Архитектура в нюансах

Нельзя сказать, что отмена похода в строймаркет расстроила Мей. Нет конечно, вовсе не поэтому она сейчас в тихой ярости особенно тщательно оттирала лезвия шпателей, смывала краску, дотошно вычищала каждую впадинку на ручках! Чувствуя, что вот-вот взорвётся, внешне Мей была спокойна, как удав, и всё-таки — что-то с этой энергией делать придётся! До подобного бешенства Мей могли довести лишь изменения планов, а второе за один день — и вовсе перебор. Сначала Рита самовольно назначила строй-вояж. Ну ладно, в ночном письме она вроде о нём предупреждала, и хотя Мей не дала окончательного согласия, он был предсказуем, логичен, оправдан. Но затем, когда Мей уже смирилась и настроилась ехать и даже выведала тайные компоненты самодельной штукатурки для сопутствующей мини-шабашки, Рита с присущей ей лёгкостью отменила поездку, да ещё и без сколько-либо вменяемых объяснений. «А не слишком ли много сюрпризов для одного утра, девочка? У вас это семейное с твоей Ольгой? — Выложив идеально чистые шпатели на специально расстеленную салфетку, Мей вылила мутную воду в унитаз, сполоснула чашку, нажала смыв. — Одна шабашку посреди ночи привозит вместе с такой же безумной хозяйкой, другая с магазинами определиться не может. Вы, наверное, очень удивляетесь, когда случайно встречаетесь в кровати, — надо же, как удачно совпали планы!» На десятое по счёту недовольно-ироничное хмыканье прицокал Друг, понюхал слегка потрескивающий электричеством воздух, неуверенно вильнул хвостом и поглядел на хозяйку взглядом, откровенно говорящим без слов: «Я понимаю, что кто-то тебя расстроил. Я вижу, что ты сейчас съела бы слона от злости, и поэтому как друг предлагаю самый верный способ разрядки — а давай пробежим километров пятнадцать? По вот этому вчерашнему снегу через микрорайон в парк, а там хоть вправо, хоть влево, хоть даже по кругу. Ну… или двадцать пять? А? Гав?» На ответное, уже более мягкое хмыканье Мей риджбек, если бы мог, улыбнулся бы во все свои зубы, а так только пошевелил ушами, глядя с преданной надеждой. Протерев инструмент насухо, перетащив его на место, она ещё раз окинула взглядом создание шедевра, застывшее теперь в шаге два-ноль. Ну хоть здесь пока всё идёт почти идеально и с опережением сроков недели на две. По предварительному плану хозяева квартиры должны были вернуться двадцать пятого декабря, но, выяснив, что Мей без проблем может остаться до десятого января, радостно перенесли отметку возвращения на максимально удалённый срок. Надо сказать, что саму Мей эта перспектива обрадовала больше, чем все вместе взятые стечения обстоятельств года уходящего. Некоторые оказались не совсем предсказуемыми, к другим всё давно шло. Однозначную оценку им сейчас не дать, потому что всё ещё слишком живо или слишком мертво, но одно сокровенное желание — избежать новогодней истерии — у Мей было сформулировано достаточно давно. Наблюдать праздник, не участвуя в нём. Любоваться витринами, иллюминацией, радоваться за прохожих и прочих сопланетян, но чтобы никто из восьми миллиардов не касался бы Мей лично, не тянул пить шампанское и изображать веселье, не присутствовал рядом в эту ночь, а в идеале и в несколько праздничных суток. «Риджбек не в счёт. Он друг. Кстати, наше тренировочное время подходит». — Выключив прожектор, Мей вышла в уже отремонтированную часть квартиры. И всё, похоже, шло к тому, что в этот Новый год одна из маленьких мечт её сбудется, и одна уже эта вероятность выравнивала настроение, авансом восстанавливала душевный мир и позволяла широко шагать дальше. — Вера, добрый день. Вам сейчас говорить удобно? — Вернувшись к собственным планам, Мей набрала номер вчерашней хозяйки. — Нет, нет, я не передумала. — Она покачала головой: «Что творится с этим миром? Я же вчера русским по белому сказала — берусь. Это значит — берусь и делаю, а не передумываю на следующий день». — Мы вчера договорились, что вы посчитаете, когда и как вам будет удобно, и мы сегодня договоримся. Самой работы — дня на три или четыре, но между ними потребуются перерывы в день-два. Сначала будет демонтаж. Плюс время на покупку материала… Да, если вы не против, я сама всё куплю, я знаю, где и что нужно. Да, правильно, чеки. Вернувшись в комнату, Мей переключила смартфон на громкую связь, чтобы иметь возможность разговаривать и одновременно переодеваться. — Для уборки у меня есть специально обученный человек с неоконченным высшим. — Голос Веры звучал странно. Будто она была подшофе. Но, во-первых, по времени как-то рановато, а во-вторых, учителя, конечно, тоже люди, но — смотрим пункт первый — рано. Слушая, Мей стянула с себя домашние бриджи с футболкой, оставшись в одних плавках, взяла со стула утеплённые спортивные штаны. Она уже не помнила, когда и почему записала Веру в преподаватели, однако отпечаталось в памяти это определение крепко. — Можешь назвать примерное время, к которому ей нужно будет подойти? — На фоне за голосом Веры слышались голоса да время от времени всё заливалось бьющим по ушам писклявым лаем. «Вчера никаких собачек не наблюдалось», — автоматически отметила про себя Мей. Друг, топчущийся здесь же, пошевелил ушами, окинул комнату тревожным взглядом и произнёс глубокомысленно «у-у-у». — Если без уборки, то работы мне часа на три-четыре будет. — Мей надела водолазку, встряхнула от статического электричества волосы. — А тот человек в любое время подойдёт? — Давай договоримся на понедельник. — Судя по голосу, Вера заглядывала в календарь. — Я отдам тебе запасной комплект ключей. «Смелая женщина, — усмехнулась про себя Мей. — Или рекомендации Кампински дорогого стоят». — Завтра мне будет некогда, поэтому давай встретимся сегодня. У тебя какие планы? Могу перехватить в любом практически месте в черте города. — Да я сама, — начала неуверенно Мей. Эта Верина готовность сорваться в неизвестность обескуражила. Не девочка ведь двенадцати лет — взрослая дама. — Говори где, я подъеду. — На этот раз решительность в голосе Веры затмила всё. В нём теперь поселились завуч, директор или, на худой конец, классный руководитель. — Э-э-э… По Рублёвке кинологический клуб, знаете? — с сомнением спросила Мей и огласила название. — Договорились, — вместо «да» или «нет» отчеканила Вера и положила трубку, а Мей озадаченно посмотрела на риджбека и пожала плечами.

***

— Вера, простите, но я и представить не могла, что вы на такси! — Мей глядела на явно неготовую к длительным пешим прогулкам женщину и поражалась: как их угораздило вот так вот не понять друг друга? — Если бы я знала, то ни за что бы не согласилась. — Мей, не извиняйтесь, — мягко, но уверенно, как человек, привыкший, что каждое слово его имеет вес и будет услышано, перебила Вера. — Это было моё осознанное, хоть и недостаточно хорошо продуманное решение, и если бы вы знали, как душно… то есть я хочу сказать, что отдавала себе отчёт, на что шла, и хотела прогуляться, подышать свежим воздухом, посмотреть на собак. Только с обувью ошиблась. На ногах Веры красовались замшевые сапоги, предназначенные для прохладной сухой погоды — так называемой «европейской зимы». От влажного снега сейчас пошли пятнами, и внутри наверняка было сыро и неуютно. Однако Вера держалась стойко и с юмором, за что Мей прониклась к ней ещё большим уважением и спешно пыталась сообразить, как помочь этой невероятной женщине. Их с Другом тренировка подходила к концу, когда Мей почувствовала чужой внимательный взгляд. Вера стояла за ограждением и с любопытством наблюдала за происходящим на площадке, а в тот момент конкретно за действиями Мей и риджбека. По договорённости она должна была позвонить, как подъедет, но ни звонков, ни сообщений к Мей не поступало, а судя по румянцу и замёрзшим в слишком тонких перчатках рукам, Вера здесь находилась уже не менее получаса. Позже выяснилось, что за руль сегодня сесть Вера не могла по причине маленького семейного торжества, с которого, отдав долг вежливости, решила сбежать и нашла законный повод. Оживлённая площадка собаководов с питомцами заинтересовала, поэтому Вера отпустила такси, рассчитывая поглядеть, затем прогуляться через парк, а там, может быть, даже добраться до дома общественным транспортом. «Ездила же я им когда-то!» — мысленно восклицала Вера сама себе, оставаясь для Мей абсолютной загадкой. «Странная она для обычной учительницы, — делала свои мысленные выводы Мей. — Или муж у неё как минимум министр образования». О семейном положении свидетельствовало кольцо. Довольно старая обручалка, наподобие тех, что носят мать Мей с Нельсоном. — Спасибо за компанию, — вежливо поблагодарила Вера, — но я не хотела отрывать вас от ваших занятий. Теперь они втроём шли протоптанной и относительно короткой тропой в сторону жилого массива. — Мы закончили на сегодня, — ответила Мей, — а вы, боюсь, заблудились бы здесь. Тропинок между деревьев действительно петляло множество, и все вместе со снегом и берёзовыми рябыми стволами сливались в нечто едино-призрачное. Иногда в нагромождении декораций мелькали далёкие прохожие — такие же собачники со своими разномастными питомцами, но, попав сюда впервые, сориентироваться, в какую сторону двигаться, чтобы попасть к домам, задача действительно не из лёгких. — Моя невестка недавно собаку завела, — без явной связи с предыдущими словами, но логично в контексте питомцев сказала Вера, — маленького агрессора. Если не ошибаюсь, его порода называется шпиц. Кажется, так? Мей вспомнила поток заливистого лая из телефонной трубки. — Да, есть такие. Вера чему-то улыбнулась и продолжила: — Мне не нравится. Слишком много лает. Всё время куда-то лезет. Хотя выглядит довольно мило, но вот назвать его другом я не представляю возможным. Он скорее живая игрушка. Мей не знала, что ответить, и просто кивнула. Риджбек бежал чуть впереди, обнюхивал стволы деревьев и снег — так он читал свои новости. «Вере хочется поговорить, — поняла Мей. — А ещё она очень замёрзла, но героически держится. Наверное, страшно не любит признавать ошибки». Поэтому Мей старалась поддерживать максимально комфортный для попутчицы темп. Не бежать, не задерживать. Приноровиться к шагам Веры было несложно, вот только её сырые сапоги смущали Мей всё больше. Не походит она на спартанку, которой море по колено. Ещё насморк с ангиной подхватит после такой прогулки. Удивительно, что её саму не особенно беспокоит подобная перспектива, или она просто очень хорошо держится. По утоптанной лесной стежке Вера двигалась так, будто вышла на променад, — гордо и с достоинством, с интересом наблюдала за лесом и гуляющими, которые мелькали время от времени среди берёз, а чтобы согреть руки, сняла перчатки и сунула рукав в рукав. Мей же после этого с удвоенным вниманием стала следить за шагами Веры, чтобы вовремя поддержать, если поскользнётся. Потому что на этой дорожке в её сапогах это немудрено, а вот быстро вытащить руки, чтобы удержать равновесие или подстраховаться при падении, уже сложно. — Каково это — иметь в квартире такого большого пса? — задала Вера новый вопрос. — Говорят, собаки похожи на своих хозяев. Это правда? У меня никогда не было собак, даже в детстве. Мей мысленно улыбнулась: светские беседы усиливали ощущение променада. Вера пытается подстроить разговор под интересы Мей. Это мило. — Чаще всего — да, походят. Хотя бывает по-разному. — Мей частично согласилась. В её характере всегда была больше выражена способность слушать, нежели говорить, поэтому предложить свою тему для разговора в данном случае было сложно. — А твой друг? — Вера перевела взгляд с бегущего чуть впереди риджбека на идущую рядом девушку. — Мне сложно пока судить, но на площадке вы выглядели такой сработанной парой. Мей улыбнулась. — Наше сотрудничество временно, и вряд ли он успеет основательно приобрести мои черты. Мы друзья. — Вот как? — удивилась Вера ещё и тому, как быстро погода сделала новый кульбит и, спрятав солнце, начала трясти из небесной перины пух. — У его настоящих хозяев длительная командировка в другую страну, — объяснила Мей, мысленно прикидывая, что не мешало бы ускориться. — Наш договор включает в себя ремонт в квартире с проживанием и нагрузку в виде пса. На самом деле всё просто очень удачно сложилось для них и для меня. Это коллеги Ольги Кампински из её Компании. Вера как-то странно выдохнула: — А-а. — Что-то из сказанного Мей её то ли опечалило, то ли зацепило и потянуло вниз. — А мне показалось, что вы профессионально с собаками занимаетесь. Вера явно не хотела сейчас тонуть и хваталась за все возможные соломинки — снег, лес, прогулка. «Что с вами, милая… королева? — мысленно отреагировала Мей. — Что вас печалит настолько, что ни холод не страшен, ни промокшая обувь?» Мей очень хотелось помочь отважной даме с тайнами, и, мягко ускоряя шаг, она ответила так полно, как только могла: — Вам не показалось. Я действительно давно работаю с собаками и даже имею соответствующий диплом, который, правда, нужен только людям. Собакам на него, извиняюсь, пофиг. Вера рассмеялась. Мей тоже улыбнулась. Эта женщина определённо ей нравилась. — Значит, если, грубо говоря, я куплю собаку, ты сможешь стать её тренером? — спросила Вера. Мей кивнула: — Грубо говоря — да. А Вера снова удивилась: — Как же тогда собака будет меня слушаться и считать своей хозяйкой, если заниматься с ней будет другой человек? — Придётся заниматься обеими, — не удержалась от усмешки Мей и поторопилась дополнить: — Заниматься с ней будете вы, а я лишь говорить, что и как делать, наблюдать за вами, советовать и так далее. Кстати, если бы не снегопад, то уже видны бы стали дома и шоссе. — Мей подозвала риджбека, прицепила поводок к ошейнику. — Мы практически пришли. — Ты поможешь мне поймать машину? — всё-таки сдалась Вера. Она устала, а ещё, похоже, никогда не ловила такси ни прямо на улице, ни через приложение. — Конечно, — согласилась Мей, собиравшаяся поступить именно так даже без просьбы. — Кстати, о главном, — очень вовремя спохватилась Вера. — Я договорилась с уборщицей. Айгерим придёт в понедельник к шести часам вечера, но я хочу попросить тебя дождаться нас обеих, если будут какие-нибудь нестыковки. Сможешь? — Без проблем, — заверила Мей, разрешая приложению считать их текущее положение и оглядываясь. — Кстати, нам повезло. Во-он та жёлтая Kia Rio будто специально вас здесь ждала. Названная машина действительно свернула и притормозила у обочины. Мей открыла дверь. Вера с видимым удовольствием села в автомобиль, причём всё было так естественно, будто она всю жизнь ездила с личным шофёром или, на худой конец, с секретарём. — Спасибо вам за прогулку, Мей, — произнесла с достоинством и лёгкой усталостью. — До понедельника. «Она актриса, а не учительница», — улыбнулась в ответ Мей, подтвердила: «До встречи», закрыла дверь, проводила, а потом они с Другом развернулись и трусцой припустили обратно в парк.