Его тайна

Субботний вечер. За окном накрапывал мелкий дождь, но слабый ветер едва ли сумел разогнать скопившуюся за пару недель жару. Влага плотно висела в горячем воздухе, отчего было тяжело не только дышать, но и думать. Изнемогая от тепла, Эспер лежала одна в куче подушек на кровати, на ее животе стоял ноутбук, а вокруг валялись десятки старинных фолиантов. Вот уже три часа она придумывала способ помочь разрушить заклятие Кэтрин, а точнее как-то его изменить. Чертила магические схемы, переставляла элементы в формулах. Конечно, можно было действовать грубо, и просто обратить Кэсс в вампира, но данный вариант Эспер даже не рассматривала. Кэтрин не хотела, чтобы ее дочь болезненно зависела от крови и вела призрачное существование, подобно остальным проклятым, а мечтала о настоящей, полноценной жизни для нее. Но пока Эспер ничем не могла помочь, хоть и посвящала проблеме все имеющееся свободное время. Темная магия и светлая, традиционная и экспериментальная, километры статей на различных сайтах с чушью и реальными фактами — ничто не давало необходимого ответа. Поджимающие с каждым днем сроки и череда неудач неимоверно удручали. Эспер протяжно выдохнула и потерла слипающиеся от усталости глаза. Вдруг в ее спальню буквально влетел недавно прибывший Джаред Грант, резко разрушив тихую монотонность дня. На его лице блистала ослепительная улыбка, а в руке виднелась бутылка вина. Где красавчик смог ее раздобыть вдали от города, находясь на закрытой территории академии, оставалось туманной загадкой. Впрочем, как и причина его появления на пороге ее запертой комнаты. — Почему ты вошел? — Эспер окинула бывшего беглым взглядом, а затем сердито уткнулась глазами в ноутбук. — Я заперла дверь, а значит, не хочу никого видеть. Правила этики, помнишь? Или твой мозг уже окончательно протух? — Пф-ф-ф, — Грант презрительно фыркнул, закатив глаза, а затем одарил ее своей фирменной дразнящей ухмылкой. — Зашел пообщаться. Не мог пройти мимо такой милашки с острым язычком. — Я говорю серьезно! Не хочу. Никого. Видеть. Адио! — Ты не видела меня целый год! Лимит исчерпан. Эспер шумно выдохнула и вновь гневно уставилась на причину своего раздражения. Только сейчас она заметила, что Грант заявился к ней сразу после душа. Влажные волосы волнами спадали на голые плечи. Он был босиком и одет только в домашние спортивные штаны и легкую майку, обтягивающую подтянутое тело. Возможно, даже неприлично открытую для тренера в академии. Через тонкий слой ткани проглядывали выпуклые мышцы пресса и маленькие соски на широкой груди. «Что еще за дела?!» — вскинув брови, Эспер с нарастающим бешенством наблюдала, как нежданный гость совершенно бесцеремонно прогуливается по комнате, нагло трогая ее вещи. — Проваливай! — злобно прошипела она, бросив в Джареда подушку, когда он без спроса начал разглядывать блокнот с зарисовками. — Тебе здесь не рады! — Тише, волчица! Мы не в Симс! — ловко поймав мягкий снаряд, Джаред подарил ей умиротворяюще мягкую улыбку. — Сколько агрессии, фух! Тебе явно не помешает немного расслабиться, — взяв в руки свою бутылку вина, он почти бесшумно избавил ее от пробки. — Прошу, потратить пару минут, поболтай со мной немного по старой дружбе. Эспер протяжно выдохнула и обреченно откинулась на подушки, прикрыв глаза. В последние дни она чувствовала себя неимоверно пусто и одиноко. Каждый в академии был занят своими обычными, рутинными делами. Отец уехал обратно на континент, Кэтрин подолгу отсутствовала, Беттани, Сэм и остальные ее приятели, закончив учебу, разъехались кто куда, а со студентами она общалась не очень-то часто, будучи лишь помощницей преподавателя. А Ник… по-прежнему не звонил. Видимо, совершенно не вспоминал о ней. Ни Эспер, ни Орнелла Мирайн никого не волновали. Все вокруг неизменно шло своим чередом, отчего ей порой казалось, что собственная жизнь несдвигаемым камнем застряла на месте. «Может, хоть сегодняшний вечер стоит заполнить чем-то настоящим, а не эфемерными диалогами в сети и по телефону?» — У тебя пять минут, — сдалась Эспер, протерев усталые глаза. — Орнелла Мирайн? — Грант адресовал ей полный довольства взгляд и, одним махом скинув на пол книги, нагло завалился на ее кровать. — Чудное имечко… Для шпионки. — Репутация фамилии «Нэро» отнюдь не располагает к обретению новых друзей. Спасибо падрэ! — грустно покачала головой Эспер, продолжая листать статью о ведьмовских традициях. — Точно! — воскликнул Джаред, протягивая ей бутылку. — Ты ведь из клана «Вааца». Проклятое дитя грозного Черного волка, от которого все сразу накладывают в штаны, — хохотнул он. — А я и забыл! — Сказал Тот-Которого-Нельзя-Называть, — внезапно улыбнувшись, парировала Эспер. — Я-то не забыла, что «Грант» лишь прикрытие для дю Шеро, отпрыска знаменитой семьи. Эй, не тебя ли при рождении окрестили «Джеральд Лоренс?» — рассмеялась она. — А-а-ар, — тут же скривился Джаред, откинув голову к потолку. — Ну зачем было напомнить о моих снобистских родственничках?! Теперь мне еще больше хочется ужраться в хлам! Немного подумав, Эспер отставила подальше ноутбук, все-таки взяла вино и сделала один большой глоток прямо из горла. Полусладкое красное легко обожгло язык, протекая внутрь, и принесло с собой нежное тепло. — Что именно между вами случилось? — поинтересовалась Эспер, неторопливо потягивая выпивку. Больше из вежливости, чем от искреннего интереса. — Ник… Почему произнести его имя вслух оказалось так трудно? — …Ник когда-то обмолвился, что родители отказались от тебя, когда ты обратился в вампира. Но это все, что я знаю. Мы с ним уже давно не общаемся, — задумчиво призналась она, а затем отдала бутылку обратно Джареду. — О, тогда ты знаешь главное! — не скрывая эмоций воскликнул он, отчего чуть не расплескал вино на покрывало. — Мама всегда терпеть не могла нежить, а папа… Папа тратил все свое время, отдавал последние силы и заботился только о своей любовнице. Наша семья давно распалась. Еще до моего обращения, — он сделал большой глоток. — Мама назвала меня позорным выродком и предателем, когда я превратился в вампира. Сказала, что ради сохранения безупречной репутации дю Шеро, я должен навсегда уйти. Мне больше не следует общаться ни с кем из семьи. А наследство перейдет моему младшему брату. Отец по-прежнему иногда звонит, но последние годы лишь по праздникам, а брат… Он поначалу колебался, но потом согласился с позицией мамы. На самом деле этого следовало ожидать. — Мне жаль, — протянула Эспер, заметив, как Джаред нахмурился. — Тебе, наверное, тяжело пришлось. — Вот только не надо меня жалеть, Эспер… Орнелла… Как тебя там, — грустно хмыкнул он, сунув ей в руку выпивку. — Терпеть не могу гребаных нытиков! А если хочешь помочь — лучше отпразднуй со мной. — Как я могу отказаться от такого нечестивого предложения. Предложения нечестивца? — пошутила Эспер, желая немного поднять настроение Джареду, а затем спросила: — Итак… что празднуем-то? — Новую жизнь в прекрасной стране. — Отлично, пьем! — Эспер сделала большой глоток. — И… свободу от Хотмана, — с улыбкой дополнил Джаред, невольно заставив ее поперхнуться. — Я понял твой намек в тот день. Про тебя и Ника, — признался он. В черных глазах весело плясали озорные огоньки. — Проклятье! Кто меня за язык тянул?! — выругалась Эспер, пытаясь не думать про румянец, наверняка расползающийся по ее щекам, и залила себе в горло еще порцию вина, лишь бы не смотреть на самодовольный оскал на лице напротив. — Брось, я не осуждаю, — весьма искренне сообщил Джаред, чем удивил Эспер. Когда-то она бы многое отдала за подобные слова, но сейчас видела в них лишь обидный подвох. — Издеваешься? — Забыла кто я? — Джаред выставил ладони вперед в примирительном жесте. — Вампир, по уши влюбленный в замужнюю ведьму. Мэри счастливо ждет ребенка, кстати. Эспер глубоко вздохнула, одарив его сочувствующим взглядом. — Когда ты призналась про Ника, я вначале сильно загрузился, а потом решил… К черту! Почему кто-то должен страдать из-за своих чувств? — Окей, — с некоторым облегчением буркнула Эспер и возвратила ему початую бутылку. — Тогда, спасибо. Наверное… — Я сбежал, как и ты, когда узнал новости от дедули Анга, — покачал головой Джаред и от души глотнул вина. — Подумал, что наконец смогу забыть ее, если буду далеко. Надеюсь, поможет… — Я так и поняла, — грустно выдохнула Эспер. — Зачем тебе еще переезжать на другой край света. — Опять нытье пошло. Давай сменим тему? — предложил Джаред, растянув уголки губ в подобии улыбки. — Итак… Всегда хотел узнать подробности о нашем любимом ректоре, — коварно прошелестел он и улегся на живот, скрестив ноги. — Обойдешься! — хмыкнула Эспер. Бордовой жидкости в бутылке с каждой минутой разговора становилось все меньше и меньше. — Э-э-э, скажи хоть, как все было? Я же не прошу в подробностях описывать его член, — жалобно проскулил Джаред, перевернувшись на спину, а затем подполз ближе, улегшись боком на подушку. — Ну же, Эспер, не оставляй моего внутреннего сплетника голодным… Я буквально живу благодаря чужим тайнам! Клянусь, я труп и никому не расскажу. — Что ты труп, я не сомневаюсь! — вяло улыбнулась Эспер, а затем омрачилась вновь. Воспоминания о Нике и по сей день причиняли почти физическую боль. — Придется тебе сидеть на информационной диете, ведь рассказывать мне особо нечего, — подытожила она. Делиться подробностями своих недолгих, но сложных отношений, совершенно не хотелось. — Николас считает, что в нашем случае глупо на что-то надеяться, и он не хочет портить мне жизнь. А я поняла, что он по-своему прав, поэтому уехала. — Ску-у-учно, бармен, — притворно вздохнув, Джаред на миг примкнул губами к горлышку, а потом передал бутылку обратно. — Разбавь хоть чем-то свой невкусный коктейль под названием «Уныние». — В прошлом году я проводила выходные в мастерской у Джона, — полминуты спустя призналась Эспер, чтобы перевести тему в безопасное русло, подальше от Николаса Хотмана — причины ее страданий. — О, неведомый Джон! — сразу же оживился Джаред. — Значит, в твоей личной жизни еще не все стухло. Эспер редко пила алкоголь, поэтому даже от вина ее постепенно начало покачивать. И в ее хмельную голову, разумеется, не пришла разумная мысль, что она уже долго болтает со своим нахальным бывшим, милые разговоры по душам с которым в прошлом приводили исключительно к одному результату. — Смотря как посмотреть, — Эспер невесело рассмеялась. — Однажды я узнала, что Джон спит с каждой из своих натурщиц, а писал он несколько картин одновременно! — Художник и бабник?! Ходячее позорное клише, — вынес вердикт Джаред, пододвигаясь к ней ближе. Предельно близко… — Мой позор, — буркнула Эспер, тряхнув головой, и задорным тоном добавила: — Я спалила мастерскую и заодно все его картины! — Ты просто мать драконов! — захохотал Джаред, легко толкнув плечом, а затем вырвал из рук вино и жадно глотнул. — И что Джон Сноу ничего не узнал? — Узнал, уж поверь! Обозвал меня наивной дурой, неуравновешенной истеричкой, и даже заявил в полицию! Но официальный вердикт: старая проводка, — усмехнулась Эспер, самодовольно поиграв бровями. — А-а-а! Лучше бы сказал «спасибо», что легко отделался. Изменщики должны гореть! И не в аду, а на земле, — Джаред сморщил нос, а после огладил ее лицо и тело мутным взглядом, остановившись на губах. — Неважно… На самом деле я просто хотела забыть Ника. Но не получилось, — угрюмо выдохнула Эспер, не замечая пристального внимания, и залпом допила остатки вина, облизнула губы и отбросила бутылку подальше. — Вижу, после меня тебе совсем не везет. Может, это намек судьбы? — прошептал Джаред и невероятно быстро оказался сверху. Легко раздвинул ее колени и ловко подтянул бедра вплотную к своим. Даже сквозь плотную ткань одежды Эспер почувствовала твердый бугорок стоящего члена. Вдоль позвоночника скатилась горячая волна возбуждения, отчего она с досадой выдохнула и подняла глаза, растерянно прошептав: — Ты что творишь? Джаред не ответил. Лишь едва заметно повел бровью, лукаво сверкая темными омутами глаз, в которых она когда-то давно безвозвратно утонула… В следующую секунду Эспер ощутила, как ее буквально впечатали в подушку внезапным глубоким и сладким до дрожи поцелуем. Разумный самоконтроль остался где-то позади, далеко за чертой трезвости, которую они давно перешли. Эспер почти неосознанно раскрыла рот шире. На миг потеряла контроль, поддавшись безумному порыву. Низ живота томительно заныл, предвкушая удовольствие, но она совершенно не ожидала подобного предательства от собственного тела. «Чертов Грант!» — Эспер все-таки разорвала их сумасшедший поцелуй, — скорее от неожиданности, чем от нежелания, — и с усилием глотнула большую порцию воздуха. Джаред внимательно вглядывался в глубину ее глаз, прикусив нижнюю губу. — О, я не пытаюсь украсть твое сердце! — торопливо выдал он, заметив яркое замешательство на ее лице. — Просто подумал, что нам обоим не повредит немного отдохнуть от унылой любовной драмы. Чисто по-дружески. К тому же я люблю повторять хорошее. А секс у нас был отличный, не считаешь?