Его тайна

Два года назад… Перелет оказался очень долгим, но не утомительным. Эспер крепко проспала всю дорогу. С радостью окунулась в забытье, лишь бы в тысячный раз не тяготиться страшными мыслями о том, как далеко она уезжает от Ника. Как бросает наотмашь академию, успевшую стать родным домом, и улетает куда-то в неизвестность. И, возможно, никогда больше не увидит своего любимого? Ей снилась его теплая улыбка, тихий смех… Как он нежно называл ее по имени. А еще почему-то мрачные древние развалины с высокими колоннами, покрытые мхом острые каменные глыбы, сухой плющ, голые колючие ветки, о которые легко пораниться, вид собственной крови, а затем яркие, слепящие блики на воде. Едва Эспер раскрыла глаза, как мешанина мутных образов стремительно растворилась в реальности, ускользнула, как песок сквозь пальцы, и вскоре превратилась в бессмысленность, совершенно не имевшую значения… «Когда-нибудь я вернусь, Ник, — мысленно пообещала Эспер, на миг воскресив его в памяти. — Мы ведь так и не попрощались…»

***

Кэтрин Кэнделберн встретила их в аэропорту. Она ничуть не изменилась с того момента, когда Эспер видела ее в последний раз… Казалось, это было еще в прошлой жизни — на пороге Солинари, когда Кэт привела ее в академию и оставила в холле поздно ночью — целых три года назад. Да и с чего бы ей меняться? Красивая белокурая молодая женщина, внешне такая же, как в день своего обращения в вампира. Но внутри она давно уже не была той двадцатитрехлетней молодой особой. — Не могу поверить! — Кэтрин подбежала к Ренато, а затем, осторожно, словно боясь разрушить наваждение, протянула руку, чтобы легко прикоснуться к его щеке. — Это невозможно… Ты правда живой, — сорвавшимся голосом прошептала она, а потом порывисто заключила его в объятия. — Именно, дорогая Кэт, — Ренато крепко обнял ее в ответ, притянул к себе покрепче и закружил. — Тот же неисправимый Нэро, которого ты оставила когда-то! Эспер слегка поморщилась, опустив подбородок, с преувеличенным интересом разглядывая собственную обувь. Наблюдать со стороны за встречей отца с его давней любовью оказалось неимоверно странно и неловко, возможно, даже слегка тошно. Впрочем, вскоре она нацепила на лицо милую улыбку, ведь совсем не хотела мешать их счастью. Судьба подарила им двоим второй шанс равно также, как и ей. Может, если она хорошо примет Кэтрин, отец сможет понять и ее чувства к Нику? «Нет. Так просто — не вариант!» — Эспер протяжно выдохнула, сомкнув веки, ведь хорошо знала скверный характер своего родителя, и лично видела ужасные последствия. — Эспер! — немного смущенно воскликнула раскрасневшаяся Кэтрин, когда сумела наконец вырваться из объятий Ренато, и нерешительно приобняла ее, а потом с искренней улыбкой начала щебетать: — Ты подстриглась? Прекрасно выглядишь! Как же давно мы не виделись. Как там моя девочка? — Кэсс скучает по тебе, — Эспер вежливо приобняла ее в ответ. — Каждый день… — Бо-о-оги! — нахмурив брови, проскулила Кэтрин. — Я не смогу ее увидеть до августа. Верчусь тут как белка в колесе! Завтра мне необходимо уехать, — она кинула Ренато виноватый взгляд. — Была бы рада погулять с вами, показать, как мы обустроили нашу академию, но моя поездка крайне важна! Взглянув в ее глаза, полные грусти, Эспер почувствовала, как настало время выполнить старое обещание, данное Нику. Внезапно у нее появилась хоть какая-то цель, настоящий весомый повод вновь его увидеть. Важное дело, которому она может посвятить все свое свободное время, чтобы не думать о том, что… Кого оставила позади. — Я хочу помочь, — твердо заявила Эспер. — Для меня это не менее важно! — Чем помочь? — ошарашено переспросила Кэтрин, ее ослепительная улыбка вмиг потухла. — Я обещала Николасу, что помогу Кэсси, — Эспер нервно переступила с ноги на ногу. — Ник… Николас не говорил об этом, когда звонил, — растерянно протянула Кэтрин, смущенно оглянувшись на резко помрачневшего Ренато. На секунду между ними повисло неловкое молчание. Нервно сглотнув, Эспер замерла, переводя взгляд то на нее, то на хмурого отца. Беда-беда! Она забыла сообщить ему про тайну рождения Кэсси, а Ренато терпеть не мог узнавать секреты последним. Жутко не любил, когда близкие оставляли его за бортом. — Думаю, Николас многое не договаривает, — издевательски сообщил Ренато, кинув Эспер многозначительный острый взгляд, который до чертиков испугал бы многих. — Но здесь есть я, Кэтти, — он ласково приобнял ее за плечо. — В чем бы ни была проблема, я в твоем распоряжении. — Думаю, он просто замотался и забыл, — вклинилась Эспер в запоздалой попытке защитить Ника. Ренато скривился, театрально закатив глаза, и звонко прицокнул. — Думаю, нам стоит навсегда забыть про него, — процедил он, не скрывая неприязни. — Брось, Ренато! Я рада любому, кто может помочь, — Кэтрин вновь ослепительно улыбнулась, в этот раз немного натянуто. — Ваш багаж уже погружен. Обсудим все в более удобном месте.

***

Академия для сверхъестественных существ «Луко Гуидо» не сильно отличалась от Солинари, так как подобно своей копии располагалась в бывшем старом загородном поместье семьи дю Шеро. Внутри Эспер приветствовали те же вампиры, ведьмы и оборотни, только говорящие по-итальянски. Немного поразмыслив, Эспер решила избежать ненужного внимания и представляться не последней волчицей из клана «Вааца», а обычной ведьмой, и использовать свое второе имя в сочетании с фамилией матери. Теперь она — Орнелла Мирайн. Так казалось легче проститься со своим прошлым. Легче сделать шаг вперед, в новом облике, словно Эсперанса Нэро умерла, а обратно в родную страну вернулась уже ее новая, возрожденная версия. Беззаботная студентка Орнелла. Обладательница огненно-рыжей дикой копны волос и обаятельной улыбки, которая путешествует со своим отцом по миру. Умелая художница и начинающий фотограф. Придумывая себе мнимую биографию, Эспер особо не увлекалась. Люди видят лишь то, что хотят видеть, а она не собиралась заводить близких друзей. Да и при желании не смогла бы, ведь учиться ей оставалось всего ничего. Скоро лето, экзамены, а затем — поступление в любой колледж, в который она только захочет. Если захочет… После обеда и краткого отдыха Кэтрин провела для них экскурсию по территории академии. Студентов здесь училось очень много, отчего на курсах была текучка: постоянно кто-то приходил и уходил. Внезапное появление Эспер почти никого не удивило. Очередная обычная в своей необычности новенькая. Парни мило ей улыбались, а девушки придирчиво оценивали. «Ничего нового, — решила Эспер, поймав на себе несколько цепких взглядов. — В любом краю мира все люди одинаково смеются и одинаково плачут». Вопреки ожиданиям, она почему-то ни капли не переживала об учебе, экзаменах и прочем. Все беспокойства словно остались где-то в забытом чемодане на чердаке Солинари. Запечатались в прошлом, вместе с яркими впечатлениями, завораживающими чувствами и… любовью к Нику. Италия — страна буйных красок и сочных запахов, теперь стала для нее графитно-серой, тусклой и крайне безвкусной. Яркий и живописный мир детства безвозмездно пропал, как и мир ее юности.

***

Вечером Кэтрин позвала Ренато и Эспер в свой кабинет, и рассказала им все, чем она занималась, куда ездила, и с кем связывалась, пока искала способ избежать смерти Кэсси. Теперь Эспер еще отчетливей поняла те ужасные чувства, которые Ник испытывал за долгие годы поисков. Зацепки оказывались пустышками. Все усилия были без толку. Вариантов решения проблемы не прибавлялось, и оставалось не так уж много шансов что-то найти, а каждая новая попытка лишь сокращала и так короткий список возможностей. От накатившего приступа жалости Эспер до крови искусала губы. Зная точную дату собственной смерти, она бы не смогла спокойно продолжать жить. Из услышанного стало понятно, что Ник и Кэт так и не рассказали Кэсс, что случится, когда ей исполнится двадцать три. Возможно, неведение вовсе к лучшему? Эспер не могла и предположить, как бы сама поступила на их месте. Но точно не позволила бы своему ребенку умереть, даже ценой собственной жизни. И безумно испугалась, едва осознала это. Быть может, не только Кэтрин, но и Ник думал ровно так же?..

***

На следующий день Ренато уехал с Кэтрин к какой-то ведьме во Францию. Решив не навязываться, Эспер оставила их вдвоем и сразу нашла чем себя занять. Кэсс… Причина крылась не в любви к Нику, точнее не только в ней. За три года мелкая противная зараза успела проникнуть в ее сердце, стала важной частью жизни, которую не хотелось терять. Самое паршивое заключалось в том, что Эспер отчетливо понимала: если Кэт, Ник и множество сочувствующих за десять лет не отыскали решения — она вряд ли сумеет помочь. Но хотя бы попытается, будет делать «домашнее задание» — так Кэтрин называла перебор сотен и сотен старинных книг, которые ей присылали из разных уголков света знакомые ведьмы. Может, на древних страницах одного из тысячи фолиантов и скрывается ответ, как вернуть Кэсси собственную жизнь? Эспер должна была выяснить. Постепенно будничная рутина прочно затянула ее в свои паучьи сети. Незаметно прошел месяц, а затем из календаря одним махом испарилось полгода, а следом пролетел и год. Эспер поступила в художественный колледж Неаполя, но осталась жить в Луко Гуидо, как посоветовала ей Кэтрин. Устроилась помощницей в класс искусств. Загадочная Орнелла Мирайн даже нашла себе пару новых друзей. Стоит отметить, не в полном смысле данного слова. Эспер не хотела ни с кем по-настоящему сближаться. Беттани и Сэм не лезли к ней в душу, не расспрашивали о прошлом и не пытались завоевать сердце, а просто спасали от одиночества. В свободное время она изучала книги, принесенные Кэт, а когда уставала — гуляла с фотоаппаратом по улицам города. Ренато оказался прав — набережная действительно показалась ей чудесной. В один из таких вечеров, когда морской закат пылал малиново-красным светом, а морские волны бились о камни в унисон с ритмом сердца, она встретила Джона — талантливого уличного художника и обладателя самой дерзкой улыбки, которую она только видела. И Орнелла Мирайн решила затеряться в ней и бездумно забыться, откинув все гнетущие мысли, и хотя бы на краткое время не вспоминать о том, кого любила и о ком скучала забытая девушка Эспер, что по-прежнему скрывалась под маской беззаботной молодой студентки. Спустя пару месяцев выяснилось, что за красивой улыбкой Джона, как за дешевой ширмой, пряталась лишь холодная пустота, грязная похоть и грубость. План забыть Ника с треском провалился, стертый простым человеческим эгоизмом и банальной до боли изменой. Вновь обжегшись о неудачные отношения, Эспер лишь больше стала вспоминать светлые дни, когда была окружена заботой и теплом, которые ей дарил Ник. Теперь она на собственном опыте поняла и четко осознала, что занимаясь лечебным самообманом — не стоит по-настоящему в него верить. Закономерный исход, в котором она могла винить лишь себя, проклиная собственную наивность. Так прошел очередной год. Эспер больше не гуляла по старинным улочкам, предпочитая проводить все свободное от учебы в колледже время в поместье дю Шеро, подальше от мира простых людей. Теперь у нее, как у помощника преподавателя, имелась собственная комната. Но Эспер, словно добровольный изгой, часто запиралась одна, изучая старинные книги. Поиски решения проблемы Кэсси заставили ее серьезно увлечься историей практической магии, позволяющей изобретать собственные заклинания. Может, она способна найти способ продлить жизнь Кэсс своими силами? Кэтрин почти не появлялась в академии, а Ренато уехал после каникул, чтобы отыскать некроманта Кверакора. Эспер со слезами и криками отговаривала отца от подобной самоубийственной глупости, но он много месяцев не мог найти покой. Не желал смириться с тем, что он жив, а весь клан «Вааца», вся его семья по-прежнему гниет где-то в земле, позабытая миром. Эспер ничего не могла поделать, чтобы заставить его остаться. Студенты разъехались по домам после того, как закончился очередной учебный год, а Эспер продолжила жить в академии, порой ощущая себя блуждающим бесплотным призраком в старинных стенах. Она с головой погрузилась в одиночество. Порой ей так хотелось позвонить Нику, но она себя останавливала, понимая тщетность и бессмысленность подобного поступка. Да и он никогда не звонил, хотя и знал, где она. Никто не пытался тянуть за тонкую ниточку, которая их связывала. Время шло, оставалось все меньше непроверенных книг из «домашки». Эспер переключила свое внимание на изучение запретной темной магии, а через пару месяцев в академию приехал новый тренер, которым внезапно оказался ее старый знакомый — Джаред Грант. — Орнелла Мирайн? — переспросил он, когда их друг другу представили, и расплылся в широкой улыбке, не предвещающей ничего хорошего. — Приятно познакомиться!