Derry Ladies School

— Блин, хватит толкаться! — Спагетти, у него есть уши. Не вопи. — Тогда прекрати ко мне прикасаться! — Я не прикасаюсь! Двенадцать часов ночи, пятница. Миссис Ландж сделала обход по территории ещё два часа назад и сейчас уже мирно посапывала в своей комнате, как и соседки девочек, в эту спокойную ночь выпершихся охотиться за компроматом на мистера Блэра, охранника, знатно потрепавшего жизни чуть ли не каждой ученицы этого пансиона. Внутри коморки, в которой спрятались Эдди и Рейчел, было тесно и жарко, зато безопасно — по словам астматички. Не надо ни от кого бегать и прятаться средь школьных коридоров, беспощадно вдыхая в себя пары лекарства и тому подобное. — Чёрт, этот сукин сын ничего не делает уже полчаса, — пыталась ругаться Эдди, пристально следя за мирно сидящим на своём продранном кресле мистером Блэром, который опять что-то читал. Надо же, какой образованный джентльмен. — Рейчел, давай пойдём? Я хочу спать… — Сейчас, подождём ещё немного, — коротко ответила Тозиер, расхаживая по углам комнаты и разглядывая пыльные коробки. На серых обшарпанных стенах за дряхлыми шкафами висели мятые бархатные занавески, за которыми стояли вёдра и швабры. Эдди вздохнула и бесшумно прикрыла дверь. — Ты даже не наблюдаешь за ним. Зачем мы тогда здесь? — Ну, вообще это была твоя идея за ним прошпионить, — поправив очки, Рейч круто обернулась и посветила карманным фонариком в сторону Эдди, которая тут же съёжилась, как вампир от солнечного света, и зашипела. Тозиер усмехнулась и пошла обследовать другой угол, игнорируя летящие в свою сторону обзывательства. — Можно подумать, я для себя всё это устроила, — буркнула девушка, скрещивая руки на груди. Тозиер хмыкнула и посветила на стоящую в углу коробку. Она была залеплена скотчем и всем своим видом кричала о том, что её нельзя открывать. Поэтому Тозиер достала из кармана ручной ножик и немедленно вскрыла коробку с противным и весьма палевным скрежущим звуком. — О Господи, откуда у тебя нож? — чуть ли не завопила Эдди, поднимаясь с места и подходя к копошащейся снизу девушке. — А, это? У Бауэрс одолжила, хех. — У Бауэрс? — переспросила Каспбрак, недоверчиво поглядывая на заточенный, с обшарпанной рукояткой нож. — И давно вы с Анри такие подружки? — С недавних, — ответила Рейч, раскрывая коробку. — Ого, зацени! — она извлекла оттуда что-то абсолютно бесполезное. Что-то бесполезное, но крутое по её мнению, поэтому Эдди просто вздохнула и закатила глаза. — Что это? — Кажется, магнитофон! Каспбрак вскинула брови и придвинулась ближе. — Ого, ничего себе… Настоящий? — Да! И не просто диктофон — это новейшая модель! — у Тозиер от интереса заискрились глаза, поэтому она тут же освободила обе руки, зажав карманный фонарик меж кривых зубов, и принялась рассматривать новенький электронный девайс. — Обалдеть, он катушечный! Модели… 52Д, советский. Эдди заворожённо глядела на прибор в руках возбуждённой от находки Тозиер, чувствуя восторг без особой причины. Рейчел и в электронике разбиралась лучше всех. Даже надпись русскими буквами смогла прочитать, ничего себе… Она была очень умной для своих лет; и откуда она вообще всё это знает? Эдди не успела этим поинтересоваться, так как за дверью внезапно раздались голоса и бренчанье ключей. Астматичка резко перевела взгляд на вход и увидела тени. Её дыхание в мгновенье ока сбилось и сделалось тяжёлым. Девушка подорвалась с места, сжала ноги и заскулила губу, захныкав. — Господи, там мистер Блэр, нам крышка! Я же говорила: давай уйдём, давай уйдём, но ты как всегда меня не послушала! — шёпотом вопила Эдди, дрожащими руками стараясь нарыть ингалятор в барсетке. Тозиер растеряно огляделась по сторонам, в то время, как в замочную скважину уже вставили ключ. Чёрт. Эдди паникует, нельзя допустить, чтобы их операция из-за этого сорвалась. Рейч вскочила на ноги и схватила истерящую астматичку за руку, убегая за шкафы и прячась за массивными бархатными шторами, которые предусмотрительно обнаружила ранее. В этот момент замок на двери щёлкнул один раз, и Каспбрак вздрогнула, вновь заистерив. — Рейчел, умоляю, давай вернёмся в комнату, давай выйдем, пожалуйста… — Тише, — Тозиер раздражённо шикнула на плаксу и плотно сжала ей рот рукой в тот момент, когда дверь внутрь подсобки отворилась. Эдди вздрогнула и, кажется, даже задержала дыхание, когда в комнате послышался приглушённый бас мистера Блэра. Её мир тут же обрушился — под ногами словно был тонкий канат. От этого ощущения липкого и противного страха ноги становились ватными, и астматичка была уверена, что вот-вот рухнула бы в беспамятстве, если бы Рейчел не держала её крепко за плечи. — Хм, как странно, дверь была открыта, — сказал охранник, заходя внутрь и осматриваясь. — Может, Вы забыли закрыть? — Я никогда ничего не забываю, детка. — Но тем не менее, — усмехнулась девушка, прикрывая дверь. — Да, пожалуй, в этот раз и правда забыл. В комнате включился свет. Эдди зажмурилась, чувствуя, как Тозиер крепче сжимает её худые плечи. Каспбрак подняла голову и оглядела её сосредоточенное лицо. Длинная, вспотевшая ладонь до сих пор сжимала рот астматички, еле подрагивая от напряжения, поэтому Эдди мягко прошлась по ней пальцами и только тогда Тозиер обратила на девушку внимание, слегка улыбнувшись. — Это наш шанс, — прошептала Балаболка возбуждённо, а за тем потянулась к магнитофону. Спустя секунд десять в комнате послышались хлюпающие звуки, и до Каспбрак только сейчас дошло, что происходит на самом деле. Её щёки густо раскраснелись, а глаза с позором и с ужасом заметались по полу. Господи, кто бы знал, как это противно и стыдно. Они не должны здесь быть, они сейчас должны спать каждая в своей комнате. И Эдди бы в таком случае даже не задумывалась о том, что происходит между женщиной и мужчиной в интимные моменты. Эдди вновь подняла взгляд на Балаболку, словно стараясь найти в ней какое-то спасение: та, кажется, и вовсе не придавала этому всему значение, увлечённая прибором в собственных руках. Она с умным видом разглядывала магнитофон, а Эдди смотрела на неё, затаив дыхание, и думала о том, что какая же всё-таки Рейчел крутая… — «Умная и бесстрашная, не то что я…» Длинные пальцы Балаболки зажали красную кнопку, но ничего не произошло. Затем девушка попробовала нажать на все по очереди, но катушка снова оставалась неподвижна, и тогда Рейч, хоть и не имевшая ранее опыта обращения с магнитофонами, вспомнила сцену из фильма и зажала какие-то две кнопки одновременно. Вмиг раздался треск, и плёнка на новом электронном устройстве быстро закрутилась. — Мистер Блэр, вы слышали? — завопила испугавшаяся девушка, поднимаясь с колен, но внушительных габаритов мужчина легко надавил на её плечи, опуская обратно. — Это всего лишь вентиляция, не отвлекайся… Я же говорил, что всё держу под контролем. — Л-ладно… Фух, пронесло. Эдди чуть коньки не отбросила от страха, а Балаболку уж слишком сильно забавляло глядеть на напуганную Эдди. Она чуть не заржала, но вовремя успела прикрыть рот рукой, за что получила лёгкий, но злой толчок в бедро. Через десять минут мистер Блэр наконец ширкнул ширинкой и вместе со своей новой подружкой скрылся за дверью. Девочки выползли не сразу — только когда полностью убедились, что в комнате и за ней ни единой души. — Господи, какая гадость! Это же полная антисанитария заниматься подобным в таком месте! — Каспбрак начала с возмущений, на что Тозиер только посмеялась, а затем начала разглядывать магнитофон. Эдди ещё минуту восстанавливала дыхание, пока не поняла, что в комнате очень темно. Где-то на столе был фонарик. Каспбрак подошла к нему и начала вслепую шарить по деревянной поверхности ладонями. Нашла. Потреся прибор в руках, сама не зная зачем, она включила его и посветила на увлечённую Электроном 52Д Рейчел. — Ну что, получилось что-нибудь записать? — спросила астматичка, подойдя к Балаболке. — Не знаю, но плёнка крутилась, а значит… Нам нужны динамики, чтобы прослушать, — заключила Тозиер, направляясь в сторону коробок, откуда ранее извлекла Электрон 52Д. А на душе было облегчение, и даже некоторая досада от того, что всё это так быстро закончилось… Девушка присела на корточки и отрыла в коробке маленький круглый динамик, но вместе с ним ещё и наушник — и тут её энтузиазм поуменьшился. — Что? Что такое, Рейч? — спросила Эдди, присаживаясь рядом, когда заметила, как Тозиер замерла. Балаболка не ответила, поспешно подрубая динамик к магнитофону и отматывая плёнку назад, но слышно ничего не было — только пустота и шипение. — Что это значит? — взволнованно спросила Каспбрак ещё раз. — Кажется, звук не записался, потому что не было микрофона, — Рейчел с досадой усмехнулась и почесала макушку. — Ты уверена?.. — Ты сама всё слышала — нет звука. — Тогда нам нужны другие доказательства, — решительно промолвила Эдди, поднимаясь на ноги. — Он сказал, чтобы она пришла к нему через неделю в это же время! Мы просто будем тут в следующий раз, чтобы всё записать, и на сей раз ты подключишь динамик. — Так понравилось подслушивать, Эдди-извращенка-Спагетти? — усмехнулась Тозиер, поднимаясь на ноги и разминая конечности. — Ага, вот только не надо меня с собой сравнивать, — закатила глаза астматичка, параллельно с этим скрещивая руки на груди. — По себе людей не судят, а мне такое не интересно. — А что тебе тогда интересно? Состав таблеток сутра до ночи читать? — усмехнулась девушка, запрыгивая на край стола. — Учиться надо, а не о пошлостях думать, — с укором произнесла Эдди, скрещивая руки на груди. Надо же, какая напыщенно-правильная она становилась в такие моменты. Рейчел хочет с этим как-то позабавиться. — А я вот не могу так просто учиться, не думая о по-о-ошлостях, — протянула она, запрокидывая кудрявую голову назад. — Каждый раз, когда я открываю книгу, я думаю о загорелой коже, о каштановых, волнистых волосах и о пухлых щеках… — Эдди навострилась, немного робея и оборачиваясь на девушку с напряжённым выражением лица. — Да, Эдс, твоя мамка просто огонь… — Ну ты и придурочная. Рейчел засмеялась во весь голос, за что ей к губам тут же прильнула маленькая ладонь. — Ты чего ржёшь, ненормальная, он же услышит. Тозиер не ответила. Её глаза ехидно блеснули под светом фонаря, и вдруг Каспбрак почувствовала, как по её ладони медленно, чувственно прошёлся чужой язык. — Ай, ты что творишь?! — Эдди тут же отлепила руку от её губ и встряхнула ей, как вдруг Тозиер перехватила её запястье и притянула обратно, продолжив вырисовывать на поверхности ладони влажные узоры своим длинным безобразным языком. — Фу-у-у, Рейчел, мерзость, прекрати! Ты вообще знаешь, сколько на моих ладонях микробов? — Где? Здесь? — девушка провела языком меж коротких пальцев и издевательски засмеялась, когда Каспбрак смущённо завопила и выдернула свою руку силой. — Да ладно, ты же их до блеска полируешь каждый день! Какие тут микробы? — Я не мыла их с обеда, идиотка, мои ладони сейчас — полисадник микробов. — А губы тоже мыть надо перед тем, как целоваться? — Это что ещё за вопросы? Эдди смущённо нахмурилась и с лёгким негодованием посмотрела на Рейчел, которая вдруг придвинулась ближе к краю стола и подалась вперёд, склоняясь над лицом астматички. — А-а-а-э-э, погоди! — Каспбрак выставила руку перед своими губами в тот момент, когда Рейчел собиралась их чмокнуть. — Ты что делаешь? — Поцелофать тепфя пытаюф, фто непонятного? — пробубнила Тозиер, вздыхая. Видимо, не судьба. Эдс с опаской отлетела назад и смущённо взглянула на Рейчел. — З-зачем это ты хочешь меня поцеловать? — робко поинтересовалась она, краснея и потирая свои сухие губы. В мире умерла одна Рейчел только что от созерцания этой картины. — Что я сделала не так? — Родилась такая красивая у своей мамки, — пожала плечами Тозиер, оглядываясь по сторонам и болтая свисающими ногами, как ни в чём не бывало. — Хэй, мы тут планируем всю ночь сидеть или постараемся улизнуть? — Он же закрыл нас, у нас нет выбора… Балаболка улыбнулась и сползла со стола, начав медленно двигаться в сторону Эдди. — Э-э-э, ты чего это? — астматичка выдвинула руки вперёд и попятилась назад, краснея, как рак. — Хочешь остаться со мной здесь на всю ночь? Могла бы просто попросить, Спагетти, я бы не отказала, — кудрявая победоносно улыбнулась, когда услышала недовольные вопли и обзывательства в свою сторону. Как же мило ты смущаешься, Эдс, просто мечта любого озабоченного. — Забыла про то, что у меня есть ключ? — Да! — моментально ответила Эдди, отпрыгивая от липнущей к ней Рейчел и сбивая какую-то коробку. Послышался треск, и обе девушки так и замерли посредь комнаты, испуганно уставившись на дверь. Когда за ней показалась тень, они переглянулись и без раздумий ринулись в сторону штор, спрятавшись там в тот момент, когда дверь отворилась. Охранник вошёл в комнату и включил свет. Послышались пыхтения — он наклонился и с настороженностью в каждом движении поднял коробку, оглядываясь по сторонам. Рейчел молчала, но ехидно улыбалась, глядя на раскрасневшееся до предела лицо астматички и с каким-то странным удовольствием слушая, как быстро бьётся её сердце буквально в сантиметре от её собственного. Балаболка хмыкнула и небрежно смахнула каштановую прядку с круглого лица напротив, слегка наклонилась, прикасаясь кончиком своего длинного носа к её маленькому и вздёрнутому. Эдди смущалась и прятала глаза — это безумно умиляло, и Тозиер уже даже не знала, сколько она продержится. Ей жутко не хотелось прерывать своё удовольствие от «игры», но хватит ли ей сдержанности, чтобы прямо сейчас не накинуться на эти плоские, манящие губы? Мистер Блэр хмыкнул и вышел за двери, выключив перед этим свет. — Ну что? — спустя какое-то время тишины, подала голос Рейчел. — Так и будем тут стоять? — Заткнись, он ещё не закрыл дверь на ключ. — Давай чмокнемся. — Чего? О чём это ты? — Эдс подняла голову, и в этот момент Рейчел наклонилась, поцеловав её в щёку. — Ау, фу, прекрати, — Эдс зажмурилась и выставила руки вперёд, отталкивая довольную Балаболку. — Блин, ты ведёшь себя странно! — Разве это странно — целовать человека, который тебе нравится? — Стоп, чего? — Эдди слегка оттолкнулась и попятилась назад, вскидывая каштановые брови в недоумении. — Что это значит? Тозиер вздохнула. Она… не ожидала этого вопроса. Такой реакции от Эдди — подавно. — Ты чего, Эдс? — спросила девушка, выгибая бровь. — А я-то думала, что это просто шутки у тебя в таком стиле… А я тебе и правда нравлюсь, — Каспбрак замялась, отступая ещё на шаг. Это всё было как-то для неё неожиданно. Тозиер вздохнула, не решаясь сделать и шага в сторону Эдди. Как-то шутка вышла из-под контроля, и теперь было немного неловко. Рейчел знала, что рано или поздно признается, но как на это отреагирует Эдди — она была без малейшего понятия и вообще старалась не думать, чтобы себя не накручивать. А теперь всё так вышло спонтанно… Может, стоит извиниться или как-то оправдать себя? — Эм, Эдс, если тебе противно, то я могу всё объяснить, — она сделала шаг в сторону астматички, но та робко выставила руку вперёд и отступила на шаг. — Оу, я не… — Дай мне подумать, — практически в панике сказала девушка, бегая глазами по полу. — Эм, ладно, окей, — Тозиер пожала плечами, вновь потрепав свои кудрявые патлы. — А о чём конкретно ты собираешься думать? — Я не знаю, это всё как-то… неправильно? — Эдди сглотнула, переминаясь с ноги на ногу. — Ты… из тех людей, которые любят… людей своего пола? — Что? Нет! — Рейчел возмущённо всплеснула руками, подаваясь вперёд, и на сей раз Эдди облегчённо вздохнула, не собираясь отходить. Правильно, она снова немного не поняла Рейчел. Всё правильно. Кто вообще мог понять хаотичный порядок мыслей в этой дурной кучерявой голове, хах? — Я не лесбиянка, Эдс, и твой вопрос немного оскорбителен. — Оу, прости меня, я не хотела тебя как-то этим задеть… Тозиер усмехнулась и вздохнула. — Шуток совсем не понимаешь, наивняк. Поползли уже отсюда. Девушка достала из кармана ключ и тихо открыла им дверь. Через семь минут каждая девушка была уже в своей комнате. Когда Эдс зашла к себе, переступая максимально тихо из-за боязни разбудить соседку, каково было её удивление, когда она не обнаружила Урис там. Странно, и где это она пропадает посредь ночи? Каспбрак вздохнула и плюхнулась к себе на кровать, прикрывая глаза. Её котелок уже кипел от мыслей, и сердце всё никак не могло успокоится, периодически постанывая и поскуливая от волнительных мыслей. — «Хватит думать о ней, ты просто неправильно поняла Рейчел, как обычно», — приказала сама себе астматичка, сжимая покрывало короткими пальцами. Но её живот до сих пор сжимался внизу, и это никак не давало ей покоя. — «Да блин, что со мной?», — отчаянно простонала она, переворачиваясь на бок и хмурясь. — «Наверняка, какая-то болезнь… Господи, а вдруг я заболела?» — от этой мысли глаза Эдди непроизвольно раскрылись и она вскочила, усаживаясь на край кровати. Ощущения внизу живота усилились, заставляя девушку жарко выдохнуть и устало опустить голову. — «Но почему же мне тогда… будто бы приятно?» Мама приедет за ней завтра. Она посылала письмо, что задержалась у тёти Карлы, болеющей какой-то страшной болезнью, поэтому не могла приехать раньше. Ладно, завтра Эдс расскажет маме и они вместе сходят в больницу. Вздохнув полной грудью, девушка наконец улеглась в постель и прикрыла глаза, до сих пор находясь в каком-то лёгком волнении. Интересно, почему Эдди не помнит, как выглядит тётя Карла?.. И абсолютно ничего о ней не знает кроме того, что мама постоянно говорила ей, как тётя Карла больна. После смерти отца Эдди Соня иногда заезжала к ней, к его сестре, чтобы проведать, но Карла никогда не присутствовала на семейных праздниках и её мало кто видел после похорон Фрэнка. Неизвестно почему, у Каспбрак внезапно возросло желание с ней познакомиться… Постепенно усталость начала брать верх над размышлениями, и Эдди медленно погрузилась в царство Морфея, засыпая крепким, долгожданным сном.