Его тайна

Деликатный взаимообман. Эспер знала, что для нее все уже не может оставаться по-прежнему. Не теперь… Слова, произнесенные вслух, будто бы обладали собственной магией, не позволяющей их больше игнорировать. Ник тоже знал. Молчание о ее чувствах теперь стало официальным девизом их отношений. Невысказанным обещанием. Но вскоре Эспер первой нарушила негласное соглашение… Вечеринка в честь дня рождения Кассандры. Сама Кэсси, разумеется, ни в коем случае не пригласила бы Эспер, но ее подруга Милла, и по совместительству организатор торжества, была мила и вежлива, позвав отметить всех студентов академии. Буквально. Таким образом детский праздник обещал стать эпичной вечеринкой. Дочке ректора позволялось многое, и она этим безнаказанно пользовалась. Впрочем, в этот раз Эспер не возмущалась столь вопиющей несправедливости, а наоборот была благодарна малолетней негодяйке за лишний повод провести время рядом с Ником. Готовясь к выходу, она перемерила едва ли не весь свой гардероб, но в итоге выбрала идеальное платье: силуэт, подчеркивающий фигуру, небольшое, но очень соблазнительное декольте и отличный темно-лазоревый шифон, оттеняющий синий цвет ее глаз. Медно-рыжие волосы Эспер оставила распущенными, тщательно вымыв чудо-средством, которое вручную делала одна из ведьм с ее курса. Лепестки лаванды, различные масла и какие-то секретные ингредиенты. После него густые пряди блестели, приятно пахли, вились мелкими волнами и совсем не путались. Настоящее волшебство! Конечно, Эспер бы не стала столько времени тратить на свой облик ежедневно, но сегодняшний день был особенный, а весь наведенный лоск предназначался для глаз только одного конкретного человека. Лишь о нем она думала, придирчиво рассматривая себя в зеркало. Но коварному плану целиком завладеть вниманием Ника не суждено было сбыться. Вопреки мечтам и ожиданиям он так и не появился на празднике, попросив Сару последить за тем, как развлекается Кассандра с подружками. И тому нашлось весьма логичное объяснение. Присутствие ректора подпортило бы веселье и распугало всю вечеринку, а Ник, как хороший отец, не стал бы мешать дочке наслаждаться днем рождения. И Эспер, протанцевав для приличия один медляк с Габри, решила улизнуть «с детского утренника», который вмиг стал ей неинтересен, и сама отправилась к Николасу, решив на ходу сочинить какой-нибудь предлог в оправдание позднему визиту. Покинув душный холл, Эспер направилась прямиком в его кабинет. Навстречу ей, слегка пошатываясь, плелся Колин Саммерс, едва волоча ноги. «Неужели успел так сильно напиться?» — Праздник удался, да, Кол? — подшутила она, проходя мимо. — Пунш был особенно крепок? — Позорно переборщил, — ответил Колин, нервно улыбнувшись, и изобразил тошноту. — Никому не говори, что меня видела, окей?.. — Окей, — бросила ему вдогонку Эспер. И даже не задумалась о том, что мужской туалет, откуда он должен был идти, находится совсем с другой стороны кампуса.

***

— Тук-тук, — поздоровалась Эспер, ступив в кабинет. Сердце легонько дрогнуло, стоило ей перешагнуть порог, наполнившись страхом и одновременно предвкушением. Хмурый и задумчивый Ник сидел за столом, склонившись над какой-то старинной книгой, а рядом возвышалась стопка других, не менее древних. В слегка помятой рубашке, расстегнутой сверху, без извечного пиджака, жилета и галстука, он выглядел непривычно – будто студент, из последних сил пытающийся наверстать упущенное накануне экзамена. На кухонном подносе стоял заварник и пара кружек остывшего кофе, а еще валялся единственный фантик от конфеты. Печальная картина. «Неужели его так вымотала подготовка к празднику?» — задумалась Эспер. Ее все не отпускала мысль, что Ник скрывает нечто плохое, но заставить его рассказать, в чем же причина, никак не получалось. Ник шумно вздохнул, отрывая наконец глаза от книги, и с усталостью в голосе спросил: — Ты почему не на вечеринке? Эспер прошла в кабинет, затворив за собой дверь, и остановилась на ковре прямо перед столом, чтобы оказаться в свете лампы, где ее можно было хорошо рассмотреть. — Я?.. — Эспер замялась, с досадой запоздало вспомнив, что ничего путного не придумала в свое оправдание. — Эм-м-м, просто зашла сообщить, что кто-то налил в пунш спиртного, — ляпнула она первое, что пришло в голову, а затем мысленно чертыхнулась. — Все уже напились. «Бли-и-ин!» Повод увидеться нашелся дебильнее некуда, но это оказалось абсолютно неважно, потому что ее план сработал. Николас задумался, на несколько долгих секунд прикипев глазами к ее телу. Эспер буквально кожей почувствовала, как его взгляд соскользнул с ее лица на волосы, плавно скатился по их волнам вниз к вырезу декольте, мимолетно замедлившись на маленькой вертикальной складочке между грудей. Затем проследовал вдоль изгиба талии и огладил бедра. Вскоре перешел ниже, ненадолго задержавшись на голых коленках, а потом застрял где-то в районе лодыжек. «Ох, Ник! А я и не знала, что ты умеешь так обжигать взглядом!», — с удовольствием подумала Эспер, наслаждаясь тем, что сумела обратить на себя внимание. Довольно улыбнувшись, она смело шагнула ближе и присела на краешек его стола, поближе к креслу хозяина кабинета. — Так мне вылить пунш?.. — Что? А… Вылей, — наконец сообразил ответить Ник, быстро опуская глаза обратно к книге. — И на будущее… Вопросы с алкоголем решай сама. Необязательно меня о таком спрашивать, но раз ты зашла… платье очень красивое. — Спасибо. Хоть комплимент и был адресован платью, но в этот момент Эспер почувствовала себя такой счастливой, словно вместо дорогого шифона случайно обрела прекрасные крылья. Вечер, определенно, удался. — А теперь тебе пора, — Ник пододвинул книгу поближе к себе. — И впредь садись в кресло напротив, пожалуйста. «Теперь он видит меня насквозь… Черт!» — Эспер закатила глаза, а затем плавно соскользнула со столешницы и направилась обратно к выходу. — В гримуарах твоей бабушки что-нибудь сказано о магии ковена «Предрассветной звезды»? — внезапно спросил Ник, когда она уже почти скрылась за дверью. — Вроде бы нет, — ответила Эспер и обернулась. В тусклом мерцании настольной лампы Николас выглядел неимоверно подавленным. Странный вопрос ее насторожил. — Ковен предрассветной звезды? Ведьмы, практикующие темную магию? А что именно ты хочешь узнать? — нахмурившись, спросила она, но Ник не успел объяснить подробней — внизу что-то с силой громыхнуло, отчего затрясся пол, а в ноздри ударил резкий запах гари. Эспер и Николас на миг замерли, вглядываясь в лица друг на друга, а потом одновременно выскочили из кабинета. Коридор тонул в облаке едкого дыма, от которого зудело в носу и щипало в глазах. В воздухе парили белые частички пепла. Навстречу им, сбиваясь с ног, неслись студенты, истерично крича и толкаясь локтями. Всех охватила паника и шок. Никто толком не мог объяснить, что именно произошло. — Папа! — Из облака густого дыма им навстречу выбежала Кэсси. — Ты в порядке?! — Да! — Где Сара и Майк?! — Там! — указала она, пытаясь откашляться. — Сара удерживает заклинание… Вместе с миссис Лу и мистером Трэйтоном. — Что произошло? — Там… Женщина… Огонь… — на выдохе продолжила Кэсси. — Огненный элементаль?! — в ужасе воскликнул Ник. — Откуда? Кто его вызвал? — Нет. Нет! Не элементаль… Живая! Ее… связали… барьер… но она… — Я им помогу! Эспер отчаянно ринулась внутрь зала и сквозь мутную пепельную взвесь увидела источник паники, не сразу поверив своим глазам. В центре танцплощадки, занимая добрую ее половину, восседал темно-золотой дракон, словно с переплета книги сказок: массивное мышечное тело, заканчивающееся длинным хвостом, огромные кожистые крылья на спине, вытянутая морда, украшенная рядами острых шипов и парой длинных рогов. Но сильнее всего пугали крохотные, но злые бронзовые глаза-щелки и воинственно раскрытая зубастая пасть, из глубины которой ритмично вырывались клубы пара. — Что за гребаная «Игра Престолов»?! — ошеломленно произнес Николас, ворвавшись в зал вслед за ней. Заметив сквозь дым тройку преподавателей, он побежал к ним, прямиком мимо огромных когтистых лап. Дракон отреагировал молниеносно, выкинул шею вперед, подобно кобре, и пустил в его сторону столп раскаленного огня. Эспер рвано вздохнула, до боли стиснув зубы и сжав ладони, но убийственное пламя разбилось о невидимую магическую преграду, осыпаясь вокруг обжигающими искрами. — Жить надоело?! — истерично взвыла она. — Прячься! Призвав свою магию, она быстро потушила пожар, разбушевавшийся вокруг, но сразу поняла, что ее ледяного заклинания не хватит надолго. Дракон вновь начал набирать воздух в свои огромные легкие, направив шею в сторону тройки сдерживающих его ведьм. Магический барьер мог разрушиться в любую секунду. — Мы сами справимся! — воскликнула Сара. — Тебе тут не место, Ник. Уходи! Ты ничем не поможешь. — Спрячься! — поддержала ее миссис Лу. — Лучше выясни, как нам прикончить эту огнедышащую хреновину! — Мне нужно время подумать, — Ник закрыл глаза, и приставил пальцы к вискам. — Драконы… Драконы… Драконы… — Сделайте же что-нибудь, Нэро! — злобно прошипел мистер Трэйтон, обращаясь к Эспер. — Мы не можем уничтожить эту тварь, пока тратим все силы на защитный барьер! Опасение за Ника и остальных сильно мешало. Мысли скакали бешеными зайцами, зигзагами метаясь в сознании. Эспер никак не могла сконцентрироваться и вспомнить слова нужного заклинания. Невольно помогла Кэсси, которая нагло вцепилась в ее запястье, отчаянно крича: — Папа! Там папа! Помоги ему! Спаси его! Ну же, Эспер! Ее детская магия волнами рвалась наружу, струилась обильными потоками, и вскоре стала перетекать в тело Эспер, расходясь по венам бодрящими электрическими зарядами. Это заставило ее наконец сосредоточиться. Раньше она и подумать не могла, что когда-либо будет благодарна столь грубому вторжению в личное пространство. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. — Повторяй за мной, — твердо сказала Эспер и, взяв свою внезапную помощницу за руку, начала произносить слова длинного заклинания из гримуара своей бабушки. Магическая формула, дарующая смерть всему живому без исключения. Темная магия, но у нее не было иного выхода. На кону стояли их жизни. Когда было произнесено последнее слово заклятия, дракон, вопреки ожиданиям Эспер, не рухнул на пол безвольной тушей. Напротив, он будто взбесился — шипящие зарычал и стал бесновато извиваться, круша шипастым хвостом остатки мебели. На глазах изменял свою форму, уменьшался и искажался, подобно оборотню в полнолуние. Вскоре посреди пепла и золы на месте огнедышащей рептилии они увидели обнаженную молодую девушку. Смуглая кожа и темно каштановые кудри волос отливали расплавленным золотом в тусклом свете пламени. Все пятеро ведьм обессилено осели на пол, когда по ее телу прокатились последние мелкие судороги. Опасность миновала. Но дракон… драконица оказалась еще жива. — Заклинание должно было ее убить, — прошептала Эспер, с трудом поднимаясь на ноги. Пошатываясь из стороны в сторону, она уверенно направилась к человеческому воплощению дракона, которое безумно желала рассмотреть поближе. Бедняжка выглядела растерянной и испуганной, но вполне безобидной. Хрупкая, угловатая фигурка ничем не выдавала мощи внутренней сути. — Может, она проклята? — Эспер, желая помочь девушке подняться, протянула к ней руку. — Не подходи! — донесся из-за спины несдержанный возглас Ника, полный паники. — Она еще опасна! Но предупреждать было уже поздно. Огнедышащее существо в человеческом облике резко выпрямилось, и с шумом набрав в грудь воздух, выплюнуло перед собой яркую струю огня. Эспер зажмурилась, стремительно отшатнулась и попыталась увернуться, но не успела окончательно убежать от кипящего лавой потока. Громко закричав от невыносимой боли, она через пару секунд потеряла сознание. Смазанный силуэт Ника, объятый белым пламенем, стал последним, что Эспер разглядела, перед тем, как сознание плотно укрыла темная пелена.

***

Дальнейшее виделось страшным сном, блужданием в тумане. Кажется, она истошно кричала и бесконечно плакала. Лампочка реальности то включалась, то вновь выключалась, раз за разом погружая ее разум в вожделенную темноту, но и там ей не было покоя. — Эспер... Эспер… Пожалуйста. Потерпи. Немного совсем чуть-чуть… — ее бережно подняли и крепко обняли чьи-то теплые, сильные руки, а затем завертела пучина боли и мрака. Бесконечная мертвая тишина. — Ник! Ник! — звала она, когда вновь оказывалась в сознании, пытаясь понять, что же с ним произошло. — Тише-тише, Эспер. Все в порядке… Все будет хорошо… — Вновь обволакивающая, удушающая тьма, а затем, словно миллион лет спустя, до нее донесся чей-то голос, проходя будто через тугую толщу воды: — Дракона убивает удар в уязвимое место. В шею, где находится зоб. Эспер вместе с Кэсси превратили его в женщину, но она так и осталась драконом, сохранив свою агрессию и повадки. Я заколол ее острым обломком стула. Он первый попал мне под руку. Это сработало, тогда… Эспер попыталась открыть глаза и у нее получилось. Зрение быстро сфокусировалось, и она поняла, что лежит на своей кровати. В ее крохотной комнате столпились все члены попечительского совета, а возле изголовья стоял Николас Хотман и, видимо, отчитывался о произошедшем. — Жив… — с трудом прошептала Эспер, и попыталась улыбнуться, но губы пересохли, а в горло будто насыпали песка. Ник вдруг сбился на полуслове, заметив, что она проснулась, и сразу же шагнул ближе, присев совсем рядом. — Как себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил он, и Эспер была рада услышать в его голосе непритворную тревогу и одновременно толику облегчения. — Доктор вколол тебе лошадиную дозу снотворного и обезболивающего. — Как… омлет, — с трудом выговорила Эспер и протянула к нему руку. — У тебя хватает сил шутить? — Ник легко пожал ее ладонь, но этого она уже не почувствовала. Сразу провалилась в мир уютных сновидений, ведь ее любимый и самый близкий человек в полном порядке.