Внешне и Внутренне

Гермиона неуверенно помялась перед каменными горгульями, прежде чем произнести пароль. Ее до сих пор одолевали сомнения в том, поступала ли она правильно, придя сюда. Однако Гарри с начала учебного года вел себя странно, и ей необходимо было сообщить об этом какому-нибудь искренне заинтересованному взрослому. Было еще несколько человек, кто мог бы подойти на эту роль, но все они находились далеко и не вызывали у нее сильного доверия. По этим причинам выбор пал на Дамблдора, который в этом году даже проводил с ее другом индивидуальные занятия. Так что, воспользовавшись привилегией старост просить аудиенции у директора Хогвартса, волшебница оказалась там, где сейчас и стояла. Профессор Макгонагалл передала ей записку менее часа назад, и теперь уже отступать стало совсем поздно. Девушка сделала глубокий вздох, прежде чем озвучить вслух выданный ей пароль. Лимонная шипучка, кажется, некоторые вещи со временем совсем не меняются. Поднявшись наверх, Гермиона робко вошла, дверь была широко открыта. Ее глаза сами собой заскользили вокруг. Пусть она и не являлась какой-нибудь исключительно примечательной ученицей, ей, тем не менее, пришлось пару раз вести личный разговор с их весьма эксцентричным директором, так что необычность убранства рабочего пространства, уже не могла застать девушку врасплох. Старший маг приветливо улыбнулся и указал волшебнице на удобное кресло, стоявшее напротив его стола. ― Признаться, я был удивлен, услышав о твоей просьбе, ― бумаги, лежащие перед ним, будто бы сами собой переместились чуть в сторону, освобождая пространство, ― не часто ко мне обращаются старосты, ― легкий перезвон колокольчиков разнесся по всему кабинету, когда мужчина негромко рассмеялся. ― Простите, сэр, ― Гермиона вежливо поклонилась, ― я пришла из-за Гарри. ― Не стоит стоять, девочка моя, ― рука, показавшаяся из-под длинного рукава мантии, переставила граненую вазочку, до этого стоявшую на одной из полок, на стол, ― лимонных долек? Девушка нерешительно присела в мягкое кресло и помотала головой. Дамблдор пронзил студентку пристальным взглядом из-под очков половинок, ему были видны все ее сомнения. ― Ты пришла поговорить насчет Гарри, у него что-то случилось? ― спросил директор, не скрывая свою тревогу. ― Сэр, дело в том, что я не уверена, действительно что-то не так или мне это все только кажется, ― Гермиона вскинула на седобородого мага виноватый взгляд, ― понимаете, ему же запрещено было говорить о том, чем он занимался этим летом, а без этого цельной картины у меня нет. ― Вы очень верная подруга, это хорошо, что в итоге вам хватило смелости прийти сюда, даже если все в порядке, это достойно уважения, ― волшебник ободряюще похлопал девушку по плечу, перетянувшись через не слишком широкий стол, ― так что же именно вас обеспокоило? ― Гарри стал скрытным, ― тонкие пальцы затеребили боковой край мантии, ― ничего больше мне не рассказывает, а временами я даже не могла его найти, хотя и думала, что он в Гостиной, ― в ее голове кружили сотни мыслей, а все тело будто онемело. ― Ваш друг хочет отгородить вас от лишних волнений, уверен, он поделится с вами своими трудностями рано или поздно, ― отеческая улыбка преобразила лицо старого волшебника. ― Он говорил мне то же самое, ― она неосознанно облизала сухие губы, ― иногда Гарри что-то пишет, не домашнее задание, что-то другое, ― карие глаза подернулись дымкой, ― теперь все, что мы обсуждаем, — это учеба. Дамблдор ненадолго прикрыл глаза, позволяя девушке прийти в себя. Несомненно, он и сам замечал отстраненность мальчика от своих друзей, Снейп докладывал о внезапных успехах в защите разума, но и этому можно было найти объяснение. В целом все вписывалось в те или иные рамки, если знать о месячном пребывании в Азкабане. Однако эта юная волшебница даже не догадывалась о подобном, и теперь ее разрывали противоречивые мысли и сомнения. Следовало успокоить гриффиндорку. ― Я просто беспокоюсь, сэр, что, если ему до сих пор снятся ТЕ сны, ― Гермиона сделал глубокий вздох, даже не заметив, что часть монолога волшебник благополучно пропустил. ― Вам не о чем волноваться, девочка моя, но я рад, что вы столь беспокоитесь о Гарри, уверен, в будущем ему будут нужны верные друзья, ― намекнул старец, тепло улыбнувшись, ― думаю мадам Помфри поделиться с вами Умиротворяющим бальзамом. Волшебница благодарно кивнула, почувствовав облегчение, раз директор Дамблдор сказал, что беспокоиться не о чем, значит это действительно так. В конце концов, она не знала всего, так что и не могла объективно оценить ситуацию. Попрощавшись с ведьмой и уверив ее, что содержимое их разговора останется в тайне, мужчина еще раз прокрутил в голове все факты. Несомненно, они не противоречили истории и вполне согласовывались с тем, что он сам понял после общения с Гарри в этом году. Заключение в Азкабане положительно сказалось на его успехах в окклюменции, однако подорвало способности к безоговорочному доверию. Желание побыть в одиночестве трансформировалось в потребность. Теперь даже сам директор мог не всегда быстро найти юного мага. Впрочем, все это было не важно. Взгляд Дамблдора скользнул на пораженную проклятием часть руки. Пусть даже сейчас заметно то, насколько Гарри не заинтересован в поисках крестражей и убийстве Темного Лорда, скоро это изменится. Если Северус сделает все так, как надо, дополнительные приготовления не понадобятся. И тогда мальчику будут нужны верные друзья, такие как Гермиона и Рон. Старик усмехнулся в бороду, и вздохнул. Гарри вырос хорошим мальчиком, немного запутался, но это со всеми бывает, скоро он вернется на истинный путь и исполнит Пророчество. *** Темный Лорд сидел в роскошном кресле, совсем недавно доставленном одним из эльфов. Было только раннее утро воскресенья и, признаться, Люциус не имел ни малейшего понятия о том, что именно забыл Повелитель в его покоях в такое время. От возможных вариантов у сиятельного лорда уже кружилась голова. ― Не стоит так нервничать, мой скользкий друг, ― ухмыльнулся уголками губ змееподобный маг, отпивая из фарфоровой чашки свою утреннюю порцию кофе, ― если ты помнишь, в один из прошлых визитов я упоминал доступ в твою библиотеку. ― Все уже готово, Милорд, ― слегка склонился Малфой, в очередной раз, порадовавшись за свои постоянные кошмары, теперь даже самые ранние визиты Лорда он встречал полностью одетым и даже не голодным. ― Прекрасно, тогда, думаю, стоит все сделать как можно скорее и не отнимать у тебя драгоценного времени, ― маг сделал последний глоток и отставил чашку, старательно не замечая внезапно побледневшего подчиненного, движения этого тела порой бывали слишком резкими и быстрыми. ― Как прикажете, Милорд. Вскоре оба волшебника покинули крыло с личными покоями всех членов семьи и переместились в общедоступную часть поместья. Здесь Малфой провел их по какому-то слегка запутанному пути так, что им не встретился ни один из Пожирателей Смерти. На подобную предусмотрительность Волан-де-Морт внутренне улыбнулся. Двустворчатые искусно выполненные темные двери приветливо распахнулись перед Главой Рода, незамедлительно впуская его в хранилище знаний. Однако мужчина остановился у самого входа, протягивая тонкую кисть ладонью вверх своему Господину. Темный Лорд, так же молча, вложил в нее свою руку, подобный обряд проводили с ним не раз и не два, так что пояснений не требовалось. ― Именем Главы Рода, я ― Люциус Абрахас Малфой, даю полный доступ во всю библиотеку Рода, своему сюзерену, да будут все знания открыты для него. Неглубокое Секо разрезало чужую ладонь, и светловолосый маг поднес раненую руку к дверному косяку, окропляя его кровью. Не теряя времени Волан-де-Морт сам залечил порез. ― Прошу сюда, Милорд, ― отступил в сторону Малфой, указывая рукой на круглый низенький столик вокруг которого стояло несколько кресел. Чуть в стороне у стены располагался широкий диван, а место напротив окна занимал удобный рабочий стол, ― я взял на себя смелость подготовить вам место для работы, ― маг не выглядел уверенным, хоть и пытался всячески это скрыть. Темному Лорду подумалось, что после заключения в Азкабане мужчине так и не удалось прийти в себя. ― Ты хорошо постарался, Люциус, ― прошипел Волан-де-Морт, прикрывая глаза. Стоило ли ему теперь пересмотреть свои планы? ― Вам еще требуется моя помощь, Милорд? ― волшебник склонился в поклоне, ожидая приказов. ― Да, пожалуй, ― с кончика тисовой палочки легко соскользнуло беззвучное заклинание. Темный Лорд вздохнул, отлевитировав чужое тело на диван. Хоть он и желал проверить свои собственные чувства, это совсем не означало, что можно было рисковать ценными кадрами, важными для всей его политической деятельности. После сегодняшнего дня о каком-либо доверии между ними можно будет забыть, хорошо, если Люциус хотя бы из-за страха не станет вредить общему делу. Волан-де-Морт удобнее уложил бесчувственное тело и скользнул на незанятый край обивки. Там, в заключении, Малфой проявил стойкость и принципиальность. Возможно, сейчас вина за его состояние лежала в большинстве своем на поступках самого Темного Лорда, которые теперь было совсем непросто предугадать заранее. Чистокровный маг ждал неминуемой смерти, но никак не своевременного лечения. И теперь, с запретом посещать общие собрания Пожирателей, он запутался еще сильнее. Что не отменяло того, чем именно собрался заняться сегодня Волан-де-Морт. Пусть не в полной мере, так, как это планировалось ранее, но, тем не менее, дальше откладывать все было уже нельзя. Со дня на день требовалось предоставить Альбусу чертовы воспоминания, да и Белле пора было уже порадовать своего Лорда хорошими новостями. А этот эксперимент эгоистично хотелось провести именно в этом теле, следовательно, стоило на время отложить мысли о будущих возможных проблемах. Очередное заклинание, и вот уже Малфой надежно связан. Далее с волшебной палочки сорвался Энервейт. Можно было приступать.