Откровение

      В пекарне не было посетителей. Да и с чего бы им быть дождливым вечером? Поэтому Сабина решила провести небольшую финансовую ревизию. Она сидела за кассовым аппаратом, считала выручку и записывала в свою учётную книжечку данные расчётов, иногда отвлекаясь, чтобы посмотреть в окно или на часы. «Что же так долго нет Маринетт?» Она даже несколько раз порывалась позвонить дочери, но каждый раз откладывала телефон, убеждая себя, что та гуляет, ведь прислала смс, что задержится.       А дождь всё не утихал. Прозвенел колокольчик, и Сабина подняла голову от кассового аппарата: «Кто же в такую погоду за пирожками ходит?» — подумала было она, но увидела, как в пекарню заходит дочь. — Ох девочка моя, что с тобой случилось? Ты в порядке? На тебя кто-то напал? Они тебя не тронули? Ужасно выглядишь. Надо принять тёплую ванну и переодеться, — Сабина подбежала к дочери и взяла её за плечи, беспокойно осматривая с ног до головы. — Мамочка, — остановила словесный поток вопросов Маринетт, — со мной всё в порядке. Просто поскользнулась и упала в лужу. В большую грязную лужу. Ничего серьёзного. Ты же знаешь, какая я бываю неуклюжая. Прямо сейчас пойду наверх приму тёплую ванну и переоденусь, не беспокойся, мам. Я не сильно ушиблась, все хорошо. А пока я буду приводить себя в порядок, ты приготовь горячего чаю, с лимоном и мятой. Много чая. Думаю одной кружки мне будем мало. В большом чайнике завари. И поесть что-нибудь. А я потом спущусь, окей?» — Мари говорила уверенно, с чувством, с толком, с расстановкой, держа руки матери в своих и смотря ей в глаза. Она пыталась всем своим видом развеять беспокойство и убедить её, что все хорошо. — Какие же у тебя холодные ручки. Иди. Иди быстрей наверх и переоденься. Не буду задерживать тебя, а то заболеешь ещё, — говорила Сабина, растирая своими руками руки дочери.       Маринетт вырвалась из её плена и побежала в коридор. И конечно не в комнату она пошла, а к заднему входу, где её должен ждать пьяный Котяра. — О неееет, — застонала девушка, когда открыла заднюю дверь. На крыльце, прямо перед дверью, не обращая внимание на дождь и холод, свернувшись калачиком, мирно посапывая, спал Кот Нуар. Мари схватилась за свои мокрые хвостики и с силой потянула их:  — Только не это. Тикки, как я потащу это спящее тело наверх? — захныкала Маринетт, обращаясь к вылетевший из сумочки маленькой подруге. — Знаешь, я думаю не будет ничего зазорного, если ты трансформируешься, чтобы спасти своего напарника, — улыбнувшись, пропищала квами. — Точно, Тикки. Ты гений. Я же не в личных целях, а ради спасения Нуара. А если он очнётся пока я буду его нести? — с ноткой беспокойства в голосе обратилась к подруге девушка.        Тикки осуждающе посмотрела на спящего Кота: — Не, не должен. Если и проснётся — всё равно ничего не вспомнит. Да ты посмотри не него — он же не соображает, где находится.       Маринетт глубоко вздохнула, оглянулась по сторонам на всякий случай, вдруг чего, и прикрыла дверь на улицу. — Ну ладно, Тикки, трансформируй меня.       Красная вспышка озарила коридор, и вот уже стоит не хрупкая и вымокшая до нитки девчонка Маринетт, а героиня в облегающем красном костюме в черный горошек. Геройская маска ей придавала уверенности, что уж говорить о силе.       ЛедиБаг подошла к Коту, бережно, чтоб не разбудить, взяла на руки и прижала к себе. «Какой же он хорошенький, когда спит. Так и хочется его погладить, обогреть и приласкать, почесать за ушком. Сейчас его ничто не беспокоит», — подумала Маринетт, глядя на безмятежное выражение лица напарника. У неё сердечко ёкнуло, а губы расплылись в улыбке.       Она отогнала от себя эти мысли и быстрым шагом поднялась по лестнице.       Добраться до комнаты не доставило никаких проблем. Она зашла и ногой закрыла за собой люк. Дверца хлопнула сильнее, чем ожидала девушка. В этот момент Кот Нуар резко открыл глаза.