Derry Ladies School

С тех пор, как Эдди вернулась в пансион, прошла неделя, и началась неделя итоговых тестов. На этот краткий период девушка перешла в режим «экстренной подготовки и максимального сосредоточения», не думая о всяком. Хотя иногда, ночью, лёжа на кровати и смотря в потолок, освещённый лунным светом, она думала, кажется, обо всём на свете. Это стало чем-то вроде её ритуала перед сном. Почему-то после того, как она узнала о Стэнни, думалось намного легче. Правда, Каспбрак, привыкшая к конкретике, так и не смогла найти ответа на один главный вопрос: «Так мне что, нравится Рейчел?..». — Эдди, ты в порядке? — из раздумий астматичку вывел голос еврейки, которая уже переоделась в пижаму и шла гасить свет. — Опять потолок прожигаешь взглядом, это странно. — Уж чья бы корова мычала, — усмехнулась Эдди, как вдруг осознала, что пошутила не очень хорошо. Однако Стэнни и вовсе не думала обижаться. Её тонкие губы растянулись в полу-улыбке, и в их комнате погас свет. — Так о чём ты думаешь каждый вечер? Эдди неловко почесала порозовевшую щёку и ответила: — Да так, об экзаменах переживаю… Не хочется на пересдачу идти. — Я уверена, ты сдашь, — отвечала еврейка, — Ты хорошо готовилась все эти дни. — Да, удачи нам завтра, — кивнула Эдди, поворачиваясь на бочок. — Спокойной ночи, Стэнни. — Спокойной ночи, — ответила Урис ровным голосом, и разговоры стихли. Эдди прислушивалась к ночной тишине и не переставала смущаться стуку собственного сердца, который её, тишину, разрывал. Ей было волнительно перед завтрашним днём, но ещё более волнительно ей было от осознания того, что скоро они закончат школу. А что потом? Будут ли девочки общаться так же на каникулах? Или, как и во многих других случаях, это просто школьные отношения по типу «походить всем вместе, чтобы тебя не посчитали лохушкой»? Эдди знала, что это не так, но откуда она могла быть настолько в этом уверена? Пальцы беспокойно сжали ткань ночной рубашки в районе груди, и Каспбрак сглотнула. Уже было поздно, они с Урис прозанимались до глубокой ночи. — «Лучше уснуть сейчас, если сутра хочу подняться и быть бодрячком», — подумала девушка, прикрывая глаза. Но невольно опустившиеся веки вдруг приподнялись сами собой. — «Блин, я так привыкла засыпать поздно, что теперь тяжело уснуть…» Каспбрак не отказала себе в удовольствии поразмышлять ещё немного перед тем, как отправиться в царство Морфея. Она представляла, что они с девочками делали бы летом, где бы гуляли и к кому ходили бы в гости. Тесты с завтрашнего дня будут каждый день в течении всей недели, поэтому Неудачницам не получится встретиться. Но Эдди непременно расспросит их обо всём, как только ей выдастся минутка. За всеми мыслями девушка и не заметила, как её веки начали тяжелеть. И с ясной головой, без одной задней мысли, она погрузилась в сон. Снилось ей что-то странное, но тёплое и приятное, не имеющее какой-то физической формы. Как будто ощущения. Оправившись после сна, Эдди в хорошем настроении отправилась на свой первый экзамен — историю.

***

Так прошла вся неделя. Энтузиазм пропал после первого же сложнючего теста, и в конце недели Неудачницы походили скорее на выжатые лимоны, чем на счастливых учениц, только что окончивших учёбу. — Не могу поверить, что это был последний день, — устало выдохнула Эдди, идя по коридору к клубной комнате вместе со Стэнни. После экзаменов Билли предложила встретиться в кои-то веки всем вместе и обсудить прошедшую неделю. За всем этим стрессом, навалившимся на её хрупкие плечи, до Эдди не сразу дошло, что она толком не виделась с кем-то, кроме Стэнни, уже около трёх недель. Поэтому сейчас, идя по коридору, её немножечко потряхивало от волнения. Было ещё кое-что, что никак не позволяло девушке спокойно уснуть по ночам. За всё это прошедшее время она так и не смогла разобраться, что именно чувствует к Рейчел. Они не виделись так давно, что Каспбрак даже успела отвыкнуть от её чудаковатой манеры речи и специфичного юмора. Она чувствовала себя спокойнее после того, как стала свидетельницей разговора между Анри и Стэнни, это несомненно. Но неужели эта ситуация затронула её настолько, что теперь она начала неосознанно переводить её на себя?.. — «Нет, хватит думать о всяких глупостях», — Эдди злилась на себя за такие мысли. Но всё же сердце так приятно покалывало каждый раз — скорее от запретности и экзотики этих ощущений — что поток мыслей невольно усиливался. И это злило ещё больше! — «Угх, не могу остановить эти чувства… Может она вообще приворот сделала?» — Эдди бы этому не удивилась. Кто знает, что творилось в дурной голове Балаболки. — Да, — ответила Урис, вздыхая, — Осталось надеяться, что результаты тестов будут положительные. Девушки спустились на первый этаж и прошли в клубную комнату, где их уже ждали остальные. Когда Неудачницы, наконец, встретились все вместе, они ещё минуту стояли молча, переглядываясь и улыбаясь между собой, а потом ни с того ни с сего набросились друг на друга и принялись обниматься. Одна Урис стояла в сторонке и спокойно улыбалась, наблюдая эту картину, пока в груди её разливались тёплые чувства. — Эдди, мы не виделись около трёх недель! — воскликнула Мика, оглядывая девушку. — Казалось, все под одной крышей живём, а с этими экзаменами даже на обеде не получалось встретиться. Как ты себя чувствуешь? Оправилась после болезни? Каспбрак смущённо почесала щёку пальцем и усмехнулась, только сейчас понимая, что она и не болела вовсе, а мама как всегда раздула из мухи слона. — Да, я чувствую себя лучше, — всё же ответила она, улыбаясь темнокожей. — А вы как тут? — Ох, столько всего произошло, — вдруг сказала Бонни, но вдруг её взгляд помрачнел. — Стэнни наверняка тебе уже рассказала о том, что произошло с мистером Блэром. Каспбрак удивлённо вскинула брови, вспоминая, что произошло три недели назад. Точно, мистер Блэр и та девочка… Она была настолько увлечена подготовкой к экзаменам, что вовсе забыла, какой ужас пережила не так уж и давно. Первым делом Каспбрак перевела взволнованный взгляд на Рейчел, которая отстранённо листала комиксы, лёжа на диване, и только изредка поглядывала на неё краем глаза. — Нет, она мне не рассказывала, — ответила астматичка, хмуря тонкие брови. — Моя вина, — ответила Урис, выступая вперёд с ладонью, поднятой в примирительном жесте. — Я не хотела отвлекать тебя от подготовки, но сейчас, думаю, самое время тебе рассказать. — Рассказать о чём? — пискляво спросила Эдди, чувствуя, как к горлу подступает паника. Девушка тут же достала балончик из поясной сумки и заранее сделала вдох лекарством, на всякий случай. — О том, как миссис Ландж поймала его и вот этих двух «героинь», — еврейка указала на Рейчел и Мику, которые переглянулись с видом «а что такого», — которые пытались самостоятельно разобраться со взрослым педофилом. — И разобрались бы! — встряла Рейчел, откладывая комикс. Стэнни одарила её скептичным взглядом и закатила глаза, не собираясь в который раз объяснять девушке, что непоправимое могло случиться и с ними. — В общем, никому не известны подробности, но миссис Ландж сделала так, чтобы Ольга и мистер Блэр добровольно забрали документы и уволились в тайне от прессы и остальных. Но нам она рассказала, потому что Рейчел была доставучей. — Эй, мы сделали хорошее дело, мы герои, — сказала Тозиер с присущей ей легкостью в голосе. — Мы заслуживаем знать правду. Эдди стояла посредь комнаты и хлопала глазами, перебирая пальцами колпачок ингалятора. Она чувствовала себя причастной ко всему этому, и это вызывало внутри противоречивые чувства. — Эм, а что будет теперь?.. Он найдёт нас в городе и захочет отомстить? — во слух произнесла Эдди, поднимая полу-мёртвый взгляд на подруг, от которого всем стало аж не по себе. Вот она, их любимая паника. — Н-наверняка они с Ольгой со своими связями найдут и Мику, и Рейчел, и меня, и нас всех, и что потом нам делать?! Он отследит, где мы живём, и будет каждый день высматривать, как мы переодеваемся, в окно! Или ещё хуже… — девушка издала испуганный «ик» и прикрыла лицо руками. Ей было жутко и страшно, ведь она тоже причастна, и теперь они все находятся под ударом. Воздуха начало не хватать, мысли обескураживали и заглушались бьющимся сердцем — давно Эдди не испытывала настолько сильного приступа астмы. Но вдруг ей на плечо легла чужая тёплая ладонь, и девушка вздрогнула, поднимая взгляд наверх. — В таком случае мы расскажем твоей маме, — с улыбкой произнесла Тозиер, и Эдди закатила глаза. — При чём тут моя мама? — Он увидит её и сразу же влюбится, мы будем ему уже не интересны. Ради такой женщины и педофилом перестать быть можно. — Иди нафиг. Рейчел заржала, и девочки позади улыбнулись, тоже подходя к своей подруге. — Т-теперь мы все вместе, та-ак что не п-переживай, — подбодрила Билли, кладя и свою ладонь на свободное плечо Эдди. — Б-будем держаться рядом, и ничего не п-п-произойдёт. — Эх, — Эдди вздохнула, заминая в себе: «Ну мы же не целые сутки будем вместе». Однако приступ астмы отступил сам по себе. Сейчас. Самый удачный момент спросить их о планах на лето именно сейчас. — А что вы собираетесь делать на каникулах? — Тренировки, — ответила Тозиер незамысловато, поправляя очки. Они с Билли практически синхронно убрали руки с плеч Эдди. — Какие ещё тренировки? — спросила Каспбрак с некоторым скепсисом в голосе. — Стрит файтер, — коротко ответила Рейчел, растягиваясь в полу-улыбке. — Проторчишь в игровых автоматах, что, всё лето? — словно не веря подруге, спросила астматичка. У Рейчел блеснули глаза. Она уже набрала воздуха, чтобы выдать очередную гениальную шутку про мамку, но тут на её рот легла рука Стэнни Урис, словно предугадавшей это. — Так, у нас тут творческая работа автора, а не «пропущенная сцена» из фильма. Все посмотрели на еврейку с вопросительными лицами, как бы спрашивая: о чём это ты? Но девушка только отмахнулась, произнося: «Неважно», и отошла к окну, начав разглядывать бегающих снаружи младшеклассниц. — Ладно, а остальные? — продолжила как ни в чём не бывало астматичка, озираясь по сторонам. — Мы же будем встречаться летом? — К-к-конечно! — ответила Билли, словно удивилась такому вопросу. — Мы п-п-покажем тебе ка-аньон. — И наш штабик под землёй, — с улыбкой добавила Бонни. — Кстати да, его же Бонни и соорудила, — добавила Мика с некоторым восхищением в голосе, и Хэнском как-то смущённо улыбнулась, отводя взгляд в сторону. — Здорово, а это… не опасно? — первое, что возникло в голове астматички. Она вообще слабо представляла, как можно соорудить что-то под землёй будучи подростком. Что-то безопасное под землёй, если точнее. — В основном нет, — ответила за всех Рейчел, поправляя очки. — Хотя, постой, у тебя нет смертельной аллергии на пауков? Эдди побледнела, и, кажется, душа её оставила тело. Тозиер как будто бы только и ждала такой реакции, поэтому тут же на всю комнату раздался её издевательский смех. — Не слушай её, Эдди, — сказала Мика, закатив глаза. — Мы с девочками не раз уже проводили там время, и все живы-здоровы. — Угу-м, — чуть ли не всхлипнула Каспбрак, усаживаясь на диван, чем вызвала негодование Рейчел. Началась шуточная борьба за место, а потом девочки всё же нашли компромисс и расселись по разным сторонам, не переставая подпинывать друг друга ногами параллельно обсуждениям самых разных тем. Сегодня был последний день экзаменов. Можно и расслабиться. — Кстати, Билли, вашей группе объявляли о собрании? — поинтересовалась Стэнни у подруги из А группы, которая в этот момент находилась к ней ближе всего. Та похлопала глазами и покачала головой. — Нет, а к-к-когда оно? — В понедельник перед линейкой будет классный час, на котором назовут оценки за тесты. А потом и сама церемония окончания учёбы на открытом воздухе. — О-ого, тебе как старосте с-сказали? — Нет, миссис Ландж сделала объявление нашей группе после экзамена ещё в пятницу. У вас был сегодня, я думала, она вам скажет. — М-м-может, она думала, что Л-лидия сказала нам? Урис пожала плечами. Предупредить она предупредила, на этом её работа окончена.

***

В понедельник в восемь часов утра проводилось собрание. Лидия, молодая кураторша А группы, чуть ли не впорхнула в кабинет, одаряя сонных и встревоженных учениц улыбкой. Значила ли её улыбка хороший расклад для девочек? Нет, она просто всегда улыбалась не смотря ни на что. — Дети, доброе утро, — поприветствовала класс учительница. — Ну что, тяжелый выдался год? Вся фишка в поведении Лидии была в том, что она старалась быть подругой для своих учениц, и «скучные строгие» разговоры проходили в виде обычного диалога. В этом они с миссис Ландж всегда расходились, и, если так посудить, вообще практически во всём из-за разности характеров. Но не смотря на это они продолжали общаться, и за обедом всегда сидели вместе. Эдди всегда поражалась тому, как у них это выходит, но в подробности углубляться не желала. — … Фуф, ладно, а теперь, когда предисловие кончилось, я диктую оценки по всем тестам… Вышли Билли, Бонни и Эдди из класса только через полчаса, и сразу же побежали к клубу, где их наверняка уже ждали остальные из Б группы, кураторша которой на предисловия тратить время не любит. Но не успели они дойти, как встреча произошла в коридоре, на выходе из учебного корпуса. Девочки, увидев друг друга, тоже особо не церемонились, сразу же начав узнавать друг у друга про оценки. — Все сда-али? — Да, вроде, — ответила Мика, оглядывая листочки со своими результатами. — Получила А по литературе и истории. — З-здорово! — Билли широко улыбнулась. — У меня т-тоже А по литературе. А по м-ма-атематике чуть не п-п-олучила С. Ещё бы два балла… — А у остальных что? — поинтересовалась темнокожая, оглядывая девочек. Бонни тоже похвасталась А по литературе, но к ней внезапно добавилась ещё и геометрия, что вызвало радость у девочек за подругу. Пока она лидировала. — А ты, Эдди? — У меня по общей химии А и по английскому, — ответила она с улыбкой до ушей. — По алгебре четырёх баллов до А не хватило, правда, обидно… — Ты что, это очень хороший результат, — улыбнулась Мика, оглядываясь назад. — Рейчел, Стэнни, не хотите похвастаться? Эдди улыбнулась, ожидая услышать самые высокие результаты среди перечисленных. Они на меньшее и не способны! Заглянув за плечо Хэнлон, девушка выжидающе уставилась на подруг, но вдруг замерла, стоило только взглянуть на Рейчел. Она отстранённо поглядывала на стоящих в стороне девчонок и, кажется, вовсе не испытывала радость по поводу результатов теста. Что такое? Плохие оценки?.. — Ну, д-давай, Балаболка, у-удиви, — с усмешкой произнесла Денбро, скрещивая руки на груди. Взгляд Тозиер переменился, становясь немножечко лукавым и наигранно-высокомерным. Эдди нахмурилась, не понимая, в чём дело. На секунду ей показалось, что Рейчел была… какой-то отстранённой. — Да так, всего лишь А по алгебре, английскому, литературе, обществознанию, геометрии и истории, — Рейчел поправила сверкнувшие под выступившими лучами солнца очки и самодовольно улыбнулась. Все только лишь покачали головами и усмехнулись, глядя на это. Меньшего от неё никто и не ожидал. — Стэнни, а ты? — спросила Бонни, переводя взгляд на еврейку. Урис загадочно улыбнулась и потянулась к своей сумке, чтобы достать тестовые листки. — Добавьте к списку Рейчел ещё и общую химию, — ответила девушка, демонстрируя подругам оценки за тесты. По всем предметам красным стояла А, поэтому все тут же восхищённо завопили, хваля подругу. — Круто, даже больше, чем у Рейчел! — Да ей просто повезло, — наиграно надулась Балаболка, отмахиваясь. — Да ну? — усмехнулась Билли, — А м-может просто кто-то ду-урака валял вместо того, ч-чтобы готовиться. — На самом деле, — Стэнни поспешила прервать их триады, — я еле как набрала баллы по всем предметам, кроме алгебры. Если сравнивать мои баллы и баллы Рейчел, то у нас примерно одинаково, если у неё не больше. — То-то же, — самолюбие Балаболки тут же возросло, и она растянулась в улыбке, стараясь перекинуть руку через плечо Стэнни, за что сразу же получила шлепок по ладони. — Меня просто химичка не любит, вот и занизила оценки. Девочки усмехнулись, но отвечать не стали. Одна Эдди не переставала смотреть на Рейчел изучающим и каким-то взволнованным взглядом. Рейчел смеётся, шутит и актёрствует на публику, как обычно. Может, ей это показалось?..

***

Но ей не показалось. Следующий час до линейки девочки провели вместе, и Рейчел всё это время была тише обычного. Практически не улыбалась, и делала это только тогда, когда к ней обращались, снова надевая свою клоунскую маску. Эдди не могла перестать думать о том, что же с ней происходит. — «Надо же, даже у Рейчел бывают такие дни», — вскользь окидывая отстранённую девушку взглядом, которая со скучающим лицом листала комикс, думала Эдди. Да, Рейч была порою странной. И совсем сложно было даже приблизительно понять, что твориться в её голове. Но сегодня это было просто невозможно! При том Каспбрак не могла объяснить, каким образом она чувствует, что что-то не так… Это было просто внутри, просто какое-то беспокойство на уровне инстинктов без прямого тому подтверждения. — «Может, это из-за того, что у Стэнни оценки лучше?» — Каспбрак поджала губы и нахмурилась. Так непривычно было видеть Рейчел такой, и это никак не давало астматичке покоя. Пора было идти на линейку. В обычных школах такого не было: после последнего урока дети просто скидывали тетради в мусорку и шли по домам или гулять с друзьями. Но в пансионе до тошноты любили торжественность и долгие утомительные речи, поэтому у учениц не было выбора, кроме как стоять под палящим солнцем и жариться под ним, умирая от духоты и от скуки. Эдди начала потеть в этой тёмно-синей жилетке, которая бесщадно притягивала к себе солнечные лучи, поэтому приняла логичное решение её снять. Капля пота скатилась по её шее, а с губ сорвался усталый вздох. — Ужасно жарко… И так каждый год? — Ага, но иногда, когда повезёт, может быть и облачно, — ответила Мика, оборачиваясь назад. Их группы стояли рядом, и Неудачницы специально встали по краям, чтобы быть вместе и как-то скрасить друг другу скуку. Эдди пришлось пожертвовать обзором из-за маленького роста ради этого, ведь почти у всех остальных он был выше среднего. Хэнлон вытерла влажный лоб тыльной стороной ладони и отвернулась обратно. Эдди стояла рядом с Рейчел и отчего-то смотрела вниз, словно боясь лишний раз на неё посмотреть или к ней обратиться. Когда она такая, Каспбрак… не знала, как лучше себя вести. Поддержать? Когда Эдди грустно, она всегда хочет, чтобы её поддержали. Но как это сделать? Рейч была не любительница обсуждать проблемы с кем-то, всегда носясь вокруг с улыбкой до ушей, как идиотина, делая вид, что у неё всё хорошо. Серьёзно, Эдди никогда не видела до сегодняшнего дня, как она грустит. Каспбрак сглотнула и посмотрела на Тозиер, которая с безучастным выражением лица и всунутыми в карманы руками смотрела куда-то в сторону. Эдди вздохнула. За весь день она ни разу не пошутила про её маму и про кого-то другого, и это, на самом деле, не могло не напрягать, хотя должно было радовать… Вдруг Рейчел вернула свою голову в положение прямо. Она буквально чувствовала взгляд Эдди на себе, поэтому обернулась, сталкиваясь с девушкой взглядом. — Эм, Рейч, ты в порядке? — тут же спросила Каспбрак шёпотом, чтобы не привлекать чужое внимание. Но в ответ получила лишь удивлённый взгляд. — Всё нормально, — ответила Тозиер, пожимая плечами, и Эдди отвернулась, чувствуя лёгкий укол обиды. — «Вижу, что что-то не так, зачем врёшь?», — подумала астматичка, хмуря брови. — «Ну и ладно, не хочет — пусть не говорит». И всё же ноющее чувство в груди не пропало. Ей было обидно, что Рейчел не хочет ей рассказывать, и это эгоистичное детское чувство превращалось в раздражение. — «Стоп, что это я делаю?» — Эдди тут же остановилась, сжимая кулаки. — «Тут Рейчел расстроена, а не я», — медовый взгляд скользнул по едва подрагивающим от напряжения рукам Балаболки, и Каспбрак вздохнула. — «Но как мне помочь, если ты на меня даже не смотришь?..» — Эм, а почему ты спросила? — вдруг, словно прочитав мысли астматички, спросила Рейчел, почёсывая щёку, и Эдди почувствовала прилив радости вперемешку с лёгким раздражением. — Как это почему? — выдохнула девушка, закатывая глаза. — Потому что переживаю, очевидно. Тозиер похлопала глазами, и вдруг на её лице появилась улыбка. Эдди запуталась окончательно. — Так я права, у тебя правда что-то случилось? — Не, — на автомате ответила Рейчел, продолжая улыбаться. — Врёшь ведь, по глазам вижу! — Эдди неосознанно повысила тон, из-за чего Неудачницы и другие рядом стоящие девочки обернулись на них. Балаболка прислонила палец к губам и покачала головой, как бы говоря: всё нормально, не обращайте внимания на эту маленькую истеричку. Эдди почувствовала себя виноватой и понизила тон. — Почему ты не хочешь сказать? Разве мы не подруги? Тозиер поморщилась. Стоп, поморщилась? Что это вообще означает?! — Ну и не говори, — снова сказала Эдди, отворачиваясь. — Но если что, я всегда готова выслушать и поддержать тебя. Просто знай, что ты не одна, и у тебя есть друзья, которым не наплевать на твоё душевное состояние. Рейчел похлопала глазами, но ничего не ответила, продолжая поражённо смотреть на астматичку аж до самого конца линейки. В общем, девочкам ничего такого не сказали: назначили дату пересдачи и дополнительных занятий для заваливших тесты, а так же немного посвятили тех, кто ещё не знал, в ситуацию с Ольгой и мистером Блэром, исключая подробности. После этого девочки решили погулять немного по парку, в последний раз наслаждаясь местным пейзажем и лесным чистым воздухом. И только когда уже стемнело они разошлись по комнатам, чтобы собирать вещи, ведь завтра сутра, после завтрака, личный автобус пансиона развезёт девочек по домам. Эдди сидела в своей комнате и складывала вещи в небольшой чемодан-сумку, какие раньше были у всех не особо богатых, но и не бедных людей. Стэнни ушла попрощаться с Анри перед каникулами, поэтому сейчас астматичка была одна, и эта тоска невольно передалась и ей. Урис была грустной, когда уходила. Тяжело, наверное, вот так скрывать отношения и из-за этого редко видеться. Эдди тоже не хотела уезжать. Она не знала, как будет в городе. Хоть они с девочками и договорились встретиться на следующий же по приезду, а всё равно было как-то печально и непривычно. Пустая комната, опекающая мама и громкий телевизор снизу. Наверное, привыкшей к компании еврейки Эдди будет тяжело первое время ночевать одной. Со вздохом она закинула в чемодан-сумку все свои футболки, многие из которых она ни разу даже не надевала, как вдруг в дверь раздался стук, и она отварилась. На пороге показалась Рейчел, неловко почёсывая макушку, пока Эдди слегка удивлённо разглядывала её в свободной одежде. Опять гавайская рубашка с ярким принтом, опять поношенные светлые джинсы. Ей захотелось улыбнуться, но она сдержалась. — Ум, привет, а где Стэнни? — Ушла к Анри, — ответила Эдди, следя за тем, как меняется выражение лица Балаболки с отстранённого на удивлённое. — Да, я знаю об их отношениях. — Вот как, — усмехнулась Балаболка, проходя внутрь комнаты и прикрывая за собой дверь. — Ещё не собралась? — Не-а, — девушка покачала головой, продолжая складывать вещи в чемодан. — А ты? — Собралась, у меня немного было вещей с собой, — Тозиер уселась к еврейке на кровать и оглянулась вокруг. Часть вещей Стэнни ещё не была собрана, а полки со стороны Эдди уже пустовали. Как-то непривычно было видеть эту комнату такой пустой. — Эм, Эдс, послушай, насчёт нашего разговора во время линейки… Каспбрак прервалась от складывания шорт и посмотрела на Рейчел с нейтральным выражением лица. Та явно нервничала, глядя в окно и поджимая губы, словно решаясь, рассказывать или нет. — Если ты не хочешь, всё в порядке, я же не… — Я хочу! — выпалила Тозиер, переводя на осёкшуюся Эдди взгляд. Она выглядела ещё милее со своими выступившими от весеннего солнца конопушками, сидя на полу с подогнутыми ногами, как в самых настоящих японских традициях. Рейчел поёжилась, и опять её взгляд сделался скептичным. — Эм, в общем, мне было грустно, потому что год пролетел так быстро, и завтра мы уже разъедимся по домам. — Да, мне тоже, — Каспбрак улыбнулась, продолжая складывать вещи. — Но мы же встретимся уже на следующий день, так что ничего… — Это ещё не всё, — перебила Тозиер, вновь отводя хмурый взгляд в окно. — В общем, возможно, что я какое-то время не буду выходить из дома и не смогу гулять. Эдди вскинула брови, её лицо сделалось полное ужаса и сожаления. — Почему?! — Ну, в общем, в тот день, когда нас вызвали к директору, Ольга сказала, что если я продолжу стоять на своём, она испортит мне жизнь. Я ослушалась и снова начала с тобой дружить, а потом мы вместе чуть ли не разоблачили её братца-педофила. Естественно, она это просто так не оставит. Каспбрак молчала с минуту, думая насчёт этого всего. Она и забыть уже успела об этих «пустых», как она тогда думала, угрозах и об этой сладкой парочке нездоровых психически людей. Но разве Рейчел станет переживать просто так?.. — Это значит, что она и мне попытается испортить жизнь? — спросила Эдди испуганно. Рейчел перевела на неё взгляд, полный сожаления, и пожала плечами. — О, Боже… — Агх, прости, ты же тут не виновата! В общем, у неё есть на меня характеристики от учителей, и она может воспользоваться ими, чтобы рассказать моим родителям о чём-то, чего им лучше не знать. Они, конечно, не особо долго смогут держать меня взаперти, но не хочется опять слушать промывку мозгов на тему о вреде курения, а потом отсиживать неделю домашнего ареста. Каспбрак скрестила руки на груди и слегка надула щёки, задумавшись. — Рейчел, прекращай курить уже, это не круто, — выдала она спустя некоторое время, переводя на девушку взгляд. Та поджала губы и выдавила виноватую улыбочку, как бы говоря: не моя вина. — Правда, себе же вредишь. — Да знаю я, — сказала Рейчел, откидываясь на кровать и вздыхая. — У меня нет привычки. Я просто их продаю. — Тоже мне бизнес, — хмыкнула Каспбрак, вызывая у собеседницы улыбку. — Ну и в чём смысл, если тебе прилетает за это? — Не знаю, это просто баловство, — ответила Балаболка, приподнимаясь на локтях и устремляя взгляд на астматичку, копошившуюся снизу. — Ну, в общем, я просто не хочу уезжать. — Понятно, — кивнула Каспбрак, продолжая собирать вещи с задумчивым выражением лица. А как можно было бы её запугать? Что Ольга могла бы рассказать её маме, чтобы испортить девушке жизнь? Страшно… — Эй, Эдс, — позвала девушку Тозиер, и та подняла заинтересованный, но слегка унылый взгляд на подругу. — Обними меня. Эдди вытаращилась на Балаболку, как баран на новые ворота, слегка похлопав маленькими глазюками. Э-э-э, чего? Она ослышалась? — Сделать что? — переспросила девушка неуверенным голосом, и Рейчел повторила снова: — Обнять меня. Ну, если ты хочешь. Эдди сглотнула и поднялась на ноги, подходя к подножию кровати Стэнни, где развалилась Балаболка. Та даже приняла сидячее положение, опираясь на две вытянутые руки и в ожидании глядя на девушку. — Ты не собираешься вставать? — смущённо отведя взгляд в сторону, спросила Эдди, в ответ получая смешок с кратким: «Нет». — Так как мне тогда тебя обнимать, идиотина? — В смысле как? Вот так, — Рейчел раскрыла руки и улыбнулась, глядя на мнущуюся с ноги на ноги астматичку. — Ну, где твоя супер-поддержка, о которой ты говорила на линейке? — Да знаю я! Сейчас, — Эдди выдохнула через нос и всё-таки перевела взгляд на Тозиер, чувствуя, как сердце её забилось сильнее. Без лишних слов она наклонилась и обвила руки вокруг её длинной шеи, заключая девушку в объятия, и когда длинные руки той сомкнулись на её пояснице, она вдруг поплыла. Как кораблик по луже. Ноги подкосились сами собой, поэтому с неловким «ой» Каспбрак упала коленями на матрас, прямо около раскинутых ног Рейчел. Но объятия они не разорвали, даже когда оказались в таком неудобном положении. Наоборот, они стали ещё крепче. Рейчел выдохнула и слегка погладила худую спину астматички, чувствуя выпирающие рёбра под тонкой тканью футболки, а Эдди уже без стыда прижалась сильнее, усаживаясь к Балаболке на бёдра. Та ухмыльнулась, слегка отстраняясь, чтобы заглянуть ей в лицо, и спросила: — В чём дело? Девушка всячески прятала глаза, не желая пересекаться с Балаболкой взглядом. — М-мне тоже, может, поддержка нужна, — буркнула она, вновь прижимаясь к Рейчел, и Тозиер не смогла не улыбнуться, утыкаясь носом в её шею. От Эдди не пахло цветочными духами, как от многих девчонок, но её кожа сама по себе имела какой-то приятный сладковатый запах, который хотелось втягивать бесконечно, до головокружения. Рейчел и не заметила, как она сама поплыла, начав покрывать манящую тонкую шею поцелуями. Опомнилась она только тогда, когда услышала приглушённый стон сверху и почувствовала, как Эдди упирается в её плечи дрожащими руками, слегка отталкивая. — Рейчел, т-ты что делаешь? — Эдди сбито дышала, и Тозиер впервые увидела у живого человека настолько покрасневшее лицо. Вот блин... Кажется, она крупно облажалась. Не успела Балаболка ответить, как вдруг дверь в комнату бесцеремонно отварилась, и в неё зашла немного понурая Стэнни. — Ну, в общем, мы с ней поговорили… Эдди, что с тобой и почему ты лежишь на полу? — А-а-а, нет, ничего! — чуть ли не завопила девушка в ответ, тут же вскакивая. Рейчел сидела на кровати с очками на бекрень и так же сбито дышала, прожигая стену напротив шокированным взглядом. Стэнни была не дурочкой, но она сделала вид, что ни о чём не догадалась, и как ни в чём не бывало прошла в комнату. — Рейчел, слезь с моей кровати. — Аха, да, окей, — Тозиер спрыгнула и подошла к двери, оглядываясь назад. — Эм, ну ладно, я пойду. Встретимся завтра в столовке! Ночи, — с этими словами она вышла из комнаты, громко захлопнув за собой дверь. Какое-то время Эдди и Стэнни сидели в тишине, глядя девушке вслед, но в итоге Эдди прокашлялась и подползла к своему чемодану, продолжая сбор вещей даже медленнее, чем было до этого. — Эм, так как прошла встреча с Анри? — её голос всё ещё немного дрожал, а жар никак не спадал с лица, за что девушка проклинала и себя, и глупую Рейчел. Еврейка окинула её быстрым взглядом, а потом уселась поверх своей кровати, начиная собирать с полок книги для упаковки и рассказывать об их с задирой встрече. Эдди могла едва разбирать слова. Кажется, в данный момент ничто не могло её так сильно волновать, как вопрос о том, что только что, чёрт возьми, произошло?!