Счастливым хочет быть каждый

Ноэль Марлеран Выражение лица Таура Салема в тот момент, когда магистр представил меня семье его сына, я не забуду никогда. Несколько секунд он хватал ртом воздух, а затем с возмущением взглянул на отца. — Это шутка? Я же своими глазами видел, как «баронет Марлеран» стоял на потолке! И это не заклинание, я бы почувствовал всплеск магии! — И это я слышу вместо извинений за ваше хамство, виконт Салем? — прищурившись спросил я. — Хм, извините, баронет, ваши способности стали для меня неожиданностью, и я принял вас за одну из химер моего отца, — произнёс Таур Салем, хотя по голосу было слышно, что он не до конца поверил сказанному. — Ваши извинения приняты, виконт. Поскольку для меня тоже последствия эксперимента оказались неожиданными. Таур Салем произвёл на меня странное впечатление. Внешне он был похож на магистра Салема, но вот по характеру они оказались совершенно разные. Для меня виконт Салем был слишком! Слишком шумный, слишком экспрессивный, слишком навязчивый и слишком любопытный. Его общество я мог выдержать только полчаса, а затем просто сбегал к себе, отговариваясь плохим самочувствием или делами. А вот с его супругом я неплохо пообщался. Ивиар оказался обладателем редкого дара к пространственной магии, и сейчас они прибыли в столицу, чтобы попасть в библиотеку Гильдии. Через несколько лет он собирался сдавать экзамен на Мастера и получить разрешение на самостоятельное создание порталов. — Не обижайтесь на моего супруга, баронет, — улыбался он. — Таур не слишком хорошо расстался с отцом несколько лет назад да ещё и немёртвых недолюбливает. Он же с ними почти всё детство прожил. Таур очень общительный и деятельный по натуре, а тут молчаливые безэмоциональные слуги, которых даже вывести из себя невозможно! Вот он и отрывался на живых. Я когда за него замуж выходил, нам лорд Салем предлагал немёртвых в услужение. Только Таур заявил сразу, что ни одной химеры в нашем доме не будет. — А мне они нравятся, — пожал я плечами. — Всё выполняют и не причитают, как наши слуги, какой я бледненький, худой и что кормить меня больше надо. — Наверное, такой супруг и нужен лорду Салему, — кивнул Ивиар, — Из вас получилась хорошая пара. — Мы не пара! — вскинулся я. — Просто магистр Салем мне помог очень сильно! И пока мне нужно под его присмотром находиться. — Да ладно! И поэтому вы, баронет, живёте в хозяйских комнатах? — У меня комната своя. Просто всякое случиться может. Ведь то, что сотворили магистр Салем и магистр Миллур, никто раньше не делал. И никто не знает, какими могут быть последствия. Как, например, моё хождение по потолку. — Не поделитесь, баронет, как вы это делаете? — Сам до конца не понял. Просто, когда я встаю на стену или потолок, мне кажется, что это пол. Со стороны похоже, что я сейчас упаду, но я не чувствую, что голову или руки у меня тянет вниз, как бывает, если на стуле качаешься. Нет, меня тянет к той же поверхности. То есть если я подпрыгну без желания оказаться на полу, то меня снова к потолку или стене и притянет. После того разговора, сам не ожидая, я начал присматриваться к лорду Салему. Ну, а что? Если я родился убогим, то это не значит, что я не хочу быть счастливым. Просто раньше мне казалось, что замуж меня могут взять только из-за жалости. Потому что ни богатством, ни знатностью моя семья не обладает. А мне не хотелось, чтобы меня жалели — мне хотелось, чтобы меня любили. Вот лорд Салем заботится, но это совсем не означает, что любит. Хотя если на секунду представить… Да, наверное, именно такого мужа я себе и хотел. Чтобы умный был и уверенный в себе. Чтобы не пасовал перед трудностями, а решал их. И чтобы не шумным был, как Таур Салем, а дом был домом, а не проходным двором для всех подряд дружков. Чтобы с ним и помолчать интересно было, и поговорить. Что-то я размечтался. Зачем такому самодостаточному человеку, как магистр Салем, нужен молодой глупый мальчишка? С приездом виконта Салема и его семьи как-то сами собой закончились наши вечера у камина. Да и разве можно спокойно посидеть и почитать, когда тебя постоянно отвлекает громовой голос Таура, что-то втолковывающего своему супругу, вокруг носится четырёхлетний пацан, которого пытается образумить воспитатель, а по коридорам со звонким лаем бегает целая свора мелких декоративных собак, которых разводит младший виконт Салем? Вот эти собаки меня и бесили больше всего. Абсолютно бесполезные, никчёмные существа вели себя так, как будто это не они домашние питомцы, а люди вокруг — их слуги. Зато Ивиар готов умиляться на них целый день. «Ах вы мои хорошие! Иди на ручки поглажу! А ты где в грязи вымазался? Купаться, немедленно купаться!» Тьфу, гадость. По мне, так собака должна быть собакой. Охотник, охранник или бойцовый. А не эта помесь кота и крысы! Магистра Салема я теперь видел редко. Таур Салем с семьёй приехал на месяц, и магистр, разумеется, был рад видеть сына с супругом и внука. Тем более что они помирились после долгой ссоры. А я засобирался домой. Как Вел меня ни уговаривал, я чувствовал, что лишний в этом доме. Тем более что теперь мне не нужно тащиться целый день от портала до поместья — я уже через пару часов дома буду. На известие о моём отъезде магистр Салем только прищурился и кивнул. — Вел тебя проводит до дома, Ноэль. Пока немёртвые собирали мои вещи, я мысленно прощался со ставшими привычными мне комнатами. Казалось бы, всего три месяца тут прожил, а такое ощущение, что из дома уезжаю. Но больше всего жалко было «зимний сад». Магистру Салему он не нужен, а значит, перенесут цветы в другое место и хорошо, если поливать не забудут. Может, садовнику сказать, чтобы приглядывал? Я уже собрался спуститься вниз, когда вспомнил, что это не мой дом. Магистру Салему может не понравиться. Да он, если захочет, и вовсе их на снег может приказать вынести, чтобы не мешали. Мне вдруг стало грустно. В этот раз моих вещей оказалось гораздо больше, чем в тот момент, когда я только приехал сюда. Чтобы погрузить всё, понадобились две вьючные лошади. Проводить меня спустился сам магистр и почему-то Ивиар. Лорду Салему я низко поклонился и поблагодарил за всё. Ивиару протянул руку, но внезапно оказался обнят за плечи. К своим удивительным способностям я немного привык и сейчас взлетел в седло с земли, даже не тронув стремян. А уже вечером мы с Велом галопом влетели в моё родное поместье.

***

Дарман Салем Своего сына я любил. Таур был у меня единственным. Больше я заводить не хотел. Главное — наследник есть, а возиться ещё с младшим у меня не было времени. Натан тоже от сына отказался. Он тогда уже жил с Велом. И если Таура он запросто мог отправить ко мне, то младшего должен был воспитывать сам. Но в этом случае рано или поздно его связь с Велом раскрылась бы. Может, для кого другого это было бы не столь важно, но не для Натана. Воспитанный в довольно жёсткой семье, он не вынес, если бы его имя трепали за связь с простым дружинником, да ещё и в законном браке. Таур с самого детства был проблемным. Так что когда у него обнаружили огненный дар — я даже не удивился. Ему всё время нужно было внимание. Друзья, гулянки, охота, приёмы. А поскольку устраивать подобный бардак у нас в особняке я не разрешал, то он всегда пропадал у друзей, появляясь в доме лишь набегами. И мужа себе нашёл под стать. Хотя надо сказать, что Ивиар всегда просчитывал последствия того или иного поступка и часто охлаждал пыл Таура разумными доводами. Смерть Натана рассорила меня с сыном. Я знал, что у них с Ивиаром родился наследник, но сам в поместье наведываться не спешил. И Таур тоже в столице не появлялся. Вот так и вышло, что своего четырёхлетнего внука я впервые увидел только неделю назад. Разговор с Тауром у нас состоялся сложный. Сын давно понял, что был не прав, а признать это мешала гордость. Я ответил, что сразу всё понял, поэтому и не сердился на него никогда. С этого момента началась новая страница наших взаимоотношений. Как бы я ни хотел сбежать от шумного семейства Таура в свою лабораторию, но надо было уделить время семье. Они лишь на месяц в столицу прибыли и уже через две недели покинут её. Вот тогда и отдохну. А пока и с сыном поговорить надо — у нас много чего накопилось сказать друг другу, — и внука понянчить. Всё бы ничего, да только Ноэль вдруг домой засобирался. Странно, я думал, ему понравится компания молодёжи. Дети, конечно, старше него, но не намного. Ивиар часто бывал на приёмах во многих домах, и мне казалось, что Ноэлю будет о чём поговорить с ним. Но нет, баронет предпочёл отправиться домой, и у меня не было причин задерживать его. Оставшиеся две недели пролетели в суете. Поэтому, проводив семью сына и оставшись в одиночестве, я блаженно растянулся в любимом кресле с бокалом вина и принялся систематизировать все данные по нашему с Милуром эксперименту. Ведь подобное замещение костей было проведено впервые, и пока свежи в памяти все нюансы, необходимо записать всё, сделав такой труд чем-то вроде учебного пособия. Уютно потрескивали дрова в камине и шелестели страницы тетради. Я перебирал свитки с черновыми записями, дополняя их подробностями и предостережениями. Погрузившись в работу, я, как обычно, потерял связь с реальностью, вернувшись мыслями в те дни, когда я делал эти записи. — Ноэль, попробуй описать своё состояние после того, как ты только встал на ноги? — спросил я. К моему удивлению, всегда внимательный Ноэль мой вопрос проигнорировал, а может, просто не расслышал. Я поднял голову, чтобы глянуть, не заснул ли он, и к своему изумлению наткнулся на пустой диван. И только через минуту до меня дошло, что Ноэль уже двадцать дней как покинул мой особняк. Странно, но в этот момент я почувствовал разочарование. Вроде всё так же, как я привык, но как будто чего-то не хватает в этой гостиной. Даже работать дальше расхотелось. Допив вино, я оставил записи и велел слуге принести мне книгу. Вот только через полчаса я понял, что не только работать не могу, но и читать. — Вел, собирайся, пойдём по городу погуляем, а то я тут совсем плесенью зарасту. На улице уже темнело, но столица не спит никогда. Может, там, на окраине тишина, темнота и слякоть. А здесь, в Верхнем городе, с выложенных каменной плиткой мостовых городскими магами убран весь снег, улицы освещены магическими светильниками, а двери дорогих ресторанов, салонов и прочих увеселительных заведений распахнуты для клиентов. — Может, зайдём, господин Дарман, — дёрнул меня Вел. — А то сыро на улице, да и не ужинал ты сегодня. Клуб «Адмирал» представлял собой место отдыха и развлечений почтенных граждан. Здесь не было шумной молодёжи, пьяных драк или цирковых выступлений. В «Адмирал» заходили, чтобы вкусно поесть, обсудить последние новости или сыграть партию хоть в карты, хоть в кости, хоть в заморские чучкелы, если, конечно, найдёшь себе партнёров для игры. А ещё можно было заказать «представление», и тогда гостя провожали в особую комнату, где предлагали себя молодые юноши. Нет, это был не бордель, и купить себе развлечение на одну ночь было нельзя. Красивые, но не родовитые юноши предлагали себя в качестве компаньонов. И контракт заключался как минимум на месяц. Как ни странно, но посетителям «Адмирала» не так часто нужен был секс, как свободные уши, куда можно изливать истории своей жизни; сильные руки, что разомнут ноющую спину, а также зоркие глаза и хороший голос, чтобы читать вслух мелкий текст в книгах. Просто завсегдатаям «Адмирала» чаще всего переваливало за шестьдесят. Я устроился в кресле за столиком, а Вел встал у меня за спиной. Да, несмотря на их отношения с Натаном и нашу многолетнюю дружбу, в обществе Вел всегда держал принятую дистанцию. — Сядь, не буравь мне затылок, — велел я. — Мне не нравится разговаривать с пустотой. Вел обошёл стол и сел в соседнее кресло. Принесли меню… Лениво ковыряя вилкой нежнейшее мясо морского краба, я думал, и мои мысли всё время скатывались к Ноэлю. «…Интересно, если приживить кому-нибудь лапу грифона вместо руки, он сможет рвать ей магическую охранную завесу? Ведь Ноэль же может ходить по стенам?» «…Откуда эта отвратительная мода на длинный зад и короткий перед у сюртуков, в которых юноши выглядят, как пингвины? Облегающие брючки на Ноэле смотрелись гораздо лучше…» «…На Весеннем балу надо будет с морскими графами поговорить. Может, у них бывают необычные уловы с магическими тварями. А то я бы взял десяток для экспериментов. Интересно, Ноэль на балу будет?» — Может, присмотришь себе кого-нибудь, господин Дарман? — вдруг предложил Вел. — Будет кому заметки твои сортировать, да и просто поговорить. — Со своими записями я сам справлюсь, а для разговоров у меня есть ты, — огрызнулся я. — Тогда… Может, к барону Марлерану заглянуть? — Зачем? — нахмурился я. — Узнать, как Ноэль справляется со своими способностями в ежедневной жизни? — Нормально. Не думаю, что есть проблемы. Все которые были — вылезли уже давно. Захмелел я изрядно, выпив больше, чем привык. Так что домой Вел меня практически притащил. Утром я по привычке оделся к завтраку, но уже сидя за столом понял, что мог бы и в халате спуститься. Отвык я завтракать один и теперь изумлённо рассматривал пустой стол. И этот самый момент выбрала наглая мысль, чтобы пробраться мне в голову и клюнуть в лоб. «Может пора что-то менять в своей жизни?»