Точка невозврата

– Пожалуйста, разреши! – А ты настырный, – Кавейн улыбался, расслабленно глядя снизу вверх, полулежа рядом с сидящим на диване Лео. – Зачем это тебе? – Почувствовать своё всемогущество? – О да, великий и ужасный маг! Тебе так неприятно на меня смотреть? – Нет. Лео зависал в блаженстве глядя на лицо Кавейна. Неприятно… Что бы Кавейн понимал! Если бы Лео мог, он смотрел бы не отрываясь, как сменяют друг друга эмоции, как разными оттенками серого мерцают невероятные глаза. И пусть иногда сдавливает дыхание и переворачивается все внутри, ему все время было мало. Мало присутствия, мало внимания, мало случайных прикосновений. А если можно будет попробовать убрать шрамы… Погладить тот тонкий, рваный, на бледной щеке… – Ну ладно, – Лисандр смотрел пьяными, искрящимися глазами. – Разрешаю тебе любые действия, по облагораживанию моей и без того благородной внешности. Хотя, мне кажется, так просто скучно. Давай пари? – Пари? – Лео уже с трудом сосредотачивался, вторая бутылка подходила к концу. – Да, пари! Я считаю, что тебе не удастся убрать этот шрам, – длинный палец медленно скользил по щеке, провожаемый завистливым взглядом Лео. Маро тяжело сглотнул. Он уже был зависим от своего подопечного так, что это казалось просто невозможным. Он знал Квейна всего несколько суток, а само его наличие делало Лео счастливым. Просто так, без обещаний и обязательств. Без требований и условий. Просто потому, что. И Лео совершенно не понимал, что с этим делать. Или не делать. В очередной раз отложив неудобный вопрос, Лео вернулся к разговору, не заметив, как смотрел на него Кавейн, пока он задумавшись молчал. – Так в чем пари? – Ну если тебе не удастся убрать этот шрам, то ты… – Кавейн задумался на мгновенье, – ты заставишь Стайна напиться с Дереком. Нет, не так… – Кавейн хитро ухмыльнулся. – Ты заставишь Стайна напиться с Дереком в боевой ипостаси. – Дерека в боевой ипостаси? – Стайна, конечно! Дерек просто человек, хоть и маг, – Лисандр фыркнул. Лео опасливо поежился. – А это не опасно? Кавейн сделал большие глаза: – Ну что ты! Я думаю, это будет весело! – А если я все таки его уберу? – Ну тогда, – Кавейн развел руками. – Тогда, Котёнок, проси у меня всего, чего захочешь. – Не называй меня Котёнком! – Выиграй сначала, а потом уже требуй! – Кавейн смеялся открыто и непринужденно. – Срок? – Сегодня, – Кавейн растянулся на диване в полный рост, спихнув Лео на пол. – Можешь приступать! – Здесь?! – Лео растерялся. – Здесь же блокируется магия! – Ах да, – Кавейн развернулся, подперев голову рукой, и оказавшись от лица Лео слишком близко. – Я и забыл! Давай завтра, тогда? – Завтра, – согласился Лео, боясь спугнуть это наваждение, обдававшее лавандовым дыханием его щеку. – Спать? Что-то я устал…– глаза Кавейна закрылись. Лео ещё долго сидел уткнувшись в собственные колени, не находя в себе сил уйти от точки притяжения. От человека, внезапно превратившегося в кого-то слишком важного, от человека сместившего все его приоритеты, ставшего центром его Мироздания. От человека, связь с которым ощущалась как нечто незыблемое, неизменное, как нечто, что невозможно разорвать. Мысли быстро прояснялись под гнетом очевидной истины – у его чувств нет будущего. Лео так и уснул сидя, просто провалившись в эту безысходность. Утром Маро обнаружил себя на диване. Кавейна не было видно, но попискивание эклайера и шум в спальне ясно указывали, что хозяин апартаментов где-то рядом. Лео мутило. Он начинал понимать Уинсборна – при таком графике спиться совершенно недолго. А если вспомнить некоторых арестантов… Лео применил все возможные мысленные блокировки, чтобы отгородиться от гадкого налета случайной встречи, но время от времени испытанные эмоции просачивались сквозь установленную защиту, и Лео мог бы поклясться, что дело было не в её качестве. И если ненадолго представить , что с этим приходится сталкиваться постоянно, как Уинсборну, жить и работать с таким, то становится понятным, почему ему там много прощается. Лео все равно осталось совсем мало времени для такого образа жизни – втянуться не успеет. Уже не позднее чем послезавтра должен вернуться нордик, и тогда все закончится. Ну, или начнётся, как посмотреть. – Рад видеть тебя в добром здравии, Котёнок, – голос Кавейна был отвратительно бодр. Разделишь со мной завтрак? Или по обыкновению исчезнешь до обеда? – Разделю, – Лео откашлялся. В горле ощутимо першило. – Если ты принесешь мне сначала немного воды… – он поднял голову пытаясь сфокусироваться на Лисандре, заслоняющем ему свет. Получилось почти без труда, и Лео осознал, что не так уж он и плох с утра. И что мучает его даже не похмелье, а скорее неотвратимость приближающегося конца. – Ты помнишь про пари? – Пари? – Лисандр казался удивленным, передавая Лео стакан воды. – Ну да, пари. Касательно твоего шрама. – Шрама? – Кавейн потер щеку. – Так это мне не приснилось даже? Лео истерично расхохотался, поймав себя на мысли, что скорее хочется плакать, поэтому и смех такой неестественный. – Я убираю твой шрам, за это ты выполняешь любую мою просьбу. – Любую? – Кавейн выглядел озадаченным. – Я мог такое пообещать?! – Любую, - подтвердил Лео. – Не хочешь спросить что ты потребовал от меня? – Явно ничего благопристойного, – пробормотал Лисандр, заставляя Лео шире распахнуть глаза. – Нет, всего лишь напоить Стайна. – Стайна?! – Ну да, в боевой ипостаси… Лисандр опустился на пол напротив Лео, внимательно разглядывая того. – Что в тебе такого, юный маг, что ты заставляешь меня совершать глупости на каждом шагу? Лео смутился, отворачиваясь. Было немного обидно, что его тридцать семь действительно немного по сравнению с сотней Кавейна. Но по меркам не одаренных магически людей он был вполне зрелым мужчиной. И только рядом с Лисандром, он действительно иногда чувствовал себя совсем юным. Разозлившись, Лео легко поднялся. Попытался легко подняться. Но пролежавшее всю ночь на диване тело, предало, и он едва не свалился на Кавейна, поймавшего его в падении. – Никогда не понимаю, как тебе удаётся так быстро двигаться! Кавейн только пожал плечами: – У меня есть время совершенствовать свои навыки. Много времени… – он бережно поддерживал Лео, пока тот сам не отстранился, надышавшись тёплым запахом лаванды. – Завтрак и исполнять пари? – Лео заглянул в глаза подопечного, надеясь не обнаружить там сожаления или отказа. Но Кавейн кивнул, отступая к столу. – Конечно, Котёнок. Котёнок. Опять, Котёнок. Спорить и перечить сегодня не хотелось, хотелось нежиться в этом теплом обращении. Лео встряхнул головой, отгоняя наваждение. А еще, очень хотелось переодеться и принять душ. Но смутное беспокойство о том, что Кавейн может передумать и нежелание оставлять его даже на минуту этим утром, пересилило. Завтрак прошёл в молчании. Не тягостном, но каком-то удручающе задумчивым. Словно не только над Лео висело отчаяние от ощущения нежелательных перемен. Есть Лео не хотелось совсем. Он привычно уже ощутил прилив силы, возникавший всегда после общения с Кавейном и торопился попробовать. Не может быть, чтобы этот шрам не поддался. У него не получилось в первый день, но тогда он был уставшим, пережившим множество странных событий, выбивших его из стабильного состояния. Но сейчас точно все должно получиться! Быстро сложив посуду в кухонный транспортер, они направились к двери. Маро мучало ощущение, что он в чем-то допускает ошибку. Что-то идет совсем неправильно, совсем не так как должно было. На душе скреблись неизвестные животные, острыми коготками царапая привычное спокойствие. И уже выйдя за дверь, Лео вспомнил неприятный момент, который хотелось прояснить. – Скажи, когда я встретил того заключённого… – он помолчал, прикусив губу и содрогнувшись от воспоминаний. – Он был в путах. И два охранника на одного узника. Я должен переводить тебя точно так же? – Ну мы уже сломали все традиции, когда ты перевозил меня на сервировочном столике, – Кавейн хохотнул. – Согласись этого нет ни в одной инструкции! Лео кивнул, но сомнения не оставляли. – Ты был недееспособен. А сейчас… Кавейн коротко и зло взглянул на него: – Ты правда думаешь, что я способен причинить тебе вред?! Лео, закусив губу замотал головой, не слишком уверенный в том, что его действительно гложет. То, что он чувствовал к Кавейну, не давало ни малейшего шанса думать, что Лео может причинить вред своему подопечному. Но он даже не мог предположить, что при этом чувствует Кавейн. Он не дал ему больше ни одного повода усомниться в своём поведении, кроме того, самого первого, раза. И возможно, эта связь между ними не только желанная фантазия Лео, но и действительно двухстороннее чувство, пусть он о таком никогда и не слышал. Но… Почувствовав недоверие, резко остановился Кавейн. – Давай вернёмся, – лицо Лисандра стало застывшей маской, и Лео выругался про себя, поймав на том, что с жадностью любуется совершенными линиями, вместо того, чтобы как-то разрешить сомнения Лисандра. Просто поверить. Довериться. Как сейчас ему доверяется Лисандр. Кавейн отводил взгляд, в котором леденела обида, задетая гордость и ещё что-то сложное, чему нельзя было дать определение сразу. – Идём, – Лео осторожно потянул Лисандра за рукав рубашки. – Я не прав. Я не думаю, что ты причинишь мне вред или сбежишь. Ты мог бы сделать это уже давно. Я скорее волнуюсь, что все это увидит охрана. Или Стайн. Или Уинсборн. У тебя не будет неприятностей? Лисандр невесело усмехнулся, ответно взглянув на Лео: – Кого ты хочешь обмануть, Котёнок? – но послушно двинулся следом, не сказав больше ни слова до того момента, как за ними закрылась дверь в зону изоляции. – Повесь полог! – он оглянулся на Лео. А Лео остро накрыло ощущение дежавю. Он и Кавейн, в зоне изоляции. И дело даже не в том, что как маг, Лисандр пуст… Ведь если доверять, то полностью, правда? Накрытых пологом их никто не увидит и не услышит, если здесь есть наблюдение, а оно должно быть. Не давая себе времени на раздумья, Лео выполнил просьбу Кавейна, ощущая себя человеком сделавшим шаг в пропасть. Лисандр только усмехнулся. И когда убедился, что они накрыты пологом, продолжил: – Твои игры… Это глупо, больно и очень жестоко. Я не знаю как ты добиваешься, но с некоторых пор я чувствую тебя как неотделимую часть самого себя. Как неразрывно связанное со мной существо, как жизненно необходимый ингредиент существования, без которого я просто сдохну… Зачем ты это делаешь?! – Кавейн выглядел разъярённым и Лео отступил на шаг, подняв перед собой руки. – Я и так смертник! Новое издевательство? Я не чувствую использования магии, даже ментальной, тогда что это?! Маро растеряно переводил взгляд с яростно сверкавших глаз, на кривящиеся в отторжении губы и, в смятении, пытался осознать - Лисандр чувствует то же?! Этого просто не может быть! Да, он сам чувствовал связь, крепнущую с каждой встречей, с каждым прикосновением. Он чувствовал увеличение силы. Многократное увеличение. Но чтобы вечно невозмутимого, самоуверенного, насмешливого Кавейна зацепило так же?! Пусть без магии. Пусть без чисто телесной составляющей, но настолько же сильно… Лео опустился на землю. Ноги не держали. Вообще он заметил, что они в последнее время часто ему отказывали. Слишком много потрясений, слишком много алкоголя. Переведя сознание в более безопасное русло и потрогав пробивающуюся щетину на подбородке, Лео решил, что вполне может использовать магию для приведения себя в порядок. И занялся этим немедленно, стараясь не смотреть на Кавейна. Просто не смотреть. Отложить неприятное выяснение отношений до тех пор, пока в воздухе не исчезнут эти крошечные искры, создаваемые, несомненно, злостью Кавейна. Мозг требовал немедленной перезагрузки. И он мог только надеяться, что во время этой перезагрузки Лисандр на него не нападет. Потому, что лечить его сейчас… Минут через десять, когда Лео решил, что он выглядит уже достаточно безупречно, он поднял голову. Кавейн рассматривал его с недоумением, но глаза его были уже задумчивы и спокойны. – Это не я, – Лео не собирался оправдываться, просто констатировал факт. – Я чувствую что-то похожее. И я думал, что это ты используешь что-то. Или это твоя особенность, уникальное свойство из-за которого тебя здесь и держат, а меня прислали её изучить. И если это не так… Лисандр покачал головой и вздохнул: – Не так. – Тогда лучше, чтобы никто не знал о том, как ты на меня действуешь. Или как я на тебя действую. Или как мы на друг друга… – Лео смешался, опустив голову и бездумно потрогав почву рядом с собой. – Пока мы в этом не разберемся. У меня возрос потенциал. На порядок. Вернее, сначала на порядок, а теперь… – Лео тоскливо вздохнул. – Я никогда о таком не слышал. Лисандр отошёл на пару шагов, развернулся к горизонту, молча, никак не комментируя услышанное. Лео рассматривал его спину несколько мгновений, потом решился: – Ты был сильным магом. Может быть ты слышал о чем-то таком? Лисандр оглянулся и Лео судорожно выдохнул, выругавшись. Кавейн выглядел как призрак. Кожа стала едва ли не прозрачной, шрам напротив ярко выделился отливая синевой, а глаза… Такой тоски Лео не видел ни разу. Ни у кого. – Что?! – Лео вскочил на ноги, собираясь подойти ближе. – Давай уйдем! – Нет! – настала очередь Маро заупрямиться. – Я хочу убрать шрам. Лисандр опустился на землю и лег, раскинув руки, признавая поражение и власть Лео. А тот сел рядом, не решаясь притронуться. Он так давно этого хотел, что руки дрожали, движения вдруг стали неловкими и нелепыми. А ещё и это признание… – Если ты не хочешь… – Я хочу чтобы мы больше об этом не говорили, – Лисандр сжал губы, закрывая глаза. – Ты можешь делать с моим телом все, что тебе заблагорассудится, хотя я не виду в этом большого смысла, учитывая мой статус. Но, пожалуйста, не трогай мою душу. Лео вздрогнул от боли, которую причинили слова Кавейна. Просто слова человека, которого он едва знает. Если это испытание чего-то там, то дядюшка определённо не ошибся – выйти из этой истории без потерь Лео не удастся. Можно только попробовать минимизировать их. Возможно, Кавейн сейчас прав и если постараться держать дистанцию до прилета Фергуса, до выяснения его миссии здесь, на Элейне, то рано или поздно Лео отпустит. Вот только хочет ли он, чтобы его отпускало? Осторожно коснувшись затейливой вязи рваного шрама, Лео затаил дыхание. То, что шрам не поддался сразу, ещё в прошлый раз, могло означать только одно – он был магическим. Но теперь, с новым потенциалом, Лео определённо должен справиться! – Когда ты его получил? – пальцы непроизвольно ласкали кожу, ощупывая, оглаживая все неровности. Магия внутри Лео оглушала музыкой, вырываясь крохотными голубыми язычками с подушечек пальцев. – И не вспомню даже. Очевидная ложь обижала. Не запомнить магическое воздействие приведшее к появлению этого шрама было невозможно, а значит Кавейн ему не доверяет. – И об этом ты тоже не хочешь говорить?! – обида срывалась с языка злыми интонациями. – О чем ещё? Кавейн открыл глаза и развернул лицо в сторону Лео. – Чего ты от меня хочешь?! Я смертник. Просто дефектный маг. Ты надежда империи, один из сильнейших магов и, возможно, мой будущий палач. Ну, или не палач, – Кавейн усмехнулся, глядя на отшатнувшегося Лео. – У Виланда и Фергуса богатая фантазия. Когда я был уверен, что это новый вид воздействия, для того, чтобы сломить меня, было забавно попробовать противостоять, пусть мне это и плохо удаётся. Но если это не так… - он опять закрыл глаза отворачиваясь. Лео сжав ладонями лицо Кавейна развернул его к себе. – Чего они от тебя хотят? – Да какая разница?! – Лисандр резко сел. – Пожалуйста, если я для тебя не просто эксперимент, не игрушка, то улетай. Дождись Фергуса, если это необходимо, выбери причину для Совета и улетай. Возможно расстояние… – Я не могу, – Лео беспомощно барахтался в собственных ощущениях, осознавая, что он сейчас не врёт даже себе. Что невозможно просто так сейчас уйти, улететь, уехать, теряя крохи возможностей побыть рядом. Что он уже готов продать душу кому угодно, за право даже не видеть это лицо, а просто знать, что у Кавейна все хорошо. Но ведь нехорошо, правда? Разве может быть хорошо в заключении? Пусть это заключение и не похоже на плен. – Тогда давай забудем этот разговор. Мы все равно не понимаем природу этой связи. Ты закончил? Могу я считать себя выигравшим? – Нет! – Лео упрямо нахмурился. – Я ещё даже не начинал! Я могу перестать говорить об этом, но не смогу об этом не думать, - он уложил Кавейна обратно, опять принимаясь за шрам. Если он хотел выиграть это пари, ему следовало быть внимательнее. И да, если он выиграет, можно будет попросить Кавейна о разговоре. Попросить рассказать о том, откуда взялся шрам. Пусть в мелфис ему ни разу не удалось выиграть, так здесь есть надежда, что у него будет право задавать вопросы и получать на них правдивые ответы. Он прикасался к коже, каждый раз внутренне вздрагивая от осознания, что такое возможно, внутренности размягчались до состояния желе, сглотнуть было страшно. Лео еле унял дрожь в руках, стараясь, чтобы не заметил Кавейн, но кажется, того трясло не меньше. Силы было в избытке. Он легко держал полог и одновременно работал со шрамом. Иногда магии было даже слишком много и ее мощь заставляла осторожничать. Но все было напрасно. Лео попробовал все арканы из раздела целительства, которые помнил, попробовал убрать шрам только магическим воздействием, иногда ему даже казалось, что шрам становится меньше, почти исчезает на время. А затем он вновь проявлялся на коже, как невидимые чернила проступают под воздействием огня. Время для Лео замерло на отметке «Вечность». Он одновременно испытывал целую гамму чувств, в которой перемешивались досада, надежда, раздражение, наслаждение. Кавейн никак ему не мешал, но и не помогал. Они оба молчали, боясь разрушить то хрупкое равновесие, которое нависло над ними неопределенностью. Наконец Кавейн пошевелился и открыл глаза. – Я устал. Просто признай, что тебе это не под силу. Лео едва не зарычал от отчаяния, признавая правоту Лисандра. – Его нельзя убрать, да? – Да, – ответ был совсем безжизненным. – И я не раз сказал тебе об этом. Лео кивнул. Кавейн действительно долго сопротивлялся, прежде чем согласился на эксперимент. – Но ты хотя бы можешь сказать, что это? Почему он словно существует параллельно тебе, почему он проступает вновь. – Потому, что это печать, – Кавейн улыбнулся, возвращаясь к прежней насмешливой манере. – Её оставила магия, когда покидала меня. – Как это случилось? – Котёнок… – укоризненно покачал головой Кавейн. – Ты не выиграл у меня ни одной партии, чтобы задавать мне такие вопросы. – Он легко вскочил на ноги, подавая Лео руку. – А теперь пойдём и напоим Стайна. Полог схлопнулся с лёгким шипением. Переступая порог двери из зоны изоляции, Лео никак не мог разобраться с тем, что он чувствует сейчас. Словно он оставляет за спиной что-то очень ценное, то к чему возврата уже не будет. – Отведешь меня? – Кавейн прервал молчание Лео, бредущего по коридору куда-то в сторону крыла администрации. – Нет, – Лео закусил губу. – Я собираюсь нарушить все правила. – Все?! – Лисандр смотрел с веселым ужасом. – Какие успею, – уточнил Лео. – Ведь арестантов не положено приводить в крыло администрации? Арестант задумчиво кивнул: – Хотя мы с Фергусом уже нарушали это правило. – Ну вот, – огорчился Лео, – и в этом я уже не первый. – Зато у тебя есть шанс быть первым в спаивании Стайна, – насмешливо предложил Лисандр. – Как ты собираешься это провернуть, кстати? Лео задумался. – В случае отсутствия коменданта его обязанности исполняет Уинсборн? Кавейн кивнул. – А в случае недееспособности Уинсборна старшим автоматически становлюсь я? Учитывая, что Стайн не является свободным… Кавейн ещё раз кивнул. – Ну вот! Значит мне необходимо устранить Уинсборна, что не так сложно, а потом приказать Стайну выпить. – Принять боевую ипостась и выпить, – уточнил Кавейн. Лео согласно качнул головой. – Превышение служебных полномочий, – вкрадчиво напомнил Лисандр. – Мне за это грозит отстранение и высылка с планеты? – заинтересовался Лео. – Возможно. – Отлично! Сделаем это! – растеряв всю медлительность, Лео схватил Лисандра за руку и потащил к Стайну. И, конечно, то, что лицо Кавейна накрыла тень, ему всего лишь почудилось. Стайна на месте не оказалось. Не было его и у Уинсборна. Задумчиво рассмотрев уже знакомую картину странно сложенного в кресле длинноногого Дерека, Лео мысленно возмутился тем, что Стайн бросил свой добровольный пост привратника возле храпящего мага, одновременно порадовавшись, что Уинсборна устранять не потребуется. Ну и где его теперь искать?! – Его комнаты двумя поворотами дальше, – подсказал Лисандр. Покосившись на подопечного, Лео послушался совета, не забыв проявить любопытство. – Мне периодически совсем не кажется, что ты заключённый. – Я провёл здесь тридцать пять лет, - улыбнулся Кавейн. – Это почти мой дом. – Да. Но обычно, – Лео старательно подчеркнул интонацией то, что он в эту обычность не верит, – обычно заключённые не разгуливают по тюрьмам, даже ставшим им домом. Не распивают алкоголь, не живут в шикарных апартаментах, не… Да почти ничего из того, что ты делаешь, им недоступно! – Мне тоже это было доступно не всегда, – помрачнев, тихо констатировал Лисандр. И Лео вспомнил шрамы на его теле. – Но в какой-то момент они решили, что я им нужен больше, чем они мне, – он невесело усмехнулся. – И что? – И теперь я пью, играю в мелфис, разгуливаю по коридорам тюрьмы… Впрочем, последнее на твоей совести – не я же нарушаю правила! Но я готов разделить ответственность, потому, что пропустить такое… Лео только фыркнул. Пройдя два поворота, он увидел дверь, без таблички, только с номером. Предупреждать Стайна о визите смысла не имело - не тот статус. Поэтому Лео просто приложил коммуникатор к панели замка, и вошёл. Стайн обернулся на щелчок двери. – Лорд Маро? Приветствую, Стайн. Я не нашёл тебя у Уинсборна. – Вы могли вызвать меня в любой момент, - Стайн указал на коммуникатор. – Ммм… – Лео смутился, но менять решение сейчас было глупо. – Стайн, поскольку эрн Фергус пока отсутствует, а эрн Уинсборн временно не может исполнять обязанности, мне нужна от вас одна услуга, которую, я надеюсь, вы мне окажете без излишнего давления и необходимости приказа. В этот момент Кавейн сдавленно фыркнул, а Стайн перевёл на него взгляд. – Услуга? – биоморф, как всегда, был безупречно невозмутим. – Да, услуга. – Лорд Маро, не хочу показаться невежливым, но проводя заключённого в крыло администрации и без должного сопровождения, вы нарушение пункт… – Да, да. Я знаю, – Лео бесцеремонно оттеснил Стайна глубже в комнату. – Так вот. Я хочу, чтобы ты принял боевую форму и употребил в качестве напитка алкоголь в количестве… – Лео задумался, не понимая сколько может понадобиться биоморфу для опьянения, – скажем две пинты. – Две пинты? – в глазах Стайна шевельнулось что-то незнакомое. – Да, две пинты. – Чистого алкоголя? – Да, чистого алкоголя, – Лео не понимал что происходит. Рядом давился смехом Кавейн. – Это невозможно. – Что невозможно? – Лео изучал розовые радужки глаз Стайна, гадая о его боевой форме. – Я не могу принять алкоголь во второй ипостаси. – Почему? – Лео искренне не видел препятствий. – Твоя форма сухопутная и кислорододышащая? – Да, – Стайн не изменял безразличию. – Тогда в чем дело? – Посмотрите сами, лорд Маро? Лео безусловно только почудился сарказм. Как и в случае с Фергусом, это было невозможно. Он кивнул и приготовился к не самому эстетичному зрелищу. И если к процессу трансформации он был морально готов, то вот к тому, что получилось… Лео оглянулся на уже смеющегося в голос Кавейна: – Это же паук?! Кавейн вытирал слёзы и смеялся прислонившись лбом к стене, не в силах остановиться. – Ты знал?! – Лео обвиняюще ткнул в Лисандра пальцем. Собственно чего-то такого и следовало ожидать… Он выскочил в коридор, игнорируя желание закрыть дверь, оставив там Лисандра. Перевёл дыхание и дождался подопечного. – Ты знал! – Догадывался. Кстати, ты его подавляешь, он почти не сопротивлялся. Лео поморщился: – Не льсти. – Согласись, это было весело? Лео кивнул, не находя в ситуации ничего веселого и взглянул на коммуникатор – было довольно поздно. Возможно, он не заметил, как пролетело время в зоне изоляции. – Я отведу тебя. Кавейн молча кивнул, принимая. – Не останешься? – Нет, - Лео совсем не нравилась идея уходить к себе, но… Последний, пятый день отпущенный ему нордиком истекал сегодня. И следовало подумать о происходящем. А думать рядом с Кавейном… Отведя подопечного в апартаменты, Лео забывшись в мыслях добрался к себе. Он твёрдо был намерен проанализировать ситуацию, но попытка провалилась почти сразу. Думать рационально не получалось совсем. Пометавшись по комнате из угла в угол, Лео забрался на диван и уснул почти сразу, уронив голову на подлокотник.