Моя вера в этот мир еще не до конца потеряна

Мы возвращались с очередной миссии. Пэйн попросил нас по дороге зайти в магазин, а то в холодильнике мышь повесилась. Собственно из-за этого мы втроем в шляпах и несем множество свитков в огромных сумках. Сама миссия немного отличалась от предыдущих. Нет, задание от лидера ничуть не изменились. Просто пара деталей немного отличались, например Дейдару перепутали с девушкой. Этот парень крикнул, что он влюбился. Надо было видеть лицо Дейдары в тот момент. Он уже собирался его подорвать, во всяком случае это читалось по его глазам и паре жестов, но этот парень, услышав голос подрывника понял, что Дей — парень, а после извинился. А еще ночью, когда мы разожгли небольшой костер и решили переночевать в лесу, мы как обычно распечатали из свитка одеяла. На первый взгляд ничего не обычного, но в этот раз у меня появилась большая подушка в лице Сасори. Оказывается использовать его грудь как дакимакуру очень удобно. Порыв сильного северного ветра немного растрепал мои волосы, а челка (если её конечно можно так назвать, она ведь чуть короче плеч), лезла мне в глаза. Каждый раз, когда я пыталась её убрать, порыв ветра опять мне мешал. В такие моменты мне очень хочется взять ножницы и подстричь волосы, не длиннее каре. Да еще и этот прохладный ливень, из-за которого одежда липнет к телу, бррр… Скорей бы дойти до штаба и принять горячий душ. В то время как мои напарники уже по традиции спорили об искусстве, я думала о новой книге. Однако от моих мыслей меня всё время отвлекали. Искусство то, искусство сё… Спасите меня, кто-нибудь, я уже устала от этого. Чтобы успокоиться, я сосредотачиваю немного чакры в руке и думаю о небольшой птице. Ей сейчас хорошо: может улететь куда захочет, такая красивая и свободная. Я раскрываю ладонь и от туда вылетаем маленькая птичка, целиком состоящая из электричества. Думаю позже это можно будет использовать как белый флаг. В какой-то момент я не выдержала: — А почему вам просто не признать чужое самовыражение? — я посмотрела на Дейдару и Сасори — Да хватит уже смотреть на меня так, — я показала рукой на своих напарников — будто я вам обоим жизнь сломала. Мои слова, вновь проигнорировали, а остаток пути я о чем-то думала. Мне конечно нравится оба их искусства, но они меня достали. Я уже готова защитить диссертацию на тему «Почему искусство это взрыв» и «Почему искусство это вечность». Про цитаты я вообще молчу, я буду помнить их всегда. Даже если у меня произойдет амнезия, я забуду всё, но не их споры. Так вот, спустя несколько часов мы наконец-то пришли обратно в штаб. Надеюсь, что я не простужусь. Первым делом мы пошли на кухню и разгрузили множество списков, в которых была запечатана еда. Размяв мышцы рук и прихватив с собой любимое шоколадное печенье и наполненный лимонным чаем термос, я пошла к себе в комнату. После погоды на улице так и хотелось поскорее укутаться в одеяло с кружкой горячего чая. И вот, я пришла в мой маленький рай, мою комнату. Она было не особо большой, зато была весьма уютной. В ящиках стола лежала множество красок с кистями, а так же множество других художественных материалов. На полу, рядом со столом лежали холсты разных размеров. Большинство из них уже превратились в картины, но добрая часть оставалась девственно чистой. Пожалуй это были самые чистые вещи в моей комнате, и они, так и напрашивались что-то на них нарисовать. На столе в рамке стояла фотография, я, Дей и Сасори. Помню, как в тот день мы с Дейдарой захотели сфотографироваться всей командой, а после уговаривали Акасуну. После минут, казавшихся тогда часами, он все-таки согласился. На картине Сасори стоял скрестив руки под грудью, с выражением лица, будто бы ему все надоело. Дейдара стоял справа от нас с кукловодом, он выпятил руки вперед, из-за чего его рты на ладонях были отчетливо видны, и улыбался. Я же стояла между напарниками и улыбалась кончиками губ, а мои руки были в карманах. Первым делом я поставила новые книги и ручки на полки, а печенье с термосом на стол, после чего скинула с себя плащ. Я скинула с себя плащ с ботинками пошла в ванну. Приняв все водные процедуры, я переоделась в чистую свободную футболку и длинные обтягивающие штаны и розовые носки. Да уж, все черное, а носки светлые, даже розовые. Я упала на кровать и обняла подушку. Как же я по тебе скучала. Пока я отдыхала, то почти уснула. Однако громкое урчание моего желудка разбудили меня. Я потянулась после чего встала с кровати и упала на стул с упаковкой печенья в руках. Мои запасы чая были полны, поэтому я достала со стола термос и принялась за трапезу. Через пол часа я решила сходить на кухню, чтобы выбросить упаковку от печенья. Я накинула на себя плащ и надела любимые ботинки на шнуровке. Мои волосы были распущены, а челка лезла в глаза, из-за чего мне пришлось убрать пару прядей за уши. Когда я возвращалась, то заметила какой-то шум в гостиной. Любопытно взяло верх и я отправилась туда. В гостиной в этот раз было весьма многолюдно, там были практически все «Акацуки». Они о чем-то разговаривали. Я решила присоединиться к ним. Я легла на диван, согнув ноги в коленях и положив при этом свою голову на колени Сасори. Он лишь мимолетно посмотрел на меня и убрал прядь моих волос за ухо. — Что я пропустила? — сонно спросила я и осмотрела присутствующих. — Мы обсуждали то, что на ближайшем горячем источнике скидки, а этот жлоб, — Дейдара показал на Какузу — против. — Вы целый месяц будите есть одну картошку, если пойдёте туда. Тем более, вы думаете, что сможете уговорить лидера о дополнительных выходных? — а я уже забыла, что у нас тирания. — Так в чем проблема? — непонимающе спросила я — Сасори, у тебя ведь есть техника, которая может стереть воспоминания. Ты можешь использовать её на администраторе, чтобы тот забыл, что с посетитей нужно брать деньги… Вроде это так и работает. — К тебе порой приходят хорошие идеи, Томоко. — кукловод немного потрепал меня по волосам, как маленького ребенка. — Только «иногда»? — я обиженно посмотрела на кукловода — Какого вы все вообще обо мне мнение? — Томоко? — Дейдара вопросительно изогнул бровь, и скрестил руки на груди. — Ну, как бы… это моё настоящее имя. — я пожала плечами — Просто решила, что хочу его вернуть. — Как я понял основная задача — убедить Пейна. — Спокойно рассуждал Итачи — Думаю уговорить его не составит особого труда. Особенно если все будут за. — Значит дело за малым. — произнес мечник из Скрытого тумана. В общем, чтобы наш план сработал, то мы всей компанией отправились к лидеру. Пейн был немного удивлен нашему визиту. Он нас выслушал, а потом спросил мнение Конан. Леди-ангел встала на нашу сторону и сказала, что для большей эффективности на миссиях нам стоит отдохнуть. В общем для меня в тот момент она стала святой. Наконец-то смогу выспаться, и будет небольшой перерыв в спорах об искусстве. Так вот, на горячие источники мы всей организацией пойдем только на следующей неделе. А это обозначает, что серые будни продолжаются. Некоторые разошлись по уютным комнатам, а кто-то остался сидеть в гостиной. Мои напарники относились к первой категории. Несмотря на небольшую сонливость, желание увидеть моего напарника все же победило. Я постучала в дверь и зашла к кукловоду и сразу же задала ему вопрос: — Не помешала? Я прошла вперед и села на свое привычное место. Мастер марионеток остался лишь один этап для создания человеческой марионетки. Как-никак, но я стала разбираться в марионеточном деле. В воздухе летал слабый запах железа, к счастью я скоро принюхалась и вовсе не замечала его. В его комнате, а по совместительству и в мастерской, было тепло. Только сейчас я заметила какое-то растение на одной из его полок. Интересно, оно нужно для ядов? А может Сасори даже дал ему имя? Я облокотилась об спинку стула и стала наблюдать за действиями моего ненаглядного маньяка. — А может… — пока я пыталась подобрать нужные слова, но Акасуна перебил меня и уже начал отвечать на вопрос, который я собиралась спросить. — Нет. — холодно ответил кукловод — Напомнить чем это закончилось в прошлый раз? — Ну… — на моих губах появилась хитрая улыбка. Я подошла к кукловоду с боку и обняла его, заключив в некое кольцо. Я встала на носочки и положила свою голову на его плечо — Вообще, я не против. — Не сейчас, — кукловод на пару секунд отвлёкся от своего дела и погладил меня по спине — Тома, я занят. Немного расстроившись из-за того, что меня отшили, я села обратно на свой стул и обиженно надула губы. Однако через пару секунд я с неподдельным удовольствием принялась за чтение новой книги. В момент, когда в книге описывался звонок посреди ночи, раздался какой-то громкий страшный грохот. В ту секунду моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди, а книга упала на пол. Я дрожащими руками подняла книгу и открыла страницу, на которой я остановилась. Наверняка это Дейдара что-то подорвал, как и обычно. Он меня так до сердечного приступа доведет. Сасори бросил на меня мимолетный взгляд и спокойно произнес: — Не беспокойся, это Дейдара. — Я не волнуюсь, просто это было… неожиданно… и громко. Я успела прочитать примерно четверть книги, когда Акасуна подошёл к одному из своих шкафов и повесил туда новую марионетку. Но больше всего мне хотелось увидеть марионетку третьего Казекаге. Сасори говорил, что она его любимая, а в своё время многие в «Песке» только об этом и говорили. — Я могу надеяться когда-нибудь увидеть третьего? — Можешь. — и снова этот спокойный голос. Акасуна развернулся и посмотрел на меня — Тебе так интересна эта тема? — Интересна. Особенно его биография. — я немного задумалась — Впрочем последняя интереснее у четвертого. — И что ты знаешь о четвертом Казекаге? — кукловод скрестил руки на груди и с долей интереса в глазах, посмотрел на меня. — Только то, что он был мудаком и отвратительным родителем. — радостно произнесла я и вложила в книгу закладку, а после отложила её на край стола. — Действительно, такая интересная информация. — саркастически произнес Сасори. — А главное, это ведь единственное, чем он был знаменит. — Не будь такой занудой. — я пренебрежительно махнула рукой. — В такие моменты ты очень похож на ворчливую бабку. — я слегка наклонилась вперед и усмехнувшись, посмотрела на нукенина. — Если не хочешь пополнить мою коллекцию, то в следующий раз, держи язык за зубами, сумасбродная девчонка. Я почувствовала, будто бы по мне ползут маленькие змейки. Я вздрогнула и попыталась понять что это. Спустя секунду я заметила голубую нить чакры на своей руке. Я еле заметно улыбнулась кончиками губ и немного наклонила голову в правую сторону, наблюдая при этом за кукловодом. — У нитей, связывающих кукловода и его марионеток, два конца. — сказал мастер марионеток и подошел ко мне чуть ближе — Можешь поиграть со мной, если осмелишься. Можно подумать, что ты меня не знаешь. Я пару раз дёрнура руками в сторону и вызывающе посмотрела на нукенина. Он в свою очередь усмехнулся и слегка пошевелил пальцами, я уже не могла двинуться с места. Сасори подошел ко мне ближе, его пальцы немного шелохнулись, а мои руки невольно поднялись вверх. Ты приблизился и обхватил мои тонкие запястья своей рукой. Чтобы посмотреть мне в глаза ты немного наклоняешься вниз, а я показываю тебе кончик своего языка. Ты еле заметно усмехнулся и немного потянул мои руки вверх, заставляя тем самым встать со стула. Сасори немного наклоняется ко мне и целует, сплетая пальцы наших рук. Почему-то вспомнился один фильм. Там из девушки сделала куклу. Она дышала, всё чувствовала, но не могла ничего сделать, она могла только плакать. А в итоге её продали в бордель. Не знаю почему я вспомнила об этом именно сейчас, ведь во-первых: меня не продавали, во-вторых: не сказала бы, что я особо против. И почему подобные мысли лезут ко мне в голову в неподходящие моменты? Мой ненаглядный маньяк отстранился от меня и сел на свой стул. Я почувствовала руку у себя на талии, а после упала… но не на пол, а на мастера марионеток. Знаете, как в какой-то романтической комедии, только тут я упала не специально, а по задумке моего ненаглядного маньяка. Буквально минуты три он терпел, изредка лишь дергая бровью.  — Хватит ерзать уже. — немного раздражено сказал кукловод, когда я выбирала комфортную позу. Я скидываю с себя обувь, чтобы случайно не испачкать мастера марионеток. Скрестив ноги за спиной кукловода, я приобняла его за шею. Сасори касается губами моего лба, и обнимает меня за талию. Для удобства я кладу свою голову ему на плечо, и сильнее к нему прижимаюсь. — Ты убиваешь меня гораздо дольше, чем любые яды, но не менее эффективно. — с еле заметной улыбкой на кончиках губ, спокойно говорит мастер марионеток. — Ты заставляешь меня краснеть. — тихо прошептала я. Порой мы просто так сидели, после того, как оба закончили свою работу. В такие моменты я просто расслаблялась в его объятиях. Однажды я даже уснула у него на руках. Почему-то я вспомнила забавный момент на этой миссии. Мои напарники были слишком заняты, и не заметили эту деталь. Я немного отстраняюсь от Акасуны и смотрю ему в глаза. — Я недавно видела как на улице собаку грамляли граблями — я посмотрела на кукловода. Он улыбнулся. Не кончиками губ, как обычно, а так, что не приходилось приглядываться, чтобы увидеть улыбку — … Грабили граблями. Короче взяли грабли и стали расчесывать ими собаку. Вы с Дейдарой были слишком заняты и не заметили этого. Я перебираю пальцами пряди его волос, меня всегда это успокаивает. Не сказала бы, что мои нервы решили пошалить, напротив, я была весьма спокойна. Просто это нравится нам обоим. Пальцы Сасори пробежались по моей спине, позвонок за позвонком, как по клавишам рояля. Интересно, а если бы мы жили не в мире шиноби, как думаешь, могли бы мы жить обычной жизнью? Были бы счастливы вместе? В голове невольно появилась следующая картина: у Сасори своя мастерская, он продает марионетки и занимается тем, что ему действительно нравится, а я сижу дома, рисую что-то на заказ и занимаюсь творчеством. Или например такая: я готовлю моё любимое шоколадное печенье, тут приходит Сасори, снимает верхнюю одежду, и обнимает меня со спины, касаясь моей шеи. Жили бы для себя, забыли некоторые моменты из прошлого, завели бы хорька. Жизнь стала бы настоящим воздушным замком, но были бы и свои неприятные вещи. Хотелось, чтобы хоть этот воздушный замок не разрушился у меня на глазах. Любой серийный убийца вам скажет, что фантазии быстро надоедают. Впрочем, я не относилась к этому типу. Просто воображение — единственное оружие с реальностью. — Слушай, — начала я и немного отстранилась от Сасори, чтобы посмотреть ему в глаза — Когда вы вербовали Дейдару в организацию, ты увидел его и сказал, что такие, как он, долго не живут. Как ты понял это? Неужели ты еще и видишь будущее с помощью какой-то техники? — Это обычная психология. — спокойно ответил кукловод. — Можешь рассказать моё будущее? — Я не прорицатель. — сказал мастер марионеток и посмотрел мне в глаза — Но если ты продолжишь говорить не задумываясь о последствиях, то это может плохо закончиться. — Да ладно, — я отмахнулась — всего один раз. — Один? — кукловод вопросительно изогнул бровь — Ты действуешь непредсказуемо, но это слишком безрассудно. В прошлый раз это закончилось серьёзной травмой, в следующий раз все может быть гораздо хуже. — Лучше бы вообще не спрашивала. — сказала я себе под нос и скрестила руки под грудью. — Это как ответить «Твоё будущее — смерть и ты от неё не уйдешь.» Мой ненаглядный маньяк издал тихий смешок и провел пальцами руки по моим волосам. Акасуна взглянул на мою книгу, что лежала на столе, и взял ее в руки. Он быстро пробежал глазами по содержанию и мимолётно взглянул на меня. — Ты любишь хоррор? — спокойно спросил мастер марионеток и положил книгу обратно на стол. — Не особо, да и тут больше мистики. — я улыбнулась кончиками губ — Самое то в дождливые вечера. — После чего ты дергаешься от каждого громкого звука. — отметил кукловод. — Сасори, я видела как ты вскрываешь трупы и делаешь из них марионеток. — я кивнула в сторону шкафов — Поверь, после этого я почти ничего не боюсь. И всё же мне очень нравится твои марионетки, будь то обычные или же человеческие. Я вновь положила свою голову на твоё плечо и закрыла глаза. В такой дождливый вечер так приятно сидеть с тобой, так тепло, и так хочется спать. Не знаю, может это из-за недосыпа на миссиях, то ли от атмосферы уюта, что так и лилась из этой комнаты, веки сами собой потяжелели. Не было ни сил, не желания вновь открывать глаза, поэтому я просто расслабилась в твоих объятиях и уснула.