Волшебник волшебнику - волк

|• — Ты очень слаб… — Крис в который раз повторяется, пытаясь отговорить Феликса. «Я пойду с вами, это не обсуждается» -Ты навредишь себе. «Я помогу Чанбину или умру, пытаясь» — С чего вообще такая преданность волку? — Джено искренне не понимает. «Он спас мне жизнь…» Феликс мечется из угла в угол, коря себя за то, что сбежал оттуда, даже не попытавшись помочь Чанбину. Угрызения совести страшнее пытки, мучительней беспрерывной головной боли. Мысли о фамильяре, оставшемся в плену, заполняют все его дни бездействия. Даже Джисон отходит на второй план. Феликс по-своему, по фамильяровски чувствует, что маг в относительной безопасности, потому позволяет себе оставить волнения о нем. Крису приходится смириться с решением лиса. Он устало покачивается на затекших конечностях, оповещая об отбое. Напоследок бросает Феликсу кивок, который позволяет понять, что тот в игре. Весь зверинец фамильяров растосовывается по комнатам. Завтра трудный день, а ночь ещё труднее. Лис укладывается в все ещё разложенное на кровати гнездо из одеял, которое так старательно каждый день починял Бомгю. Он позволяет Чимину завиться вокруг его тушки в своеобразных объятиях. На бортике тихонечко прикорнул Бомгю. В щели под дверью заметны неспешные шаги ног и лап, слышны полушепотом произнесенные пожелания спокойной ночи. Как бы сильно это место не привлекало Феликса своим семейным уютом и теплом, он все равно надеялся, что завтрашний день все изменит. Возможно здесь прибудет пополнение потеряшек, но Ликсу хотелось бы иметь возможность уйти от сюда счастливым и найденным… ||• Ёнждун даёт волшебникам ночлег и информацию. В его комнатке над кроватью висит небольшой ловец снов с ярко-желтым пером. От чего-то он кажется совершенно особенным ловцом снов, хотя выглядит вполне обычно. Когда Чхве усаживает гостей за небольшой столик и начинает «рассказывать», пёрышко слегка заметно подрагивает. Кто-то мог бы списать это на сквозняк или глюки, но то, как трепещут ресницы у Енджуна, кое-что слишком напоминает. «Я искал, его там нет,» — ответ бармена на предложение пойти с ними туда. На губах улыбка на грани эмоций — но у вас, возможно, есть шанс / вы их больше не увидите. На Минхо давит уверенность в наибольшей вероятности второго варианта. В то время как Джи загорается идеей его переубедить, найти Чанбина, Феликса и обладателя жёлтого пера. Они засыпают неспокойным сном, над их головами колышется оберег. |||• В месте, где все так же пахнет железом и болью, Чанбин не жив — не мертв. Прошло четыре дня, для него — четыре года. За дверьми клетки шепчутся о завтрашнем дне. Что-то должно произойти завтра. И мысль об этом вызывает недозволительное ему количество эмоций. Заточение для волка — хуже смерти. Вся воля для Чанбина слилась в один клочок света в скважине замка. Желание ее ощутить обжигает сердце и легкие. «Завтра…» /// Чанбина волокут безвольным чучелом вниз по лестнице, через какие-то тоннели в гремящий гулом зал. Желанный клочок света расширился до пределов этой комнаты, но и этого мало. Он ищет глазами окно под самым потолком — его новая цель и мечта. Вокруг орава с шуршащими, потертыми купюрами в руках. Они скалятся не хуже волков, зараженных бешенством, при виде Чанбина. Их взгляды стеклянные и иступленные азартом. Шоу вот-вот начнется — «зверушки» уже подоспели. Мутанты-полу фамильяры- полулюди по двое сталкиваются лбами в поединке, коем сложно назвать данное действие. Совершенно обессиленные, вялые, неагрессивные, они на ногах еле стоят. Но их с двух сторон подгоняют, хлещут цепями по ногам, те падают и встают, бадаются, падают… И так по кругу. Эдакое зрелище. А вокруг толпа ходит ходуном, злорадствует. Как человеческий глаз такое уродство воспринимает, не понятно, зачем оно им нужно — тоже. И что страшнее: изуродованные жертвы эксперимента, или взбудораженные их боем люди? Когда Бину в очередной раз прилетает по ногам и он валится на колени, в судорогах запрокидывая голову, — два зелёных глаза. Он видит их и позволяет себе перестать пытаться встать. Клочок света расширяется в его сознании, заполняя поле видимости. Когда Чанбин замечает Феликса, того за шкирку держат трое. Он наготове, всего один прыжок до Чанбина. И не важно, что будет дальше. Феликс не хочет думать о последствиях. Вспоминается лишь то, как было больно в этом месте и жёлтые зрачки Чанбина. Над Чанбином занесена рука-лапа некого зверя, его даже распознать не удастся, так он изуродован. Тот делает это без желания, но звенящие позади цепи не дают выбора. Феликс ждёт, когда начнет действовать их план, нервно озирается боковым зрением, не теряя концентрации на Бине. Свет тухнет и загорается. И в эту секунду друг друга замечают разлученные волшебники и фамиьяры. Джисон и Минхо узнали об этом месте от Енджуна, который искал своего желтоперого фамильра среди подопытных, но тщетно. Феликс хочет подольше задержаться взглядом на Джисоне, но он и без того уже промедлил. В это же время Минхо перестает себя контролировать, пользуется всеобщим замешательством и вырывается в центр действа. Ли, ослеплённый отчаянием, по инерции движется на встречу к своему фамильяру. Волшебник делает всё в два раза быстрее людей, но занесённая когтистая рука противника все же нависает в десяти сантиметрах от их лиц, когда он уже держит плечо волка ладонью. Свет меркнет снова. Зрители в смятении, но любое шоу они с удовольствием съедят, поэтому вопли ярой заинтересованности заполнят зал. Представление, для них это лишь представление. Когда свет загорится вновь мутант будет лежать сбитым с ног. Одной лапой на его грудь Его давит Феликс с сверкающими яростью зелёными глазами. Чанбин обмякает в руках своего волшебника. А Феликс ждёт, когда Крис выполнит свой пункт в плане. Все заполняется дымкой лилово-персикового цвета. Толпа оседает на грязный пол, проваливаясь в сон. И тишина. Так тихо, как в мечте Чанбина о завтрашнем дне.