Don't Let Me Go

Они в своем парке, сидят на скамейке, бок о бок, наблюдая за Софией, которая просит их посмотреть, как она скатывается по крошечной, соответствующей её возрасту, горке на детской площадке. — Это было потрясающе, София! В скором времени ты уже сможешь пойти на большую детскую горку! Джоана хлопает в ладоши, смотря на девочку, которая радостно хлопает в ответ, но девушка внезапно останавливается, заметив, что Крис смотрит на неё, подняв правую бровь. Темноволосая быстро переводит взгляд на Софию: — Может быть, через пару лет, да, чикита* (исп. малышка)? Косясь на Сото, она видит, как та одобрительно кивнула. Она поворачивается к Крис, глядя на неё с восхищением: — Ты замечательная мама, ты знаешь это? Кристина в замешательстве, потому что чувствует подступающий к щекам жар и знает, что краснеет. Точно также, как когда Джоана дразнила её за это во время их отношений. Она опускает голову так, чтобы Бьянчи не смогла увидеть её румянец, но уже слишком поздно. Она нежно проводит пальцем по её подбородку и поднимает голову. — Я серьёзно. Кристина не знает, что делать, и, кажется, не может отвести взгляд от Джоаны: -Спасибо. Это единственный ответ, который она может дать брюнетке. — Это действительно легко мне даётся. Джоана улыбается: — Да, я могу сказать, что она невероятно умна для своего возраста и очень проницательна. Крис кивает. — Слишком проницательна… Сото смеётся, понимая смысл комментария Бьянчи. Она знает о том, что Джоана имеет в виду то, что София узнала её, видя только на фото. Блондинка снова покрывается румянцем. — Мне нравится, когда ты краснеешь. Это одна из вещей, по которым я скучала больше всего. В голову Джоаны явно не пришло то, что не следует так торопиться с Крис. Атмосфера меняется, и брюнетка мысленно ударила себя за свою неспособность сдерживать свои чувства и слова. Кристина прерывает их зрительный контакт, чтобы посмотреть на Софию, которая бежит к ним. — Мама, мама, покатай меня на качелях, пожалуйста. Прежде чем Крис успела встать или хотя бы ответить, Акоста поднялась на ноги. — Могу я это сделать, чикита* (исп. малышка)? София обрадовалась. Сото всё еще не может понять, почему София так полюбила Джоану, когда они виделись лишь пару раз. — Да! Джоана, покатай меня! Хорошо, мама? Девочка смотрит на маму своими большими голубыми глазами и черт возьми Крис знает, что ей всегда будет трудно отказать ей в чем-либо, поэтому она просто улыбается и предупреждает: — Да, но не слишком высоко, хорошо? Джо знает, что последнее было сказано для неё. — Я никогда не подвергну её опасности, Крис, обещаю. Кристина кивает: — Я знаю. И вдруг девочка потянула Джоану за собой, а Крис смеётся над восхищением и радостью своей дочери. У неё есть немного времени на размышления, пока Джоана и София играют вместе. Крис не верила, что снова когда-нибудь увидит Бьянчи, так что это всё ещё было похоже на сон. Галлюцинация, которую она испытывает из-за того, что слишком сильно скучает по Джоане. Их отношения были для Крис самой дорогой вещью в жизни, пока не появилась София. Единственное, что делало её жизнь лучше — любить Джо и заботиться о ней как можно сильнее. Видеть её здесь, играющую с Софией, кажется нереальным. Сото еще никогда не была так благодарна судьбе. Она смеётся, когда восторженные крики Софии достигают её ушей, улыбается Акосте, которая улыбается в ответ и, Боже, бабочки всё ещё порхают у неё в животе. Она задается вопросом, чувствует ли Джоана то же самое. Вскоре София проголодалась и пошла есть. У них старомодный пикник под деревом: салфетки, корзина, еда и напитки, также несколько покрывал, на которых они могли сидеть. Джоана и Крис сидят, лицом к лицу, скрестив ноги, темноволосая прислонилась к дереву, в то время, как София бегала рядом, закончив со своим сэндвичем. Усталость от целого для беготни и игр с Джоаной и Крис настигает её, и она засыпает на коленях Бьянчи. Похоже, она очень сильно полюбила Джоану, и это только согревало сердце Кристины. Тем не менее, это немного беспокоило её, ведь она не знала, надолго ли останется Джо и хочет ли она общаться с ними, они еще об этом не говорили. Она отгоняет эти мысли и просто смотрит на двух самых дорогих ей людей. Она улыбается: — Ты знаешь, что мои родители хотели, чтобы я избавилась от неё? Джоана поднимает взгляд на Крис, всё еще поглаживая Софию по голове, и Пена воспринимает это, как сигнал к продолжению: — Они сказали, это разрушит моё образование и жизнь в целом, что я уже достаточно облажалась. Они были непреклонны в том, чтобы я отдала её на удочерение. Я ведь даже взглянула на несколько программ по удочерению. Я не хотела, никогда не хотела, и как только она родилась, я поняла, что не смогу её кому-то отдать. Она моя и я люблю её. Джоана опустила взгляд на спящую девочку, а потом снова на Кристину: — Я бы тоже не смогла отказаться от неё. Ты поступила правильно, Крис. Ты никогда бы не совершила такой хуйни. Я рада, что ты боролась за неё. К глазам Крис подступают слёзы, вспоминая всё, что она пережила с того момента, как узнала, что беременна в 18 лет. — Она не разрушила мою жизнь. Да, она стала труднее, блять, да, но я стала намного сильнее. Я закончила старшую школы, когда уже была беременна, с поддержкой девочек. И я смогла поступить в онлайн-колледж, после того, как родилась София. Позже и настоящий колледж я закончила. У меня есть степень бакалавра в области психологии. Джоана была удивлена. Они вели свою жизнь и отношения по принципу минута за минутой, по предложению Крис, поэтому они никогда не волновались о будущем. Акоста знала, что Крис хотела бы поступить в колледж, но она не знала, чем хочет заниматься в жизни, и не считала себя достаточно способной для этого. Но Джоана всегда знала, что Кристина может сделать всё, что захочет. Её размышления были прерваны блондинкой, которая снова заговорила: — Я вырастила её, учась и работая, я ещё никогда так собой не гордилась. Мои родители в конце концов смирились, они любят её и без конца балуют. Она самая умная девочка в мире и, к счастью, не похожа на него. Он по-прежнему был больной темой для Крис и, вероятно, будет всегда. — Она твоя копия. Я едва не откинулась в первый раз, когда увидела её, потому что она так сильно напоминала мне тебя, — смеётся Джоана, пытаясь разрядить атмосферу. Крис тоже смеётся, и этот звук наполняет Акосту счастьем, ведь она так давно его не слышала. Но сейчас время, когда Кристина изливает душу, и Джо хотела знать всё, что Сото позволит ей знать. — Его нашли? Крис кивнула, и Джоана почувствовала облегчение. — Он был депортирован и теперь отбывает срок там, где жил, где-то в Восточной Европе. Я не смогла узнать, в какой стране. — Я рада, что тебе больше никогда не придется иметь дел с этим мудоебом. Я бы разбила ему всё рыло, если бы когда-нибудь увидела. Крис знает, что Джоана способна на всё, чтобы защитить её. Она была уверена в этом, когда они встречались, и уверена до сих пор. Они молчали несколько минут, просто наслаждаясь присутствием друг друга и щебетанием птиц. — Крис… — начинает Джоана немного боязливо, мягко глядя на блондинку и, пытаясь сосредоточиться на том, что говорит, не теряясь в бездне голубых глаз напротив. — Я не знаю, обманул ли меня мой разум или я просто приняла желаемое за действительное…но… — Джо остановилась, глубоко вздохнув. Это не должно быть так сложно, и она даже не была уверена, что правильно расслышала. — Да? — Хм, какое полное имя Софии? — Оу, так ты слышала. Лицо Крис становится ярко-красным. Джоана действительно очень скучала по этому. Но она не может сфокусировать всё внимание на этом, ведь реакция Сото, заставляет её осознать, что всё-таки не ослышалась. — Я так поняла, что это значит — да. Крис глубоко вздыхает, она знает, что в конце концов Бьянчи узнает, но может быть, лучше рассказать сейчас. — Её зовут Джоана София Сото Бьянчи. Джоана на самом деле не может разобраться в нахлынувших чувствах, но у неё на сердце теплеет, в животе порхают бабочки, в то же время она чувствовала лёгкое головокружение. Она всё же берёт себя в руки и видит, как Крис внимательно на неё смотрит. Скорее всего, пытается понять, что происходит в её голове. — Почему ты назвала её так? Крис опускает взгляд на свои руки, видимо, они вдруг стали намного интереснее, чем всё остальное вокруг: — Ну, я… Хм, ну… Сото делает глубокий вдох, пытаясь контролировать свое сумасшедшее сердцебиение и желание просто убраться с глаз Джоаны, и продолжает: — Эм… До тебя я не думала о том, чтобы иметь детей, и вообще их не хотела. Но потом появилась ты, и иногда, хотя мы никогда это не обсуждали, у меня в голове мелькали мысли о маленьких темноволосых детишках с милыми улыбками и карими глазами. Она пожимает плечами, не зная, что ещё сказать. — Так ты думала о том, чтобы иметь детей со мной? Джоана мягко улыбается, потому что на самом деле, Крис даже не могла представить себя в восемнадцать. Но вскоре после того, как она сказала Джоане, что никогда не бросит её, то начала думать о совместной жизни с ней, о том, что у них будут дети и состарятся они вместе, независимо от того, как помотает их жизнь. Услышав это от Кристины сердце Акосты наполнилось радостью. Она уже полюбила эту маленькую девочку, как родную, просто потому что она была частью Крис. — Да, ну… После того, как мы закончили бы школу, поженились и всё такое… — Крис говорит это так, будто это не имеет большого значения и сердцебиение Джоаны не ускоряется лишь от одной мысли их совместной жизни. — И ты назвала её так потому что… Крис слишком хорошо знала Джоану, чтобы понять, что та ищет подтверждения в том, что имя Софии имеет прямое отношение к ней. Поэтому Пена решила сразу перейти к разговору, ведь сейчас было самое время, чтобы рассказать о том, что она чувствовала, когда София родилась. — Потому что я хотела, чтобы она была нашей. Была нашим ребёнком. И как бы безумно это ни звучало, по-моему, так оно и есть, — Крис впервые произнесла это вслух. Конечно, окружающие знали или подозревали, что это так, но она никогда не говорила об этом. Никому. Даже Амире. — Она знает тебя, есть фотография тебя и меня в нашем месте. И её любимая сказка перед сном о том, как две принцессы влюбились, посещая школу для принцесс. Джоана не знает плакать ей или смеяться, потому что её переполняют эмоции, но она ничего не говорит, и Кристина продолжает: — Честно говоря, я никогда не думала, что увижу тебя снова. Я думала, что ты продолжишь свою жизнь и не вернешься, так как на тебя это никак не повлияло и всё такое, все эти рассуждения не давали мне покоя. Я не знаю. Мой разум был сломлен в то время, но я ни капли не жалею о моём решении, — говорит она, глядя на свою дочь, улыбаясь и внезапно замирает, когда понимает, что Джоана, должно быть, считает её совершенно безумной. — Оу, но я могу сменить её имя, если хочешь. Я знаю, что есть спо… Ладонь, прижатая к её рту, заставляет её замереть, как вкопанную: — Нет. Не смей! Уверенность в голосе Джоаны поражает Крис. Она думала, что та взбесится и решит, что Крис чокнутая, и потребует, чтобы она убрала из имени Софии «Бьянчи», если когда-нибудь узнает. Но Акоста продолжает удивлять её, как она это делала каждый день, пять лет назад. — Я знаю, что нам ещё есть о чем поговорить, у нас так много всего, что нужно обсудить. И я знаю, что многое изменилось, но мое сердце всё ещё полностью принадлежит тебе, я приехала, чтобы остаться, и я уже так сильно люблю это девочку, Крис. Крис чувствует головокружение, и в то же время ей хочется прыгать, хлопать в ладоши, делать пируэты, потому что единственный человек, которого она когда-либо любила, всё еще любит её и её дочь, и жизнь, казалось, не может быть лучше, чем в данный момент. На глазах Сото появляются слезы. И Джоана возвращается в то время, когда она пошла на вечеринку, чтобы извиниться перед Крис за срыв, когда Пена смотрела на неё со слезами на глазах и мягкой улыбкой, полной любви, когда она поцеловала её, потому что слов было недостаточно, чтобы передать чувства обеих. Она поняла, что между ними всё будет хорошо, когда Крис встала со своего места, просто чтобы быть поближе к ней и Софии, сидя справа от Джоаны, она нежно поднимает ноги Софии и кладет на свои. Бьянчи поднимает руку и неуверенно обнимает Кристину за талию, заставляя её прижаться ближе, она мирно улыбается, глядя на свою дочь. Ну, их дочь, в некотором смысле. — Никогда больше не отпускай меня, Джо. Джоана нежно целует Крис в макушку и сильней обнимает всё ещё спящую Софию. — Не буду.