Его тайна

Год спустя… День был свежим, ярким и солнечным, словно с картинки из детской сказки. По глубоко-синему небу быстро текли пышные охапки облаков, кожу ласково лизал легкий теплый ветерок, играя с густой зеленой травой и шурша листьями деревьев, в тени одного из которых дремала Эспер, не замечая назойливого гомона птиц. Рано вернувшись из цветочного магазина, она сразу же отправилась гулять к озеру, задумав послушать любимую музыку в одиночестве, как в старые добрые времена. Поблизости от воды вскоре нашлось высокое дерево с ветвистыми кронами, дарующее благословенный отдых от летнего зноя. Вот уже второй год Эспер летом подрабатывала в Сэнди Лэйк, чтобы иметь немного личных средств, а заодно не умереть от скуки. На два-три месяца жизнь и суета покидали академию вместе с разъезжающимися домой студентами. В кампусе оставалась всего пара-тройка преподавателей и несколько человек из персонала. И она. Работа продавцом в окружении цветов хоть как-то скрадывала однообразие пустых июльских будней и позволяла не забывать звук собственного голоса. Но Эспер любила ее не только поэтому. Вдыхая благоухание цветов, перебирая лепестки, обрезая стебли и составляя букеты, она могла ненадолго окунуться теплые и уютные, как мягкий плед, воспоминания о доме… О первом доме. Клан «Вааца» жил отдельной общиной в лесу. Оборотни вели собственное хозяйство, желая меньше пересекаться с простыми людьми. Кроме загонов с животными и птицами, в их владениях стояли теплицы, где выращивали растения для еды, снадобий, лекарств и просто для души. Ее мать почти каждую свободную секунду проводила в саду, ухаживая за своими редкими ведьмовскими травами. А по утрам частенько приносила ей в комнату новую душистую связку разнотравья, а затем будила и звала завтракать. Порой Эспер, просыпаясь, явственно ощущала запах тех цветов. Горький аромат любви и заботы, что был слаще любых духов… Погрузившись в воспоминания целиком, она и не заметила, как заснула, разморенная теплотой, тишиной и ощущением абсолютного счастья, но славный сон продлился недолго. — Вот вы где! Просыпайтесь! — А-а-а… — промычала Эспер, вслепую отмахнувшись от руки, настойчиво теребившей ее за плечо. Нехотя продрав глаза, она увидела над собой мрачный анфас доктора Хотмана. Он находился совсем близко, присел на одно колено, склонившись к ее лицу. Зеленые глаза пристально прошлись по ней с ног до головы серьезным оценивающим взглядом. Эспер столь же хмуро уставилась на него в ответ, желая понять: — «Какого, собственно, дьявола?! Она же спала!» — Отвали, Ник! Недолго думая, она вяло перевернулась на другой бок, мечтая наверстать упущенное. Увы, пока она дремала, тени переместились, и теперь яркие солнечные лучи лупили прямиком в лицо. — Бли-и-ин! Такой хороший сон… Был! Хотман шумно фыркнул и поднялся на ноги. Сегодня он оделся в простую белую футболку, серые спортивные штаны, кроссовки, а под мышкой держал пару деревянных мечей. Да… в отличие от нее, он отлично помнил, что на календаре четверг, а значит, — тренировка. Проклятье! — Вы, что… прятались от меня?! — Спрячешься тут! — Эспер протерла заспанные глаза, а затем сладко потянулась. — Я просто забыла. Лето же! — Просто забыла?! Я прождал в зале тридцать минут! — продолжил бушевать Ник, нарезая круги вокруг. — Я переживал, вдруг что-то случилось. Может, вас наконец нашли охотники или еще чего… Позвонил в цветочный, потом постучался к вам в комнату, обошел всю академию и даже проверил конюшни. Там мне повезло, я встретил Кэрол. Она видела вас, пока выгуливала Райдо. — Угу-у-у, — зевнув, Эспер кивнула. — Я пришла сюда послушать музыку и отрубилась. — И чем же вы занимались всю ночь, раз спите на улице днем? — Не ваше дело! — буркнула Эспер, поднялась на ноги и отряхнула одежду от прилипших травинок и мелких веточек. Шея слегка затекла, мышцы противно ныли, отчего она вновь выгнулась, хрустнув суставами. Тренировка, действительно, не помешает! — Все, что происходит на территории академии — мое дело, — недовольно заявил доктор Хотман, почему-то внимательно ее осматривая. А потом внезапно наклонился, оказавшись совсем близко к ее лицу своим лицом, и глубоко вздохнул. — Вы пьяны? — Не-е-ет! — Эспер отшатнулась. От неожиданной близости кожа непроизвольно покрылась мурашками, и она, смутившись, потерла себя за плечи. — Уже нельзя просто поспать, боже! — И… я не ослышался? Ник? — Хотман, похоже, задумал добить ее сегодня. — С каких пор мы перешли на ты? — С тех пор, как мне пришлось нянчиться с вашей дочерью взамен за зачет! — язвительно выплюнула Эспер, придумав первый попавшийся предлог. Она и сама не поняла, с чего вдруг спросонья назвала доктора Хотмана по имени. Солнечный удар и временное помутнение рассудка, не иначе. — Всего-то пару раз, — непритворно удивился Хотман. — В прошлом году! — О, поверьте, я запомнила навсегда, — хмыкнула Эспер, одарив его крайне осуждающим взглядом. — Кэсси по-настоящему ужасна! Я не понимаю, как нормальный человек мог породить подобное чудовище. — Просто у нее сейчас такой возраст, — беззаботно парировал Хотман. — И я не просил вас нянчиться. Я просил помочь ей с проектом по искусству. — Ну-ну! Называйте, как хотите… Зато Кэсси навсегда отучила меня прогуливать, можете быть довольны. Лучше уж посидеть на парах, чем выслушивать ее вечные гадости. За что она меня так ненавидит? — Дело не в вас… — угрюмо протянул Ник с выражением вселенской скорби на лице. — Сейчас она ненавидит любого, кто смеет ей перечить, что-либо указывать и чему-то учить. Поэтому я и отправил ее к Кэтрин на лето. — О, правильное решение! — от души согласилась Эспер, про себя язвительно пожелав, чтобы мелкая дрянь осталась там навсегда. — Несправедливо, что от ее закидонов страдаешь только ты! Тебе же тоже нужен отдых, Ник. Эспер замерла на полушаге. Вот, черт! Опять лажа! Да что же это такое?! — Снова? — Хотман, разумеется, не мог пропустить оговорку мимо ушей. — Ладно, Ник так Ник, — легко согласился он, отчего-то по-доброму улыбнувшись. Эспер даже на секунду залюбовалась, как красиво при этом блеснули его глаза. Лишь на секунду. — Но мы на «ты» только сейчас, а в стенах академии будь добра… — Я поняла, — раздраженно отмахнулась она и вдруг остановилась. — Куда мы идем? — В зал. — Только не туда! — яро воскликнула Эспер, вспомнив их отвратительную тренировку на прошлой неделе. — Там сейчас пекло! И духота. — Хочешь откосить, лентяйка? — скептически поинтересовался Ник, прищурившись. — Даже не надейся. Если не зал… — он на пару секунд задумался, а затем всучил ей в руки один из мечей. — Пойдем к причалу, там сейчас прохладно.

***

Маленькое озерцо вулканического происхождения, в честь которого и была названа академия, находилось в двух шагах от кампуса, скрываясь за небольшой сосновой рощей. Вода в нем изумляла кристальной прозрачностью, но не прогревалась даже летом, а каменистое дно резко уходило на глубину. Обычно там никто не купался, но иногда по весне загорали студенты. В переводе с древнего диалекта «Солинари» означало «Хранящая тайну». Никто из местных и под страхом смерти не смог бы рассказать правду, какой именно секрет таили темные воды. Быть может, само озеро и являлось когда-то тайной? Резкий спуск к берегу с двух сторон окружали высокие деревья и заросли непролазного кустарника. Дорожка, покрытая гравием, петляла и виляла, то и дело огибая вековые стволы, и упиралась на финише в деревянный пирс. Довольно прочный, ровный и широкий, чтобы без проблем заниматься на нем привычными тренировками. Занятие рукопашным боем традиционно началось с разминки. Эспер, как оборотню, не требовалось тщательно разогревать мышцы. Благодаря особенностям проклятия луны волки всегда были в тонусе, за что она не забывала почтительно благодарить матушку природу, порой разглядывая свою подтянутую попу в зеркало. А вот доктор Хотман являлся обычным человеком, и ему приходилось усердно следить за своей фигурой и питанием, и не пропускать тренировки для поддержания формы. Хотя с такой непростой задачкой он справлялся на отлично, надо заметить. Иногда Эспер любовалась на его округлые ягодицы, которые хорошо подчеркивали спортивные штаны. Заметив, что вот-вот начнет пускать слюни, она смущенно одергивала себя и списывала все на слишком долгое воздержание. В прошлом году у нее появился первый парень. Впрочем, эта печальная история не стоила упоминания. И сейчас Эспер совершенно не хотела о нем думать. Просто очередная ошибка, коими полнилась ее жизнь… После разминки они повторили заученные ранее приемы, вначале поэтапно, затем в формате «сражения» и только потом перешли к деревянным мечам. Честно говоря, сегодня тренировка с самого начала пошла как-то наперекосяк. Эспер чувствовала себя рассеянной, через чур расслабленной и часто отвлекалась на собственные мысли. От перегрева не спасала даже тень. Наверное, все же не стоило отрубаться посреди бела дня?.. Но Хотман не давал ей поблажек. Раунд за раундом она оказывалась проигравшей. Рукоятка выскальзывала из вспотевших пальцев и меч позорно улетал в сторону. Пару раз она спотыкалась о кривые дощечки пирса. А в последнем бою пропустила выпад и, не заметив подсечку, попросту рухнула на спину. Было больно, но больше досадно. Разозлившись в первую очередь на себя, а уже во вторую — на Ника, Эспер с кувырком поднялась и вновь атаковала. Ее противник будто ощутил перемену в ее настроении, и стал защищаться и нападать еще усерднее. По-доброму, ей стоило смириться, что сегодня нее ее день, и с достоинством отступить. Но Эспер была бы не Эспер, если бы не решила выиграть во что бы то ни стало. Все произошло за считанные мгновения. Деревянный меч опять выскользнул из ладони, выбитый точным и ловким пассом, и с громким стуком упал на доски причала. В мимолетном взгляде Ника промелькнуло предвкушение триумфа. Эспер почувствовала, как неловко балансирует на грани поражения. Подобного совершенно нельзя было допустить! Ник замахнулся для финального удара, а она применила родную магию, парочкой слов оттолкнув его подальше от себя. Но не рассчитала силу вложенных в заклинание эмоций, отчего ее противник улетел с поля боя, не успев и слова вымолвить. Раздался громкий плеск. Водяная волна взметнулась в воздух, окатив Эспер ледяными брызгами с ног до головы. — Черт! — непроизвольно вскрикнула она. — Черт-черт-черт! Ни-и-ик! В панике подскочив на ноги, она с затаенным ужасом всмотрелась в темную пузырящуюся озерную гладь. Хотмана нигде не было видно, словно он растворился в черной воде. Эспер с приглушенным стоном прикрыла ладонями рот, обмерев от запоздалого понимания, что именно натворила. Но предпринять ничего не успела — в следующую секунду на поверхности показалась мокрая макушка ее ректора. Стремительно вынырнув, доктор Хотман брезгливо выплюнул воду, попавшую в рот, а потом прокашлялся и бодро погреб к берегу. Эспер громко выдохнула, прикрыв веки, и наконец расслабилась. Ее противник особо не пострадал, если не считать промокшую насквозь одежду. И моральный ущерб, конечно же… Сейчас Ник выглядел жалко, словно пес, попавший под внезапный ливень. Хорошо уложенные волосы, после незапланированного купания, повисли сосульками, облепив глаза и лоб. Белоснежная футболка растянулась, просвечивая насквозь. Отерев руками лицо, Ник медленно поднял на нее глаза. Из потемневших зрачков сквозило настоящее бешенство, губы слились в тонкую бледную линию, а щеки пошли красными пятнами. Похоже, впервые за почти два года знакомства, она таки сумела вывести его из себя… — Неужели ты забыла, что тебе запрещено использовать магию во время тренировок?! — буквально прорычал он, явно стремясь испепелить ее на месте одним только взглядом. Хвала богам, что он не ведьмак, иначе бы ее проклятая тушка уже осыпалась горсткой дымящегося пепла. Но, к счастью, Хотман являлся простым смертным. Правда сейчас крайне злым смертным, поэтому Эспер не испугалась, а наоборот. Ее внезапно пробил совершенно неуместный приступ смеха. Наверняка от облечения. Так приятно было узнать, что он не умер… И она не виновата ни в чем по-настоящему ужасном. «Вот бы он сам себя сейчас видел!» — Ты еще и смеешься?! — выкрикнул он, продолжая гневно сверкать глазами. Эспер лишь пуще захохотала в ответ, уже не в силах остановиться. — Пр-р-рости! — Засунь свои извинения, знаешь куда! Лучше помоги мне выбраться. Дай руку… — Помогу, конечно! — воодушевленно воскликнула Эспер, желая поскорее загладить свою вину. Усевшись на краешек причала, она протянула ладонь, крепко обхватив его холодные пальцы, и лишь пару мгновений спустя, когда оказалась по макушку в холодной воде, осознала глубину совершенной ошибки. — Придурок! Я не умею плавать! — заверещала она, усиленно барахтаясь в ледяной воде. Теперь радостно хохотал уже Ник, наблюдая, как она нелепо мотает руками и ногами, словно пойманная куропатка. Вот же сволочь! — Я на это не поведусь. — Это правда! — Эспер все-таки удалось зацепиться за краешек высокого пирса кончиками пальцев, и она отчаянно повисла на нем, судорожно пытаясь отдышаться. Один кроссовок, пропитавшись влагой, соскользнул с ноги и пошел ко дну, а второй, судя по ощущениям, был уже на полпути к собрату. — Ты меня чуть не убил! А если бы я захлебнулась? — Интересно, что бы ты делала, если бы я не умел плавать, а? — поинтересовался Хотман, самодовольно скалясь. — Оплатила бы похороны? — предположила Эспер, вернув ему ответную улыбку. — Жаль, что на это бы ушли все мои скудные накопления. Поэтому я бы сама написала тебе некролог. — Спасибо, великодушно! — язвительно процедил в ответ Ник, явно не оценив ее шутку. — Ты что, действительно, не умеешь плавать? Эспер скорчила жалостливую мину и трагично помотала головой. В детстве она так и не научилась столь нужному сейчас навыку. В лесу ее клана протекала только мелкая речка, скорее похожая на глубокий ручей, а потом оказалось банально некогда. Ник удрученно вздохнул, окинув ее усталым взглядом своих зеленых глаз, которые сейчас казались бирюзовыми из-за отражения воды. — Ты накосячила, а я еще и вынужден тебя спасать? Может, оставить тебя здесь на корм рыбам? — Не надо! Пожалейте! Они ведь подавятся! — притворно взвыла Эспер, продолжая цепляться за пирс. Озябшие от холода пальцы сильно устали от неудобной позы. — Скорее отравятся, — рассмеялся Ник и подплыл к ней ближе. — Даже я с трудом тебя перевариваю! Стоит заметить, Хотман отлично плавал. У него даже дыхание не сбилось, а ведь озерная вода была ледяной, и ему приходилось часто двигаться, чтобы разогнать кровь. На миг Эспер стало чуточку завидно, а она редко кому-то завидовала. — Я тебя подсажу, — сказал Ник и немного подкинул ее вверх, без предупреждения обхватив холодными ладонями талию. Эспер вскрикнула от неожиданности, а затем сообразила — подтянулась на локтях, забираясь на причал, и обессилено распласталась на досках. Чуть передохнув, она подала руку Нику. Больше глупо шутить он не стал, поэтому быстро оказался на берегу рядом с ней. После внезапного купания теплый ветерок и припекающее кожу солнышко казались настоящим наслаждением. Ник первым делом стянул кроссовки и вылил из них воду. А обувь Эспер, к сожалению, потонула вместе с ее гордостью. Скорбно вздохнув и пожелав верным боевым товарищам удачи в посмертии, она собрала в один кулек мокрые волосы, разметавшиеся по плечам, и начала их отжимать. Полминуты спустя она заметила, что Ник как-то странно застыл, глядя на нее. Заметив ее взгляд, он стремительно отвернулся. Проклятье! Эспер придирчиво осмотрела себя, пытаясь понять, что так привлекло его внимание. И вдруг поняла… Без волос, спадающих на грудь, ее соски сейчас светились сквозь промокшую футболку на всю округу. И даже спортивный лифчик, гадина, не помог. Вот же!.. — Я пойду, — прокашлявшись, сообщил Ник, по-прежнему стоя к ней спиной. — Принесешь мне кроссовки? — жалобно проскулила Эспер, уже предчувствуя, как неприятно будет возвращаться домой с босыми ногами. — Мои утонули! — Так напиши им некролог! — рассмеялся Ник. — Я не буду, ведь ты сама виновата, — и ушел. — Я вам это припомню, доктор Хотман! — прокричала Эспер ему вдогонку, и, собравшись с силами, пошла по траве. Путь до кампуса обещал быть долгим…