Other Star Wars

      Оби-Ван спит на животе: раньше так приходилось из-за боли в ранах от хлыста, а теперь из-за безумной чувствительности новых нервных окончаний в спине.       Вейдеру нравится, как его голос срывается на мурлыкающий акцент, если провести ладонью вдоль позвоночника.       — Doux mon cher, — шепчет Оби-Ван, срываясь на сладкие мурчащие интонации.       — Кажется, это говор уроженцев Стьюджона.       — Да, я там родился, и Совет позволял мне посещать родных… тогда, наверное, и прицепилось, — Оби-Ван оборачивается и щурится на рассветном солнце, дарящем его волосам мягкой медовый оттенок.       — Помнишь что-нибудь из детства?       — Почти ничего. Только игры и завтраки с младшим братом, и то смутно.       — А я хорошо помню детство. Одна из причин, почему Совет отказался брать меня на обучение — я был слишком взрослым и сознательным для них.       Вейдер тянется к Оби-Вану и обнимает, тому безумно приятно, но он чувствует какую-то тревогу и задает давно мучивший его вопрос, чтобы развеять ее.       — Откуда у тебя этот шрам? — спрашивает Оби-Ван, указывая на след явно от светового меча над скулой Вейдера.       — Вентресс, — выплевывает он, будто одно имя все объясняет, и, выпутавшись из объятий, принимается облачаться в свой доспех. — Эта ведьма — одна из троих, сумевших ранить меня.       — А остальные? — заинтересовывается Оби-Ван, начиная вставать следом.       — Дуку, — он указывает на свою механическую руку. — И ты, — Вейдер опрокидывает его обратно на кровать и дарит поцелуй с оттенками горечи, будто он прощальный.       — Отдохни пока что. Чуть позже за тобой придет C-3PO, и вы отправитесь в Куб, а потом ко мне, — Вейдер надевает свой шлем и сразу меняется: теперь он далекий, непостижимый и вселяющий страх. Оби-Ван слегка ежится и обнимает себя руками, стараясь сохранить тепло его объятий.       — А где будешь ты?       — На Рилоте с Императором. Я чувствую что-то большое и черное в отношении этой планеты…       — Значит, пора…       — Пора, — подтверждает Вейдер и указывает на кейс в глубине комнаты. — Твой наряд. Помни, что он только покрыт бескаром, так что от одного удара тебя защитит, но второй уже станет фатальным.       — А почему нельзя полноценные доспехи?       — Потому что они не позволят использовать тебе Силу. И в них ты будешь всего лишь куском мяса в броне, неподвижным и бесполезным, и больше ничем.       Вейдер разворачивается, стягивает перчатку со своей живой руки и прижимает ее к лицу Оби-Вана, негромко вздыхая.       — Не забудь взять Реван, — резко развернувшись, что полы плаща взметаются за его спиной, он уходит.

***

      Вейдер и Император вышли на центральный ярус мостика «Губителя». Следовавшие за ними императорские гвардейцы заняли позиции позади них у главного лифта. Вокруг носились или сидели за приборными панелями члены экипажа, занятые подготовкой гиперпространственного прыжка для одного из самых современных и мощных звездолетов Империи. В нескольких шагах от них стоял капитан Луитт, который старался не смотреть на Вейдера, явно чувствуя себя неуютно в его присутствии.       — Гиперпривод готов к работе, курс проложен, сэр, — возвестил рулевой.       Капитан повернулся к Императору, чье лицо было скрыто в тени капюшона.       — Для меня будет немалой честью, если вы отдадите приказ, мой повелитель, — произнес Луитт.       — Нет-нет, капитан, — махнул рукой Император. — Я политический лидер, а не военный. Поступайте как обычно.       — Запустить гиперпривод! — крикнул капитан, и на мостике тут же все засуетились.       Вейдер ощутил едва заметное гудение под палубой — это включился мощный гиперпривод «Губителя». Звезды и чернота космоса исчезли, сменившись синевой гиперпронстранства.       — Курс на Рилот, — объявил рулевой.       — Затемнить вид, — распорядился Луитт, и транспаристаль потемнела, скрыв за собой гиперпронстранство. — Мой повелитель, если вы и владыка Вейдер предпочитаете удалиться в свои каюты, я сообщу вам, как только мы прибудем в систему Рилота.       — Пожалуй, мы пока останемся на мостике, капитан, — ответил Палпатин.       — Как пожелаете, сэр, — кивнул Луитт, поджав губы под щетинистыми густыми усами. — Много времени это не займет.       Капитан направился по мостику, заглядывая через плечо членам команды и отдавая приказы, но при этом предпочитая держаться подальше от Вейдера. Постепенно на мостике установилась рабочая обстановка.       — Похоже, он чувствует себя неуютно рядом с тобой, повелитель Вейдер, — проронил Император.       В присутствии Вейдера большинству флотских офицеров становилось неуютно. Для них он был могущественной и мрачной фигурой вне их иерархии, появившейся неизвестно откуда и обладавшей непостижимыми способностями.       — Для меня это только полезно, — ответил Вейдер.       — Мелким сошкам всегда должно быть неуютно рядом с начальством, — определил Император. — Согласен?       Вейдер понял скрытый смысл вопроса и ответил соответственно.       — Да, учитель.       — Вот и славно.       Оба молча наблюдали за происходящим на мостике. «Губитель» в мгновение ока преодолевал парсеки, и какое-то время спустя ритм работы команды сменился: началась подготовка к возвращению в обычное пространство.       — Выход из гиперпространства! — крикнул рулевой.       — Есть выход из гиперпространства, — эхом отдалось по мостику.       — Испытание начинается, — сказал Император.       Вейдер посмотрел на своего учителя, вопросительно наклонив голову и не вполне его понимая, пока тоже не ощутил возмущение Силы.

***

      — Корабль выходит из гиперпространства, — проговорила Зира срывающимся от волнения голосом.       Чам понял, что последние полчаса судорожно сжимал кулаки.       — Активировать мины. Перекроем им путь. Поглотители экранов привести в состояние готовности.       Чам положил ладонь на плечо Гоби.       — Приготовься передавать команды дроидам.       — Я давно готов, Чам, — ответил Гоби, дрожа то ли от возбуждения, то ли от нервного напряжения. — Давай-ка накормим имперцев огнем.       — Так и сделаем, — кивнул Чам.       «Не террорист. Но борец за свободу».

***

      Пользуясь временной вынужденной передышкой от тренировок и наставлений, обычно совмещающихся, Оби-Ван просто валяется в слишком большой для одного роскошной кровати и вспоминает недавние события.       — Мой учитель говорит, связь между учеником-ситхом и учителем имеет характер симбиоза, но остается в состоянии неустойчивого равновесия… Но никакой пользы с его стороны для себя я не чувствую, лишь неустойчивость, в отличие от наших отношений, — своей здоровой рукой Вейдер прикасается к локтю Оби-Вана и ведет ниже, пока их пальцы не переплетаются вместе. А спустя несколько секунд между ладонями проскальзывает искра, а затем еще и еще, пока ниточки молний полностью не оплетают их руки.       — Вот он — симбиоз, который я понимаю, — он прикасается указательным пальцем к нижней губе Оби-Вана, оставляя на ней укусившую бывшего принца маленькую потухающую искорку молнии. — И всегда хотел.       — Так, выходит, я твой ученик?       Немного подумав, Вейдер склоняется к нему, и таинственно шепчет прямо в губы. — Нет.       Оби-Вану думается, что даже если бы он не увидел истинной внешности Вейдера и так глупо с первого взгляда не влюбился, то он бы все равно проникся к нему, как рано или поздно жертвы начинают симпатизировать своим похитителям… Ведь даже самый жуткий и пугающий человек может оказаться прекрасной личностью, если дать ему время. Оби-Ван обхватывает подушку и вжимается в нее лицом, чтобы почувствовать его аромат и отрешиться от своих тревог и забот. А времени у них навалом… было.

***

      Когда «Губитель» вынырнул из гиперпространства на внешних рубежах системы Рилот, гигантский иллюминатор вновь стал прозрачным, показав несколько далеких газовых гигантов и находившийся поблизости пояс астероидов, который отделял внешнюю систему от внутренней. Вдали ярко сияло оранжевое солнце. Сам Рилот находился слишком далеко, чтобы его можно было различить.       — Максимальное ускоре… — начал капитан, но прежде чем он успел договорить, с правого борта послышался глухой удар, заставивший огромный корабль содрогнуться. Члены команды подняли головы от приборных панелей, вопросительно переглядываясь. За первым ударом последовал второй, затем третий, более сильный, от которого корабль дал крен. Вейдер взглянул на экран, но ничего не увидел. Его учитель уставился в пол со странной полуулыбкой на лице.       — Доложить обстановку! — спокойно распорядился капитан.       — Сэр, я…       Корабль содрогнулся от нового удара, потом еще от одного, и еще. Крен стал сильнее, взвыли сирены.       — Короткие замыкания и несколько пожаров по всему кораблю, — доложил дежурный офицер. — Есть раненые.       — Что происходит, капитан? — спросил Вейдер, схватив Луитта за руку и сжав ее столь крепко, что тот болезненно поморщился.       Капитан перевел взгляд с Вейдера на Императора, потом рявкнул на дежурного.       — Данные сканеров?       — Мины, сэр, — ответил офицер. — Их сотни, повсюду.       — Мины? — переспросил капитан. — Полная остановка! Активировать оружие!       Корабль сотрясся от новых взрывов, и в поле зрения внешней камеры появился десяток мин всевозможных форм и размеров — огромные кубы с магнитными датчиками, ощетинившиеся шипами шары с детекторами движения. Вейдер узнал несколько мин современного образца, другие же относились к временам Войн клонов и еще более ранним.       — Экраны защитят корабль от любых серьезных повреждений, мой повелитель, — сообщил капитан Луитт Императору. — Прошу извинить за неудобства.       — Проведите тщательное сканирование этого участка системы, — велел Вейдер. — Особенно в поясе астероидов. Я что-то чувствую…       Луитт раздраженно поджал губы.       — Мой господин, вероятно, это всего лишь скопление мин, оставшихся после Войн клонов, которые занесло во внешнюю систему. Я слышал, такое случается. Они не представляют для нас никакой угрозы…       Вейдер нацелил палец в лицо капитану.       — Делай, как я сказал, капитан.       Луит нахмурился, но не осмелился возразить.       — Как пожелаете, повелитель Вейдер. Приступить к скани…       В экраны корабля с грохотом ударила очередная серия взрывов, от которых содрогнулась палуба.       — Повреждений нет! — крикнул кто-то на мостике. — Экраны держат.       — Сэр, там еще осталось больше трех сотен мин, — передал офицер у пульта сканера.       Не в силах выдержать взгляд Вейдера, Луитт повернулся к Палпатину.       — Мой повелитель, думаю, будет лучше, если вы покинете мостик.       — Напротив, — возразил Император. — Именно здесь мое место.       Дежурный склонился над панелью сканера.       — Я получаю необычные данные, сэр. Пожалуй, вам стоит взглянуть.       — Что там? — раздраженно спросил Луитт, но все же поспешил к панели. Вейдер последовал за ним, нависнув над капитаном и офицером.       — Вот, — сказал офицер, показывая на дисплей.       Вейдер и Луитт мигом разобрались, что означает увиденное. Выругавшись, капитан выпрямился.       — Похоже на боевые платформы. Рулевой, полный назад.       — Мины со всех сторон, сэр. Если мы дадим задний ход…       — Неважно! Полный назад! Немедленно!       — Слишком поздно, капитан, — осек его Вейдер. Он включил встроенный в доспехи пульт дистанционного управления, чтобы подготовить к полету свой перехватчик.       — Предупредите ваших пилотов и будьте готовы поднять по тревоге V-истребители.       — Что? Зачем? — удивился Луитт, переводя взгляд с Вейдера на Императора. — Экраны все еще работают.       — Вряд ли это надолго, — ответил темный владыка.       — Делайте, как приказывает повелитель Вейдер. — произнес Император столь властным тоном, что все на мостике задрожали от страха.       — Отдайте приказ, — передал Луитт дежурному офицеру. — И удвойте мощность носовых экранов.

***

      Послышался писк D4L1, и Зира кивнула в ответ.       — «Губитель» дает задний ход.       — Они обнаружили поглотители, — констатировал Чам.       На дисплеях позади «Губителя» расцвели взрывами мины — одна, пять, десять, двадцать.       — Похоже, мины почти не причиняют им вреда.       — Пока что, — вставил Гоби, чуть ли не подпрыгивая в кресле.       Каллон что-то пробормотал себе под нос, постукивая пальцем по столу.       На настенных дисплеях Чам видел под разными углами изображение огромного звездного разрушителя, которое время от времени заслонял астероид вращающийся перед одним из зондов. В космосе вокруг корабля парили сотни неразорвавшихся мин, медленно двигаясь следом за ним.       Следующий шаг был решающим. Чам чувствовал устремленный на него взгляд Каллона. бы предпочел, чтобы корабль находился чуть ближе к поясу астероидов, но выбора не оставалось.       — Активировать поглотители экранов, — скомандовал Чам. Гоби кивнул.       — Все получится, — бормотал, словно заклинание, Каллон. — Все получится.       Все не отрывали глаз от дисплеев, где разворачивались события, показываемые глазами дроидов-зондов. Каллон перепрограммировал два десятка мин, которые при контакте с защитными экранами корабля должны были не взорваться, но «присосаться» к энергетическим сигнатурам экранов и теоретически ослабить их до такой степени, чтобы сквозь них могли пройти корабли.       Чам не знал точно, какие мины запрограммированы на взрыв, а какие — на уничтожение экранов, но когда поглотители активировались, ударившись об экраны «Губителя», это вмиг стало ясно.       Пространство вокруг огромного корабля пронизали светящиеся линии — прожилки в защитном поле, которые тянулись от каждого из поглотителей к остальным. По мере того как удлинялись эти линии, экраны начали все сильнее мерцать. Казалось, будто «Губитель» пойман в светящуюся сеть.       — Крупная рыба попалась! — проронил Гоби.       «Возможно», — подумал Чам, все еще не до конца веря в происходящее.       — Все получится, — продолжал бормотать Каллон. — Получится.       — Что скажешь, Каллон? — спросил Чам.       Главный инженер изучил данные, поступающие с компьютера Зиры. D4L1 издал трель, которая, похоже, ему не понравилась, и Каллон шлепнул дроида по серебристому куполу.       — Думаю, все работает, — ответил он, обведя взглядом сеть, окутывающую «Губитель». — Похоже, что работает.       — Точно? — спросил предводитель.       — Экраны ослабевают, — сказала Зира, тоже не отрываясь от цифр на мониторе.       — Тогда действуем, — объявил Чам, поворачиваясь к Гоби. — Запускай всех дроидов.       Гоби дал сигнал, и глазами зондов все увидели, как со стороны поля астероидов к «Губителю» устремляется флотилия из нескольких сотен дроидов-«стервятников».       — Началось! — сказал Гоби.       — Началось, — тихо повторил Чам.

***

      — Что это? — пожелал знать Луитт.       Густая матрица из светящихся линий на дисплее, подобно молниям, прочерчивала зазубренные траектории между экранами.       — Экраны работают на пятьдесят процентов, — доложил офицер у пульта сканера, и удивление в его голосе сменилось тревогой. — Семнадцать! Поднялось до двадцати пяти!       — Вернуть их на полную мощность! — скомандовал Луитт.       — Остановите корабль, — приказал Вейдер, и Луитт не стал возражать.       Они рисковали столкнуться с окружавшими их минами, и при ослабленных экранах эта перспектива таила серьезную опасность.       Рулевой остановил «Губитель», и дежурный у пульта сканера дотронулся до дисплея.       — Капитан, некоторые из этих мин — вовсе не мины. Это устройства, создающие обратную связь в матрице экранов. Они не разрушают экраны, просто ослабляют их, проделывая в них бреши.       Среди членов экипажа на мостике послышался взволнованный ропот. Вейдер поднял взгляд на учителя, но Император, похоже, о чем-то глубоко задумался, едва заметно изогнув в улыбке тонкие губы.       Луитт переходил от одной панели к другой, изучая показания приборов. Когда он наконец заговорил, голос его был полон тревоги.       — Нужно с ними разделаться. Оружейным постам — навести орудия на эти устройства и уничтожить их.       — Вокруг сотни мин, сэр, — заметил офицер-артиллерист. — При ослабленных экранах любой промах может вызвать цепную реакцию взрывов.       — Они не промахнутся! — заявил Луитт.       — Сэр, — вставил дежурный у пульта сканера. — Я не могу с точностью вычислить, какая мина обычная, а какая нет. Их слишком много, и они слишком малы.       Капитан судорожно сглотнул, явно почувствовав, что оказался в той же ловушке, что и сам «Губитель». Он обвел взглядом Императора, Вейдера, членов своей команды.       — У этих мин датчики сближения, — добавил еще кто-то. — Если экраны откажут, мины сами подойдут ближе и взорвутся.       Среди команды опять послышался ропот. «Губитель» не мог сойти с места — но все же надо было двигаться.       — Предлагайте варианты, — сказал Луитт и экипаж как по команде уткнулся в экраны.       — Запустите свои эскадрильи, — предложил Вейдер. — Я их поведу.       Сколько бы неуютно ни чувствовал себя Луитт в присутствии Вейдера, в критической ситуации это уже не имело значения.       — Конечно, — с облегчением кивнул он. — Истребители смогут точечными выстрелами уничтожить мины.       — Сэр, — срывающимся голосом проговорил дежурный у пульта сканера. — Из пояса астероидов летят несколько сотен дроидов-«стервятников». Прямо к нам, сэр!       — Внимание боевым постам, — объявил Луитт, и тут же взвыли сирены.       Вейдер повернулся к Императору, но прежде чем успел произнести хоть слово, учитель сказал свое.       — Ты намереваешься увести меня в безопасное место — возможно, на мой челнок или в каюту.       Вейдер кивнул. Император часто мог читать его мысли, поэтому оставаясь наедине он старался не думать, а лучше вообще забывать о том, о чем тому знать не следовало.       — Пожалуй, я останусь здесь и понаблюдаю за тем, как будут разворачиваться события, — продолжил Палпатин. — Но ты можешь поступать, как считаешь нужным.       — Да, учитель, — Вейдер поклонился и направился к лифту. Неожиданно двери кабины разъехались в стороны, и из них возник испуганный Орн Фри Таа. Большие уши тви’лека обвисли, щеки и живот вздрагивали. Он с тревогой уставился в обзорный экран.       — О небеса! Что случилось?       — Приветствую, сенатор, — проговорил Палпатин, и прежде чем Таа успел ответить, Вейдер махнул рукой, толчком Силы убирая сенатора с дороги. Со стоном ударившись о переборку, тви’лек осел на пол у ног одного из императорских гвардейцев. — Повелитель Вейдер торопится. Извини его.       Войдя в лифт, Вейдер повернулся и воззрился на Таа. Он провожал сенатора взглядом, пока двери не закрылись.       Времени оставалось мало. Как только двери лифта открылись на летной палубе, он поспешил по коридорам «Губителя» и спустился на другом лифте в ангар.       На полетной палубе стройными рядами стояли десятки V-истребителей с уже прогретыми двигателями. Палуба гудела от звука воющих сирен. К кораблям спешили пилоты в летных комбинезонах и десятки пищащих дроидов-механиков. Даже не посмотрев на ведущий в кабину трап, Вейдер с помощью Силы легко запрыгнул в свой перехватчик и скользнул в кресло. Едва он пристегнулся и опустил фонарь, в шлеме послышался голос командира эскадрильи:       — С чем нам предстоит столкнуться, сэр?       — С минами и дроидами-«стервятниками», по меньшей мере.       — Дроиды-«стервятники»? Давно я их не видел, сэр.       — Стартовать по готовности, — приказал эскадрилье Вейдер, когда антигравы вознесли его корабль над палубой. За ним последовали десятки истребителей.       Командир синхронизировал их идентификаторы с компьютером на мостике, чтобы отличаться от приближающихся «стервятников» и мин.       — Старт разрешаю, — объявил офицер на мостике.       — Повелитель Вейдер, — послышался по закрытому каналу голос Луитта. — Экраны работают на шестнадцать процентов.       — Понял, капитан, — ответил темный владыка, запуская ионные двигатели, и его перехватчик устремился в открытый космос.

***

      — Мешок с костями, подъем, — распахнув двери, в комнату вваливается уже знакомый Оби-Вану золотистый дроид. — Мы летим на Серено. Прямо сейчас!       — Обидно вообще-то, жестянка, — на автомате огрызается Кеноби, хотя смысла спорить с дроидом нет никакого, полный ноль.       — Вы все для меня мешки с костями, — он хватает кейс с утренним подарком Вейдера, а во второй руке у него уже пирамидовидный голокрон Реван. — Кроме мастера, потому что все во мне до последнего винтика — его заслуга.       — Он создал, то есть, собрал тебя?       — Да, подстилочка, — дроид явно торопится, поэтому не особо фильтрует речь, хотя обычно он намного деликатнее в словах. — Двигайся резвее.       — Эй!       — На правду не обижаются.

***

      На одном из настенных дисплеев высветилось изображение ангара в брюхе звездного разрушителя, из которого сквозь светящуюся сеть умирающих защитных экранов вылетали десятки V-истребителей. Чам ожидал их появления. Трети дроидов-«стервятников» предстояло вступить в бой с истребителями, тогда как остальные должны были продолжить возложенную на них миссию.       — Состояние экранов? — осведомился он у Каллона.       — Слишком далеко, чтобы получить точные данные, но…       На их глазах вспыхнула и исчезла сеть окружавших «Губитель» линий. Экраны отключились.       — Что ж, — Каллон широко улыбнулся и откинулся на спинку кресла. — Думаю, точные данные мы все же получили — с экранами покончено.       — Да! — воскликнул Гоби, стукнув кулаком по столу и пролив каф из чашки.       Даже Чам не смог удержаться от улыбки.

***

      Вейдер увидел, как вспыхивают и исчезают экраны, еще до того, как по каналу связи послышался встревоженный голос Луитта.       — Экраны отказали, повелитель!       В сторону разрушителя, постепенно набирая скорость, плыли десятки мин, а позади них пожирали пространство сотни дроидов-истребителей, устремившихся подобно рою к беззащитному кораблю.       Вейдер развернул перехватчик навстречу минам и приближающимся «стервятникам», ощущая от последних куда большую угрозу, чем от мин.       — Прикажите всем батареям стрелять по минам, капитан, — на боевой частоте раздался голос командира эскадрильи V-истребителей.       — Через десять секунд «стервятники» окажутся в пределах досягаемости. До этого — выбирать в качестве целей мины.       Вейдер дал волю сидевшему в глубине души гневу и полностью отдался во власть Силы, руководствуясь исключительно ощущениями. Прицелившись в мину, он выстрелил и, увидев, как та испарилась, пролетел сквозь пламя. Свернув вправо, он прицелился в другую, третью, четвертую, уничтожая по мине каждым выстрелом. От взрывов иногда срабатывали соседние мины, и вскоре пространство вокруг заполнилось множеством одновременных вспышек. Развернув истребитель, Вейдер помчался сквозь возникший хаос.       — Их слишком много, чтобы уничтожить хотя бы половину, — сказал кто-то из пилотов.       — Дроиды приближаются, — доложил командир эскадрильи.       — Оставить мины и атаковать дроидов, — приказал Вейдер.       Вокруг него внушительные орудийные батареи звездного разрушителя прочерчивали черноту космоса лучами ионизированной плазмы. Повсюду рвались мины. Вейдер описал широкий круг, пролетев над мостиком «Губителя» и уничтожая мину за миной, но тех все равно оставалось слишком много.       Достигнув корпуса звездного разрушителя, первая мина прицепилась к переборке и вспыхнула огненным цветком. За ней рванули еще две, восемь, десять, двадцать. Взрывы выбрасывали в космос длинные языки пламени, и сквозь образовавшиеся дыры вылетали в вакуум космоса обломки и тела. Вейдер живо представил себе пожары, смерть, вой сирен. Взмыв над огромной пирамидой корабля и почти касаясь надстройки «Губителя», он разрушил три мины, прежде чем те успели прилипнуть к корпусу и направить всю мощь взрыва в переборку корабля, который в итоге получил лишь поверхностные повреждения.       — Дроиды на расстоянии выстрела, — отрапортовал командир эскадрильи.       — Перестроиться для атаки.