Derry Ladies School

В воскресенье все Неудачницы, которые уезжали на выходные к родителям, вернулись в пансион к семи часам вечера, строго по правилам. Эдди ехала в машине, разглядывая виды за окном, а её сердце стучало от волнения. Весь вечер она не выпускала ту фотографию из рук, разглядывая кудрявую девочку на втором плане. А если это не Рейчел? Если это какая-то другая очкастая кудрявая девочка с таким же именем, которая приставала к Эдди в младшей школе? Потому что если это она, то почему она не подошла к ней и не сказала? Может, тоже не помнит?.. Ну да, кто станет помнить какую-то малявку, которая была лишь объектом для издевательств? Эдди грустно вздохнула и достала из кармана ингалятор. Наверняка, Рейчел даже имя-то её не знала тогда (если на фото была она)… Но это всё только предстояло узнать астматичке. Как только на горизонте показалась школа Ольги, Каспбрак младшая взволнованно вздохнула, пряча фотографию в рюкзак. В шесть пятьдесят вечера они уже подъезжали к воротам, но стоило им оказаться чуть ближе, как Эдди увидела около них знакомые фигуры, и её душа вдруг ушла в пятки. Всему виной был один очень конкретный человек, встречу которого со своей мамой девушка старалась отложить на самый дальний срок. Рейчел. Если Соня узнает её, то Эдди могла попрощаться с пансионом и девочками навечно. — Это твои друзья? — Соня строго оглянула стоящих у ворот девушек, получая в ответ краткий кивок, а затем с важным видом вылезла из машины. Все Неудачницы стояли на холоде уже тридцать минут, ожидая подругу. Эдди — настоящая девчонка: прибывает на место либо позднее, либо тютелька в тютельку. От этих мыслей Рейч усмехнулась, но замерла, как только увидела маму Эдди и саму девушку, которая истерично махала руками из машины, сигнализируя подругам об отступлении. Когда Эдди вышла вслед за матерью, она первым делом угрожающе взглянула на Тозиер, как бы говоря: «Только попробуй, и ты увидишь, что с тобой станет». Рейчел лишь усмехнулась и, видимо, решила проверить, что именно. — Здравствуйте, миссис Каспбрак, — Балаболка размеренными шагами направилась к женщине, лукаво улыбаясь, чем заставила Эдди сью же секунду схватиться за ингалятор. Ой, что сейчас будет… Соня окинула кудрявую оценивающим взглядом и сощурилась. — Мы знакомы? — Нет, — соврала Рейчел. Она была хорошо знакома с этой женщиной, но надеялась, что та ничего не помнит. — Но я была бы не против познакомиться с такой… Вдруг Эдди выскочила перед ними и затараторила, перебивая Балаболку. — Ну ладно, мамуль, мы пойдем! Эдди развернулась и потянула Тозиер за руку, как вдруг мама окликнула её: — Ты ничего не забыла? Женщина потянулась к багажнику (что стоило ей огромных усилий) и открыла его, извлекая оттуда белый, картонный пакет, какие обычно выдавали в аптеках. Все движения женщины были настолько нелепыми, что Рейчел еле сдерживалась, чтобы не засмеяться, из-за чего получала от Эдди слабые удары в бок локтём. Кивнув матери, астматичка подалась вперёд и взяла у неё из рук пакет, тут же разворачиваясь, но мама опять окликнула её. — Ты ничего не забыла? — с обидой и раздражением в голосе спросила Соня, и Эдди тут же покрылась красными пятнами от стыда, потому что она прекрасно знала, на что намекала её мать. Она до конца надеялась, что Соня забудет про это и хоть раз не будет позорить Эдди перед всеми, но чуда так и не произошло. С глубоким вздохом астматичка неуверенно подошла к Соне и легко чмокнула её в щёчку. Все готовы были поклясться, что Рейчел вот-вот рассмеялась бы, если бы Эдди не протараторила: «Люблю тебя, мам!» и не увела её за руку от греха подальше. Соня закатила глаза и, сев в машину после того, как девочки скрылись за воротами школы, отъехала.

***

— Рейч, ты с ума сошла?! — на весь коридор вопила Эдди. — Я не могу поверить, что ты чуть не пошутила про мою маму при моей маме! — Да не паникуй ты так, Эдс. Как по мне, первое знакомство прошло просто отлично, — Рейчел добродушно улыбнулась и перекинула руку через плечо покрасневшей Эдди, смеясь, за что ей в лицо сразу же прилетела маленькая ладошка. А Эдди задумалась: «Первое знакомство?..». Неужели, действительно обычное совпадение? — Когда ты пригласишь меня к вам на ужин? — Никогда, — опомнившись, раздражённо ответила астматичка, доставая из кармана ветровки ингалятор и используя его. Эдди, Стэнни и Рейчел отделились от остальных Неудачниц, которые предпочли отправиться по своим комнатам и немного отдохнуть перед началом учёбы. Урис всю дорогу молчала, и, как только они подошли к двери в их комнату, она достала ключи. — Хорош мозги ебать, ты дашь домашку списать или нет?! Все трое вдруг обернулись на источник шума и увидели Анри с её шайкой, которые громко ругалась с кем-то через открытую в комнату дверь. Эта комната под номером 216 принадлежала однокласснице Эдди и, по совместительству, Анри, милой девочке по имени Киша. Но эта милашка, не смотря на свою скромность, могла иногда так рявкнуть, что мало не покажется. Неудачницы замерли, наблюдая за сценой, пока Патрисия не заметила их и не шепнула об этом своей лидерше, ехидно улыбаясь. Эдди вышла из оцепенения первой, быстро дёргая Урис за рукав клетчатой рубашки. — Чего ты стоишь?! Открывай! Но Стэнни не поторапливалась. Когда Бауэрс посмотрела на них, у девушки дрогнули руки, из-за чего ключ из них выпал и со звоном приземлился на пол. После того случая на лестнице они не разговаривали… — Агрх, да что с тобой? — Эдди наклонилась, подняла ключ и принялась открывать дверь дрожащими руками самостоятельно, как вдруг до неё донёсся голос Бауэрс из конца коридора. — Эй, а ну стоять! Анри громко захлопнула дверь перед носом уж слишком наглой девчушки, показывая, что разговор между ними закончен, и начала приближаться к Лузершам, что побудило Эддину астму опять схватиться за её тонкое горло своими костлявыми пальчиками. Девушка судорожно задёргала ручку двери, как вдруг почувствовала холодную, большую ладонь на своём плече. Рейчел строго на неё посмотрела и помотала головой, как бы говоря, что нет смысла, и что они пропали в любом случае. Поверьте, эта дверь не остановит Анри Бауэрс, и, так как спрятаться от неё не получится всё равно, они должны были либо вытерпеть всё сейчас, либо огрести потом, но только вдвойне. Прикосновение к плечу успокоило Эдди, и она даже смогла выровнять дыхание. Но, как только шайка Анри подошла достаточно близко, болезнь снова дала о себе знать. — Так вот оно в чём дело, — Бауэрс уже подошла к ним на приличное расстояние, опасно сжав кулаки до побеления костяшек. — И давно это ты тут живёшь, курносая? Эдди подняла на неё испуганный взгляд и нахмурилась. — Я? — Ты видишь тут ещё девушек с уродливым вздёрнутым носом? — ответила Анри, и девочки из её шайки залились смехом. — Повторяю вопрос: ты живёшь здесь с этой? — девушка небрежно ткнула пальцем в плечо Стэнни, отчего еврейка тут же покрылась румянцем и нахмурилась. Чёрт бы побрал Анри с её непредсказуемостью. Ну ничего, Стэнни себя тоже не на помойке нашла. — Не тычь в меня пальцами, — строго заявила Урис, вскидывая брови и высокомерно глядя на свою девушку (о чём никто, конечно, не знал). Та вдруг усмехнулась и скрестила руки на груди. — Слушаюсь и повинуюсь, — с иронией в голосе ответила Анри, и все девочки из её шайки вновь противно рассмеялись. — Ну так что, в молчанку будем играть? — сказала Бауэрс, когда перевела взгляд на Эдди. Не получив ответа, она вдруг резко подалась вперёд и схватила курносую за грудки её лёгкой ветровки, отталкивая Рейчел в сторону. — Анри, ну хватит! — вскрикнула Стэнни, когда увидела, как Балаболка отлетела в противоположную стену и еле удержалась на ногах от такого сильного толчка. — Стэнни, — опасно-низким голосом сказала Анри и угрожающе посмотрела на свою девушку. — Если ты не хочешь, чтобы я проломила череп твоей подружке, то будь добра, не мешай мне и никогда больше не встревай. Стэнни поморщилась, но послушно отошла в сторону. Ей вдруг стало обидно от такого обращения к себе. И всё равно, что она сама просила Анри вести себя так при других Неудачницах, чтобы они ничего не заподозрили. Не настолько же жёстко! Тем временем Эдди уже начала задыхаться. Она потянулась в карман за ингалятором, пока Анри была отвлечена, но Бауэрс заметила это и чуть ли не вырвала баллончик из ослабевших рук астматички. — Может хватит уже? — спросила Бауэрс у Эдди, заглядывая в её светло-карие глаза. — О ч-чём ты?.. — с частыми передышками спросила астматичка. — Я сказала хватит! — крикнула Анри и встряхнула Эдди за плечи. — Не дыши так, ты меня бесишь, больная! — Блин, Бауэрс, отвали нахер! Она же сейчас откинется здесь! За Эдди вступилась Рейчел, но от стенки своей не отошла. Она боялась, больше всех боялась Анри Бауэрс. Но за Эдди, которая уже вся синенькая дрожала в руках задиры, почему-то боялась больше. Не очень-то хотелось наблюдать за тем, как человек умирает. Анри вдруг перевела взгляд на Балаболку и нахмурилась, состроив недоумевающее лицо. — А ты че такая смелая сегодня, Тозиер? — со злобным оскалом спросила Бауэрс, отпуская Эдди и подходя к Балаболке. Каштанововолосая тут же отыскала взглядом пакет из аптеки, оставленный её мамой, потянулась к нему и извлекла оттуда запасной ингалятор, используя. Патрисия это заметила, поэтому подошла к девушке и тут же отобрала у неё пакет, усмехаясь. — Вступаешься тут за всех, — продолжила Бауэрс. — А тогда, в первый день учёбы, ты мне дверь открыть побоялась… — О чём это ты? — нахмурилась Рейч, и этим вывела Анри из себя. — А о том, как вы с курносой прятались от меня в комнате в понедельник! — крикнула девушка, хватаясь за грудки Рейчел. — И, так как ты тогда не вышла ко мне, сейчас получаешь в три раза больше: за сигареты, за прятки и за свой поганый язык, ты поняла меня?! Тозиер сглотнула и посмотрела на Стэнни. Та была в ужасе, ведь кому, как не ей, знать, что Бауэрс на это способна. К тому же, отчасти, это была её вина. — Пожалуйста, Анри, прекрати, — дрожащим от страха голосом сказала Стэнни, и вдруг Бауэрс перевела на неё взгляд. — Я сказала не лезть?! — крикнула она и ударила Рейчел по острой скуле. Эдди вскрикнула от неожиданности и испуга, а Стэнни в шоке прикрыла рот ладонями, и она была такая далеко не одна. Виктория и Белч переглянулись, понимая, во что ввязались, и начали медленно отступать к лестнице. Это был первый раз, когда Анри кого-то ударила при них настолько серьёзно. — Эм, Анри… — робко начала Крис, смотря на лежащую на полу в состоянии шока Рейчел. — Может, хватит с неё? Бауэрс нахмурилась и вдруг перевела взгляд на Стэнни. Та стояла с закрытыми глазами и что-то шептала. Бауэрс прекрасно знала, что это была молитва на ивритском. Она что, дьявол, которого нужно изгонять молитвами? Пелена ярости вдруг затуманила разум и захотелось подойти и вмазать этой еврейке за то, что она такая милая, за то, что вновь разбила ей сердце, за то, что опять боялась! Боялась её! Кулаки уже сжались, но, как только Анри поймала себя на мысли о том, как она собирается сделать, ярость мгновенно сменилась страхом. Что с ней вообще происходит?! Задира отшатнулась и посмотрела сначала на свои дрожащие руки, затем на взволнованную Эдди, а затем на потерявшуюся в пространстве Рейчел. Она никогда и ни за что не ударит Стэнни Урис. А если это и произойдет, то она уже никогда не сможет себя простить. Анри отступила на два шага и кивнула своим девочкам. Никто кроме Патрисии возражать не стал, и Виктория с Белч быстро побежали к лестнице, скрываясь с места преступления. — И это всё? — спросила Хоккстер, окидывая каждую Неудачницу недовольным взглядом. — У неё ещё два удара! Анри перевела на Балаболку хмурый взгляд и только лишь хмыкнула. — Эта сучка своё получила. Хватит с неё. С этими словами Бауэрс развернулась и направилась к лестнице, перед этим бросая взгляд на Стэнни. — Ещё раз так сделаешь — окажешься на её месте, поняла? Не дождавшись ответа, Анри скрылась за углом, надеясь, что Стэнни в следующий раз не будет такой глупой, и что в следующий раз она будет рядом, чтобы остановить Анри от безумия. После того, как Бауэрс скрылась, Патрисия рыкнула и подошла к Стэнни, толкая её. — Эй, что ты делаешь?! — вдруг вскрикнула Эдди, вскакивая на ноги и вступаясь за Стэнни. — Это я хочу у жидушки спросить, — с противной улыбкой сказала она, подходя к лестнице. — И что в тебе такого особенного? — Я не понимаю, о чём ты, — с серьёзным лицом ответила Урис, скрещивая руки на груди. — Ну-ну, — ухмыльнулась Патрисия. — Стерва еврейская, неудачница! Стэнни ничего не стала отвечать. Потому что прекрасно понимала, что будь здесь Бауэрс, Хоккстер бы давно заткнула свой рот. И именно по этой причине Патрисия так бесилась, ведь она прекрасно понимала это тоже. — Ну ниче, ты ещё попляшешь у меня, русалочка… С этими словами Хоккстер гордо вскинула голову и пошла к лестнице. Через секунд десять след её простыл.