Derry Ladies School

Весна в Дерри была прекрасной порой. С самого раннего утра лучи солнца забирались через окна в квартиры, щекоча недовольным заспанным жителям носы и выжигая пятна в их покрасневших от усталости глазах. Но Эдди встала уже давно. Ещё до того, как солнце высоко поднялось над небом. Её тело было ватным от частого приёма лекарств, а смуглая кожа побледнела, и теперь она даже больше походила на труп, чем обычно. Эдди не спалось с пяти часов утра, но всё, что она сделала за два часа бодрствования — это чуть-чуть подготовилась к экзаменам и прибралась на полках. Делать что-то другое не было возможности: если пойдёт в душ — мама услышит и придёт на звук, если спустится вниз позавтракать — скрипучая лестница выдаст её с потрохами и придётся есть кучу таблеток вместо овсяных хлопьев с молоком. Так что Эдди просто лежала и наблюдала за восходом солнца, думая о всяком: об экзаменах, о тёте, о пансионе и девочках, как вдруг внезапно она подумала о Рейчел. И о том дне, когда они вместе шпионили за мистером Блэром. Чёрт, это было очень страшно, но так весело! Эдди взглянула на свою руку и поднесла её к горящему лицу. Очень долго она размышляла и над тем, что за чувства она испытывает каждый раз, когда думает о ней. — Я уже чувствовала это раньше… — тихо проговорила девушка, напрягая извилины. — Точно, тот парень, что нечаянно облил меня молоком в младшей школе. Я помню, что он мне нравился, но… стоп. Прошло десять секунд, прежде чем до Каспбрак дошло полное осознание собственной мысли. — Не может быть… Каспбрак растеряно похлопала глазами, а затем нервно, по-детски усмехнулась и сказала себе: «Не-е-ет…». Но как только она постаралась подумать о чём-то менее глупом, в голове снова всплыл образ той Рейчел, что копалась с магнитофоном и выглядела при этом очень даже привлекательно… Сердце беспокойно стукнулось о рёбра, и астматичка резко приподнялась с кровати. — Боже, ну и глупости, — сказала сама себе девушка, подойдя к окну и открыв его настежь. Прохлада утреннего воздуха приятно обдала её горячие щёки, и она со спокойствием выдохнула. — Да, она странно шутит и делает странные вещи порою, но это же не значит, что… ей нравятся девочки, — Эдди нахмурилась, обеспокоенно разглядывая улицу под окном. Мимо пробежали два подростка, держась за руки, и Каспбрак почему-то вновь вспыхнула, поспешно закрывая окно. — Надо же, что можно делать на улице в такое раннее время? Снова усевшись поверх кровати, Каспбрак обратила внимание на учебники, лежащие на столе. Неплохо было бы ещё подготовиться, экзамены уже через неделю. — Ух, так лень… Эдди посидела, повздыхала, поболтала ногами, а затем плюхнулась на спину и принялась разглядывать потолок, по которому медленно расползались лучи восходящего солнца. «А что, если бы Рейчел была мальчиком?» Эта мысль проскочила в голове так же быстро и так же неожиданно, как если бы молния ударила в дерево. Каспбрак задумалась, немного хмуря свои каштановые брови. — Хм, ей действительно подошло бы быть парнем, но… — щёки Эдди вновь вспыхнули. — Боже, о чём это я думаю? Конечно, я не стала бы с ней встречаться! Она же такая несносная и постоянно лезет не в своё дело со своими глупыми шутками. Кто вообще захочет встречаться с таким человеком? Но сердце не обманешь. Оно не переставало биться и только наращивало темп, пока это и вовсе стало невыносимо. С её тонких губ сорвался тяжёлый вздох, а голова была готова вот-вот взорваться от напряжения. Так не может продолжаться… Она должна разобраться со всем этим как можно скорее, если не хочет откладывать подготовку к экзаменам ещё на один день.

***

Думая об этом, Эдди не подозревала, что это будет так сложно реализовать. Было очень сложно найти описание собственным ощущениям. И даже сегодня, когда она уже в обед стояла у ворот пансиона (сутра Каспбракам звонила Лидия, чтобы сообщить о том, что Эдди лучше вернуться к занятиям за неделю до начала экзаменов, если она не хочет потратить летние каникулы на закрытие долгов по учёбе и пересдачу), ей было тяжело переступить порог. Тяжелее обычного и дышалось, свежий воздух был словно спёртым от напряжения, но в итоге Каспбрак прошла внутрь, глядя себе под ноги и размышляя о всяком. Преимущественно о том, что же она всё-таки чувствует к Рейчел. Дружба? Сильная дружба? Детская привязанность?.. Пока девушка поднималась по лестнице, она наткнулась на парочку младшеклассниц, носящихся по коридорам в свободной одежде. Старшеклассников было мало или не было вообще. Наверняка сейчас усердно готовятся к экзаменам в своих комнатах! Эдди тоже неплохо бы поскорее вернуться к учёбе. Потянувшись к ручке двери своей комнаты, астматичка попыталась её открыть, как вдруг осознала, что та заперта. — Чёрт, — ключа у неё, конечно же, не было. И теперь ей надо было ждать возвращения Стэнни или идти вниз за ключом к охраннику, к ненавистному мистеру Блэру… Угх, повезло, что на посту охранника никого не было, когда она заходила. Удалось быстро прошмыгнуть и не видеть его отвратительное лицо. — Решено, надо найти Стэнни. С этими словами девушка пошла к лестнице, как вдруг до её ушей донеслись знакомые приглушённые голоса. Сама не зная почему, она инстинктивно отступила обратно и спряталась за угол, и только тогда среди тех двух голосов она смогла распознать, кому они принадлежат. Один из них, спокойный и приглушённый, явно Стэнни, а второй, кажется… — Да послушай ты меня, блять, хватит выпендриваться! Эдди содрогнулась, с ужасом выдохнув сквозь плотно сжатые губы. Бауэрс! Кажется, они ссорятся… — Отпусти, — попросила Стэнни сдержанным голосом, как вдруг послышался громкий рык и удар кулака об стену. Каспбрак вся сжалась, её коленки позорно затряслись от страха, а тело обдало потом. — «О господи, почему я стою и трясусь? Надо помочь, но ноги не двигаются…» — Эдди сглотнула, чувствуя, как её одолевает паника. Она должна помочь подруге, но в то же время её горло сковывает астма и в голове крутится только: «Лишь бы они не пошли сюда!» — Ещё чего? Ты динамишь меня неделю, в чём дело? — Мне нехорошо, Анри. Не заводись. — Как не заводиться, когда ты стоишь тут вся такая недоступная и строишь из себя не знай кого? — Вообще-то я не в этом смысле… — «П-погодите, про что это они?» — Эдди нахмурилась и начала вслушиваться в слова, которые внезапно стали даже громче клацанья её трясущейся челюсти. Ей послышалось, или они друг с другом действительно… заигрывают? — Да мне пофиг! У тебя соплячка болеет, комната свободна, что тебе ещё надо? Так нравится по грязным коморкам лазить? — Прекрати, кто-нибудь услышит, — Стэнни вздохнула. — Мне надо готовиться, давай потом? — О, ты пожалеешь об этом, — сказала Анри, как вдруг послышался шлепок. — Окей, иди учись, ботанша. — Анри, ты сама хоть книгу в руки брала? — послышался голос еврейки, полный безнадёжности и какого-то волнения. — Экзамены и тебя касаются. — Спишу у свинки, — Анри противно засмеялась, на что в ответ получила укоризненный взгляд и вздох, полный разочарования. — Ладно, вали, недотрога. Послышались шаги, которые постепенно начали затихать. Стэнни не двигалась с места около минуты, о чём-то размышляя, и за эту минуту Эдди успела переосмыслить, кажется, всю свою жизнь. Её лучшая подруга лесбиянка?! Ладно Бауэрс, её и с парнем представить трудно, но Стэнни?.. Она ведь даже на вид самая обычная, и характер у неё обычный. Точно отличается от клоунов из телевизора — как их мама называла — которые броско одеваются и на каждом углу кричат о своих правах, пока какие-нибудь хулиганы не побьют их и не скинут с оврага, что тоже случалось не редко. Вдруг послышались шаги, и Эдди встрепенулась, растерянно оглядываясь по сторонам. Чёрт, Стэнни будет зла, если узнает, что она подслушивала её. Что же делать?! — Эдди? Астматичка оторвала взгляд от пола и посмотрела на Урис, которая удивлённо смотрела на неё в ответ. На пару секунд повисло неловкое молчание, которое поспешила разрушить Эдди, неловко почесав затылок и виновато улыбнувшись. — Эм, прости, я нечаянно подслушала ваш разговор… — А, вот оно что, — Урис поджала плечи и отвела взгляд куда-то в сторону, напряжённо уставившись в стену. Как вдруг заговорила вновь. — И что думаешь? — «А что я думаю?» — пронеслось в голове Эдди, которая и вовсе не знала, как ей реагировать. — Это немного неожиданно для меня, но я должна была догадаться, — в итоге выдавила из себя девушка первое, что пришло в её голову, чтобы не затягивать и так задержавшуюся паузу ещё дольше. — С чего бы вдруг? — ровным тоном спросила Стэнни, но Эдди обратила внимание на еле подрагивающие от напряжения длинные пальцы. Ох, она вовсе не хотела, чтобы Стэнни чувствовала себя некомфортно… — Оу, ну, в мой самый первый день учёбы* она тоже говорила тебе всякие пошлые вещи. Мне и тогда показалось это странным, но я думала она в принципе такая. Хотя сейчас я понимаю, что меня она скорее всего избила бы. Стэнни неловко усмехнулась и наконец отважилась посмотреть на Эдди. — Я знаю, тебе со мной сейчас некомфортно, но пожалуйста, позволь всё объяснить. И девочки прошли в комнату, после чего уселись каждая на свою кровать и Стэнни принялась рассказывать обо всём. Об их с Анри дружбе с детства, о том, как задира её впервые поцеловала и как они в этот же день рассорились на долгие года, пока ту не перевели в пансион, в который незадолго до этого перевелась и Стэнни. Эдди слушала это с внимательным лицом и не переставала думать о чём-то своём на протяжении всего рассказа. -… но я уже нашла здесь подруг и мне даже удалось забыть об Анри, но вдруг она появляется снова… Мои чувства к ней остыли давно, я научилась контролировать их и мне было уже всё равно от того, говорит она со мной или находится со мной в одной комнате. — Но почему вы тогда начали встречаться? — спросила Эдди, скрещивая руки на груди. Стэнни вздохнула и потупила взгляд в пол. — Она узнала о том, с кем я дружу, и начала издеваться над ними. Она долго не знала, как подступиться, доканывая сначала только меня. Но потом Рейчел сморозила что-то не то и для Анри это был повод развязать долгую и кровопролитную войну. Тебе повезло, что ты перевелась позже и не застала того времени, когда Анри была особенно жестока… — Да уж, — только и смогла ответить Эдди, сдавливая пальцами ингалятор. — И как ты тогда начала с ней встречаться? — Однажды, когда она впервые ударила Билли до крови, я поняла, что пора что-то предпринимать, пока дела не зашли слишком далеко, — ответила Стэнни с волнением в голосе. — Я пришла к ней на крышу и спросила прямо, чего она от нас хочет. Тогда Анри долго молчала и просто смотрела на меня, выкуривая сигарету, а потом, наконец, сказала, что ей ничего не надо. Просто видеть, как я мучаюсь от того, что не могу никак помочь друзьям, было для неё наслаждением. — Она прямо так и сказала?! — изумилась Эдди. — Да, — ответила Стэнни со вздохом. — И с тех пор она издевалась над ними, но только меня не трогала и заставляла смотреть. Это и правда было ужасно, я чувствовала огромную вину, и все мои попытки вразумить её терпели крах. Но однажды, на вечеринке в конце учебного года, которую проводит одногодка Бевина у себя дома, она напилась и сказала, что просто скучает по мне. — И вы начали встречаться? — Нет, — ответила Стэнни, переводя на девушку взгляд. — Мы переспали. Эдди в шоке вылупилась на подругу и даже слюной подавилась от удивления. К-как это вообще… так это вообще возможно? — Она не перестала обижать девочек, — продолжила Стэнни, — но теперь делала это заметно меньше, и то только если увидит нас всех вместе. Я думаю, она просто ревновала какое-то время, а потом называть нас «неудачницами» вошло в какого-то рода привычку у неё и её подружек. — Вот уж не подумала бы, что это случится с одной из моих подруг, — ляпнула Эдди, не подумав, на что Стэнни обернулась на неё с удивлённым взглядом и спросила: — О чём это ты? — А-а-а, эм, да нет, ничего, забудь… Стэнни немного помолчала, пристально изучая астматичку взглядом, а потом отвернулась, как заметила её едва покрасневшие кончики ушей. — Когда мы вышли на летние каникулы, мы с Анри перестали контактировать. Она ошивалась с подругами по округе, а мы с неудачницами прятались на нашей базе, которую построила Бонни. — На базе? — переспросила Эдди, слегка выгибая бровь. — Да, я покажу тебе это место летом. Там хорошо, — Урис слегка улыбнулась. — Оно посреди леса, я надеюсь, ты не боишься замкнутых пространств и пауков? — Вообще-то, я боюсь насекомых… Ползучие переносчики всяких зараз и болезней! Урис почему-то ожидала это услышать, поэтому только усмехнулась в ответ. — В общем, я начала чувствовать странные вещи, — продолжила еврейка, как вдруг краем глаза заметила, как Эдди напряглась и буквально обратила на неё всё своё внимание. Ох, Эдди что, нашла что-то знакомое в её словах? Надо бы описать это красочнее в таком случае. — Сердце ныло, и я не могла думать ни о ком, кроме неё. Как бы ужасно это не звучало, но я просто не контролировала свои мысли и чувства тогда. Сердце Эдди беспокойно ёкнуло, и девушка взглянула на свои еле подрагивающие пальцы рук. То же самое, кажется, она чувствовала к Рейчел сегодня утром… да и вообще. Значит ли это, что Эдди тоже… — Я думаю, это была тоска. Каким-то образом Анри проникла в мои мысли, и я снова начала чувствовать к ней что-то, хоть она и обижала девочек… Понимаешь теперь, почему я никому не говорила об этом кроме тебя и Рейчел? Другие просто не поняли бы меня и… — Погоди, Рейчел тоже знала об этом? — удивлённо перебила Эдди, отрываясь от разглядывания собственных рук. — Ну, она заставила меня признаться обманным путём, но да, она узнала об этом первая. — И она мне ничего не сказала?! — А должна была? — с иронией в голосе спросила еврейка, и Эдди немного смутилась, отводя взгляд в сторону. Действительно, чего это она так вдруг… Но вещи теперь будто начали восприниматься легче: она знала… — Так вот, однажды мы с Анри случайно встретились на улице, и тогда я поняла, что всё это время она испытывала те же самые чувства. И тогда всё просто случилось, и вот мы уже встречаемся около трёх лет, — Стэнни вздохнула и взъерошила волосы. Ей было крайне некомфортно вот так говорить о своих чувствах, но её цели были немножечко выше её собственного смущения. — Все считают Анри тираном, ненормально жестокой. Возможно, так и есть, она не самая доброжелательная и у неё есть некоторые проблемы с психикой. Но я, почему-то, всё равно не могу от неё отказаться. — Удивительно, — выдохнула Эдди, немного поджимая свои плоские губы. — И как ты только подбираешь все эти слова?.. — Я просто знаю, к чему мои слова могут привести, — Урис загадочно улыбнулась, но, прежде чем Эдди успела хоть что-либо сказать или спросить у неё в ответ, она перевела разговор в русло экзаменов. — Так ты вернулась из-за подготовки? Занималась дома? — Угм… Да, — ответила Эдди, про себя соглашаясь с тем, что не стоит мусолить эту тему долго. Хоть у неё и было много вопросов, но Стэнни наверняка было тяжело обо всём этом говорить.- У тебя есть учебник по истории? — Конечно, бери. И девочки больше не поднимали ту тему, углубляясь в занятия.

***

Но Эдди так и не смогла нормально заниматься. Она не могла перестать сравнивать себя и Стэнни. Что бы она делала на её месте, если бы… Рейчел её поцеловала? Щёки вспыхнули. Да о чём она вообще думает?.. Надо вернуться к учёбе, пока совсем не стало поздно. В конце этого бесконечно долгого и утомительного дня, когда солнце уже давно зашло за горизонт, уступая место мраку, что медленно расползся по небу над Дерри, Эдди отложила учебник и тяжко вздохнула, оглядываясь вокруг. Стэнни уже мирно посапывала в своей кровати, прикрываясь от раздражающего света лампады, поэтому Каспбрак поспешила вырубить её и переодеться, чтобы тоже улечься в постель. Сегодня была полная луна и особенно ясное небо с миллионами звёзд. Они тускло освещали всё вокруг, заползая в окна учениц подобно утреннему солнцу. Вот только свет их был мягок, словно шёлк, и привносил в жизнь только спокойствие и какую-то загадочность… Эдди сидела на краю кровати и любовалась луной, слушая беспокойный гул ветра за окном и редкое уханье сов. В эти моменты она словно расплывалась во мраке, и хотелось прикрыть глаза и просидеть так до утра, наслаждаясь тихой, но чувственной симфонией ночной природы. — «И всё же, Рейч всё это время знала об Анри и Стэнни», — подумала девушка, укладываясь поверх простыни. Её тело вибрировало от усталости и эмоций, и эта смесь давала невероятные ощущения, от которых ещё больше клонило в сон. — «Тогда это объясняет её странное поведение, но неужели таким образом она хочет… Да нет, быть того не может», — Эдди почесала макушку и укуталась в одеяло, выдыхая сквозь плотно сжатые губы. — «Боже, да она со всеми так себя ведёт… Мне сейчас лучше побеспокоиться об экзаменах, а не об этой ерунде». С этой мыслью Эдди и уснула. Но даже если она того и не признавала, сердце было не обмануть: оно билось ещё долго после всех её размышлений, мешая спокойно улететь в царство Морфея, но явно давало понять, что долго астматичка обманывать себя не сможет. Рано или поздно она признает свои чувства, хочет она того или нет. Ведь любовь — это не всегда то, что так просто поддаётся влиянию разума.