Моя вера в этот мир еще не до конца потеряна

Я проснулась в мягкой и теплой кроватке под одеялом. Было так хорошо, что я не могла вылезти из-под одеяла, а открыть глаза было крайне сложно. Я пролежала так минут пять, а после скинула с себя одеяло и оглянулась. Передо мной находилась знакомая комната с запахом дерева. Где-то впереди горел свет и было слышно, как ремонтируют марионетки. Воспоминание внезапно ударило меня, в голове возникла картина как я засыпаю в объятиях Сасори, а затем я проснулась здесь. Похоже, что он отнес меня сюда и укрыл одеялом, чтобы я смогла выспаться, а он мог вернуться к любимой работе. Я представила, как он несет меня на руках и накрывает одеялом. В сердце стало так тепло, а улыбка невольно появилась на кончиках моих губ, он заботится обо мне. Я оглянулась и обнаружила свой плащ на тумбе, что стояла с правой стороны от кровати. Моих ботинок нигде не было, наверное остались у стола. Я накинула на себя плащ и тихо, подошла по холодному полу к Акасуне и крепко обняла его со спины. Кукловод, казалось даже не заметил меня, не шелохнулся, будто бы у него были глаза на затылке и он видел, как я подхожу к нему. На его столе было несколько свитков, марионетка, какой-то чертёж и кружка чая. — Спасибо. — Акасуна еле заметно кивнул, а через пару секунд я отстранилась он него. Я заметила свои ботинки, они стояли в нескольких метрах от меня. Как только я их обула, то поцеловала моего ненаглядного маньяка в щеку, и вышла из комнаты — Я пошла, удачи. С тех пор прошла неделя. Мы решили отправиться на горячие источники. Сначала всё было прекрасно, мы собрались будто бы на школьную экскурсию. Я встала рядом с моими напарниками и стала тихо ждать, пока соберутся все остальные, чтобы всем шабашем отправиться на источник. Другие «Акацуки» вели себя довольно-таки спокойно. Даже немного странно что такие преступники как мы сейчас пойдём все вместе на источники. Однако более странно то, что сейчас на улице было прохладно. Сейчас же только начало апреля. Хотя, даже в холодные ночи можно было лишь накинуть теплый плащ поверх обычной одежды и будет тепло. Поскольку некоторые возвращались с миссии, то мы решили их не ждать, чтобы не тратить время в пустую. Вместо этого мы решили встретиться у определённого здания в определённое время. План был прост, но это не отменило его эффективности. Собрав все необходимые вещи, мы отправились в путь. Расстояние было в разы короче, если сравнивать с обычными миссиями. Надо было преодолеть лес и пройти еще примерно три с половиной километров. В общем, мы, всем шабашем отправились туда… Шабаш… прекрасно подходит для «Акацуки». И вот перед нами встал небольшой домик, где находились горячие источники. Сам домик был деревянным, на его крыше была труба, из которой шел дым. Наверное они топят печь, ведь на улицах еще холодно. Так вот мы зашли в это здание и стали ждать пока Сасори наконец-то использует свою технику. Я стояла позади него и смотрела на происходящее. В какой-то момент я почувствовала что-то на своей голове. Подняв свой взгляд вверх, я обнаружила руку джашиниста. Надеюсь, что ты уже успел помолиться Джашину, Хидан, ведь ты меня достал. Я пользуюсь одним из своих козырей — скоростью. Не стоит забывать о том, что ты, Хидан, самый медленный в организации. Я достаю из внутреннего кармана плаща кунай и мгновенно оказываюсь за спиной сероволосого, и подношу кунай к его шее и несильно надавливаю на него. В этот миг джашинист еле заметно вздрогнул и опустил руку вниз. — Ты совсем охренел? — раздражено спросила я — Хватит использовать меня как подставку. Если ты настолько старый, что не можешь стоять без опроры, то купи себе костыль. Даже моему терпению приходит конец, не стоит проверять его на прочность. — Ты права. — даже стоя к сзади него, я могла ощутить его ухмылку — Шутить над этим слишком низко, я выше этого. — джашинист посмотрел на нож, приставленный к его горлу — Психически не уравновешеная. — Тебе ли об этом говорить? Я захотела надавить на кунай еще сильнее, но под пристальным взглядом Акасуны быстро остыла. Убираю кунай в сумку и отхожу от бессмертного, скрестив при этом руки под грудью. Не стоит забывать о том, что мы «злодеи», так и живем. Честно, я не совсем поняла как Акасуна использовал эту технику, было похоже на какой-то гипноз, а может это и был он. Зрачки администратора стали настолько большими, что нельзя было понять какого цвета его глаза. Его движения стали очень плавными, он протянул нам пять ключей от разных комнат. Все было прям как на миссии, только с чуть более комфортными условиями. Комната, в которой мы должны переночевать была средних размеров. Справа от двери был большой шкаф, на котором стояли искусственные цветы. На шкафу было пара царапин, будто кто-то цеплялся за него, как за спасительный жилет. В комнате была еще одна небольшая стеклянная дверь, которая вела на маленький балкон. Казалось, что там едва поместится два человека. Я подошла к шкафу и открыла его. На самой верхней полке лежало три хаори. Я вытянула руку вверх и стала прыгать, в попытке дотянуться до нужной мне вещи. Увы, все мои попытки были тщетными. Я была немного раздражена из-за этого. В какой-то момент кто-то подходит сзади поднимает меня вверх за подмышки. Это мне решили так помочь? Я протянула руки вперед и достала с полки хаори. Я хотела было возмутиться, что меня без спросу хватают, однако столкнувшись со спокойным взглядом Акасуны, я передумываю. Я коротко киваю в знак благодарности, беру полотенце, что лежало на нижней полки, и иду в женскую купальню. Спустя некоторое время мы разошлись по разным купальням. Мы с Конан направились в женскую часть. Я переоделась и обмотала себя полотенцем, а потом вышла к источникам. Я дотронулась пальцами ног до воды. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы привыкнуть к температуре. К тому моменту Конан уже давно сидела в воде. Я спросила не против ли она, что я сяду поближе к ней, на что леди-ангел еле заметно кивнула и посмотрел на меня. На ее губах появилась еле заметная улыбка. Странно, никогда не видела, чтобы она улыбалась. Похоже, что она тоже не такая холодная, какой хочет казаться. — Конан, ты ведь одна из основательниц «Акацуки», — на мои слова Леди-ангел кивнула — Как сильно изменилась организация? Если не секрет, то можешь рассказать всегда ли организация искала джинчурии и свитки? — Изначально организация была совершенно другой, отличалось все, даже плащи. Самые первые «Акацуки» были мирной организацией, желающей добиться всего мирным путем. — спокойно, но немного холодно говорила девушка — Это оказалось не эффективно, и пути достижения мира изменились. По её глазам было видно, что она не хочет говорить о том моменте, из-за которого организация изменилась. У каждого есть моменты, которые он не хочет вспоминать. Я не стала ее спрашивать об этом. — Я слышала мнение о том, что невозможно добиться мира не заморов руки в крови. — спокойно произнесла я — Увы, но в этом суть тех людей. В любом случае, надеюсь, что организация добьётся этой цели. — на кончиках моих губ появилась еле заметная улыбка. Ближе к девяти часам был ужин. Стоял длинный, но невысокий стол, а рядом множество подушек. На столе стояло много тарелок и блюд, чаше всего встречалось тофу и рис. Не обошлось и без крепких алкогольных напитков, но моё внимание привлек чай с лимоном. Расселись мы по командам, а во главе стола сидел Пейн. По его правую руку сидела Конан, она, впрочем, как и всегда, спокойно сидела и ела. Я решила последовать ее примеру. Могу сказать следующее, это самое вкусное тофу в моей жизни. Однако чай оказался немного кислым, поэтому пришлось положить около пяти чайных ложек сахара. Вот теперь самое то, как в детстве, когда я валялась в кровати с температурой. За ужином к нам с Деем и Сасори обратился Пейн. Он сказал, что скоро у нас будет миссия, а потом, примерно через месяц у нас будет очень важное задание, без поисков свитков. Ну наконец-то, больше никаких бумаг, аллилуйя! Хоть какое-то разнообразие. Однако сложность этой миссии превышает все предыдущие. Они все-таки джинчурики, они сильнее среднестатистических противников. Эта неизвестность немного пугает. А вдруг что-то случится? А если для кого-то из нас это станет последним заданием? Эти, и другие мысли лезли ко мне в голову на протяжении всего рассказа о миссии. Я глубоко вздохнула и попыталась расслабиться. Все будет хорошо, прекрати себя накручивать. Когда другие «Акацуки» решили притронуться к сакэ, то я уже тихо ушла в комнату. Не вижу смысла там сидеть. Смотреть как другие пьют и разговаривают о своем, игнорируя твоё существование — не самое лучшее времяпровождение. Да и вряд ли кто заметит моё отсутствие, не такая уж и важная я персона. По пути в комнату я решила потренировать новый навык. Сосредоточившись, в моей голове появляется силуэт птицы с белыми крыльями. Я сжала руку в кулак, а потом разомкнула его. На моей руке сидела небольшая птица, целиком состоящая из чакры и электричества. Мысленно я приказала ей отправиться в комнату. В тот миг она расправила белые крылья и прыгнула вниз, а затем вспарила высоко над землей. Продолжая размахивать крыльями, она полетела в комнату. Как только я открыла дверь, то заметила свою маленькую птичку. Она сидела на столе, а как только увидела меня, то немного наклонила голову и растворилась. Надо будет потом доработать этот момент. В будущем ее можно будет использовать как почтового голубя, ну, или как белый флаг. На секунду мне показалось, что кто-то стоит сзади и смотрит на меня. Я обернулась и на секунду увидела тень, а затем она испарилась, будто её и не было. Я сидела на балконе, свесив ноги вниз и любовалась красотой апрельского неба. Там, высоко в космосе было множество звёзд и сияний, которые были видны невооружённым взглядом. Как же они прекрасны. Боясь, что они пропадут, я взяла скетчбук с карандашом и стала рисовать ночное небо. Я редко делаю это, но надо выходить из зоны комфорта. Жаль только, что я не взяла с собой краски, палитру и мастихин. Ну и ладно, пока сделаю только скетч, а остальным займусь по приходу домой. На улице было холодно, а в комнатах было прохладно, не успели прогреть здание. Из-за этого мои руки стали такими холодными, как никогда прежде. Было ощущение, что я решила окунуть свои руки в ледяную воду со льдом. Впрочем, я этого не замечала, ибо во мне сейчас проснулся «безумный художник». Я могла и дальше смотреть на прекрасное ночное небо, но небольшой скрип двери раздался так громко, что я невольно вздрогнула и испугалась. На секунду мне показалось, что тень метнулась к двери. Повернувшись лицом к источнику звука, я замечаю Сасори, а в его руках было два стакана. Он тихо подошел ко мне и сел слева от меня, поставив стаканы между нами. — Ты очень хочешь пить, или принес и мне? — спросила я с лёгкой улыбкой. — Если ты не будешь, то я сам всё выпью. — Буду, — я положила свою голову на плечо моего ненаглядного маньяка, а эта еле заметная улыбка все никак не проходила — Спасибо. Одной рукой мастер марионеток облокотился об пол, а второй приобнял и сильнее притянул меня к себе за талию. Было так тихо, что легко можно было услышать цикад. Странно, что они обитают здесь в такое время года, может они живут между стенами комнат? Акасуна случайно коснулся пальцами своей руки до моей ладони. Он немного покосился на меня и поднес мою ладонь к своим губам. Сасори подул на мою руку, а после стал растирать её своими руками, в попытке согреть. — Если тебе было холодно, могла бы накинуть на себя одеяло, или сказать мне об этом. — спокойно сказал мастер марионеток. Когда мои руки согрелись, то он немного потрепал меня по волосам. Его рука приобняла меня за талию. — Я ни разу не видел, чтобы ты пила алкоголь, даже на новый год, — внезапно начал кукловод — Принципиальный трезвенник? Похвально. — На это есть множество причин. Например одна из них: мне просто не нравится, слишком кисло, а в желудке немного жжёт. Есть и другие… — Если не хочешь, можешь не говорить. — спокойно сказал Сасори и убрал упавшую на моё лицо прядь, и убрал ее мне за ухо. Я немного задумалась: рассказать или все-таки нет. Взвесив «за» и «против», я приняла решение. Сделав небольшую паузу, я заговорила привычным спокойным и немного тихим голосом: — Мой дед участвовал во второй и третьей мировой войне шиноби, последствия не заставили себя ждать. У него были кошмары и некоторые воспоминания, он заглушал свои чувства в выпивке. Пару раз он сказал мне, что не видит смысла жить. Считал, что показывать свои эмоции — слабость. Он их не показывал, в итоге это привело к алкоголизму. — я почувствовала, как меня крепче обняли, наверное пытаясь успокоить — В детстве наш дом был полон криков и ссор, бабушка ругалась на него из-за его нетрезвого состояния. Помню крики и большое количество мата. А потом наступил конец.— я прижалась сильнее к Сасори — Как ни странно, но я всегда слушала это в своей комнате с каменным лицом. Вообще без эмоций, просто слушала и пыталась осознать, что мир далеко не идеален. Я пообещала самой себе никогда не пить, чтобы этого больше не повторилось. — на кончиках моих губ сама собой появилась еле заметная улыбка — Да и как оказалось, это такая кислятина. Не понимаю, как кто-то может это спокойно пить. — ненадолго я задумалась — Слушай, а что тебя во мне раздражает? — С чего вдруг такой вопрос? — скорпион вопросительно изогнул бровь. — Интересно. — я пожала плечами — Тем более так я смогу тебя лучше понять. — Как я и говорил до этого, это твое безрассудство в некоторых ситуациях, и то, что ты порой уходишь так глубоко в свои мысли, что не слышишь ничего вокруг. — Акасуна снисходительно посмотрел на меня — Однако, в этом твой плюс, нестандартное мышление. Когда ты чем-то заинтересованна, то ты живешь этой идеей, отдавая себя целиком. Мне нравится это в тебе. — Пункт про уход в мысли и свое дело относится и к тебе, и я так же отношусь к этому. — на моих губах появилась улыбка и я обняла Акасуну. — Как думаешь, что это за миссия, про которую говорил Пейн? Мне кажется, что это связано с хвостатыми или ещё чем похуже.  — Я тоже думаю, что это связано с джинчурики. К тому же, это основная цель организации. — Знаю, Конан говорила об этом. Просто мне интересно, что будет после того, как мы соберем свою коллекцию хвостатых. Судя по её словам должен наступить мир, но как? Я понимаю, что тогда у нас будет огромная сила, но войны и междоусобицы не прекратятся. — У тебя большая фантазия, Томоко. — Эй, — я слегка толкнула напарника ладонью в плечо — Я серьёзно.  — Чем же по твоему это закончится? — спокойно спросил нукенин. — Я вижу два варианта. Либо все переключат свою ненависть на нас, либо… — я попыталась подобрать нужные слова, чтобы это прозвучало не столь ужасно — Можно их запугать. Сделать так, чтобы они не могли воевать… например залечивали бы свои раны. Но это не надолго. А если… — я попыталась это представить, но мне стало немного неприятно. Из моих губ вырвался нервный смешок — Это слишком ужасно… — Цель оправдывает средства. Ты и сама это понимаешь. — Понимаю. — я грустно улыбнулась. — Ладно, давай поговорим об этом чуть позже. —  Я чувствую твоё волнение. — мастер марионеток посмотрел мне в глаза — Не забывай, это такая же миссия, как и предыдущие. — Я не особо волнуюсь. Просто… Просто они всё-таки хвостатые, я никогда с ними не сталкивалась. И все-таки, я не хочу лишний раз проливать кровь и причинять боль. Это не для меня. Внезапно я заметила, что глаза Акасуны немного изменились, стали чуть более сосредоточенными. Подушечками пальцев я погладила твои скулы. Твои глаза внимательно следили за этим. Я чуть разомкнула губы и приблизилась к мастеру марионеток. Нукенин встретил меня требовательным, но невероятно нежным поцелуем. Акасуна положил вторую свою руку на мою шею. В свою очередь я зарылась пальцами в твоих волосах. Вскоре мы отстранились друг от друга и стали смотреть на ночной пейзаж. Не знала, что Сасори еще и астроном. О наличии настолько большого количества созвездий на небе, я и не подозревала. Вскоре послышался тихий звук, мы с Акасуной синхронно посмотрели на источник звука, это оказался Дей. Выглядел он спокойно, а его светлое хаори немного развязалось. От подрывника исходил тонкий запах алкоголя. — Я вам не помешал? — спросил Дей и скрестив руки под грудью, облокотился об дверной косяк. — Хорошо, что ты пришел. — я прикрыла глаза, а на моих губах появилась улыбка — Может в картишки? Поскольку была уже ночь, то мы достали из шкафа три футона с подушками и расстелили их на полу. Мы сели на футон и достали из комода игральные карты. В голове невольно пронеслись картины со времен нового года. Сами карты почему-то напомнили мне карты «таро», уж больно их рубашки были похожи. Играли мы в некое подобие правды или действия. Правила такие: победители загадывает проигравшему вопрос, а тот отвечает, ну, или выполняет желание. У меня был приличный опыт в игре в карты, осталась лишь капелька удачи. — Да как так-то? — спросила я своих напарников и положив карты на пол. Глубоко вздохнула и продолжила — Ладно, я выбираю вопрос. На губах Дея появилась ухмылка, казалось, что он спросит что-то ужасно неприлично: — Какое самое странное действие ты совершила, когда проиграла. — Вы будете смеяться. — я смущено отвела взгляд в сторону — В тот день мы тоже играли в карты и я проиграла желание. По итогу мне загадали поцеловаться с одной девушкой, и она украла мой первый поцелуй. — я посмотрела на своих напарников  — Эй,  я серьезно. — я пренебрежительно махнула рукой — Ладно, следующая партия. В следующий раз проиграл нукенин из Скрытого песка. Я размела пальцы рук и с ухмылкой посмотрела сначала на кукловода, а затем на подрывника. Он выбрал вопрос. Теперь я узнала о том, что еще с пяти лет Акасуна считает то, что искусство это вечность. Блин, вспоминая фотографию у Чие-баа-самы, он был (хотя какое «был», он до сих пор) таким милым. Так и хотелось оказаться в том времени и крепко обнять его. И вот, мы выключили свет и стали ложиться спать. Первым уснул Дейдара, а я наоборот, долго не могла уснуть. Мысли о будущей миссии никак не покидали мою голову. Однако примерно через час я приобняла Акасуну за руку, а тот, в свою очередь положил свою руку мне на талию. Такие моменты, когда можно не думать о миссиях увы редки. Да и сейчас я знаю, что следующая миссия близка, а уровень сложности очень вырос. Надеюсь, что и после такие моменты продолжатся.