Est-ce que vous voulez des crepes

      Локуста был доволен. Всё шло так, как он и запланировал (почти). Нашептав на ухо шефу рецепт прекрасного десерта и распустив небольшой слушок о том, что в кафе будут подавать столь редкое блюдо, он смог добиться настоящего ажиотажа. А идея отвести взгляд от одного единственного места — оказалась гениальной. Наивный глупый ангелок не смог заподозрить неладное, а уж он-то постарался!       Правда, обидно, что десерт пернатый так и не попробовал, а ведь Локуста сам приготовил конкретно этот кусочек, но это только Лондон горит от одной спички со скоростью два дома в минуту, а ангелы падают куда медленнее и реже. Главное, что начало положено.       Отписав удовлетворительный отчет Лорду Вельзевул, бес в радостном настроении заглянул вечером в общество «Худеющие люди», искусив тех поздним и дико калорийным ужином, внушив им, что от одного раза ничего не произойдёт. Как же он любил этих несчастных — полных женщин и мужчин, которые с отчаянием глядели на кусочек такой запретной и манящей пищи, готовые сорваться, но держащиеся из последних сил. Было так сладко шептать им на ухо — «съешь», «ничего не произойдет», «один раз живёшь» и прочее, наблюдая, как они, готовые едва ли не вознестись к Богу, набрасывались на котлеты, вафли, бутерброды и прочую снедь, сметая всё на своём пути. Да. Здесь Локусте не было равных. Если бы только не эти гении… духи правильного питания. Говорили, что сам Гавриил причастен к популяризации спорта и аскетизма, что было не удивительным. Вот вечно мешают выполнять работу…       Вернувшись в Ад, Локуста серьёзно задумался над планом мероприятия. Он был поваром — хорошим поваром! - а потому всегда четко знал, когда нужно следовать рецепту, а когда можно пустить в ход свою фантазию. В Аду его не любили — ещё бы, из грязи в князи… да и сам он не любил людей, так что вполне понимал причину, по которой все вышестоящие смотрели на него как на… ну, в общем, работая на третьем круге Ада, он уже не сравнивал. Тем более церберов растили как раз на третьем круге…       Бывший смертный задумался. Есть в его компании ангел не откажется, всё же они в ресторан не языком трепать идут, хотя им тоже, но скорее в процессе пережевывания пищи. Но ведь от пары блюд падения не произойдет. Это вам не похоть — тут мало одного раза, нужно проникнуться, ощутить, войти во вкус. А значит, нужно найти повод накормить ангела ещё раз и, быть может, ещё раз… И почему только тот придурок Кроули не догадался о таком способе обольщения! Локуста замер и плотоядно улыбнулся. Конечно. Ангел однозначно должен интересоваться делами своего дружка. +++       Азирафаэль со страхом Божьим ждал, когда стрелки на циферблате часов встанут на цифре шесть. Он уже успел трезво оценить предложение беса пообедать и пришёл к однозначному выводу, что предложение следовало немедленно отклонить. Во-первых, он — приличный ангел (даже если иногда он и совершает вещи, которые не полагаются приличным ангелам), а во-вторых (что особенно важно), он ходит по ресторанам только с Кроули! И что скажет демон, если узнает… ангелу стало не по себе. Он уже замечал, что иногда змей весьма ревниво относится к его вниманию, по крайней мере со стороны людей… но… может быть, Кроули не нужно знать? Ох, нет, нет, теперь, когда у них общая сторона, нельзя скрывать такие вещи…       Весь день ангел изводил себя подобными мыслями и оказался совершенно не готов к обеду с бесом. А отменить встречу было невозможно — Азирафаэль не знал, где живет Локуста, и не хотел знать. Но ведь… он уже согласился, а значит - надо.       Посмотревшись в зеркало, ангел поправил свое любимое кремовое пальто и пошёл в сторону кафе. Бес уже ждал его у злосчастного заведения, где они познакомились. Выглядел он на редкость приятно — хороший пиджак черного цвета, сидящий по фигуре, классические брюки, заправленная белая рубашка, золотая цепочка и браслет с дорогими часами. Пожалуй, Гавриил был бы в восторге. — Даже ангелы не торопятся на встречу с бесами, — слегка оскалился Локуста, поманив Азирафаэля рукой. — Прошу прощения… — пробормотал ангел, чувствуя себя неловко. — Итак, — начал мужчина, внимательно оглядев бывшего Хранителя Восточных Врат Эдема, — поразительный консерватизм вкуса, да?       Бес беззлобно улыбнулся, но ангел ощутил себя задетым. Ну почему всем не нравится его прекрасная удобная одежда. В Викторианскую эпоху его костюм вызывал самую настоящую зависть — а сейчас… эх, мода, мода… — Итак, я обещал настоящую французскую кухню, — приятным тоном сообщил бес. — Надеюсь, Вы нашли её в Лондоне, — неуверенно произнёс Азирафаэль, - я не могу покинуть данного мне под защиту города. — Конечно, — кивнул бес. — Это в Лондоне.       Локуста мысленно поморщился. Он уже выбрал отличный ресторан в Париже, но, быстренько прикинув в голове всё, что успел узнать о Лондонских ресторанах, наметил пару мест. Да. Он слышал про отличный ресторан при дорогом отеле. Там подают изумительную рыбу под соусом и прекрасного петуха в красном вине, а ещё устрицы! Чудесные свежие устрицы. — Я вызову такси, — предложил бес и легонько щелкнул пальцами. Вообще, ему не полагались чудеса, но без чудес совращение ангела бы не пошло, а потому Лорд Вельзевул согласилась дать ему «аванс» на чудеса. Правда, не золотую карту дьявольских ухищрений, а так, кредитку бесовских возможностей.       Неожиданно к мужчинам подъехал кэб, за рулем которого сидел крайне ошарашенный водитель. Ещё бы, он ехал совершенно в другом направлении, и теперь его машина появилась тут, как гром среди ясного неба. Может быть, он просто устал?       Бес и ангел сели на заднее сидение. Локуста назвал адрес, и машина неспешно покатила по извилистым улицам большого города. Азирафаэль сидел, выпрямив спину, ощущая напряжение от соседства с представителем другой стороны. Что поделать, к ауре Кроули он уже привык, а вот этого молодого человека (действительно молодого по меркам ангела) видел второй раз в жизни. — Чем Вы занимаетесь? — поинтересовался бес, глядя на ангела. — Ну… я имею ввиду… кроме, — мужчина указал рукой в потолок. — Чем-то же Вы занимаетесь?       Ангел кивнул, закусив губу. Он не знал, стоит ли вести такие светские беседы, да и вообще это всё и правда смахивало на ужасную идею… но ведь молчать не красиво, верно? Пожалуй, сейчас Азирафаэль впервые в жизни сожалел о том, что изобрел правила хорошего тона. — Я содержу книжный магазин, — наконец произнёс ангел, ощущая себя весьма неловко. — О! — вытянулся Локуста. — Я умею читать!       Ангел удивленно моргнул и непонимающе уставился на беса. Ну, конечно, они же живут в двадцать первом веке… разве это странно? Но после он вспомнил, что демоны редко выползали на свет, и ощутил неловкость. Наверное, он должен похвалить беса? — Когда я был человеком, читать почти никто не умел, — протянул Локуста, мысленно ругаясь. — Я тогда работал на кухне, и мой наставник выучил меня читать по кулинарным книгам. — О! — удивленно произнёс Азирафаэль, улыбнувшись. — У меня есть несколько хороших старых книг по кулинарии и домоводству. — Надеюсь, что не от миссис Биттен? — мрачно спросил бес. — Не понимаю, как она не попала к нам. От её рецептов в Аду были в таком восторге, что даже особый котел приготовили. Я его даже сам начищал. — Эм… — Азирафаэль замолчал, почувствовав, что ступил на крайне опасную дорогу. — У меня есть книги французской кухни. — Да? — скептически поинтересовался Локуста, смерив ангела оценивающим взглядом. — Да! — уверенно кивнул букинист, оскорбленный тем, что его явно недооценивали. — У меня есть оригинальные книги Франсуа де Ла Варенна!       Бес истерично засмеялся, отчего ангел сконфуженно отодвинулся поближе к окну, хотя казалось, что отодвинуться от нечистого ещё дальше было просто невозможно. Заметив, что ангел смотрит на собеседника взглядом, с каким обычно люди припоминают номер психиатра, Локуста перестал смеяться и пояснил: — Франсуа был моим учителем. — Правда? — пораженно спросил ангел и смутился. Да, нашёл у кого искать правды. — Правда, — кивнул бес. — Я могу это доказать. Вообще… большую часть рецептов придумал я сам, но кого это волновало. Тогда не было патента.       Ангел сочувственно кивнул. Авторские права до сих пор вызывали головную боль у населения Земли, а уж тогда, когда о них толком и не знали… — Чудесное было время, — довольным тоном произнёс Локуста. — Жаль, что, заключив сделку с Адом, я не прописал свое имя в истории. Ужасная несправедливость. А ведь я изобрел столько прекрасных блюд! А мои блинчики…       При слове «блинчики» слух Азирафаэля напрягся. От того, с какой интонацией бес произнёс это слово, ангел понял, что отчаянно хочет пресловутые блины. Интересно, в том ресторане, в который они едут — подают французские блины? Вряд ли они вкуснее тех, что подают в Ритц… Да, Кроули был весьма мил, когда подарил Ритц рецепт тех самых революционных блинов, которые они ели в Париже 1789 года…       Улыбка блаженства, тронувшая уста ангела, не смогла укрыться от проницательного взгляда черных глаз. Бес хмыкнул. Да, он прекрасно знал, что блины — одна из маленьких слабостей эфирного создания, но всему своё время. — А чем Вы сейчас занимаетесь? — поинтересовался ангел, помня, что долг вежливости велит ему поинтересоваться делами собеседника, даже если он совершенно не хотел знать, как эти дела идут на самом деле. — Неплохо, — махнув рукой, сказал Локуста. — Работаю над новым проектом. Пару лет назад один демон… — бес напрягся, делая вид, что пытается вспомнить, — подал мне отличную идею. Он у нас… местная знаменитость.       Сердце Азирафаэля вздрогнуло. В том, что личность Кроули была эпатажной даже в Аду — он не сомневался. Достаточно вспомнить, какие странные выходки порой выкидывал его друг. Мысли о друге вновь заставили ангела немного погрустнеть. Не то чтобы он скучал (да ладно, кому он рассказывает, себе бы уж не врал), но всё же без Кроули было как-то одиноко. — Да? — протянул ангел, беря себя в руки. — Именно. Он занимался вопросами телевидения и подкинул мне отличную идею. Так что у меня есть своя передача на TV. — Правда? — теперь Азирафаэль был по-настоящему удивлен. — Какая? — Адская кухня, — гордо произнёс Локуста, отчего букинист напрягся. — Я не смотрю телевизор, — растерянно произнёс ангел. — Ну, его и правда скучно смотреть, — признался бес. — Но моя передача — просто огонь!       Азирафаэль в этом не сомневался. Он смутно представлял себе, что это может быть за передача, возможно, ему стоит как-нибудь разузнать об этом. Не только Ад активно вмешивался в телевизор. Ходили слухи… самые разные… что-то про религиозные каналы и прочее…       Кэб остановился, и бес, расплатившись щелчком пальцев, повёл Азирафаэля в дорогой ресторан на крыше отеля. Несмотря на привычки гедониста, ангел не любил напускную роскошь, у него был свой вкус, и этот вкус плохо сочетался с тем, что ему открывалось здесь… впрочем, вид на ночной Лондон с высоты небоскреба поражал. Жаль, что из-за яркого освещения на небе не было видно звезд.       Азирафаэль встал у ограждения, закрывая глаза. Его лицо и мягкие пушистые кудри тронул холодный ветер, пробежавшись по щекам. Ощущение сродни полёта охватило его, и ему нестерпимо захотелось раскрыть большие белые крылья, ощущая прелесть вечернего полета над большим, кишащим жизнью городом. Вдохнуть полной грудью холодный ветер, ощущая, как его прозрачные тонкие струны проходят сквозь маховые перья белого крыла. — Азирафаэль, — позвал Локуста, вновь ощутив, как ангельское имя больно жжет ему язык. — Я заказал столик.       Ангел с разочарованием вернулся из своих мыслей, но, вспомнив про вежливость, улыбнулся бесу, следуя за ним. Столик был в вип-зале, где кроме них никого не было видно. Стены зала стояли таким образом, чтобы не мешать серьёзным людям беседовать друг с другом на важные темы. — У Вас нет имени короче. Более человеческого? — Мистер Фелл, — на автомате выдал ангел, и Локуста согнулся от хохота. Серьёзно? Этот ангел на полном серьёзе взял себе фамилию «Падший»? Нет, это нормально вообще? — Вы что, пророк? — произнёс бес. — Я увлекаюсь пророчествами, — смущенно произнёс ангел, так и не поняв причину, по которой исчадие Ада чуть не развоплотилось от смеха. — Ну… тогда это многое объясняет, — хмыкнул Локуста, после чего стал серьёзным. — Итак. Выбирайте.       Появившийся по щелчку пальцев официант принёс меню, вручив их двум джентльменам, после чего удалился. Ангел с любопытством изучал ассортимент ресторана, где к каждому блюду прилагалась фотография и сочное описание ноток и вкусов. — Здесь столько всего, — воодушевленно произнёс ангел, просматривая прекрасные фотографии блюд. — О да, — кивнул бес. — Я бы заказал мясо молодого петуха, вымоченное в вине, запеченное по особому рецепту с пряными травами и прекрасным соусом. — О! — непроизвольно вырвалось у ангела. — Это ведь Ваша специализация, как повара, верно?       Локуста энергично закивал. Он посоветовал заказать несколько самых изысканных блюд, на что ангел почти согласился, пока не прикинул, во сколько ему обойдется ужин. — Я заплачу, — услужливо произнёс бес, и ангел удивленно и недоверчиво посмотрел на него. — Не думаю, что это хорошая идея, — серьёзным тоном возразил Азирафаэль. — Почему же? Это мой первый ужин с ангелом. Так интересно! — искренне воскликнул бес, обнажив острые клыки. — Тем более, у меня безлимитная кредитная карта. — О! — голубые глаза ангела распахнулись и словно стали больше. Он никогда не интересовался у Кроули как именно тот оплачивал их совместные обеды, если честно, Азирафаэль подозревал, что демон их не оплачивает (и был недалек от истины). — В конце-концов, — произнёс бывший смертный, — в этом нет ничего плохого. Ведь мы просто ужинаем, и всё… а потом никогда не увидим друг друга. Я буду работать Внизу, а Вы где-то… — мужчина неопределенно махнул рукой, указывая на потолок. — Действительно, — неуверенно отозвался ангел, всё ещё думавший о том, что делает что-то не совсем правильное. — К тому же, — уверенно сказал Локуста, — это я Вас пригласил поесть. Все же… я правда первый раз вижу ангела. — А я - первый раз беса, который был смертным, — честно признался Азирафаэль. — Ну вот, — лучезарно улыбнулся бес. — В Аду про то, что я кормлю ангела, не узнают, у них там столько работы, что, думаю, многие бы скорее согласились умереть на поле брани, чем барахтаться в отчетах.       Ангел ощутил лёгкий стыд. Ну да, в Раю дела не особо лучше, и то, что за ним до сих пор не пришли и не высказали много ласковых слов (особенно от Гавриила, у которого этих слов хватило бы на несколько сотен лет вперед). — Хорошо, — согласился ангел, и Локуста мысленно потер руки.       Бес действительно разбирался в вопросах кухни, и потому уже через два часа (они ведь в ресторане, а не какой-то дешевой забегаловке) их небольшой стол, накрытый белоснежной скатертью, был заставлен лучшими блюдами ресторана, которыми можно было накормить целую дивизию. — Здесь так много всего, — взволнованно произнёс ангел, оглядывая прекрасную снедь. — Как будто я снова очутился в монастыре. — А? — удивленного протянул бес. — Ну, — щеки ангела немного покраснели, — когда я был в Англии шестнадцатого века, монахи часто устраивали пир и… было вкусно. [1]       Локуста вспотел. То есть… нет, стоять! Это что же получается? Этот херувим, прости Сатана, жрал с монахами, как не в себя, и не пал? Нет, это нормально вообще? И почему… Впрочем. Тогда он ел с монахами, а сейчас с бесом — разница ощутимая. Может быть, на святой земле этот грех не работает? Или работает, но неправильно? — А я думал, они постились, — неуверенно протянул бес. — Постились, конечно, — возмущенно ответил Азирафаэль, — а потому праздновали после поста. Разве Вы не знали? — Ну, — неловко произнёс Локуста, — я был поваром, а не монахом. — И правда, — сразу же успокоился ангел.       Над столом повисло молчание, нарушаемое лишь постукиванием приборов о красивые тарелки, легким причмокиванием вином и музыкой, льющейся из соседнего зала. Ангел ел очень аккуратно, так аккуратно, что все придворные короля, да и он сам, взорвались бы от зависти. Руки Азирафаэля аристократично держали вилку, спина у него была ровной, осанистой, он едва касался бокалов с тонкими ножками губами, делая ровные, не жадные глотки. Букинист ел так изящно и медленно, что Локуста ощутил себя мещанином, наблюдающим за трапезой короля. И что самое ужасное — в его движениях не было жадности, только невероятное достоинство, от которого беса перекашивало. Так чревоугодием не соблазняются! — Вы очень… аристократично едите, — выдавил Локуста, ощутив себя не в своей тарелке. — Ну, дорогой мой, — привычно произнёс ангел, для которого все люди и иные твари становились «дорогими», стоило ему вкусно поесть, — я же не животное. Тем более… эта еда так прекрасна. Её нельзя есть так, как будто это какой-то корм для собак.       Локуста замер и чуть ли не с обожанием посмотрел на ангела. Ему хотелось расплакаться. Вот оно! Всю его земную жизнь эти аристократические свиньи не понимали, какое искусство — кулинария, какое изящество заключено в маленьком десерте с вишенкой. Он готов был вознестись куда-нибудь. Его поняли! Гения признали.       Азирафаэль с тревогой посмотрел на беса. Тот выглядел так, как будто его земное тело сейчас разлетится на сотни кусочков, и счет за дорогущий обед в одном из самых дорогих ресторанов придётся оплачивать ангелу. — Вы в порядке? — с беспокойством спросил ангел, и бес-повар неуверенно кивнул. — Это прекрасные слова… про еду, — ответил мужчина и, мотнув головой, постарался прийти в себя. Теперь у него была уже личная причина желать падения этому ангелу. Если бы он стал демоном, и Локусту повысили до демона, они могли бы вечно обсуждать кулинарию.       Молчание вновь затянулось, и Азирафаэль, перейдя к десерту, всё же нашёл в себе силы поинтересоваться делами Кроули. — Знаете, — начал он издалека. — Вся эта шумиха с Армагеддоном… Я хотел бы узнать, а как поступили с одним из виновников… ну тот, который с вашей стороны.       Бес хмыкнул. Такой наивной попытки разузнать о демонических планах он не встречал никогда. Даже стало жаль как-то. Но ведь перед ним, чёрт возьми, ангел. — Ну… — протянул бес, вспоминая, что ему разрешила рассказать Вельзевул. — Он сейчас отрабатывает с новичками. Учит искушать. — Искушать? — неодобрительно произнёс ангел, нахмурившись. — Ну да, искушать. Работа такая, — не понимая, в чем дело, ответил бес. — Ему дали совсем безнадежных. Все же… наши не часто выбираются Наверх, а человечество идёт вперёд, нужны подходы…       Ангел кивнул. Теперь ему было намного спокойнее. Он знал, что Кроули в порядке, по крайней мере, никто не пытается искупать его в святой воде заживо, а это внушало оптимизм. — Я не думаю, что должен рассказывать такие вещи ангелу, — аккуратно произнёс бес, давая понять, что своими ответами совершает нечто опасное. — О, конечно! — спохватился ангел. — Мне не стоило спрашивать. — Ну, — неуверенно потянул бес, — про эту персону слухи и на Земле ходят. Не думаю, что я сказал что-то, чего не следует. Я надеюсь.       Слова Локусты заинтересовали Азирафаэля. Он совсем не слышал никакие слухи, а ведь прошло уже изрядное количество времени. Какой всё-таки он плохой друг… — А Вам, собственно зачем? — неожиданно спросил бес, привлекая внимание ангела. — Я… ну… я… знал… знаю его, — смущенно пробормотал ангел. — А… — протянул Локуста, улыбаясь, — Вы тот самый ангел!       Азирафаэль покраснел. Он не хотел раскрывать свою личность, тем более перед представителями другой канцелярии, но, что сделано, то сделано. — Ну… в общем-то, да… — Букинист был действительно смущен столь сильным вниманием к своей скромной ангельской персоне. — Так бы и сказали сразу, — засмеялся бес, чем вызвал у Азирафаэля недоумение. — Ну… он вроде как привет передавал Вам. — Правда? — удивленно спросил ангел, ощутив, как что-то теплое и приятное словно укутало его сердце. — Конечно. Он часто… о, Вам не стоит знать.       Азирафаэль напрягся. Вот это ему не нравится. Совсем нет. — Мне кажется, я имею право знать, — твёрдо произнёс ангел, став совершенно серьёзным. — Ну… — Локуста растерялся, придумывая, что бы сказать, — не то что бы он говорил… в общем, ходят слухи, что вы… — Да? — со всей серьёзностью вопросил ангел. — Ну… как люди. Вы вместе. — Конечно мы вместе, — расслабился ангел. — Земля не такая уж большая, так что за шесть тысяч лет чего только не было. Конечно, было тяжело признать, что мы друзья, но…       Локуста возвел чёрные очи к небу. Кажется, отчёты не врали. Ангельская наивность — пожалуй, психиатрам пора заносить её в отдельный синдром. — Как пара, — перебил его бес. — Что у Вас то самое. — О, — ангел бурно покраснел, скосив взгляд под стол. В последнее время он часто слышал что-то такое, но чтобы даже в Аду об этом болтали — это как-то слишком. Может, поэтому его и не зовут на работу? Какой кошмар! — Я так понимаю, — неуверенно прохрипел бес, — это не правда? — Конечно, нет! — слишком воодушевленно воскликнул ангел. — Мы ангел и демон — мы не можем быть парой! Мы даже друзьями быть не можем! Мы вообще… мы…       Азирафаэль запнулся, пытаясь подобрать лучшие сравнения, поэтому он не заметил как воодушевленно блеснули чёрные глаза беса. — Он Вам нравится! — выпалил бывший человек (а что главное — француз!). — Что? Вовсе нет… то есть, он нравится мне, как друг, точнее, он не нравится мне и как друг, он никак мне не нравится, ведь мы…       Ангел совершенно запутался в словах и беспомощно смотрел на беса, у которого улыбка растягивалась чуть ли не до ушей. — Да бросьте, я же вижу, что нравится, — настаивал на своём бес. — Ничего Вы не видите! — возмутился Азирафаэль. — Да ладно, — ухмыльнулся адский повар, — тут и слепой поймет…       Если раньше молчание было слегка неловким, то сейчас оно казалось тяжелым, как свинцовая пластина. — Скажите ему, — неожиданно выдал бес. — Сказать? — не понял ангел. — Ну, что он Вам нравится. — Ни за что! — категорично заявил ангел, даже хлопнул по столу. — Мы ангел и демон. Это неправильно! — А что, останавливать Армагеддон — правильно? В должностной инструкции написано? — съязвил бес, окончательно вспомнив, что он, вообще-то, француз. — Нет, но…       Ангел замолчал, густо покраснев. Ну и что ему теперь делать? — Значит так, — авторитетным тоном произнёс Локуста, — я помогу завоевать сердце демона. — Что? Но ведь… — растерянно пробормотал ангел. — Не ведь, а помогу, — уверенно сказал бес. — Но не сейчас. Я давно не был на Земле и хочу многое попробовать. Так что я дам пару советов от истинного француза, если Вы поужинаете со мной завтра.       Азирафаэль закусил губу, задумчиво уставившись в лицо молодому бесу. Он был совсем сбит с толку и растерян. Был уверен, что это ловушка и обман, но что-то в нём тихонько прошептало: «чем чёрт не шутит». — Хорошо. Я согласен, но… — Но? — допытывался Локуста. — Дайте мне чёртово слово, что никто не узнает об этом. Клятва Люцифера.       Локуста побледнел. Он и не знал, что этот проклятый святоша знает про клятву Люцифера, которую не мог нарушить ни один житель Ада. А значит, он не сможет рассказать об этом даже Вельзевул. Но ведь, если чревоугодие победит, можно и потерпеть, не так ли? — Хорошо, — согласился Локуста, ещё не подозревая, во что всё это может вылиться.