Санта Клаус ест плохих мальчиков (Father Christmas Eats Bad Boys)

      Удивительно, но Поттер не стал спорить, когда Северус сказал ему, что собирается навсегда забрать его от тети и дяди. Это только еще больше доказывало Северусу, что забрать мальчика было правильным поступком.              Нет, увести мальчика с Тисовой улицы не было проблемой. На самом деле это было даже слишком легко, и он решил, что скоро научит мальчика не доверять незнакомцам так просто.              Именно тогда, когда они подошли к теме магии, начались настоящие проблемы. По-видимому, у мальчика не было никаких проблем верить в то, что большой человек в красной одежде летает на санях, запряженных оленями, по всему миру, но ребенок сразу же отверг идею волшебников как невозможную. Даже когда Северус объяснил, что Джеймс и Лили были волшебниками и учились в Хогвартсе, мальчик не захотел слушать. С него было достаточно на эту ночь, головная боль, которая нарастала уже несколько часов, достигла своего апогея, Северус просто схватил ребенка и аппарировал их обоих прочь.

***

      Они появились в переулке Хогсмида. Северус продолжал держать мальчика за руку, не давая ему упасть, и через мгновение его ботинки оказались в остатках ужина Поттера.              Какое-то мгновение Северус стоял совершенно неподвижно, пока Поттера рвало рядом с ним. Затем неприятный запах достиг его носа, и он отпустил мальчика. Поттер отшатнулся в сторону и упал на колени, снова опустошив желудок.              Северус тихо выругался про себя. Он забыл, что дети и аппарация не очень хорошо сочетаются. Что ж, тогда ему придется принять ситуацию такой, какая она теперь есть. Им не нужно было снова переноситься куда-либо, так что худшее уже позади.              Взмахнув палочкой, он очистил заклинанием свои ботинки. Еще один взмах, и он заблаговременно послал своего Патронуса с приказом разбудить директора. Какой бы хлопотной ни была эта ночь, Северус понял, что ему придется привлечь к этому делу директора.              — Да ладно тебе, Поттер. Вставай!              Мальчик застонал, но сделал, как ему было сказано, к удовлетворению Северуса.              — Где мы? — спросил мальчик, оглядываясь вокруг. — Как мы сюда попали? Что случилось?              — Мы в Хогсмиде, — сказал Северус, направляясь к замку. — Я аппарировал сюда с помощью магии. Это обычный способ для волшебников, чтобы добраться из одного места в другое.              — Не думаю, что мне очень нравится магия.              — Ты научишься.              Какое-то время они шли молча, Поттер изо всех сил старался не отставать от длинных шагов Северуса, а у Северуса осталось слишком мало терпения, чтобы замедлить его шаг.              — Сэр? Куда мы идем? — спросил Поттер через некоторое время.              — Я же сказал, в Хогвартс.              — И Хогвартс — это действительно волшебная школа, где мои мама и папа изучали магию?              — Да.              — И вы один из учителей?              — Именно, хотя термин «профессор» был бы более точным.              — Вы не очень-то похожи на волшебника.              — Ты сомневаешься в моей способности творить магию?              — Нет, нет, вовсе нет. Просто я думал, что волшебники должны быть старыми, понимаете?              — Никто не рождается старым, мистер Поттер.              Чем больше вопросов задавал Поттер, тем быстрее Северус шел, заставляя Поттера бежать, чтобы не отстать от него. Вскоре они оставили деревню позади и начали подниматься к Хогвартсу. Они завернули на повороте дороги, и замок Хогвартс оказался на виду. За своей спиной Северус услышал, как Поттер ахнул.              — Это и есть Хогвартс?              — А чего ты ожидал? Груды развалин?              Северус повел мальчика в замок. Краем глаза он видел, как Поттер оглядывается по сторонам огромными мерцающими глазами.              В вестибюле их встретил директор школы, одетый в красную ночную рубашку и такой же ночной колпак, и Северус собрался с духом. Дамблдор был тем, кто поместил Поттера в дом его родственников, и, конечно же, он не был бы счастлив, если бы Северус забрал оттуда мальчика.              — Северус, что все это значит? — спросил Дамблдор низким и мягким голосом, в котором слышалось лишь легкое разочарование.              Пара маленьких рук вцепилась в мантию Северуса, и внезапно мальчишка Поттер крепко прижался к нему. Северус в замешательстве посмотрел на мальчика. Поттер наблюдал за директором.              — Я сделал, как вы предложили, директор, — объяснил Северус. — Я пошел посмотреть, как живет мальчик, и обнаружил, что условия его жизни были ниже всех стандартов.              — Ты, наверное, преувеличиваешь, Северус?              — Уверяю вас, что нет.              — Мне сказали, что с мальчиком все в порядке!              — Конечно, это так. Если «в порядке» включает в себя то, что его заставляют спать в чулане под лестницей, или отправляют спать без ужина в течение нескольких дней подряд, или толкают и дают подзатыльники по самой незначительной причине.              В его голосе звучала тяжелая ирония, и он впился взглядом в старшего мужчину, призывая его воспротивиться решению Северуса. На мгновение лицо директора стало пустым, и Северус испугался, что, возможно, директор все-таки знал об этих вещах.              — Ты уверен, Северус?              Теперь директор казался просто старым и усталым. Часть гнева покинула Северуса. Казалось, что ему больше не придется спорить из-за случившегося с директором.              — Да, — подтвердил он.              Они обменялись взглядами, которые ясно говорили о том, что они поговорят об этом позже, прежде чем директор повернулся к Гарри, который все еще цеплялся за мантию Северуса.              — Привет, Гарри. Может, подойдешь поближе, чтобы я мог получше тебя рассмотреть?              Гарри покачал головой и прижался еще ближе к Северусу, пряча лицо за его спиной. Это было странное чувство, когда ребенок так тесно прижимается к телу, и Северус не был уверен, что ему это нравится.              — Гарри? Ну же, мой мальчик, покажись мне.              Мальчик снова покачал головой. Он что-то сказал, но что бы это ни было, оно было приглушено спиной Северуса и неразборчиво.              — Ну же, Поттер! — сказал Северус, пытаясь подтолкнуть мальчика. — Прекрати эти глупости!              — Я не хочу, чтобы меня съели! — воскликнул Поттер, пытаясь обнять Северуса.              — Директор не съест тебя, мальчишка!              — Но Дадли говорит, что Санта Клаус ест плохих мальчиков. Пожалуйста, не дайте ему съесть меня!              Двое взрослых обменялись растерянными взглядами. Северус не мог не ухмыльнуться, когда понял, в чем на самом деле проблема Поттера.              — Мистер Поттер, — сказал он, хватая мальчика за руки и удерживая его подальше от своего тела, — это Альбус Дамблдор. Он — директор Хогвартса. Он не Санта Клаус, несмотря на свою ужасную одежду.              — Но он похож на него! — настаивал Поттер.              — А твой дядя похож на моржа, но это не делает его моржом, так ведь?              Остановившись на мгновение, чтобы подумать об этом, Поттер слегка наклонил голову.              — Наверное, нет, — признался Поттер.              — Так что поздоровайся с директором. Он тебя не съест.              Мальчик все еще не выглядел слишком убежденным, но он сделал, как сказал ему Северус, и повернулся к директору.              — Здравствуйте, сэр, — сказал он.              — Привет, Гарри, мой мальчик. Я могу заверить тебя, что нет никакой необходимости бояться меня.              — Если вы так говорите, сэр…              Дамблдор улыбнулся мальчику и сунул руку в карман, что-то ища.              — Хочешь лимонную дольку? — спросил он, протягивая мальчику конфету.              Поттер подозрительно посмотрел на угощение, прежде чем взять его. Когда Поттер положил конфету в рот, Дамблдор улыбнулся и снова повернулся к Северусу.              — Нам нужно будет утром подготовить для него все необходимое, но до тех пор, ты не мог бы оставить мальчика переночевать в твоих комнатах, Северус?              Его первым инстинктом было сказать «нет» и отказаться принять мальчика. Затем он посмотрел вниз на ребенка и заметил, что тот все еще стоит гораздо ближе к нему, чем к Дамблдору. Это была долгая ночь, и очевидно мальчик решил, по какой-то причине, что Северусу можно доверять.              — Отлично, — сказал он. — Но это только на одну ночь.              — Замечательно! А теперь, я думаю, нам всем пора спать. Завтрак подадут только через несколько часов.              Они попрощались, и Северус направился в подземелья, где находились его апартаменты, Поттер следовал за ним, пытаясь разглядеть рождественские украшения, беспорядочно размещенные по всей школе.              — Радуйся мир, Господь пришел! Пусть земля получит своего Правителя!* — запели доспехи, когда они проходили мимо них. Северус попытался проигнорировать это, как делал всегда, но Поттер подпрыгнул и уставился на латы огромными глазами.              — Эта штука поет? — спросил он.              — Пусть каждое сердце приготовит для Него место. И небеса, и природа поют...*              — Очевидно, Поттер, теперь пойдем.              — Как он это делает?              Вместо того чтобы сделать, как было сказано, Поттер медленно подошел ближе к доспехам, склонив голову набок и глядя на них. Это, казалось, подбодрило латы, и они начали танцевать.              — Радуйся мир, Спаситель царит! Пусть люди поют песни!*              — Замечательно, теперь он будет продолжать это всю ночь! Пошли, Поттер!              Схватив Поттера за руку, возможно, немного грубо, Северус потащил мальчика за собой. Это был долгий день, вероятно, как для него, так и для мальчика, и Северус хотел только одного — немного поспать.

***

      — Это мои комнаты, Поттер, — объяснил Северус, когда они добрались до них. — Это гостиная, ванная вон там.              Мальчик с любопытством оглядел место, где ему предстояло провести остаток ночи. Северус уже начал сожалеть о своем решении. Хотел ли он, чтобы в его комнатах был маленький ребенок, пусть даже на одну ночь? Нет! Слишком многое может пойти не так.              — Тебе нельзя ничего трогать, понятно?              Он подождал, пока Поттер кивнет, прежде чем продолжить.              — Сегодня ты будешь спать на диване. Я буду в своей спальне, вон там, и ты не должен беспокоить меня, если только не возникнет чрезвычайная ситуация. Есть какие-нибудь вопросы?              — Нет, сэр.              — Тогда ложись спать.              — Могу я сначала сходить в ванную?              Пока Поттер был в ванной комнате, Северус достал одеяло и подушку для Поттера. На диване спать было бы не очень удобно, но, по сравнению с чуланом, это намного лучше.              — Почему у вас нет рождественских украшений, сэр? — поинтересовался Поттер, когда вернулся.              — Потому что украшения — глупая чепуха, не имеющая никакого смысла. Ложись на диван!              Поттер сделал, как ему было сказано, натянул на себя одеяло и положил голову на подушку. Северус уже собирался выйти из комнаты, когда Поттер снова заговорил.              — Спасибо, сэр, за все.              Он закрыл глаза, и всего через несколько мгновений Северус понял, что Поттер уснул.              Северус ушел в свою спальню, тихо бормоча о тупоголовых мальчиках и о том, насколько ненужными были украшения на Рождество или в любое другое время года.

***

      Утром в день Рождества Северус проснулся от звука смеха. Прежде чем окончательно проснуться, он задумчиво наморщил брови, гадая, откуда доносится этот звук. Смех редко раздавался в его присутствии и особенно в его комнатах. Потом вернулись воспоминания о прошлой ночи.              — Поттер! — он тихо выругался.              Мальчик, должно быть, что-то задумал. Он должен был десять раз подумать, прежде чем оставлять мальчика одного даже на мгновение!              Он быстро натянул халат и сунул ноги в тапочки. Если Поттер думает, что может делать все, что ему заблагорассудится в апартаментах Северуса, то Северус очень скоро научит его, что это не так!              — Мистер Поттер, что…              Впервые в жизни Северус потерял дар речи, войдя в гостиную. Там, где всего несколько часов назад были голые стены и явное отсутствие украшений, теперь висел падуб, в углу стояла рождественская елка, а под ней — несколько красочно упакованных пакетов, и даже маленькая кукла танцевала и пела рождественскую песню. Это была кукла, которая привлекла внимание Поттера.              — Как вы думаете, что вы делаете, мистер Поттер? — спросил Северус, когда к нему снова вернулось самообладание.              — О, Доброе утро, мистер Снейп. И Счастливого Рождества!              — Динь-дилень, динь-дилень — всю дорогу звон!** — пела кукла.              Улыбка, которой мальчик сверкнул в его сторону, никак не успокоила гнев Северуса.              — Повторяю, мистер Поттер, что вы делаете?              — Как чудесно быстро мчать в санях, где слышен он!**              — Я просто смотрю на куклу, мистер Снейп. Я ничего не трогал. Если не считать дивана, или одеяла и подушки, или пола, или…              — Хватит, Поттер. Как все это сюда попало?              Он обвел рукой комнату. Кукла замолчала, очевидно, почувствовав, что ее пение больше не приветствуется. По крайней мере, она казалась более восприимчивой, чем доспехи в остальной части замка, подумал Северус.              — Не знаю, сэр. Я подумал, может, это вы принесли?              — Конечно же, нет!              — Ну, тогда я не знаю. Может, это какое-то волшебство?              С этими словами мальчик повернулся к кукле, которая снова принялась петь и танцевать. Северус нахмурился и направился в ванную. Если он не ошибался, в одном из шкафов лежало зелье от головной боли, и, похоже, оно ему понадобится.

***

      Выйдя из долгого холодного душа, Северус почувствовал себя намного лучше. Он думал, что все понял, и не мог дождаться встречи со своим подозреваемым.              — Одевайся, Поттер! — приказал Северус. — Завтрак в Большом зале начинается через десять минут.              Пока мальчик пошел в ванную комнату, Северус подошел к рождественской елке и внимательно осмотрел подарки, лежащие под ней. Их было три: два для Поттера и один, как ни странно, для Северуса. Все подарки были «от Санты Клауса», хотя это, очевидно, была та глупость, которую только директор придумал бы, чтобы скрыть свое участие.              — Я готов, сэр.              Вместе они прошли по коридорам и поднялись в Большой зал. Только несколько студентов еще не спали, и, хотя они с любопытством поглядывали по сторонам, они не обращали особого внимания на маленького мальчика, который следовал за их профессором Зельеварения к главному столу. Поттер, со своей стороны, казалось, почти не замечал учеников, слишком занятый разглядыванием огромных рождественских елок или волшебного снега, падающего с потолка.              — Доброе утро, мои мальчики! Надеюсь, вы хорошо спали? — весело приветствовал их Дамблдор.              — Так и есть, директор, пока я не проснулся сегодня утром и не обнаружил, в каком состоянии оказались мои комнаты! — ледяным тоном ответил Северус.              Хотя Поттер одарил директора быстрой улыбкой, он выбрал стул, который давал ему максимально возможное пространство между собой и директором.              — Что случилось с твоими комнатами, мой мальчик?              — Не притворяйтесь, будто вы ничего не знаете о... — начал Северус, но через мгновение его прервали.              — Давай, Гарри, мой мальчик, позавтракай. Мне самому вот это варенье очень нравится. Попробуешь немного?              По-видимому, не обращая внимания на ледяной взгляд Северуса, директор передал банку варенья Поттеру, который принял ее и нерешительно намазал на кусок хлеба.              — Прости, Северус. Ты говорил о…              — Я говорил, что мои апартаменты находятся в ужасном состоянии, и я действительно думаю, что должно быть какое-то признание частной жизни других людей!              — Что же случилось, Северус?              — Не делайте вид, что не понимаете, о чем я говорю!              — Боюсь, я действительно не понимаю, о чем ты говоришь, Северус.              Их взгляды встретились. Через несколько мгновений Северус отвел взгляд. В глазах директора была только правда, и, хотя он мог быть убедительным лжецом, Северус не верил, что на этот раз он ему врет.              — Почему бы тебе не рассказать мне, что все-таки случилось? — предложил Дамблдор.              — Несколько предметов сомнительного характера и происхождения были без моего разрешения размещены в различных местах по всем моим комнатам.              — Я полагаю, что это не артефакты темных искусств, которые ты подразумеваешь под «предметами сомнительного характера и происхождения», иначе я подозреваю, что этот разговор был бы совершенно другим.              — Кто-то счел нужным украсить мои комнаты самыми нелепыми украшениями!              На мгновение двое взрослых просто уставились друг на друга. Удивление на лице Дамблдора было неподдельным.              — Они вовсе не нелепы, сэр, если вы позволите. Я не думаю, что даже у тети Петунии есть что-то подобное, — прокомментировал Поттер.              Мальчик откусил еще кусочек от своего хлеба. Дамблдор усмехнулся, а Северус нахмурился. С каких это пор Поттер имеет право иметь свое мнение о том, как должны выглядеть апартаменты Северуса?              — Да, Рождество в Хогвартсе — это нечто совершенно особенное, — согласился директор.              — Это точно! Знаете ли вы, что есть доспехи, которые поют рождественские песни? А вчера вечером они даже танцевали!              — Да, я знаю, они склонны поддерживать дух праздника.              — А в гостиной мистера Снейпа была кукла, которая пела и танцевала, и там была рождественская елка, и падуб, и...              Что бы ни говорил мальчик, Северус не обращал на это внимания. Он никогда не был чересчур праздничным человеком и вообще предпочитал тишину и покой любому празднику.              — Полагаю, ты еще не получил никаких подарков, Гарри. Посмотрим, что нам удастся раскопать, — сказал директор в конце завтрака.              — Я получу подарки?              — Конечно. Нет смысла ставить рождественскую елку, если под ней не будет подарков.              — Там были подарки, — признался Поттер.              — Неужели? Ты посмотрел их?              Слегка покраснев, Поттер опустил глаза, бросив быстрый взгляд на Северуса.              — Да, — признался он. — Я посмотрел один из них, и там было написано: «Для мистера Снейпа». Но я ничего не трогал. Потому что не должен что-либо трогать.              С Поттером, который выглядел так, будто ждал, что его сейчас отругают, Северус обнаружил, что он даже не хочет ругать ребенка. В конце концов, Поттер был маленьким мальчиком в волшебном замке во время Рождества, и он до сих пор вел себя удивительно хорошо.              — Я полагаю, — сказал Северус, поднося чашку чая к губам, — что два других подарка были адресованы тебе, Поттер, а не мне.              — Для меня были подарки? Правда?              В голосе мальчика послышалось удивление. Северус кивнул. Мальчик тут же улыбнулся — широкой и лучезарной улыбкой, которая выглядела бы совсем как у Поттера-старшего, если бы не сверкающие глаза Лили.              — Мы можем вернуться, сэр? Можно мне их открыть? Пожалуйста?              — Сначала доешь свой завтрак, а потом мы пойдем.              Очень осторожно Северус проигнорировал многозначительный взгляд Дамблдора, когда Поттер закончил свой завтрак в течение нескольких минут и вытащил Северуса из Большого зала.              — Я не думал, что получу подарки, — сказал ему мальчик. — Как думаете, от кого они?              — Украшайте залы веточками остролиста, фа-ла-ла-ла-ла, ла-ла-ла-ла...*** — запели доспехи, когда они проходили мимо.              — Тетя и дядя сказали, что ничего не купят мне в этом году, — продолжил Поттер, не давая Северусу возможности ответить. — Думаете, они передумали? Мне кажется, что нет, но кто еще подарил бы мне что-нибудь?              Лили говорила слишком много и слишком быстро, когда нервничала или была взволнована, вспомнил Северус. Ее сын унаследовал эту привычку?              Наконец они добрались до комнат Северуса, и Поттер практически нырнул под рождественскую елку, вылезая оттуда с тремя подарками.              — Эм... это для вас, сэр, — сказал он, протягивая один из подарков Северусу. — Это для... меня! И этот тоже!              Взяв подарок, который предназначался для него, Северус сел на диван. Повертев сверток в руках, он попытался сообразить, что бы это могло быть. Это было похоже на книгу, но это было все, что он мог придумать. Кто мог послать ему книгу и заявить, что она «от Санты»?              — О, конфеты!              Подняв глаза от своего подарка, Северус заметил, что Поттер развернул свой первый подарок — коробку, до краев наполненную сладостями. Насколько Северус мог видеть, там были и маггловские, и волшебные конфеты.              — Что это такое? Шоколадные лягушки? Я никогда не видел их раньше. Не думаю, что у Дадли когда-нибудь были такие.              Когда Поттер открыл коробку, лягушка прыгнула, и началась погоня по гостиной.              — Успокойся, Поттер!              В приказе действительно не было особой нужды, потому что Поттер был очень осторожен в своей беготне, потому что он привык, что его ругали либо за все, либо без причины. Тем не менее Поттер успокоился, и Северусу не придется беспокоиться о том, что его комнаты будут разрушены из-за легкомысленного ребенка.              Северус медленно развернул свой подарок и достал зеленую книгу. Он перевернул ее, чтобы увидеть переднюю часть и прочитать слова: «Воспитание ребенка-волшебника. Полезное руководство о том, как поощрять и дисциплинировать».              Усмехнувшись, он отбросил книгу в сторону. Очевидно, это была какая-то шутка.              — Ва-а-у! Это потрясающе! Что это такое?              Снова сосредоточившись на Поттере, он увидел, что Поттер открыл второй подарок, который был, к большому ужасу Северуса, игрушечной метлой. Метла была красно-зеленой с удобным сиденьем для летуна.              — Это метла, — простонал Северус.              — Я знаю, что это метла! Но это не обычная метла, да? Она совсем не похожа на обычные.              Кто был так жесток, чтобы все это устроить? Он ведь был ребенком Лили, который также являлся отпрыском Джеймса Поттера, и кто-то счел нужным подарить мальчику метлу из всевозможных вещей! Неужели кто-то пытается сделать это Рождество несчастным для Северуса?              — Ух ты!              И теперь, пока Северус жалел себя, Поттеру удалось заставить эту чертову штуку подняться на несколько футов от Земли.              — Думаю, мне все-таки понравится магия, — заявил Поттер, вставая.              — Нельзя летать на метле внутри! — тут же строго сказал Северус.              Поттер замер, очевидно, что это и был его план, и нерешительно посмотрел на Северуса.              Глаза Лили. Лицо Поттера. Надутые губы Лили, когда она действительно чего-то хотела, но не могла получить. Естественное обращение Поттера с метлой.              Зелья от головной боли, которое он выпил раньше, будет недостаточно.              — Это летающая метла, Поттер. Она не должна использоваться внутри помещения. Если ты хочешь полетать на ней, ты будешь делать это снаружи, где есть больше места и меньше шансов врезаться в стену. Я ясно выразился?              — Да, сэр. Тогда можно мне выйти на улицу?              Вздохнув, Северус встал и пошел за своей мантией. Это всего на пару часов, сказал он себе. Директор примет другие, более подходящие меры, и тогда Северус сможет вернуться к своей мирной жизни. А до тех пор он просто должен извлечь из ситуации максимум пользы. ---------------------------------- *Художественный перевод рождественской песни «Joy to the world!». **Художественный перевод рождественской песни «Jingle bells». ***Художественный перевод рождественской песни «Deck the Halls».