Счастливым хочет быть каждый

Ноэль Марлеран Сидеть на столе было неудобно, но иначе почтенным магистрам пришлось бы ползать на коленях. А так они получили полный доступ к объекту исследования — моим ногам. Я старался не смотреть, что они там делали — всё равно не пойму ничего. Вместо этого я разглядывал потолок и пытался не краснеть от двусмысленных слов магистра Миллура. «… Ноэль, ты же не возражаешь против такого обращения? Давай раздвинь ножки, а то мы с Дарманом всё время стукаемся лбами над твоим коленом…» — усмехался он, обходя стол с другой стороны. «… Салем! Ну что ты в мальчика засунуть хочешь?! Он же не гнётся! Ноэль после этого не то что ходить, сидеть не сможет!» — возмущался магистр Миллур, категорически отметая предложенный вариант нового сустава. Магистры спорили между собой почти два часа, пока не нашли приемлемый вариант. — Ближайший месяц я занят, — категорически заявил граф Миллур. — А вот потом готов уделить пару недель твоему проекту, Дарман. Ищи нужные ингредиенты и готовь свою лабораторию. Попробуем с тобой сработать. Мне самому стало интересно, что из этого получится. А ты, Ноэль, привыкай ходить без штанов. Потому что в столице у тебя просто не будет возможности их надевать! — Магистр Миллур прав, с одеждой тебе, Ноэль, придётся придумывать что-то другое, — хмыкнул лорд Салем глядя на то, как неловко я пытаюсь засунуть ноги в штанины. — Через пару недель я пришлю за тобой человека… Ты на лошади держаться можешь? — Могу. Только шагом, — вздохнул я. — Значит, два дня добираться будете. Хорошо, я учту это. Магистры ушли, а я так и остался сидеть в комнате. Было страшно. Сам не знаю от чего, но меня начал бить мандраж. В таком виде, близком к истерике, меня и застал поднявшийся в комнату отец. — Ноэль, как ты? Ты не спустился проводить гостей и я решил узнать… — Я боюсь, — тихо признался я. — Господа магистры тебя обидели? — прищурился отец. — Нет, — замотал я головой. — Просто… Лорд Салем сказал, что пришлёт за мной человека сопроводить в столицу. — Да, я знаю. Он спросил нашего разрешения. Ты же не откажешься от такой перспективы? Ноэль, я понимаю, что тебе сложно, но когда-то нужно начинать. Ты же не будешь всю жизнь прятаться от жизни в своих комнатах. — Но я же никогда не покидал дом так надолго, да ещё и один. — Так тебя только это беспокоит? — улыбнулся отец. — Возьми с собой слуг, кого захочешь, и подумай, что ты возьмёшь с собой. — Ничего не надо, — вздохнул я. — Магистр Салем сказал, что мои вещи там не понадобятся. — Даже так? — удивился отец. — Он берётся тебя всем обеспечить на месте? Ноэль, мальчик мой, ты представить не можешь, как тебе повезло с ним! — Знаю, — кивнул я. После отбытия гостей, в нашем доме началась вторая версия «вторжения демонов». Папа перетряхивал всю мою одежду, стараясь засунуть в сундуки побольше. Я же с маниакальным упорством вытаскивал всё назад. Ну зачем мне эти выходные костюмы, если я ни разу их не надену? А шёлковые рубашки? Я уже не говорю про драгоценности. Соглашался я лишь на тройку домашних и пару выходных комплектов. — Ноэль! — возмущался папа в такие моменты. — Не позорь имя Марлеран! Мы, конечно, не герцоги, но и не нищие попрошайки! Как на нас с отцом смотреть будут, если мы своего сына в столицу с голым задом отправим?! — Да кому они там нужны эти тряпки? — не выдержал я. — Я же не буду там всё это надевать. Так зачем тащить? — А знаешь, ты прав, дорогой, — внезапно сдался папа. — Эти вещи только для провинции хороши. Ведь лорд Салем обещал тебя всем обеспечить. Тогда хоть деньги возьми, а лучше — векселями казначея. Они всегда пригодятся. Да, я предупрежу мужа, пусть подготовит. Папа ушёл, а я с трудом удержал непрошенные слёзы. Ну почему я раньше думал, что родители меня не любят? Что стесняются убогого сына и предпочитают лишний раз не вспоминать обо мне? А может, это не в них, а во мне проблема была? Я сам не хотел никого пускать в мою жизнь, а они лишь уважали моё решение? Перед родными стало стыдно. Перед папой, отцом, Риваном и даже перед маленьким Лайоном. «Я исправлюсь! — решил я. — Больше не буду ни от кого закрываться и жаловаться на жизнь. Даже если у магистра Салема не получится поставить меня на ноги!» Человек лорда Салема прибыл через десять дней. Высокий, широкоплечий, уже немолодой воин оглядел скромные пожитки, что слуги уложили в две перемётные сумки, и вздохнул. — Меня зовут Вел, — представился он. — А вы, я полагаю, баронет Марлеран? Лорд Салем предупредил меня, что дорога будет медленной. Но вам не стоит волноваться. Сегодня нам достаточно будет добраться до вашего портала в баронстве. И мы заночуем на постоялом дворе. А завтра с утра перейдём в столицу и после полудня будем на месте. Вы один или со слугами? — Один, — кивнул я. Хорошо подумав над предложением отца, я отказался брать слуг. Кто знает, как отнесётся лорд Салем, если я притащу в его дом посторонних людей? Ведь про это он ничего мне не говорил. А на самый крайний случай я напишу родителям, и они кого-нибудь пришлют. А может, приедут сами. Вот с такими мыслями я и покидал родной дом. Теперь только одним богам известно, каким я сюда вернусь. Дорога была длинной и утомительной. Наш портал находился в двадцати милях от поместья. При хорошей скачке за пару часов добраться можно. Но я так не могу. На рыси или галопе нужно упираться ногами в стремена, а мне опираться не на что. Мои колени такой нагрузки не выдержат, и я попросту вывалюсь из седла. А скорость идущей лошади ничем не отличается от человека. Первые полчаса мы молчали. Но когда Вел спросил, не замёрз ли я и не стоит ли нам сделать остановку вон в том трактире, я решил не изображать из себя гордого аристократа и ответил как можно дружелюбнее. — Только если вы сможете сами усадить меня на лошадь. Вы же видели, Вел, как именно слуги поднимали меня. А отдохнуть я не против. Но не слишком ли мы задержим магистра Салема, если не уложимся в отведённый срок? — Обращайтесь ко мне на «ты», баронет Марлеран, — улыбнулся он. — Усадить я вас смогу, а меня специально отправили за вами пораньше. Перекус? Вел оказался интересным собеседником. Он много где бывал и много что видел. А ещё, на удивление, отличался хорошими манерами, что было странно для простого воина. — Дружинником я был давно, — хмыкнул он. — Последние лет двадцать я больше при лорде Салеме различные поручения выполнял. Вот и нахватался всего помаленьку, чтобы не позорить его своими солдатскими замашками. А ещё мне показалось, что Вел ко мне как-то странно присматривался. И всё время про магистра Салема рассказывал. Какой он талантливый учёный и сильный маг. Что его ценят при императорском дворе и он один из немногих, кому наш правитель спускает различные шалости в виде идеи поднять два десятка простейшей нежити из крыс, чтобы избавиться от крыс живых. Вот только живые крысы через магическую охрану дворца не проходили, шастая только по конюшне да зверинцу, зато творения магистра расползлись всюду. — Вы не смотрите, баронет, что годов магистру немало. Он в душе сущий подросток: любознательный, увлекающийся и с лёгкостью принимающий всё новое. Не то что остальные пни из триумвирата. Ну а то, что не особо разговорчивый, так это потому что некромант. Зато знает он очень много и любит, когда кто-то интересуется знаниями. Вы его спрашивайте, баронет Марлеран, не стесняйтесь. Ежели лорд Салем начнёт рассказывать чего — заслушаетесь. Даже мне, человеку мало знакомому с магистром, показалось, что Вел бесконечно предан лорду Салему и готов восхвалять его каждую минуту. Не из лести или желания выслужиться, а потому что действительно считал так. Вот в таком странном состоянии мы и прибыли в столицу.

***

Дарман Салем Когда я велел Велу отправляться за Ноэлем, попутно объясняя, с какими трудностями он столкнётся и как вести себя в этом случае, этот гад только усмехнулся. — Наконец ты, господин Дарман, хоть немного отвлёкся от своих химер. Давно я тебе говорил, что пора уже «ученика» завести. — Не ученик Ноэль! — рыкнул я. — Он мне в исследованиях помогать будет. Если мы с Демисом сумеем его на ноги поставить — это же настоящий прорыв будет. До сих пор маги жизни и некроманты никогда не работали в паре. В голову никому не приходило, что есть такая область, где наши знания можно совместить. В ожидании Вела и Ноэля меня снова обуял исследовательский зуд. Все заказанные ингредиенты куплены и доставлены. Пристально пересмотрены несколько раз и заказаны ещё. Мне не терпелось приступить к работе, поэтому я накидал не один, а четыре плана. Самый простой предполагал замену коленного сустава на сустав мантикоры, а самый сложный — замену всех костей ступни на кости виверны. Когда защита поместья оповестила меня о возвращении Вела и прибытии ещё одного человека, я с сожалением покинул лабораторию и вышел навстречу. Сквозь большое панорамное окно я наблюдал, как Вел аккуратно снимает с лошади Ноэля и прямо так, не опуская на землю, несёт к входным дверям. — Вот, господин Дарман, доставил! — заявил Вел, осторожно опуская Ноэля на пол. Юноша зашатался, пытаясь сохранить равновесие, и мне пришлось подхватить его под руку, потому что Вел уже вышел во двор, собираясь отвести лошадей в конюшню. — Где твоя трость, Ноэль? — спросил я, аккуратно придерживая юношу. Из-под капюшона мехового плаща, щедро припорошенного снегом, на меня взглянули изумлённо-испуганные серые глаза. — Осталась… — Ноэль панически обернулся ко входу. — Вел принесёт, — кивнул я. — Идём, я тебя провожу. Слуг в этом доме немного. Только повар, конюх, садовник и Вел. Всё остальное делает магия и мои химеры. Пожалуй, Вела я к тебе и приставлю. — Необязательно, магистр Салем. Я могу и сам. Так даже лучше, ведь мне нужно двигаться, иначе ноги совсем работать не будут. — Посмотрим, — вздохнул я. Если честно, я не ожидал, что Ноэль явится один. У него в доме не меньше трёх личных слуг было. И чего он их оставил? Ладно, хочет сам, пусть будет «сам». На ужин Ноэль не спустился, и пришлось мне подниматься к нему. Комнаты Ноэлю я выделил в гостевой части. Использовались они редко, потому что гостей у меня практически не бывало. Так что со временем они плавно превратились в склад нужных, но бесполезных вещей. Спальня оказалась пуста, зато в кабинете горел свет. Чуть приоткрыв дверь, я удивлённо застыл на пороге. Вот уж не ожидал, что юношей его возраста интересуют научные трактаты. Но четыре десятка перевёрнутых страниц и чуть шевелящиеся губы говорили о том, что Ноэль действительно читает этот скучный текст о растительных ингредиентах. — Глупости, — вдруг фыркнул он. — И что же тебя так возмутило, Ноэль? — спросил я. — Ой, магистр Салем, — вздрогнул он. — Простите, что без спроса взял книгу. — Раз я оставил её здесь, то не вижу причин запрещать тебе. Меня лишь удивил выбор чтива. Чем тебе не угодил трактат мастера Релина? — Он пишет, что соцветия луноглазки надо собирать только в первые три дня цветения. Но это же глупости! Вам любой природник скажет, что луноглазка инертна к магии, а значит, со временем её свойства не меняются! Хоть в первый день сорви цветки, хоть в двадцатый. — Хм, ты готов поспорить с уважаемым мастером-некромантом, Ноэль? — прищурился я. Забавно было смотреть, как меняется выражение его лица от полной уверенности в своей правоте, через сомнение к раскаянию. — Извините, я не хотел… — Что именно ты не хотел, Ноэль? — Поставить под сомнение… — совсем тихо ответил он. — А почему? — спросил я. — Почему ты не пожелал усомниться в чужом мнении, если был полностью уверен в своей правоте? — Но… но… — совсем растерялся юноша. — А давай проверим? — предложил я. А что? Демиса мне ещё неделю ждать, а занять Ноэля чем-то нужно было. Глядишь, и о будущем переживать меньше станет. Ожидание — вещь коварная. Оно может как успокоить, так и накрутить человека до нервного срыва. А истеричный мальчишка в лаборатории мне не нужен. Кто знает, что он может выкинуть со страха? Мы тогда не опытами заниматься будем, а успокаивать его. — И как мы проверять будем? — нахмурился Ноэль. — Зима ведь, и до цветения луноглазки ещё четыре месяца. А если на неё магией воздействовать, то можно ошибиться со свойствами. — Нет на улице — есть в теплицах. Луноглазка растение не только полезное, но и красивое. И многие её выращивают просто так. — У вас есть, магистр Салем? — обрадовался Ноэль. — У меня нет. Во дворце есть. При упоминании императорского дворца Ноэль заметно сник. Было видно, что его зацепила возможность подтвердить свою правоту, и тут такое разочарование. Я не стал ждать, пока его огорчение прорвётся наверх. — Завтра сходим и посмотрим. Там должны быть и новые бутоны, и те, что цветут давно. — А разве нас туда пустят? — удивился он. — А почему нет? Кстати, Ноэль, Вел тебе принёс трость? — Да, сразу же. И вещи. — Тогда почему ты на ужин не спустился? — Забыл, — вздохнул он. — Извините, меня не предупредили, что присутствие обязательно. Такого больше не повторится, магистр Салем. Ноэля я оставил в комнатах, отдав приказ одному из големов принести ему ужин и поступить в его распоряжение, поскольку к моим немёртвым слугам он отнёсся с полным равнодушием. Это хорошо, потому что с живыми мне было некомфортно. Они были слишком любопытны, болтливы и требовали оплату. В то время как големы всё делали чётко, быстро и о них можно было забыть до следующего распоряжения. Вел здесь был единственным исключением. На следующий день к завтраку Ноэль спустился при полном параде. Мне даже неудобно стало за мой домашний вид. М-да, отвык я принимать у себя гостей. — После завтрака мы с тобой отправимся во дворец, — поставил я Ноэля в известность и, глядя на его озабоченный вид, поспешил добавить: — Переодеваться не нужно. Ни к кому на аудиенцию мы не собираемся. Посетим теплицы и вернёмся домой.

***

Младший император Таинар любил прогуливаться по «зимнему саду». В такие минуты буйство цветущих растений мысленно возвращало его на свою родину. Нет, о замужестве он ни капли не жалел и к своему супругу испытывал не только чувство долга. Но если летом о тёплом родном острове он практически не вспоминал, то зимой, когда всё вокруг было завалено снегом, очень хотелось порадовать глаз. — Да нет же, нет, магистр, отпустите! — услышал Таинар возмущённый юный голос. — С чего бы это? — ехидно поинтересовался голос Дармана Салема. — Мы же за этим сюда пришли. — Не так! Не надо целиком, только головку! — Пф, какая разница! — Я не хочу! — чуть не расплакался юный голос. Случайно подслушанный диалог вызвал в памяти Таинара совсем не приятные воспоминания, которые немедленно породили злость. — Ну всё, доигрался ты, Салем! — зло прошипел Таинар и уверенно раздвинул густые заросли. Два десятка стремительных шагов привели его к фонтану, возле которого Таинар и увидел магистра Салема с поджатыми губами и скрещенными на груди руками. А возле небольшой клумбы на коленях стоял юноша, хлюпая носом и вытирая грязными руками мокрые дорожки слёз, одновременно с этим пытаясь посадить и оживить своей магией выдернутый с корнем куст луноглазки. — Зачем вы так с ним, — всхлипнул юноша. — Он же живой. Нам же только головки нужны, а не само растение. — Ну извини, Ноэль. Я не знал, что тебе так важен этот куст. — Я же природник, магистр Салем. Я же чувствую их. А можете подать воды? Из фонтана подойдёт. И тут повернувшийся Дарман Салем заметил Таинара. — Моё почтение, мой император, — поклонился он. — Прошу прощения, если потревожили ваш отдых. — Лорд Салем, — кивнул ему Таинар и перевёл взгляд на юношу, что тщетно пытался подняться с земли. — Одну минуту. Дарман улыбнулся, подошел к юноше и осторожно поставил его на ноги. И только теперь Таинар понял, почему тот не мог встать сам. Его колени были вывернуты под неестественным углом, и стоять без опоры мальчик просто не мог. — Разрешите вам представить, мой император: Ноэль Марлеран, баронет Марлеран, маг-природник. Мальчик низко опустил голову и пролопотал что-то вроде приветствия. А Таинар нахмурился, потому что это имя показалось ему знакомо. И снова рядом фигурирует магистр Дарман Салем.