Помимо политики и приказов

Солнце освещало весь сад, но под кронами деревьев этого почти не ощущалось. У дома росли в основном фруктовые деревья, но ближе к ограде попадались и обычные дубы и берёзы. Между стеной и деревьями было свободное пространство, где росли только кусты и трава. Найдя подходящее дерево, Дейлири обошла вокруг него, подпрыгнула и ухватилась за нижнюю ветку. Упираясь в ствол ногами, она кое-как подтянулась и смогла забраться. Невольно отметила, что в норийской одежде забираться попроще, чем в платье. Немного отдышавшись и оглянувшись, она стала забираться всё выше и выше — дальше было легче, лишь дело техники. И, забравшись почти до самого верха, она смогла посмотреть за стену. Там не было ничего интересного — всё тот же уходящий вглубь лес. И немного гор совсем вдали. Спустившись чуть пониже, Дейлири уселась на ветку и опёрлась спиной о ствол. Здесь оказалось довольно уютно и тихо. Ветви окружали Дейлири, скрывая её от внешнего мира, и казалось, что внешнего мира и не существует. Прикрыв глаза, она прислушалась к шелесту листвы, к щебету птиц. Где-то совсем рядом дятел долбил дерево. Как будто издалека раздавались голоса обитателей дома элейны, куда ближе — голоса охраны со стены. Дейлири не слышала, что именно говорили, да это было и неважно. Было хорошо и спокойно. — Как можно было срубить не тот участок леса?! — возмущалась Имирия. Расия понимала, как. Участки очень похожи, расположены рядом — вот и перепутали. Но и возмущение Имирии она тоже понимала. У неё был конкретный план по вырубкам, благодаря которому новые посадки росли равномерно, вырубки по плану зарастали ягодниками, дороги были проложены удобно для всех и всё такое. Ныне план был сбит, и как теперь рассчитывать зоны вырубок, было неясно. — Как карьеры перепутать, — ответила Расия. — Помнишь, четыре года назад работа на каменоломне была приостановлена из-за войны, а потом опять возобновилась? А группа горняков сменилась. Приехали они на место, смотрят — вот он, вроде как подходящий карьер. И давай добывать. — И надобывали так, что теперь там озеро, — буркнула Имирия. Обсуждение нового плана вырубок застопорилось из-за отсутствия Эноры. Она пообещала сделать новые расчёты и принести, но всё не шла. Потому Имирия уже по пятому кругу возмущалась, а Расия по пятому кругу говорила, что такое бывает. Гражданский фактор, не поддающийся расчётам. — Здравствуйте, мины, — в кабинет Имирии зашла Энора. — Я набросала пару планов по вырубкам, извольте ознакомиться. — Наконец-то, — с чуть меньшим недовольством сказала Имирия, принимая из рук Эноры планы. Имирия с Расией склонились над картой. Расия не совсем понимала, почему Имирия каждый раз лично всё пересматривала и пересчитывала, когда план Эноры по использованию ресурсов утверждался без изменений (или же с минимальными изменениями). Вот и сейчас она изучила один вариант, потом второй, потом всё пересчитала и спросила: — Расия, как ты думаешь? — Второй вроде получше. Меньше дорожных затрат. — Сойдёт, — вынесла свой вердикт Имирия. — Второй вариант. Хотя он кажется мне не идеальным. — Не переживай, — чуть отстранённо сказала Энора. — Это не самая страшная проблема. Энора задумчиво посмотрела на потолок. Расия с Имирией по привычке тоже туда посмотрели. — Побелить надо, — задумчиво сказала Энора. — Давайте перейдём к другим вопросам, — со вздохом сказала Имирия. — Расия, что там с деревом? Когда совещание по ресурсам наконец закончилось, Расии хотелось только дойти до постели, лечь и никогда больше не вставать. Энора вышла вместе с ней из кабинета и целую минуту шла рядом молча. — Как Дейлири? — наконец спросила Энора. — Нормально, — пожала плечами Расия. — Вчера норийские платья получила. — И ей идёт? — Очень, — кивнула Расия. — Хорошо. А что ты вообще о ней можешь сказать? Иногда вопросы Эноры ставили в тупик. Ну что она может сказать о Дейлири? — Гварнейка как гварнейка, — пожала плечами Расия. Энора остановилась, и Расия невольно остановилась вместе с ней. — И всё? — А что ещё? Энора посмотрела на Расию. Глаза у неё были светло-зелёные, очень светлые, и когда Энора смотрела, казалось, что она смотрит в самую душу. — Ты с ней не разговариваешь, — констатировала Энора. Расия не знала, что на это ответить, и надо ли вообще отвечать. Но Энора смотрела выжидающе. — Это так плохо? — Конечно. Вы же супруги. — Мы супруги исключительно по велению элаи. Мне казалось, что это нормально, что между нами нет близких отношений. — К ней можно зайти? — Почему нет, — внезапный вопрос вызвал растерянность у Расии. — И можно будет затащить её в постель? — Дейлири достигла возраста согласия, если она не против и если тебе нравятся дети — то проблем нет. — Дейлири не ребёнок, — сказала Энора и посмотрела куда-то в сторону. Расия посмотрела туда же, куда смотрела Энора. По стене шла тонкая трещина — видимо, от времени краска начала трескаться. — Ты с ней говорила о ваших взаимоотношениях? Расия покачала головой. Она совершенно не представляла, что говорить этому ребёнку. Да, они супруги, но так как это принудительный брак, то, наверное, стоит жить так, будто они и не супруги — так что ли? — И не говори, а то глупостей наделаешь, — неожиданно сказала Энора. От удивления Расия опять посмотрела на Энору. Та на этот раз задумчиво изучала пояс Расии. — Каких? — Любых. Например, назовёшь взрослого гражданина ребёнком. Я бы на её месте на это обиделась. — Но… она, конечно, не ребёнок, но ей даже восемнадцати нет. — Ты, конечно, не ребёнок, — ехидно сказала Энора, — но тебе даже семидесяти нет. Пойду посмотрю на твою супругу. Дойдя до своей гостиной, Расия тут же упала на диван. Почти сразу, ругнувшись, поднялась, чтобы достать кровь из шкафа. Напившись крови, она опять улеглась на диван. Возможно, думала Расия, ей действительно стоит пообщаться с Дейлири. В конце концов, живут они под одной крышей, в официальном браке, и вместе будут ещё лет пятьдесят. Наверное. В дверь постучали. Обычно когда приходили Расия или Серени, то они сразу заглядывали. Здесь же дверь оставалась закрытой. Отложив почти дочитанную книгу, Дейлири, подумав, ответила: — Открыто! В гостиную заглянула рыжеволосая норийка, имя которой Дейлири не могла вспомнить. — Привет, — улыбнулась она. — Я хотела раньше зайти, но работа не пустила. Не помешаю? — Не помешаете, — ответила Дейлири. — Вот и хорошо. Вампирша сделала круг по комнате, прежде чем села в кресло, стоявшее по диагонали от Дейлири. Она огляделась вокруг, посмотрела на стол и, кивнув на книгу, спросила: — Интересно? Дейлири попыталась подобрать слова для ответа. — Да, очень. Второй раз перечитываю. Что ещё говорить, она не знала. — А о чём? — О житие святого Сванрога. Будучи юным, он испытал множество страданий, в итоге ушёл из мира и поселился в лесу вдали от людей. Но под конец жизни ему явилось видение, и он снова вышел к людям. Пишут, что он был пророком. — Действительно интересно, — кивнула вампирша и посмотрела на подлокотник кресла. Пауза переходила из короткой в длинную, и Дейлири невольно занервничала. Она тоже посмотрела на подлокотник кресла, но не нашла в нём ничего интересно. — Меня, кстати, Энора зовут. На старовампирском это означает что-то среднее между «соблазнительная», «чёртова падшая женщина» и «путеводная звезда». Смотря какими источниками пользоваться. А ты же Дейлири? — Да, — Дейлири почувствовала, как краснеет, и невольно отвела взгляд, когда Энора на неё посмотрела. — А твоё имя ничего не означает? — Не знаю. Сомневаюсь. — И хорошо, наверное. Моя мама выбрала имя «Энора» по каким-то совершенно романтичным соображениям и всё детство рассказывала, как оно замечательно, чем сильно меня утомляла. Энора опять замолчала. Дейлири набралась смелости и взглянула на неё. Теперь вампирша смотрела на край стола. Дейлири, наблюдая за Энорой, могла бы решить, что та стесняется; но она выглядела уверенно. — Это же ты вчера забиралась на дерево? От этого вопроса стало неловко. Как ребёнок, которому вечно доставалось за то, что она залезала куда не следовало, Дейлири старалась не делать подобных вещей. Но так как вампиры прямо не запретили, то, оказавшись в саду, Дейлири не смогла упустить возможности. — Да… мне никто не сказал, что этого нельзя делать… — А этого нельзя делать? — неожиданно спросила Энора. — Не знаю, — ещё больше смутилась Дейлири. — Я впервые слышу, что на деревья нельзя забираться, — пожала плечами Энора. — Меня просто впечатлило, как ловко ты это сделала. Дейлири на мгновение показалось, что повисло неловкое молчание. Энора, казалось, опять задержала свой взгляд в какой-то непонятной точке — но вдруг она посмотрела на Дейлири и спросила: — Хочешь, я покажу тебе выход на крышу? Предложение прозвучало заманчиво, и Дейлири кивнула раньше, чем обдумала его. После спохватилась и подумала, что, как приличная девушка, должна была бы отказать. Но Энора уже вела её на чердак, на черепичную крышу. Она была буквально чуть-чуть выше деревьев, но этого оказалось достаточно, чтобы вид с неё был куда интереснее. А потом так же неожиданно Энора согласилась показать систему нагрева воды в водопроводе.