Моя вера в этот мир еще не до конца потеряна

Я сидела в своей комнате за столом и заканчивала одну картину. Весь мой стол был завален красками, палитрой, а холст занимал чуть ли не пол стола. Не отрываясь от работы, я беру в руку стоящую неподалёку кружку и делаю глоток… Что за?! Я сразу выплюнула эту дрянь обратно в кружку. Как оказалось я случайно выпила воду, в которой я ополаскивала кисти, а моя кружка с чаем стояла левее. Пришлось сделать небольшой перерыв, чтобы прополоскать рот, а то у краски отвратительный вкус. И вот, я отхожу от стола и смотрю на законченную работу. На ней было изображено то самое ночное небо, когда у нас был перерыв и мы оказались на горячих источниках. Там была большая луна и множество звезд на ночном небе. Осталось только подождать когда она высохнет, а то боюсь случайно её испортить. Мои плечи с шеей затекли, поэтому я встала из-за стола и размяла суставы. Сегодня у нас была миссия. Я накинула на себя плащ и зашнуровала ботинки, а после вышла из комнаты, параллельно прикрепляя небольшую сумочку к своим штанам. Как только я пришла на кухню, то сразу же сделала себе пол кружки черного чая с лимоном. Я попыталась найти что-нибудь на завтрак. Самой подходящей кандидатурой стало небольшое красное яблоко. Вообще, перед миссией следовало бы хоть нормально позавтракать, но есть мне совершенно не хотелось. Так, пора завязывать с ночным перекусом во время рисования. Я дошла до комнаты мастера марионеток и постучавшись, вошла внутрь. Сразу меня ударил какой-то странный запах, напоминающий сожженную траву. От него немного кружилась голова. Похоже, что это один из ядов Сасори. — Слушай, а этот запах сильно ядовит? — спросила я и помахала рукой у своего носа. — Нет, он не опасен, особенно для тебя. — неподалёку, возле шкафов стоял мастер марионеток и проверял своих кукол. — Что ты тут стоишь? До миссии есть ещё пара часов, ты рано. — Да, действительно. — я присела на стол мастера марионеток. — Просто я раньше закончила свои дела, заодно решила тебя навестить. Слушай, а у тебя нет такого лака, с помощью которого можно будет лучше закрепить результат на холсте. А то один раз, когда шел сильный дождь, то весь мой труд пошел коту под хвост. — Должен быть. — Акасуна подошел к столу на котором я сидела, и положил какую-то папку на верхнюю полку — Однако я сомневаюсь, что ты сможешь покрыть свою работу лаком, до миссии, тем более, насколько я понял, она еще не высохла. — Это на будущее. Нукенин бросил на меня мимолётный взгляд и стал проверять наличие инстинктов.  — Ты опять всю ночь рисовала. — Да… Не могла уснуть, ибо вдохновение явилось. Оно не каждый день меня посещает. Вот я и… а вообще я не должна оправдываться. — я осмотрела стол кукловода, он был почти идеально чистым. В комнате стало жарко, казалось, что у меня жар. Дыхание чуть участилось, а я облокотилась спиной об стену. Кажется, что это какой-то побочный эффект от яда. Если учитывать отсутствие реакции на некоторые яды, то скорее всего есть побочные эффекты от других ядов. Акасуна дотронулся своей ладонью до моего лба. — Температуры нет, — он собирался убрать свою прохладную руку от меня, но я удержала её своими руками. — Значит побочный эффект. — Это опасно? — я отпустила его руку и слезла со стола. Несмотря на странное чувство внутри, я чувствовала себя хорошо. — Нет. — мастер марионеток глубоко вздохнул, и поставив небольшой пузырек с ядом на стол — Это скоро пройдёт, особенно если ты выйдешь на свежий воздух. — Однако на свежем воздухе пока холодно, — мой взгляд встретился с кукловодом — Не то что здесь. — ненадолго задумавшись, я продолжила — Ты сейчас сильно занят? — поинтересовалась я. — И что же в этот раз тебе пришло в голову? — спокойно поинтересовался нукенин. Я подошла к моему ненаглядному маньяку почти в плотную и заключила его в некий круг из своих рук. Встав на цепочки, я кладу свою голову на его плечо. Крепко обняв тебя, наверное даже прижавшись, я чувствовала успокаивающее сердцебиение. Акасуна был весьма прохладным, поэтому я с большим удовольствием охлаждалась. Он крепко обнял меня в ответ. Объятия были столь крепкими, что казалось, будто вот-вот послышится хруст костей. Как странно… похоже этот запах оказывает на меня странное воздействие. Отстранившись, я тихо рассмеялась, скрестив руки под грудью. Несколько минут я не могла успокоиться. Лицо моего ненаглядного маньяка буквально говорило: «Это уже клиника». — Томоко, тебе вообще сколько лет? — он вопросительно изогнул бровь и еле заметно усмехнулся. — Скоро двадцать три, а вообще, неприлично спрашивать у девушки про её возраст. — Насколько я вижу, тебе уже лучше. — Он немного потрепал меня по волосам. — Ты, что, собрался выгонять меня из комнаты? — я стала оглядываться в попытке найти веник, или тряпку, но мои поиски были тщетны. — Тогда бы я просто вынес тебя на руках и поставил за дверь. — спокойно объяснил кукольник. — Эй, я тебе не мешок с картошкой. — я слегка толкнула его ладонью по плечу. — Ладно, вижу у тебя есть незаконченные дела, увидимся у кабинета Пейна. — Смотри не вляпайся во что-то. — на прощание сказал нукенин, когда я покинула комнату. Я повернулась, чтобы увидеть нукенина, но в итоге просто врезалась в дверь и больно удивилась. Через два часа я вышла из комнаты и направились к владельцу риненгана. По пути я встретила Дея и Сасори. — Как думаете, что в этот раз? Может нас тоже отправят за джинчурики, как Итачи с Кисаме пару миссий назад? — предположила я. — Скорее всего не за хвостатым, а за информацией об определённом джинчурики. — сказал Дейдара. — Постараемся уменьшить количество разрушений в этот раз, хм? — Да у тебя что ни движение, то акт вандализма. Главное не подорви его, а то придётся выслушивать нотации от Пейна. До сих пор передёргивает от воспоминаний, когда он говорил какая я тупая, раз попалась. — я посмотрела на шрам на правой ладони. — Только из-за этого? — Акасуна издевательски усмехнулся. — Ой, да отстань, — я пренебрежительно махнула рукой — Ты мне тогда тоже мозги промыл, садюга. На мои слова Сасори лишь еле заметно улыбнулся кончиками губ. Мы подошли к кабинету лидера, я постучала в дверь. Услышав «Входите», Дейдара открыл дверь и мы оказались в комнате. Лидер, как и всегда сидел за столом, а на его столе лежало множество бумаг. — Сегодня вы отправитесь на разные миссии. — холоднокровным голосом сказал Пейн и посмотрел на меня — Около «Скрытоко песка» был замечен призрак. — владелец риненгана посмотрел нк меня — Найди и уничтожь его. Дейдара, Сасори, вас ждет важная миссия, вы должны проследить за одним человеком. Он владеет необходимой нам информацией об джинчурики. Как только мы вышли из кабинета лидера, то я грустью вздохнула. Вообще это не честно. Наконец-то интересная миссия, а меня отправляют к чёрту на рога. Это несправедливо… Ну и ладно, не стоит забывать и об этих сущностях, а то они могут причинить слишком много проблем. Поскольку идти нам надо было в противоположные стороны, то как только мы вышли из штаба, то на минуту остановились. Я подошла к Дею и обняла на прощанье. Подрывник потрепал меня по волосам и усмехнулся. — Жаль, что в этот раз тебе не понаблюдать за моим искусством, хм. — Ага. Я постараюсь пораньше закончить. — я подошла к Акасуне, который сейчас сидел в Хируко, поэтому я села на корточки и обняла его — Не задерживаетесь. — Хируко тебе не пёс. — из-за того, что кукловод сидел в марионетке его голос стал более низким и хриплым. — Заметь, ты сам это сказал. — усмехнувшись сказала я. Встав на ноги, я отряхнула со штанов песок. Хвост марионетки немного дернулся — Да шучу я. Попрощавшись, мы отправились на миссию. Внезапно я поняла, что не стоит больше мучить: ни её, ни себя. Шанс умереть есть на каждой миссии. Для тебя я навсегда уеду, окончательно и бесповоротно уйду из твоей жизни, Джу. Пусть это будет моя последняя ложь. Я вложила в это письмо часть чакры, фото будто превратилось в птицу и улетело. «Если ты читаешь эти строки, думай не о руке, написавшей их. Я до сих пор прекрасно помню день, когда мы встретились, твою улыбку и открытость. Для меня это было очень важно, ты спасла меня от глубокой ямы под названием «одиночество». Помню, я до сих пор помню каждый момент, который нас связывал. Когда Тома не стало, я подумала, что я больше тебе не нужна. Ты будто забыла о моём существовании. Мне было одиноко, но я не хотела помешать твоей мечте, поэтому я ушла. Со временем я встретила одну группу людей, и я вновь почувствовала себя счастливой. Там я встретила очень дорогого мне человека и влюбилась. Не подумай, это не какая-то наивная первая влюблённость, со временем она переросла в нечто гораздо большее. Джу, я должна уйти, скорее всего даже на всегда. Вряд ли я смогу когда-нибудь вернуться в Сунагокуре. Прости, надеюсь, что ты изобретешь собственный яд, и тебя все запомнят. Будь собой, люби то, чем ты занимаешься. Удачи и прощай, я люблю тебя. Томоко» Гласили строки письма. Если честно, то я так устала от всего этого. Устала от вранья и приказов, которые я должна безвольно выполнять, какими бы жестокими они не были. У меня в голове зомби, который настолько привык к запаху крови и смерти, что вовсе не замечает его… Это не я… Однажды, ещё давно я нашла для себя решение. Я просто не думала об этом, прочитала кучу книг и освоила искусство пофигизма. Мне уже настолько всё равно, что становится страшно. И правда зомби, ну, или механическое животное. Я перепрыгивала с дерева на дерево, с ветки на ветку, пока не заметила чье-то присутствие рядом. Я остановилась и начала оглядываться. На секунду я заметила чёрную тень, перемещающуюся с места на место. Этого только не хватало. Я оказалась на лесной поляне и приготовилась к атаке противника. Достав из кармана кунай, я кинула его в сторонку неизвестного. — Я знаю, что ты здесь, незачем прятаться. — Так ты ещё не решила покончить с собой, Фуккацуми Томоко? — от куда он знает моё имя? Мне это совсем не нравится. И вообще, нет. Даже не так, НЕТ и три восклицательных знака — Я удивлён. Твоя мать, начавшаяся всё, уже давно сделала это. — неизвестный говорил довольно спокойно и чётко, будто бы зачитывал этот монолог не в первый раз. — Выбирай кто сегодня умрет: ты или твоя подруга? — эта тень вылезла из кустов, это был он, сущность, из моих кошмаров. Трехметровая тень с козьим черепом на голове, большими рогами, гигантскими когтями и не менее острыми зубами. Выглядел он не страшнее моей учительницы в гневе. Но пугала меня в нем отнюдь не внешний вид, а то, что он знал про Джу и меня. — Не смей трогать Джулс! — он явно опасен. Опаснее тех, кого я раньше встречала, в разы. — Чего тебе нужно? — Я пришёл вернуть долг. Твоя мать совершила грех, из-за своей прихоти попасть в этот мир. — он говорил так, будто ему было противно об этом вспоминать — Она нарушила баланс, и грань была задета, и мы, сущности потеряли свой дом. Твоя мать совершенно не заботилась о последствиях, за что и поплатилась жизнью. — его смех был низким, но при этом бархатистым — Люди такие хрупкие, как и их психика. — его алые, как кровь глаза посмотрели на меня — А потом появилась и повзрослела ты. Фуккацуми Томоко, ты убила нас, всех, кроме меня. Поэтому мой долг — убить тебя, отомстив за жизни погибших товарищей. — Дети не должны расплачиваться за грехи родителей! Эти сущности убивают людей, они убили моих друзей. — я вспомнила своих давних знакомых из анбу, их тела, крики и весь тот ужас — Я понимаю твои чувства, но у меня есть причины жить. Настало время отдавать долги. Может, настало время умирать. Жаль, что это происходит вдалеке от близких мне людей, и не в старости. Я сжала ладонь в кулак и прижала его к сердцу. Если этот мир станет хоть чуть-чуть лучше, если в нем будет то самое «долго и счастливо» без воин, насилия и психологических травм, то я готова отдать за это свою жизнь и сердце… А звучит то как пафосно. Мой противник начал быстро приближаться ко мне, он вытянул когтистую лапу и собирался нанести смертельный удар. Я увернулась и электрическая молния ударила эту сущность. Этот «финальный босс», почти не пошевелился. Обычные атаки будут бесполезны, придётся использовать сильнейшую технику, надо подготовиться к ней. Главное следить, чтобы меня не нарезали на салат. Я присела на корточки, достав из кармана сюрикены, я провела острым лезвием по пальцу. Капельки крови стекали с моего пальца, я сложила три печати и прислонила руки к земле. Ещё три. Я оглянулась, но было поздно. Эта сущность схватила меня за ногу и со всей силы кинула в дерево. В последний момент я сконцентрировала чакру внутри, поэтому удар был не столь болезненный. На дереве осталась вмятина от моего приземления, а на спине явно останется огромный синяк. Я сложила печать и сложив три печати, прислонила руки к дереву. Медленно встала на ветку дерева, мой враг смотрел на меня, и наверняка представлял мою смерть… Ну, или он просто завис. Я успела спрыгнуть с дерева, перед тем, как сущность порезала дерево, словно бумагу. Моя спина немного болела, но я не обращала на это внимание. Сейчас у меня гораздо серьёзнее проблемы. Остается поставить всё, что у меня осталось на кон и сыграть в рулетку, в которой всё решит судьба и боевые навыки. Мне осталось ещё немного, чтобы создать барьер. Время для самоубийственных и безрассудных действий. Я создала теневой клона, и вы вместе направились к призраку. Пару раз мы поменялись местами. Моего клона разорвали на части, а я воспользовалась выигранным временем и проскользнула под призраком. Быстро сложив печати, я прислонила руки к земле. Осталось последняя. Мой противник хоть и был большим, с огромными когтями и зубами, но у него были свои слабости, например скорость. Из-за своего размера он был довольно неповоротлив, что лишь играло мне на руку. По скорости он был примерно как Хидан. Кто знает, вдруг мне удастся победить и выжить. Если я успею добежать и повторить предыдущие действия, то я смогу его победить. Я рванула вперед и сложила печати, задача была и правда самоубийственной. Однако я не успела. Сущность вцепилась в мою ногу, впилась своими когтями в мою ногу и начала тянуть на себя. Было очень больно, казалось, что меня проткнули шампуром и вот-вот отправят на огонь. Когда меня тащили, то я успела на секунду приложить руки к земле. Теперь эта тварь от сюда не сбежит. Призрак поднял меня вверх и сильно поцарапал мой живот своими острыми когтями. На секунду я увидела странную картину: дорога, деревья быстро сменяют друг друга, немного крови и какой-то странный звук, будто рычит волк и дерево, а я будто бы лежу под ним. Однако образ исчез сразу же, как когти призрака перестали меня касаться. Я подумала что мне конец. Ощущение было ни чуть не слабее того раза в подвале с кунаем, только сейчас порез был гораздо больше. Было так больно, что я даже закричала. Казалось, что если я продолжу так кричать, то сорву голос и оглохну. Птицы, что сидели на верхушках деревьев начали громко каркать, они улетели прочь. Вокруг меня появилась электрическая аура, она ударила электричеством эту сущность. Я схватилась за живот и села на колени, прислонив руки к земле. Только стук сердца и жуткая боль во всём теле говорили о том, что я ещё жив, а моя битва ещё не закончена. — Пора завязывать с этим. — я использовала практически всю свою чакру в этот момент. Было создано электрическое поле, чья высота была под двадцать метров. Площадью было пространство между теми местами, что я отметила. Если бы эта сущность попыталась бы выбраться, то она умерла бы от напряжения электрического поля. Невидимая сила вдавила меня в землю, с огромной силой, но сейчас это было не важно. Я сосредоточилась все силы в одной точке, этой сущности. — Невозможно… — голос этого признака стал переходить на оглушительный крик. — Возможно, если ты в это веришь. Призрак начал истошно кричать и биться об стены барьера в попытке выбраться, но от этого он еще сильнее страдал. Электричество продолжало его бить до тех пор, пока призрак не был полностью уничтожен. — Мне жаль, что все так закончилось… Но я ожидала, что все будет сложнее. Рана дала о себе знать, я схватилась за живот и упала на землю. Сил оставалось крайне мало. Ничего, я выживу… в крайнем случае из ума. Я сосредоточила электричество на ране, чтобы прижечь её, но она никак не заживала. Ранение было слишком сильным, вероятно даже смертельным. Я теряла слишком много крови, от этого становилось страшно. Мой плащ, как и футболка немного порвались, но последняя ещё и сильно промокла от ранения. Я легла на землю, облокотившись об корень дерева и перевязала рану бинтами из сумки, а после приобняла себя за живот. Блин, раз призраки могли вселяться в людей, без шанса вернуть контроль над телом, то и их следы никогда не заживут. Неужели это конец? Я еще столько не сделала: я не услышала новый альбом моей любимой группы, не доделала картину. В этом мире нет чего-то объективного, и конец для каждого свой. Стоит ему посетить тебя, и ты не подумаешь, что он банален. Всё подходило к своему концу, в том числе и моя жизнь. Хоть она была и коротка, но она была яркой. В ней были как радостные, так и печальные моменты. Злость и ненависть, дружба и любовь. Все в этой жизни хотели мы успеть. Но мир жесток, пришёл мой срок: мы у черты, я боюсь умирать… Я достала из внутреннего кармана дневник с ручкой. Сняв с ручки колпачок, я одела его с другой стороны и медленно преподнесла его к бумаге. Несколько секунд я пыталась успокоить дрожь в руках, чтобы мой почерк смогли узнать. А затем я сложила печать. Получилась маленькая электрическая птичка, знак Акацуки, что, что-то случилось. Дейдара поймет, мы договорились, что если я умру, то в последнее минуты, я отправлю ему нашу птицу. Как-никак, а я вдохновлялась его работами. Надеюсь, у тебя хватит сил, чтобы простить меня. Ты ведь мой друг. Не смей умирать, иначе я с того света тебя выкину обратно. Не забывай о том, что ты постоянно говорил, ведь «Искусство — это взрыв!». Не думала, что конец мой будет таковым. Я тут, одна в лесу, с огромной незаживающей раной, скоро умру… Это пиздец, вот даже других более подходящих слов не подобрать. Так больно, так страшно, так одиноко … Всё время смерть преследует нас, от реальности до книг. Мы её боимся, но в то же время нас к ней тянет. Сейчас, находясь на пороге между жизнью и смертью я поняла, что не хочу умирать. Слишком многое не сделано. И все-таки, люди такие не постоянные. Наше мнение так часто меняется. Когда я была с Джу, то я не задумывалась о будущем, когда я была в Акацуки, то моё мировоззрение опять изменилось. Если у меня будет надгробие (ага, размечталась), то там наверняка будет «Фуккацуми Томоко, убила элиту собственной деревни, лежала в психушке». Так легко осудить кого-то, зная лишь слухи. К тому же, судить чью-то биографию лишь из-за двух фактов, ну такое, как по мне. В душе будто осколки битого стекла. Стекла, что медленно, но стремительно и болезненно режет и ранит душу. В моем горле будто застрял ком, в сердце болезненная пустота, а из глаз текут слезы. Сасори, мне так жаль, я снова подвела тебя. Ты заслуживаешь куда большего. У меня больше нет шанса увидеть, почувствовать тепло твоего тела. Больше никогда не увижу твою еле заметную улыбку. Как же я хочу вновь обнять тебя. Увидеть еще хоть один раз. Знаешь, я очень хотела одного. Хотела отдавать всю свою любовь тебе, и получать хоть немного того же тепла от тебя. Хотела, чтобы ты больше не чувствовал себя одиноким. Знаешь, каждый заслуживает любви, но к сожалению не все ее получают. Я хотела, чтобы ты этого не чувствовал. Хотела любить и быть любимой. Спасибо за это. Надеюсь, что я сделала тебя счастливым хоть ненадолго. Прости, я врят-ли смогу вернуть. Рассудок проиграл сердцу… Мы убийцы, знала ведь, что всё так закончится! Знала, что настанет тот день, та миссия, когда кто-то из нас умрет. Знала, что о нормальной жизни я могу лишь мечтать. Знала, что не будет «долго и счастливо», и всё-равно… Внезапно я начала сильно кашлять. Приняв лекарство, я смотрю на платок, который я приложила ко рту. Он окрасился в кроваво-красный цвет. Блин, блин, блин, теперь ещё и кровавый кашель. У меня начался озноб, было очень холодно, я вся дрожала, тело совершенно не слушалось. Мои пальцы дрожали настолько сильно, что если бы я несла кружку, которая была наполнена лишь на треть, то я бы все равно все пролила. С того самого дня, когда я стала нукенином во мне появилась дыра. Раньше я пыталась её чем-то заполнить, на какое-то время это даже получалось, но теперь, когда я осознала, что это конец, то она разрослась ещё больше. История вновь повторяется. В этот раз серьезно, никакой постановки. С начало все хорошо, настоящий воздушный замок, а в один момент он рушится, пока ты на него смотришь. Это так тяжело… Я понимала, что это плохо, остатки моей совести периодически твердили мне об этом. И все равно я выполняла все поручения, превращаясь в заводной механизм. Однако не могу сказать, что меня грызла совесть из-за некоторых миссий. На это мне уже давно всё-равно. Здравомыслие уверяло меня в том, что таким темпом меня убьют, то что с меня хватит. В таких случаях самовнушение постоянно приходило на помощь. Я убеждала себя в том, что я просто инструмент без собственных желаний. Почти всю свою жизнь я шла против своей воли. Сначала выполняла приказы моей страны, а затем и Акацуки. Я была бы счастлива прожить обычную жизнь. Стать уличным художником и своим творчеством зарабатывать на жизнь. Развивать свои навыки, быть может освоить что-то ещё. Сделать еще множество электрических птичек, встречать рассвет на крыше дома. Просто жить вместе с тобой. Я пыталась себя успокоить. Смерть — это лишь новая глава, не стоит бояться ее перелистнуть, не нужно бояться того, что за ней будет. От моей кончины ничего не изменится, я не какая-то важная персона, так, безымянный человек для окружающих. Ничего важного в селенском масштабе не изменится… Но я не могу так, не могу все это забыть. Не могу выкинуть из головы все эти образы, всех этих людей, не могу выкинуть тебя. Сасори, ты бы не хотел моей смерти, верно? Ты будешь помнить меня, все те моменты, что связывали нас. Прости меня. Это так тяжело… Прошу, не сдавайся из-за тяжести этой ноши. У тебя ведь все ещё есть Дейдара и марионетки. Как же сильно я хотела бы прожить с тобой обычную жизнь, без убийств и миссий. Разумеется, твой навык величайшего кукловода нашел бы себе применение, не переживай. Без тебя моя жизнь была бы пуста. Прошу, будь снова счастлив, ради меня, пожалуйста. Я люблю тебя. Прощай, мой рай. Силы с каждой минутой медленно покидали меня. Я услышала приближающиеся шаги. Блин, нормально умереть не дают.