Глава 1
1 ноября 2019 г., 15:06
Примечания:
Жду ваших отзывов!
Когда я шла домой, планировала посвятить вечер работе, уборке и приготовлению еды на завтра. После того, как я покормила своих котов, переоделась и присела на диван, поняла, что мне не так уж нужна завтра еда, в квартире более менее чисто, а работу нужно делать на работе, поэтому пораньше улеглась спать.
Меня наглым образом разбудили. Какая-то очень настырная особа звонила мне на телефон. Взяв его с тумбочки, я увидела имя подруги, поэтому сразу же ответила на звонок.
— Да? — хрипло спросила я, в трубке послышался глупый смех.
— Кристина, ну как там твоя работочка? — я бесшумно вздохнула, смотря на настенные часы, время за полночь, какого черта она не спит? И ведь подшутить надо мной звонит, еще же не знает, что мне дали хорошее задание.
— Очень продуктивно, поэтому я стараюсь выспаться, — я ответила мягко, чтобы не обидеть Хлою, но ругательства в адрес подруги то и дело мелькали в голове.
— Ой, ну извини, удели мне несколько минут и иди спать, — Хлоя по звуку в телефоне упала на свою кровать и выключила ночник, я наоборот его зажгла, понимая, что несколько минут в ее понятии равнозначны пятнадцати, — как твои швабры? Как туалеты? накопила на проездной? — я поджала губы. Хлоя была из богатой семьи, поэтому за ней есть пару неприятных шуток по поводу моих материальных условий.
Я живу в однокомнатной квартире, без ремонта, со старыми дверьми и двумя котами. Родители последние семь лет живут в деревне недалеко отсюда, у них тоже не особо с работой, поэтому мне приходится им помогать. Несмотря на это я хорошо одеваюсь, всегда ухоженна, но не потому, что трачу кучу денег на салоны и бутики, просто со школьных времен осталось очень много деловых костюмов, вещей, я с того времени никак не изменилась, всё держала в порядке, вот вещи и продолжают хранить мне добрую службу.
— Мне дали пациентов, один из них тебе очень даже знаком, помнишь убийцу-клоуна? — я не захотела молчать, мне тоже хотелось хотя бы чем-то похвастаться. По клубам не хожу, с парнями не гуляю, зато дружу с самым опасным человеком во всём Готэме.
— Джокера что-ли? — недоверчиво уточнила подруга, я усмехнулась ей в трубку.
— Ага, его самого.
— Расскажи о нём! Я сделаю статью в газету, это будет сенсация!
— Разве это не цензурится? — настороженно спросила я, чувствуя подвох.
— Жёлтой прессе в Готэме закон не писан, ты же сама знаешь, что сейчас творится. Я, как главный редактор, даю себе разрешение на эту вольность. Ну так что? Встретимся завтра? — Хлоя делала пометки в блокноте.
— Нет, извини, это врачебная тайна, ничем не могу помочь.
— Я так и поняла, ты мне наврала, нет никакого Джокера, — я устало вздохнула. Блеф не ее конёк.
— Думай, как хочешь, мне нет смысла тебе врать, — я выключила свет и перевернулась набок, — доброй ночи, Хлоя, смотри в оба, чтобы Джокер не перерезал тебе глотку ночью, — я уже хотела сбросить трубку, как услышала колкий ответ подруги:
— Взаимно, ты же с ним работаешь, значит, к тебе он придет в первую очередь.
Я повесила трубку. Нужно поскорее уснуть и забыть этот разговор, как страшный сон. С самого утра мне нужно будет сделать обход в больнице, нельзя проспать. Уж тем более нельзя проспать встречи с теми пациентами, что мне так полюбились — Элизабет и Артур.
***
Утром я была готова на все, лишь бы не вылезать из теплой постели. Отопление до сих пор не включили, или даже не собирались включать, поэтому мне приходилось спать под двумя одеялами и в свитере. Холод, мягко сказать, повлиял на мое настроение и настрой на весь день. Нацепить первое, что под руку попало, я не могла — в больнице определенный дресс-код, пришлось искать колготки и юбку, к ним я, так уж и быть, подобрала красивую рубашку с пиджаком. В коридоре плюнула на то, что сейчас уйдет мой автобус и повязала шелковый шарф на шею (подарок тёти на выпускной института, причем очень дорогой подарок), натянула плащ и вышла из квартиры. На выходе я вспомнила, что Элизабет попросила меня принести своих питомцев. Пришлось возвращаться и незаметно спрятать в одеяле Пломбирку. Она была маленькой и тихой, поэтому проблем бы не создала. По приезде в Аркем мне стало не по себе, хотелось поспать, посильнее укутаться в докторский халат или в свой плащ, никак не идти на приём к моим пациентам. Отчасти, честно говоря, за это время я соскучилась по Элизабет, мне хотелось увидеть ее реакцию на мою кошку. С чувствами, которые я испытывала к Джокеру, был спорный вопрос, я скучала по нему, но из-за ночного разговора с подругой на душе было неспокойно. — Привет, Джесс, — я поздоровалась с вошедшей женщиной, она кивнула мне в ответ, — у меня есть пара вопросов, ты свободна? — Если по-быстрому, мне еще обход на подвальном этаже нужно сделать, — женщина грузно опустилась в кресло и, достав печенье, предложила его мне, я вежливо отказалась. — У меня вопросы по медицинским карточкам. На дворе девяносто первый год, а в карточке сказано, что Артура Флека должны были выписать еще в прошлом году, такая же история с Альбертом Уореном, — Джессика на моё заявление лишь рассмеялась. — В эти карточки уже давно никто не лезет, Грейс на них болт забила, — я в недоумении посмотрела на коллегу, — ты новенькая, к концу практики поймешь, что это твоё бессмысленное самопожертвование. Нашу больницу уже давно не проверяют, считай, она превратилась в никому ненужную тюрьму. — Аркем — одна из лучших… — смех Джессики прервал меня, я поняла, что действительно совсем наивная по отношению к каким-то новым аспектам, — ладно, оставим, у меня появилась надобность поменять препараты больному, я вольна в своих действиях, надеюсь? — Никто ничего не проверят. Пропишешь смертельный препарат — внимания не обратят. Отбросы отсюда никому не нужны, — женщина развела руками в стороны и пожала плечами. — Это жестоко, здесь наблюдаются хорошие люди. — Пообщайся с ними больше одного дня, а потом уже делай какие-то умозаключения, — Джессика посмотрела на настенные часы, — Элизабет разве не на три назначена? — Уже иду, — покорно прошептала я, выходя из кабинета, что странно, подруга полностью проигнорировала мою кошку. После приема с Элизабет, я отправила пушистика погулять по кабинету, уверена, ни один врач не устоял перед моим котёнком.***
— Здравствуй, — я негромко закрыла дверь и опустилась на стул напротив Джокера. — Привет, доктор, — он улыбался, рассматривая меня, — как ты себя чувствуешь? — я слегка рассмеялась. — Это я должна спрашивать, — я наиграно серьезно покачала головой в разные стороны, подпирая подбородок рукой, — думала о тебе всю ночь. — Ну и что же надумала? — Джокер заинтересованно посмотрел на меня, было видно, что ему неудобно сидеть связанным. Он был напряжен. — Не будь у тебя криминального прошлого, я бы сделала тебя примером подражания для людей. Он промолчал, не понимая, что я имею ввиду. Это был всего лишь умелый ход и мысли вслух, мне нужно было вывести его на откровенный разговор посредством другого мотива. — Люди с твоим синдромом говорят еле-еле, а ты, мало того, что смог адаптироваться в обществе, так от болезни в целом осталось только название, — я вздохнула, боясь, что разозлю его, — ты в детстве посещал какие-нибудь курсы или занятия? — Регулярно посещал психолога и пил таблетки, — спокойно ответил он, что меня немного удивило. — Спасибо, что рассказал, — я вытащила из кармана три баночки с таблетками, — я хочу заменить твои лекарства на эти. Как ты на это смотришь? — Мне всё равно, — он пожал плечами и отвернулся от меня. Ему вовсе не льстило то, что я советуюсь с ним о смене лекарств. — Я убрала психотропные препараты, которые контролировали тебя. Они тебе не нужны, — Джокер с интересом посмотрел на меня, — будешь пить витамины, снотворное, и я бы хотела прописать тебе индивидуальную диету. Молчит. — Джокер, я правда хочу тебя вылечить, но не смогу, если ты не доверишься мне. Он устрашающе искривил губы в улыбке и кивнул: — Ну, давай попробуем, доктор, — он громко рассмеялся и прикрыл глаза, — мне понравились вчерашние конфеты, давно я их не ел. — А что ты еще любишь из еды? Я бы включила это в меню твоей диеты. — Я забыл, — мне показалось, что он шутит, поэтому я усмехнулась, но Джокер серьезно смотрел на меня, — какой парадокс. Никто не понимает моих шуток, а с несчастья смеются. — Прости, — я опустила голову, в затылок ударила тянущаяся боль, видимо, у меня давление, — я составлю, как для себя. Уверена, тебе понравится. — Увидимся завтра, доктор, — он вновь начал смеяться, смотря мне за спину. Меня это не напрягало, наоборот, пугало, его смех, он не похож на смех больных, это смех убийцы. Я проследила за его взглядом — за стеклом стояла охрана. Они явно плохо влияют на благополучие моего пациента. В следующий раз попрошу их оставлять меня наедине во время приемов, на всех больных найдется смирительная рубашка, мне нечего опасаться.
