Внешне и Внутренне

В библиотеке было тихо и спокойно. Легко переворачивались страницы книг, а перья, едва касаясь, скользили по бумаге. Открытые окна не пропускали сюда запахи, пыльцу или насекомых, но даже так ощущение тепла и неги обволакивало со всех сторон. Впервые за многие дни Гарри ничего не хотелось делать. Взгляд метнулся в сторону, замерев в одной точке. Люциус, разрешивший тревожащую ситуацию, вновь постепенно возвращался к привычному для себя образу. Скромный набор украшений сменился изысканным комплектом, подходящим для того, чтобы носить его при гостях, а одежда подчёркивала исключительно достоинства. Приглушённые и тусклые оттенки заменили более насыщенные цвета, даже чёрный, казалось, стал глубже и привлекательнее. Одним словом смотреть на лорда Малфоя становилось всё приятнее с каждым днём. И, пожалуй, хотелось далеко не только смотреть. Подростковый организм определённо имел свои недостатки, бороться с которыми едва ли умудрялся даже тренированный разум. Вот и сейчас, когда Люциус чуть сменил позу так, что ткань брюк ещё сильнее обтянула бедро, заправил мешающую прядь распущенных волос за ухо тонкими пальцами и едва слышно вздохнул, Гарри ощутил желание хотя бы потрогать то, что ему так красиво показывали. Вот только реализовать хоть что-то в нынешней ситуации не представлялось возможным. Легко было всё испортить, нарушить хрупкое равновесие и поставить крест на любых дальнейших отношениях. Их ситуация требовала от юноши осторожного подхода. Подарок? Но что вообще нравилось Малфою? Он любил качественные уникальные вещи, почти как любой аристократ. Любил хорошо выглядеть, тратя на собственную внешность приличное количество усилий. Ему действительно нравилось возиться с бумажками и выбивать лучшие контракты из возможных. Но всё это было так поверхностно, так очевидно. Например, ужин. Если еда, то какая? Равнодушен ли Люциус к сладкому? Какие имеет предпочтения в алкоголе? Аллергии? Рыба, мясо или овощи, фрукты? А увлечения? Дуэлинг явно не входил в число того, чем мужчине хотелось заниматься ежедневно. Тогда конная езда? Фехтование? Чем ещё мог увлекаться аристократ? Гарри почувствовал зарождающуюся головную боль от всех этих бесполезных мыслей. Достаточно просто спросить, верно? Благо Северус отправился варить зелье, прихватив зачем-то с собой Долохова, и они остались в библиотеке вдвоём. — Люциус, — позвал он, чуть развернувшись в сторону собеседника, — скажи мне, что ты любишь? Сосредоточенный на работе маг едва заметно вздрогнул, почти выпустив пушистое чернильное перо из пальцев прямо на ровные строки только что написанного текста. — Милорд, я прошу прощения, — Малфой выглядел до крайности растерянным и застигнутым врасплох, — вы интересовались тем, что мне нравится? Юноша хмыкнул, но не стал обращать слишком много внимания на чужой испуг. Мгновением назад широко распахнутые блестящие глаза определённо остались приятным воспоминанием. — Верно, просто внезапно осознал, что слишком мало знаю об этой стороне тебя, — его лицо приняло задумчивое выражение, — не хотелось бы ошибаться даже в элементарных вещах. Люциус приподнял уголки губ, с трудом подавляя оставшуюся нервозность. — Я ведь тоже мало о вас знаю, господин. Что-то определённо царапало слух, что-то неправильное. — Предлагаю нам помочь в этом вопросе друг другу, — Гарри кивнул и поднялся с места, — перерыв на чай? Может и внезапно, но работать всё равно не хотелось. — Прямо сейчас? — маг колебался. Дел оставалось немало, и вот так бросать все на полпути казалось плохим решением. — Почему бы и нет, — волшебник задорно подмигнул. Так, как умел только настоящий Гарри Поттер. Эльфы быстро накрыли небольшой столик в соседней гостиной, чтобы удобно устроить двух человек. И только к этому моменту лёгкая неуверенность сковала Люциуса. Библиотека, они наедине друг с другом. Навевает не самые лучшие воспоминания. К счастью, это осталось незамечено воодушевленным Тёмным Лордом, который явно оказался поглощён какими-то своими мыслями. — Итак, чем ты увлекаешься помимо рабочих обязанностей? Как проводишь свободное время? Малфой задумчиво нахмурился. Он не имел каких-то ярко выраженных хобби. Не видел привлекательности в скачках, мог оценить шпагу с точки зрения качества, но всегда отдавал предпочтение палочке, а не ей, хотя и не запускал тренировки. Вероятно, это было довольно скучно, верно? Однако его работа не была сплошь однообразной. Ходить на приёмы, заключать сделки, следить за финансами и благополучием Рода. Принимать участие в заседаниях в Министерстве. Но всё это определённо не то, что хотел услышать господин. — Пополняю библиотеку? — пробормотал он в итоге не совсем уверенно, — спонсирую обучение талантливых студентов? Гарри на мгновение непонятно сощурился, а затем приподнял одну бровь: — Думал, ты скажешь, что любишь следить за тенденциями моды и заказывать самые лучшие мантии, ― наблюдать за чужим лицом в этот момент было просто восхитительно. Люциус почувствовал, как на скулах проступил лёгкий румянец. Слишком откровенно, Милорд был жесток. — У меня просто хороший вкус, — в самом деле, нет ничего плохого в том, чтобы хорошо выглядеть, ― вы тоже всегда стараетесь выбирать то, что вам подходит. — Конечно, — юноша кивнул, успокаивающе улыбнувшись. Пока они оба в состоянии скупить все бутики Британии за раз, можно хоть ежедневно заказывать новые мантии из шёлка акромантулов, — значит, библиотека, да? Сделав глубокий вздох, волшебник отпил свой чай, прежде чем ответить. — Очень важно пополнять знания рода. Я имею связи со многими людьми в этой сфере, и порой они готовы продать мне ценные экземпляры в обход аукционов, — Малфой всем своим видом выражал довольство, — а иногда и Министерства, если там что-то запрещённое. Хмыкнув, Гарри сделал глоток из своей чашки. Любопытно. — А павлины? Я видел, что на время пока здесь не самые культурные гости их переселили в закрытую часть сада, — скрывать смех за невинным выражением лица оказалось непросто. Люциус пару раз моргнул, выныривая из собственных мыслей. Вопрос на мгновение поставил его в тупик. — Птицы? Они живут у нас на протяжении нескольких поколений, подарил кто-то из друзей главы рода Малфой того времени, я не занимаюсь их размножением или чем-то подобным, — нахмурился, чуть сдвинув брови к переносице. Что за нелепости. Юноша открыто улыбнулся. — Не сердись, мне давно было любопытно, — пальцы дрогнули в желании перегнуться через стол и растереть морщинку на чужом лбу. Он перестарался, правда? Легкая приятная атмосфера приобрела напряженные нотки. — Надеюсь, Милорд расскажет, что нравится ему? — решил сменить тему Люциус, замечая на себе немного странный взгляд господина. В этот момент Гарри и заметил то, что беспокоило его некоторое время назад. Слишком официальная речь мужчины, уважительное обращение. До этого момента подобное воспринималось, как должное, но сейчас хотелось быть наравне даже в мелочах. — Мы стали ближе, разве нет? Обращайся ко мне на «ты», когда вокруг нас не присутствуют посторонние, — пожалуй, вышло несколько резко и неожиданно. Маг едва сдержал желание поморщиться, — и зови по имени. Опешивший Малфой неуютно поежился. Внезапная смена темы хоть и не выбила из равновесия привыкшего к подобному мужчину, но смогла напрячь. Не стоило забывать, что отношения между ними оставались спорными. — По имени, Милорд? — он не хотел бы прямо спрашивать, как сейчас зовут его господина. Почему вообще разговор зашёл об этом? Юноша чуть изогнул бровь, но никаким другим образом не выказал собственного удивления. Лишь отставил чашку в сторону. — Гарри, это моё имя, — даже не запнулся, успел свыкнуться за время учёбы и давно воспринимал себя только так, — может быть непривычно, но мало кто вообще когда-либо обращался ко мне даже по прошлому имени. — Я...понимаю, — Люциус вздохнул глубже, стараясь привести мысли в порядок, совсем не время погружаться в размышления, — документы, ваша внешность и даже проверки гоблинов, нет ничего, что указывало бы на другое и раз вы хотите полностью ассимилировать с личностью Гарри Поттера, то это единственный выбор. Волшебник кивнул, подтверждая чужие слова. — Именно так, и мне будет приятно, если ты начнёшь общаться более свободно, пока мы наедине, — игриво склонил голову. Мужчина позволил себе задуматься. Он уже дал Милорду возможность попробовать. Они разобрались в недопонимании и вот сейчас сидят и пьют чай, обсуждая сначала интересы его самого, а следом желание господина перейти на более личное обращение. Противиться. Сложно. Без чёткого отказа с самого начала со стороны Тёмного Лорда это не просто шанс, а нечто куда большее. Люциус дал ему право уговорить себя. И этим правом воспользуются полностью, лишая возможности в любой момент всё прекратить. Ведь помимо неожиданной страсти Милорда есть ещё и более монументальные отношения господина и подчинённого. — Не обещаю, что смогу так быстро изменить своим привычкам, но я постараюсь, Гарри, — и если под конец уголок губ резко дёрнулся в нервной усмешке, то это успешно скрыла за собой фарфоровая чашка. Юноша кивнул, случайно, но направление чужих мыслей оказалось легко считать. Сказывалось нервное напряжение. Впрочем, ничего страшного он не заметил. Чуть позже, когда Люциус поймёт, нужны ему эти отношения или нет, всё встанет на свои места. И он примет правильное решение, ведь Малфои никогда не отказываются от выгоды. Любовь? Во всяком случае, Гарри хотелось бы попробовать испытать это чувство. Взгляд невольно проследил за чужими напряжёнными плечами, натянутой улыбкой и задумчивым блеском глаз. Он учился замечать мелочи, потому что маг перед ним отменно умел притворяться. Нагнетать атмосферу дальше явно не стоило. Пусть изначально всё и казалось до крайности безобидным. Неужели назвать его по имени так страшно? — Значит книги и талантливые люди, но это всё приносит пользу роду в том числе, если ли что-то, что нужно тебе одному? — Хороший чай? — казалось, Люциус впервые задумывался о собственных предпочтениях, каждый раз отвечая крайне неуверенно. На этот раз пришла очередь Гарри опешить и неловко хмыкнуть. — Думал, что ты отдаешь предпочтение винам, — успокаивающе улыбнулся вновь занервничавшему Малфою, — всё хорошо, если это чай. Мужчина признал, что это было сложно, рассказывать что-то о себе. В своё время отец говорил, что их род один из самых древних и влиятельных, а значит именно они пример для всех остальных. Поэтому роль некоего эталона давно прикипела к самой сути, не позволяя отойти от неё в сторону. Он даже не задумывался о некоторых сформировавшихся привычках, которые не вписывались в надуманный идеал. Гарри вздохнул, его будущий любовник таил в себе некоторые тайны. Прекрасно, следовало поинтересоваться редкими книгами и сортами чая для того, чтобы подготовить подарок. А пока что требовалось отвлечь. — Апельсиновый сок. Очень люблю. *** Люциус вернулся в покои после разговора с Милордом в весьма растрепанных чувствах. Он раз за разом вспоминал вопросы и ответы, морщился от собственной неуверенности и попыток господина сгладить ситуацию. Ведь мужчина не был таким. Никогда. Увлекал разговорами, умел понравиться. Это оттого, что Тёмный Лорд сам выказал желание завоевать? А Люциус до сих пор не определился со своим отношением к чужому порыву? Рухнув в кресло, маг схватил алкоголь, благо, марафон зелий подошёл к концу, и можно было позволить себе бокал крепкого вина. Голова откинулась на спинку кресла. Ранее он решил, что нужно больше времени для того, чтобы проверить чужие намерения. Их глубину. Чтобы господином руководила не одна исключительная страсть, но и нечто большее. И это не было ужасной идеей. Однако всё превращалось в какую-то плохую комедию. Ведь Милорд оставался Милордом, а не симпатичным парнем с хорошей родословной. Люциус постоянно опасался сделать или сказать что-то не так, опасался сближаться из-за возможных последствий. Не мог позволить себе расслабиться. Сделав глоток, мужчина простонал вслух ругательство и зло выдохнул. Если бы в прошлые времена господин столь откровенно заинтересовался им, то отец определённо сделал бы всё, чтобы сын не только лёг в чужую постель, но и любыми средствами там задержался. А что теперь? Гарри Поттер ещё более выгодная партия, чем Тёмный Лорд вне закона. Особенно сейчас, когда это один и тот же человек. Но и он не прошлый лорд Малфой. Закусив губу, Люциус ещё раз отпил из бокала. Если что-то пойдёт не так, всегда можно сделать главой рода Драко, верно? А самому постараться остаться в фаворитах. Удержать чужое внимание. И ничего страшного, если не удастся сдержать свои чувства в узде. Господин тонко ощущал фальшь и с этим могли помочь только настоящие эмоции. Он постарается полюбить, а не просто будет ждать, когда его завоюют. И сможет разжечь это чувство в Гарри. Всё или ничего. Впрочем, ничто не должно доставаться просто, даже Тёмным Лордам. Вспомнились чужие уверенные движения, тёплый взгляд и сталь, скрытая на глубине зрачков. Крепкие, заботливые тиски, в которые он, начиная с этого момента, должен стремиться попасть. После всех прошедших дней Милорд окончательно перестал ассоциироваться с сыном, что тоже определённо облегчало задачу. А разница в возрасте, что же, забота господина не знала границ. Люциус саркастично хмыкнул. Если раньше его волновала излишнее беспокойство о собственной внешности, то теперь это было только на пользу. Красиво выглядеть удавалось даже ранним утром. Погладив шелковистую прядку, мужчина расслабленно повёл плечами. Быть соблазнительным, но не доступным, поддерживать чужую заинтересованность. Увлечься самому. Малфои всегда получают только самое лучшее.