Внешне и Внутренне

Люциус пришел в себя внезапно, впрочем, не спеша двигаться и открывать глаза. Всем телом он ощущал на себе чужой пристальный взгляд. Маг помнил, как спрашивал, требуется ли его Лорду еще какая-либо помощь и тот даже согласился. Далее воспоминания отсутствовали, Милорд что, оглушил его? ― Не притворяйся, Люциус, я наложил на тебя Энервейт, ― раздался негромкий голос откуда-то сбоку. По всему телу прошелся легкий порыв воздуха, и только тогда Малфой заметил еще одну странность. На нем не было абсолютно никакой одежды. Ни единого клочка ткани. Вся ситуация мгновенно сложилась в определенную картину, и волшебник едва сдержал порыв прикрыться руками. ― Чтобы ты сейчас не подумал, нет, насиловать я тебя не собираюсь, ― холодно продолжил говорить Темный Лорд, ― по крайней мере, не так, как тебе это представляется. ― Это мое наказание? ― хрипло прошептал мгновенно побледневший мужчина. Узкие щели змеиных глаз уперлись в соблазнительно раскинувшееся на диване тело. Даже после Азкабана здесь было на что посмотреть. Взгляд скользнул вдоль проступающих ребер и вернулся к лицу. Он предпочел бы не спешить настолько сильно и проявить терпение, дождавшись полного восстановления, однако было что-то особенно извращенное в том, чтобы проделать все задуманное именно в этом теле. ― Нет, просто небольшая помощь, которую ты способен мне оказать, ― тонкие губы растянулись в хищной усмешке, ― не стоит так сильно напрягаться. В этот момент с тисовой палочки сорвалось невербальное Инкарцеро, осторожно обвившее веревками тело обнаженного мага. Серебристые глаза мгновенно распахнулись, и на миг в них промелькнула неконтролируемая паника. Волан-де-Морт легонько погладил тонкие бледные щиколотки. Он переместился, чуть нависая над своим пленником. ― Мне нравится, что ты убираешь с себя все волосы, ― пробормотал Темный Лорд свистяще в розовое ухо и накрыл ладонью гладкое бедро. Малфой инстинктивно попытался отклониться от нежеланных прикосновений, однако его попытка закончилась лишь чужим смешком. ― Не бойся, ― паучьи пальцы погладили все еще немного впалую щеку, ― никакого проникающего секса сегодня не будет. Люциус подавил в себе желание скривиться, чужие касания совсем не были ему приятны, этот облик Милорда едва ли можно было назвать привлекательным. И почему именно его выбрали для подобных забав, ведь всегда существовала безотказная Беллатриса, готовая на все ради господина. Мужчина сдержал очередной порыв дернуться в сторону и закусил губу. Чтобы не подготовил для него сегодня Темный Лорд, он сможет это пережить. ― Вот так да, хорошо, ― расслабившееся тело порадовало Волан-де-Морта, и тот сощурился. Несомненно, высокородный маг решил терпеть пытку с высоко поднятой головой, но это было ожидаемо. Паучьи пальцы погладили чужую грудь и легко смяли кофейный сосок. Несмотря на то, что это тело было лишено возможности испытывать эмоции, он все равно смог добиться некого подобия эмоциональной чувствительности и теперь наслаждался едва теплившимся желанием лизнуть чуть напрягшийся бугорок. Все, как и было задумано, чувства были, но они не мешали разуму действовать. Темный Лорд зашипел, проигнорировав испуганный взгляд и, прикрыв глаза, с удовольствием оставил влажную дорожку на левой припухлости. Хотелось вылизать все раскинувшееся перед ним тело. Залезть во все впадинки и скрытые места. Маг не стал отказывать себе в этом удовольствии и, сжав в пальцах влажный сосок, скользнул к его правому близнецу, чтобы затем втянуть в жаркий рот и легонько сжать зубами. Люциус постарался сдержанно вздохнуть, чтобы не выдать своего состояния. Пожалуй, для него это было уже слишком. Милорд что, действительно связал его, желая лишь этой странной прелюдии. Или вот-вот он сорвется и воспользуется им по назначению? Не ведая о чужих терзаниях, Волан-де-Морт самозабвенно ласкал бледное тело, то и дело, замечая едва заметные полоски шрамов, каждый раз задерживаясь на них чуть дольше. Теперь они останутся Малфою вечным напоминанием о почти годовом заключении в Азкабане. Хотя, разумеется, и на такой случай можно было создать зелье или ритуал. Горячий язык скользнул в ложбинку пупка, и только тогда чувствительный слух наконец-то уловил сбившееся дыхание светловолосого мага. Костлявая рука скользнула чуть ниже и обхватила уже затвердевшее достоинство ― свидетельство чужого неравнодушия. ― Ну вот, Люциус, видишь, ты даже получаешь удовольствие от помощи мне, ― с усмешкой произнес Темный Лорд, легонько погладив подушечкой большого пальца узкую щелочку. С бледных губ сорвался очередной невольный вздох. ― Я же, говорил, что ты зря напрягаешься, ― добавил он, скользнув ртом к розовому члену. Алые глаза хищно оглядели доставшееся сокровище, и длинный язык мгновенно слизал едва выступившую жемчужную капельку. Вкусовые качества десерта оказались так себе, впрочем, ничего удивительного, Малфой все еще принимал довольно много лечебных зелий. ― Думаю, обычно твой вкус намного приятнее, ― высказал маг свою мысль вслух, заставив Люциуса, отвернуться. Выносить чужие слова и прикосновения становилось все сложнее, как и скрывать свои эмоции. Ставший еще более плотным член скользнул дальше и вскоре, не обремененный таким недостатком, как рвотный рефлекс, Темный Лорд смог полностью насладиться скольжением плоти в своем горле. Сиятельный маг впился изящными пальцами в обивку дивана и, хрипло дыша, едва сдерживал стоны. На его порозовевшем лице уже выступили капли пота, а весь вид говорил о необходимости немедленно излиться. После Азкабана волшебник оказался заперт в своей собственной спальне из-за чего так до сих пор и не нанес визит в одно увеселительное заведение. Впрочем, теперь, кажется, было уже поздно, Милорд вознамерился удовлетворить его в полной мере. Волан-де-Морт сглотнул, прислушиваясь к ощущениям, никакого дискомфорта не было, что не могло ни радовать. Теплая бархатистая плоть легко скользила внутри. Мужчина чуть отстранился, позволяя члену выскользнуть, после чего провел вдоль него дорожку языком, уделяя особое внимая выступающим венкам. Алые глаза сместились чуть ниже, тут же заприметив два гладких шелковистых поджавшихся мешочка. Рот мгновенно заполнился слюной, сдержаться было решительно невозможно, хотелось попробовать все вкусные места. Во время короткой паузы Люциус позволил себе немного приподняться на локтях. Он опустил глаза вниз, осторожно бросая взгляд на своего Лорда, однако, казалось, тот этого даже не заметил, продолжая задумчиво рассматривать самые интимные части чужого тела. Залившись краской, волшебник отвернулся, не в силах выносить подобной картины. Возможно, Белла была не так уж неправа, желая близости с Милордом, тот оказался на удивление подкован в вопросах интимной близости. В этот самый момент Темный Лорд обхватил губами правое яичко, нежно лаская его языком, и у Малфоя не осталось в голове ни одной связной мысли, он рухнул обратно на диван с громким стоном. Хмыкнув, волшебник осторожно сжал левый мешочек, бережно перебирая пальцами. Люциус был куда чувствительнее, чем ему представлялось. Пожалуй, заниматься с ним сексом на постоянной основе было бы интересно. К этому моменту Волан-де-Морт уже осознал, что использованный им подход не годится для определения возможной влюбленности. Вероятно, он всегда знал это, однако отказаться от столь привлекательного плана оказалось выше его сил. Теплый взгляд скользнул по чужому, искривленному от желания лицу, и маг наконец-то смог принять окончательное решение. Пусть пока ничего не было ясно он, тем не менее, постарается выйти из сложившейся ситуации без потерь. ― Люциус, ты ведь не думал, что я позволю тебе закончить так быстро, — волшебник незаметно повел рукой, беспалочковой магией снимая Инкарцеро Финитой, и не дав Малфою опомниться, перевернул его на живот, заставив приподнять бедра. Новое заклинание вновь опутало едва дернувшего мужчину, наколдованные веревки сковали тонкие запястья. Темный Лорд с нескрываемым удовольствием оглядел получившуюся картину. Теперь все скрытые части соблазнительного тела стали доступны для изучения. Он погладил несколько худощавые ягодицы, и, наколдовав пару подушек из ближайших предметов, подложил их под чужие бедра. — Милорд, — не выдержав, наконец-то прошептал Люциус. Волшебник крепко стиснул в пальцах диванную обивку, борясь с неконтролируемым страхом. Сейчас от господина можно было ожидать чего угодно, — прошу вас. Волан-де-Морт сощурился, проигнорировав чужие мольбы. Он осторожно сместил возбужденный член Малфоя вбок и уложил яички на его взгляд самым удобным образом. Затем маг развел в стороны гладкие ягодицы и алчным взглядом окинул ложбинку между ними. Тисовая палочка сама скользнула в руку, чтобы помочь своему хозяину с невербальной магией. От применения неприятных чар Люциус вздрогнул. Без предупреждения змеиноподобный маг провел гибким языком по сморщенным складочкам, тщательно вылизывая все углубления. Затем волшебник с наслаждением втянул в рот светло-розовую сердцевинку, вдыхая насыщенный мускусный запах. Малфой, не выдержав, издал протяжный стон, и чуть двинул бедрами назад, желая усилить контакт. — Даже в таком месте ласкать тебя очень приятно, — прошипел Темный Лорд, оттягивая ягодицы еще сильнее, — и раз уж ты так откровенно не против, я, пожалуй, продолжу. Мужчина с еще большим усердием принялся вылизывать бархатистую кожицу, отмечая, как с каждым мгновением вход расслабляется все сильнее, наливаясь легкой краснотой. Волан-де-Морт с небывалой силой захотел поласкать волшебника под собой изнутри и тут же с непривычным сожалением вспомнил о своих излишне длинных когтях, такими точно не получится доставить удовольствие. Оторвавшись от припухшего входа, Темный Лорд безжалостно применил к своим рукам особое заклинание, созданное для привередливых, но ленивых модниц еще пару веков назад, в очередной раз порадовавшись за свою начитанность. Едва соображая, Люциус потерся перевозбужденным членом о подушки и в отчаянии закусил губу, либо эта пытка и была своеобразным наказанием, либо его Милорд забылся, и теперь не стоило надеяться на освобождение в ближайшее время. Подобные мысли мгновенно вылетели из головы, едва только чужие пальцы погладили разнеженный вход. Малфой невольно поддался назад, желая ощутить их в себе. Звездочка ануса невыносимо зудела и просила засунуть в себя хоть что-нибудь. — А ты весьма нетерпелив, — высказался Темный Лорд, потирая шершавыми подушечками темные складочки, — сейчас тебе будет очень хорошо, попробуешь кончить без рук? — оставив этот вопрос без ответа, он позволил среднему пальцу скользнуть вовнутрь, — надо же, никакого сопротивления, — пробормотал мужчина, не отрывая завороженного взгляда. Внутри чужого тела было влажно и горячо. Люциус задышал чаще, ерзая по подушкам. Хотелось большего, много большего. — Пожалуйста, — прошептал он едва слышно. Волан-де-Морт надавил на изящную поясницу, вдавливая ее в диван, и не давая двигаться. Он неторопливо скользил одним пальцем в узком отверстии, желая нащупать заветное сладкое местечко. Чувствительная подушечка внезапно наткнулась на небольшое уплотнение, и тонкие губы растянулись в самодовольной усмешке. Малфой часто-часто задышал, прислушиваясь к вновь изменившимся ощущениям, внезапно палец Милорда, казалось, начал ласкать самое сосредоточение его желания. Маг застонал, полупрозрачными глазами уставившись в стену, ему еще никогда не было так хорошо. Он даже не думал, что это бывает настолько приятно. Бедра непроизвольно поддались назад, остановленные сильной рукой. — Не так быстро, будь хорошим мальчиком, — Темный Лорд приподнял мужчину, обнимая его левой рукой поперек груди, а затем вытянул из горячей дырочки один палец, мгновением позже протолкнув внутрь уже два, — вот так, покажи мне, как сильно ты хочешь кончить, — он помог Малфою скользнуть вниз, насаживаясь глубже. — Разрешаю тебе попрыгать и поласкать себя, — шепнул волшебник в заалевшее ушко и принялся толкаться двумя сомкнутыми пальцами точно по центру чужого удовольствия. Веревки на запястьях ослабли. На мгновение замерев, Малфой попытался понять насколько это будет неправильным поддаться удовольствию и вести себя столь пошло, однако сопротивляться приказам Милорда было чревато, поэтому мужчина позволил себе сделать то, что от него требовали, и судорожно обхватил ладонью пульсирующее основание, принявшись быстро двигаться рукой вдоль влажного члена. Шершавые пальцы Милорда точно давили в нужное место. Уставшая голова откинулась на чужое острое плечо и маг, застонав, принялся скакать вниз и вверх со все более возрастающей скоростью. — Да, вот так. Темный Лорд зашипел от удовольствия. Взгляд алых глаз из-за плеча, не отрываясь, следил за то и дело подпрыгивающим естеством, истекающим каплями возбуждения. Несомненно, он еще захочет повторить подобный опыт. Решив больше не мучить до сих пор больного волшебника, мужчина окончательно отменил Инкарцеро. Пальцы продолжали беспощадно ласкать чужой раскрытый вход, ускоряясь, теперь дарившее удовольствие уплотнение заметно увеличилось, набухнув, и попадать по нему стало довольно просто. На мгновение Волан-де-Морту захотелось добавить еще один палец, но он остановил себя, подобное могло приносить дискомфорт еще некоторое время. Люциус застонал, едва не теряя сознание от удовольствия. Теплые полупрозрачные капли брызнули на диван, и от облегчения волшебник едва не упал следом, благо сильные руки успели подхватить вмиг ослабевшее тело. Темный Лорд с нескрываемым восторгом оглядел растрепанного мужчину. Хорош, чертовски хорош. Маг взмахом палочки очистил диванную обивку и самого Малфоя, а затем осторожно попытался переложить любовника в более удобное положение. ― Милорд, ― пришедший в себя волшебник сделал попытку подняться. Волан-де-Морт с усмешкой вгляделся в чужое сонное лицо. ― Ты ведь хочешь спать, не так ли? ― светло-серые глаза никак не решались встретиться с алыми, ― вот и спи здесь, не беспокойся, я прикрою библиотеку чарами. ― Но. Тисовая палочка скользнула в тонкие костлявые пальцы и, не желавший и дальше спорить маг, применил легкие сонные чары. Затем Темный Лорд поднялся и, подхватив со спинки кресла чужую мантию, накинул ее на обнаженное тело, добавив на всякий случай еще и согревающее заклинание. Уже собираясь уйти, волшебник на мгновение замер, а затем, качнув головой, шагнул к столу. Следовало хотя бы оставить записку. Несколько минут спустя, он уже колдовал над защитой двустворчатых дверей, чтобы никто не побеспокоил его любовника во время сна. Пусть пока что это нельзя было считать любовью, тем не менее, Люциус полностью подходил ему в сексуальном плане. И, мужчина был уверен, если приложить определенные усилия это может стать чем-то большим. Длинный язык скользнул меж губ, слизывая оставшийся на них вкус.