрейм для своей маньхуа. У Сюаньюя в тот день был выходной, так что он решил провести его в гостях, даром, что из-за дедлайна Хуайсан едва мог с ним разговаривать, не то что отвлечься на что-то поинтереснее. — Так, может, отключишь её? — Сюаньюй перевернулся на живот на огромной кровати Хуайсана, с улыбкой разглядывая его сосредоточенное лицо. — Нельзя-я, — Хуайсан протянул это с кислой миной, но рисовать не прекратил. — Тогда она обидится и перестанет мне продавать мега-леденцы всего за 5 очков. — Что? — Мо Сюаньюй приподнял бровь и посмеялся. Честно говоря, он не до конца верил своему парню и этой истории с какой-то женщиной, которая сидит в его голове. Не сдавал он его в дурку лишь из-за того момента, когда Хуайсан внезапно умер, а потом так же внезапно воскрес, после чего они пошли выяснять отношения с Вэй Усянем. — Ладно, смотри. Хуайсан оторвался от своего занятия и с напряжением на лице протянул руку вперёд. И тут же на руке появились две красные конфетки. Мо Сюаньюй ни разу не моргнул, так что на ловкость рук Хуайсана это списать бы не получилось. Глаза сами собой полезли на лоб. — Держи, — Хуайсан протянул ему одну конфетку, а вторую закинул себе в рот. Помолчав, он добавил: — Система сказала, что мы мудаки. Сюаньюй усмехнулся и, взяв леденец, попробовал. — Яблочный, вкусно, — удивлённо сказал он. — Передай Системе спасибо. — Она и так тебя слышит, — Хуайсан вернулся к работе, но тут внезапно рассмеялся. Повернувшись обратно, он пояснил: — Система сказала, что хоть у кого-то из нас есть хорошие манеры. Она тебя прощает. Улыбнувшись тёплым воспоминаниям, Мо Сюаньюй продолжил ехать под роботизированные «холодно и горячо» его собственной Системы. Стало неприятно от мысли, что при следующей встрече придётся сказать Хуайсану о том, что его подруги больше нет. Если… Если следующая встреча произойдёт. Система уже достаточно долго молчала, а значит, Сюаньюй выехал на дорогу, которая вела прямо в сторону текущего местоположения Хуа Чэна. Вот только ехал он уже довольно долго, а дорога всё не кончалась. С каждым километром он всё дальше уезжал от центра города, и каждый новый километр заставлял его переживать всё больше и больше. [Холодно] Сюаньюй резко притормозил. Его немного бросило вперёд, но он всё же смог удержаться на сиденье и осмотреться в поисках парковочного места. Улица, на которой он находился, оказалась достаточно пустой, поэтому парковку он нашёл быстро. Вокруг стояли достаточно простые здания, это было что-то вроде спального района средней ценовой категории. Дома были староватые и совсем простецкие, в похожем вырос и он сам, так что возникал вопрос, что в таком месте может делать Хуа Чэн, которого Сюаньюй видел только в брендовых мегадорогих шмотках. На пробу двинувшись по ходу движения назад, он словил очередное «горячо» и уже более уверенно направился по указаниям Системы. Сюаньюй прошёл всего несколько домов, после чего услышал «холодно». Походив ещё немного, он, наконец, нашёл нужный дом. Без проблем вошёл, решил воспользоваться лестницей — чтобы точно не пропустить нужный этаж. Вот только он не учёл одного — дом состоял из двадцати этажей, поэтому, когда Система только на восемнадцатом уведомила «холодно», он уже порядком вспотел. Несмотря на то, что свою куртку он снял уже на пятом этаже. Поплутав ещё немного в поисках квартиры, Сюаньюй остановился перед нужной дверью и задумался. За весь путь сюда он раздумывал лишь о результате — он выполнит задание Системы и вернёт себе Хуайсана, — но как именно он дойдёт до этого результата, не придумал. Мо Сюаньюй совсем забыл, что это Хуайсан в их паре отвечал за переговоры. Забыл, что Хуа Чэн относится к нему хорошо лишь за счёт его дружбы с Хуайсаном, в то время как к самому Мо он относился едва ли не с пренебрежением (возможно, отношения ещё сильнее ухудшились с тех пор, как он выиграл у своего босса в уно). Почувствовав, как неуверенность начинает съедать его, Сюаньюй тихо выдохнул и постучал в дверь. Будь что будет. Удивительно, но за дверью тут же послышались шаги несмотря на то, что на часах время уже давно перевалило за третий час ночи. Дверь открылась. — Инь Юй?! Мо Сюаньюй вытаращился на знакомого бармена, который так же, как и он сам, в основном работал в зале «рукавов». И которого только сегодня видел на работе. — Мо Сюаньюй? — бледное лицо Инь Юя едва ли выражало хоть сколько-то удивления, казалось, что он ожидал прихода своего нового «босса». Его следующие слова это подтвердили: — Проходи, он ещё не спит. — А что он делает у ТЕБЯ дома? Как ты вообще пустил его? — Сюаньюй прошёл внутрь небольшой квартиры и вежливо разулся. Инь Юй скорчил кислую мину. — Не спрашивай. Он подбородком указал в сторону дальней комнаты, а сам пошёл в противоположную сторону — как Сюаньюй мог разглядеть, на кухню. Направившись в указанную сторону, Сюаньюй увидел две вещи: Хуа Чэна и спортивную форму адидас. То есть всё вместе, но этот вид был настолько противоестественен, что совершенно не укладывался в его голове. Хуа Чэн лежал на надувном матрасе на полу, держа в руках какую-то тонкую книжку в тонком же переплёте, на обложке которой два нарисованных парня довольно откровенно жались друг к другу. Мо Сюаньюй признал в этой книге «Любовь вокруг шеста» за авторством Пигуби Юиндао Хао. — Давно не виделись, Мо Сюаньюй. Хуа Чэн не прекратил чтение, лишь бросил быстрый взгляд в сторону своего подчинённого. — Что ты здесь делаешь? — сразу перешёл к сути Сюаньюй. Его порядком раздражало это пренебрежение от Хуа Чэна, а ведь он столько времени и сил потратил на то, чтобы его найти. — Читаю. Глаз задёргался. Он за три месяца как-то совсем забыл, что начальник Хуа может выводить из себя по щелчку. — А как прошёл отпуск? — Сюаньюй сложил руки за спину и оттопырил средний палец, стараясь держать себя в руках. Хуа Чэн, будто не собирался отвечать, лениво перелистнул страницу. — Неплохо, — всё же ответил. — Если неплохо, то почему ты здесь, а не там? Хуа Чэн прикрыл глаз и отложил книгу, и Мо Сюаньюю пришлось признать, что даже в таких декорациях не самой богатой квартиры и дешёвой старой одежды его начальник всё равно выглядит роскошно, словно топ-модель с подиума. — Чего ты от меня хочешь? — Сюаньюй пропустил момент, когда Хуа Чэн снова посмотрел на него, но от бывшей расслабленности во взгляде не осталось ни следа: начальник смотрел на него со всей возможной строгостью, а его единственный глаз почернел, пугая своей глубиной. — У тебя и твоего парня есть прибыльный бизнес, с которым вы успешно справляетесь, так почему бы не отъебаться от меня сейчас? Я провожу свой бессрочный отпуск так, как хочу. — Почему ты уехал из той деревни? — стоял на своём Сюаньюй. — Хуайсан специально нашёл это место для тебя, разве что-то могло пойти не так? Хуа Чэн поднялся с матраса и размял плечи. Сюаньюй знал, что эта ситуация начальника сильно раздражала, а он, привыкший решать вопросы быстро, собирался использовать все точки давления, включая и разницу в их росте. Сделав пару шагов, Хуа Чэн остановился всего в полуметре и посмотрел на Сюаньюя сверху вниз. — Говоришь, Хуайсан сам выбирал?.. — он опасно оскалился. — Тогда надо бы с ним поговорить отдельно. Понимаешь, я не верю в совпадения, а значит, он явно что-то знал… Кстати! — Хуа Чэна будто осенило. — Ты же постоянно за ним таскаешься, почему сейчас его здесь нет? — Неважно, — Сюаньюй процедил это сквозь сцепленные зубы, стараясь не сказать ничего лишнего, и отвёл взгляд. — Ого, — Хуа Чэн удивлённо поднял бровь, — не скажешь? Неожиданно. Сделав ещё несколько небольших шагов, он ближе подошёл к Сюаньюю и внимательно всмотрелся в его лицо. Понимая, что Хуа Чэн сейчас едва не в бешенстве, Сюаньюй продолжил смотреть прямо, в маячившую перед глазами шею начальника. У Сюаньюя было чувство, что он умрёт, если сейчас посмотрит Хуа Чэну в лицо. — Тогда я спрошу в последний раз: что заставило тебя нарушить мой покой, мм? — голос начальника звучал обманчиво ласково, но за долгие годы Сюаньюй мог расслышать в этих нотках явную опасность. Он усиленно думал над тем, что ему стоит ответить, но в голову не приходило ни одной толковой мысли, поэтому продолжал молчать. — Не скажешь? Ладно. Тогда стоит спросить об этом Не Хуайсана. Всё же он назвался моим другом, поэтому не станет от меня что-то утаивать. В ином случае придётся мне укрепить нашу дружбу чем-то, например, парными вещами. На плечо Сюаньюя легла чужая рука. Вздрогнув, он против воли задрал голову и увидел лицо Хуа Чэна, искривлённое в ужасающей гримасе: единственный глаз округлился, зрачок сузился, а уголки губ стремились вниз, будто их пришили прямо к подбородку. На бледном лице ещё сильнее выделялось тёмное пятно синяка под глазом, и так Хуа Чэн стал ещё больше походить на призрака. Казалось, будто он не спал все эти месяцы, и от этого его рассудок помутился. Сюаньюя будто парализовало. — Как ты думаешь, Мо Сюаньюй, — голос Хуа Чэна был хриплым, его звучание будто отдавалось эхом прямо в черепной коробке парня, — Не Хуайсану подойдёт такая парная вещь, как выколотый глаз? Мо Сюаньюй сморгнул этот паранормальный вид Хуа Чэна, словно пришёл в себя. Последняя фраза бывшего начальника привела его в чувство, сказав «он всё ещё человек, у него просто покосились мозги». — Что?.. — всё ещё не желая признавать сумасшествие Хуа Чэна, переспросил Сюаньюй. — Глаз, — тихо повторил начальник, продолжая пялиться на его лицо своим этим устрашающим взглядом. — Я хочу посмотреть, какая у него обратная стор… В челюсть Хуа Чэна прилетел кулак. — Кха! — из его горла вырвался глухой звук, и он пошатнулся — от неожиданного выпада Хуа Чэн едва не упал, но, отступив на несколько шагов, смог удержать равновесие. Прижав ладонь к щеке, он посмотрел на свои пальцы, на которых каплями осталось красное, и почувствовал во рту железный вкус. Похоже, Мо Сюаньюй не сдерживался, приводя начальника в чувства. Хуа Чэн снова улыбнулся, и Сюаньюй увидел его некогда белые зубы, окрашенные сейчас кровяными разводами. — Сам понимаешь, что сейчас сказал?! — Мо Сюаньюй провёл рукой по своим волосам, сжал и слегка оттянул, пытаясь привести и себя в чувства. Адреналин внутри продолжал бурлить, желая найти выход, и парень принялся мерить шагами маленькую комнату, пытаясь избавиться от лишней энергии. — Я всё это время жил на работе с надеждой, что мой начальник сейчас отдыхает в компании хорошего человека, а ты пользовался добротой Инь Юя и сходил здесь с ума? — Я ему заплатил, — спокойно заметил Хуа Чэн, и Мо Сюаньюй резко повернул голову в его сторону, яростно всматриваясь в это безучастное лицо. Успокоился, значит. Сукин сын. — И это то, что ты сейчас можешь сказать?! — снова вспылил Сюаньюй. — Что ты вообще тут делаешь? — Я уже сказал, что провожу здесь свой отпуск, — Хуа Чэн нахмурился, и Мо Сюаньюю бы сейчас заметить эту опасную атмосферу, но он был уже слишком взвинчен, чтобы замечать что-то даже настолько очевидное. — Бля-ядь, — Сюаньюй остановился и уставился в лицо Хуа Чэна: глаза широко раскрыты, брови изогнуты, а на губах приклеена широкая нервная улыбка, — я это уже слышал. Какого хуя ты не в деревне?! Что, Се Лянь тебя продинамил? — Не называй его ИМЯ! Хуа Чэн в мгновение ока преодолел то расстояние, что их отделяло друг от друга, схватил Сюаньюя за шею и с силой впечатал его в дверь, больно стукая затылком о твёрдую поверхность дерева. Но, несмотря на боль, на лице Мо Сюаньюя всё ещё оставалась улыбка. — Ха, так дело в нём, да? — парень прикрыл глаза и насмешливо посмотрел на злого Хуа Чэна, ноздри которого раздувались от сдерживаемого гнева. — Се Лянь тебя отшил, и ты решил спрятать голову в песок и написать об этом в личном дневнике? Купить тебе разноцветные гелевые ручки? Посекретничаешь со мной об этом на ночёвке, а-ха-ха-ха! Хуа Чэн опустил голову и задумался. Мо Сюаньюй чувствовал, как хватка на его шее становится всё сильнее. В глазах уже рябило, и он впился пальцами в руку, что его удерживала, пытаясь получить хоть немного кислорода. Но рука Хуа Чэна будто была отлита из железа, и Сюаньюй со смешком подумал, что ещё немного — и он потеряет сознание от удушья. — Я не знаю, — спокойно начал Хуа Чэн, — откуда ты узнал про Се Ляня, но если ты так продолжишь… — хватка на шее ещё больше усилилась, — я сломаю тебе шею. Хуа Чэн не шутил. — Да пожалуйста, кха-кха! — Мо Сюаньюй попытался пнуть своего начальника, но тот никак не ослабил захват, наоборот, будто ещё сильнее напряг пальцы. Сюаньюй попытался поцарапать его руку, но и это не сработало. Лицо горело, глаза закатились, а изо рта потекла струйка слюны, которую он не имел возможности сглотнуть. Собрав весь оставшийся кислород, Сюаньюй прохрипел: — Вот только Се Лянь вряд ли будет рад, если узнает, что ты убил человека. — Если. Хуа Чэн мило улыбнулся ему в лицо, и Мо Сюаньюй с какой-то флегматичностью подумал о том, что вот и настал его конец — прощай, Не Минцзюэ-гэ, прощай, крольчонок Не Сон, прощай, не-его-Хуайсан, прощай… да и всё на этом — но уже в следующую секунду Хуа Чэн его отпустил. Больно ударившись коленями о плитку на полу, Сюаньюй истошно закашлялся, пытаясь восполнить уровень кислорода в крови. Но эффект был совершенно противоположным: резкий поток воздуха ударил в голову и в глазах полностью потемнело, а в ушах зашумело. Повалившись на бок, Мо Сюаньюй хрипло дышал, стараясь оставаться в сознании, и потихоньку приходил в себя. Хуа Чэн отошёл к окну и посмотрел на тёмную улицу, неравномерно освещённую светом фонаря. За спиной послышался шорох, но он не обернулся, не чувствуя опасности от полуживого Мо Сюаньюя. — Ну ты, конечно, загнул, братан, — Сюаньюй с надрывом похихикал и снова закашлялся, раздирая сухое горло ещё сильнее. Приподнявшись, он уселся, упираясь спиной в стену. — Меня вот А-Сан кучу раз отшивал, а я не сдавался, и что в итоге? — У меня другая ситуация, — окончательно успокоившись, Хуа Чэн не смел обернуться — голос в голове уже начал нашёптывать, какой же он мудак, что избил своего хорошего знакомого, по сути, ни за что. — Да что ты? — Сюаньюй уже по-настоящему тепло улыбнулся и со смехом во взгляде посмотрел на эту прямую широкую спину. — Расскажешь? Когда Сюаньюй предложил это, он ожидал получить в ответ полный игнор. Но, похоже, Хуа Чэн настолько устал вариться наедине с этими мыслями уже третий месяц, что всё-таки начал говорить: — Он оказался не таким, каким я его ожидал увидеть, — Хуа Чэн сказал это легко. Всё-таки он долго обдумывал те сутки, что провёл в компании Се Ляня, и точно понял, что именно его не устроило. Мо Сюаньюй молчал, продолжая слушать, и Хуа Чэн, сам не зная почему, продолжил говорить: — Я думал, что он эталон доброты, и он как раз таким и оказался. Но я не был готов к тому, насколько его доброта к посторонним перевешивает его заботу о себе. Я заметил, как он отказывается есть подношения для храма, хотя сам не умеет готовить. Он помогает старухам в поле, которые о нём распускают грязные слухи, хотя его собственный огород всё ещё не засеян. Он помогает деревенским детям, хотя их родители запрещают им разговаривать с ним. Какое-то время оба молчали. — Терпила, значит? Хуа Чэн ему ничего не ответил. — А ты его до сих пор любишь? — снова спросил Сюаньюй. И снова в ответ тишина. Её Мо Сюаньюй снова принял за согласие. — Ну смотри, гений, — с тихим кряхтением Сюаньюй поднялся на ноги и неспешно подошёл к Хуа Чэну, также начиная глазеть в окно. — Во-первых, ты мог бы с ним поговорить, — проигнорировав нейтральное «я и говорил», Мо Сюаньюй продолжил: — и не на пять минут, а нормально. Ты вообще понимаешь, что у нормального человека мнение поменять за две секунды нельзя? Особенно у монаха, который этим бесполезным делам жизнь посвятил. Во-вторых… хотя, наверное, это всё ещё «во-первых»… короче, тебе надо больше терпения иметь. Отношения — это всё-таки больше про компромиссы, так что тебе бы попробовать если не переубедить его, то самому понять его точку зрения, а потом уже делать выводы. И снова тишина в ответ. Вот только теперь Хуа Чэн с каждой минутой всё больше и больше хмурился. Пока не рванул с места. Через секунд пять послышался хлопок входной двери. — Чёрт… Мо Сюаньюй на нетвёрдых ногах доковылял до матраса и упал на него лицом вниз, стараясь отдышаться. Аха-ха-ха-ха, он ведь и правда думал, что умрёт здесь. В комнату кто-то вошёл. — Я останусь у тебя на ночь? — едва слышно пробубнил Сюаньюй, не отрывая голову от кровати. — Нет, — голос Инь Юя звучал устало, да и не мудрено: любой устанет, если его бывший босс внезапно нагрянет к тебе в квартиру и попросит (прикажет) остаться на неопределённый срок. — Иди домой. Мо Сюаньюй неглядя подтащил к себе подушку. Уткнувшись в неё лицом, он издал протестующие звуки. — Хуа Чэн, кстати, за все три месяца ни разу не постирал своё постельное бельё, — решил вкинуть интересный факт Инь Юй. Сюаньюй с громким «фу-у» отбросил от себя подушку.