Несмотря на страх

      Его друзья оказались в больничном крыле. Как поведал ему Симус, после зельеварения слизеринцы захотели насолить Гарри и Гермионе за прошлый инцидент. Состоялась нешуточная драка, из-за которой пострадали Гермиона и Крэбб. На последнего Рону было всё равно, по делом ему, но вот за Гермиону обидно.       Уже будучи в больничном крыле Рон слушал, как Гарри весьма эмоционально рассказывал о причине потасовки.        — Они говорили о тебе всякие гадости, да и обо мне не забыли кое-что добавить. Всё бы ничего, мы ведь уже привыкли к такому от Малфоя, но этот гад обозвал Гермиону грязнокровкой, и я не сдержался, — закончил Гарри, гневно нахмурив брови.        — Ты всё правильно сделал, Гарри, — попыталась его успокоить Гермиона. — Не будем это мусолить. Малфой никогда не изменится. Зато у меня теперь ровные зубы.       Гермиона широко улыбнулась, показывая строй ровных и белых зубов. Посмеявшись с этого, друзья пришли к тому, что Гермионе очень идёт её обновлённая внешность, ведь больше не было тех передних выпирающих зубов, которых она стеснялась прежде.       С того дня минуло ровно две недели. Рон без устали бегал с библиотеки на уроки, с уроков в Большой зал, а после снова в библиотеку. Никогда не замечавший за собой столь огромной любви к хранилищу знаний и книг, Рон был вынужден безвылазно сидеть в нём и штрудировать книги, в надежде на находку хоть малейшей полезной информации.       На первом состязании, всем участникам турнира было позволено иметь при себе только палочку в качестве оружия. Рон итак ужасно ею владел, но он ещё и знал мало действительно нужных чар и заклятий, ограничиваясь лишь знаниями до четвёртого курса включительно. Из-за этого он был просто «пти гарсон», как когда-то точно выразилась Флер, по сравнению с другими чемпионами.       Гарри и Гермиона помогали ему. Гермиона искала новые книги, а Гарри натаскивал в практике. Том Реддл тоже не остался в стороне, разучивая его новым способам использования беспалочковой магии.        — Так как ты у нас теперь чемпион Турнира Трёх Волшебников, ты должен знать о высокой степени опасности подобного мероприятия. Поэтому нам в первую очередь нужно научиться защищаться. Простенькие чары защиты могут стать куда сильнее, просто от того, что ты будешь подпитывать их сырой первозданной магией. И это куда надёжнее, ведь палочка может потеряться в бою.       Так, днём Рон учился с друзьями, а ночью тренировался с Реддлом. С каждым таким днём Рон всё сильнее уставал. Но кроме этого была и другая напасть. Рита Скиттер опубликовала в «Пророке» статью о Турнире Трёх Волшебников. Хотя, если быть более конкретным, то о Роне, который в своё время просто отмахнулся от журналистки. Возможно, он очень зря сделал это, потому что Скиттер в своей статье выставила его возгордившимся своим новым статусом мальчишкой, не видящим дальше своего веснушчатого носа. Многие в Хогвартсе из-за этого смеялись над ним, не упуская любой возможности поиздеваться.       Всё бы продолжалось подобным образом, если бы одним прекрасным днём ему не написал его старший брат Чарли.       Привет, Рон       Как у тебя дела? Надеюсь ты в порядке и готовишься к турниру.       Могу предположить, что Каркаров и мадам Максим уже рассказали об этом своим ученикам. Поэтому я буду спокоен, если и ты будешь об этом знать.       В первом этапе турнира будут драконы, на каждого чемпиона по одному: венгерская хвосторога, валлийский зелёный обыкновенный, шведский тупорылый, китайский огненный шар. Дракон будет препятствием, который чемпионам нужно пройти, чтобы забрать кое-что.       Говорю сразу, усыпляющее заклятье не самый лучший вариант. Кожа драконов защищена древней магией, которую не так просто сломить. Поэтому лучше всего подойдут отвлекающие и затуманивающе разум чары.       Удачи тебе, Рон. Береги себя.       Твой брат, Чарли       Благодаря этому письму Рон и его друзья смогли понять, в какую сторону им нужно двигаться. Оставив в стороне всякие, как уже оказалось, ненужные заклятия, они сосредоточились на чарах связанных с сознанием.        — У нас остаётся три заклинания, — сказала Гермиона, вычеркнув из своего списка несколько строк. Ребята сидели в одном из укромных закоулков библиотеки, скрываясь от любопытных глаз и сумасшедших фанаток Крама. — И так, это: заклинание вызывающее страх, заклинание забвения и чары кратковременного замешательства.        — Не густо, — уныло протянул Рон, бесцельно оглядывая ряды книг в стеллаже справа от него. — Вот если бы у нас было бы больше доступа в Запретную секцию.        — Нам разрешили войти туда только один раз, ничего не поделаешь, — категорично покачала головой Гермиона. — Уже за это нам нужно сказать спасибо профессору МакГоннагал.        — Как будто нас это когда-то останавливало, — усмехнулся Гарри, многозначительно взглянув на друзей.        — Предлагаешь воспользоваться мантией?.. — недоговорил Рон, сразу поняв ход мыслей приятеля, как и Гермиона. Речь шла о мантии-неведимке Поттеров.        — Но в мантию теперь может поместиться только один человек. Мы уже не такие миниатюрные, какими были раньше.       Не согласиться с Гермионой было сложно.        — А это идея. Даже если я буду один, то думаю смогу хоть что-нибудь найти полезное, — сказал Рон, легкомысленно улыбнувшись ребятам.        — Может вместе пойдём? Наверно, вдвоём мы бы смогли уместиться под мантией, — предложила Гермиона, желая ему помочь.        — Ну нет, Герм. Вы и так уже многое для меня сделали, но в этот раз рисковать буду только я. Вам же нужно будет отвести от меня ненужные подозрения и открыть в определённое время дверь в гостиную.        — Хорошо, можешь на нас рассчитывать, — поддержал его Гарри. Гермионе оставалось только вздохнуть, принимая решение друзей.       Тем же вечером, ребята решили осуществить свой нехитрый план. Состоял он вот в чём: послать Седрику весточку с предложением тайной встречи, после которой Рон под мантией неведимкой пошёл бы в библиотеку и ровно в двенадцать часов ночи вернулся бы в гостиную, где друзья откроют ему дверь. По скромному мнению Рона, Седрика можно было бы с чистой совестью убрать из этого плана, но Гарри настолько было его жаль, что пришлось оставить всё так, как есть. Ведь действительно, было бы весьма прискорбно, если бы Седрик был бы единственным из чемпионов, кто не знал о драконах на первом туре. Скорее всего его даже никто не посчитал нужным предупреждать о них, хотя Флёр и Виктору их директора уже давно всё рассказали.       Смирившись с этим, Рон отправился на место встречи — в один из заброшенных кабинетов Хогвартса. Парень был не совсем уверен в том, что Седрик сочтёт нужным обращать внимание на его послание, но всё же на всякий случай решил стоять в кабинете до последнего. Ему было совестно оставлять Диггори без подсказки. Так у него хотя-бы будет больше шансов выжить.        — Рон? — неуверенный голос Седрика внезапно прозвучал в тишине кабинета. Его голова опасливо выглядывала из-за проёма двери, будто он ожидал какой-то подставы, не торопясь заходить в кабинет.        — Привет, Седрик. Проходи скорее, — поторопил его Рон, не давая времени на раздумья. Ему не хотелось тратить слишком много времени на эту встречу, ведь чем дольше здесь он стоял, тем больше терял возможность найти в запретной секции библиотеки что-то стоящее.        — К чему такая скрытность? — спросил Диггори, когда Рон наколдовал чары заглушки.        — Это связано с турниром, а точнее с первым испытанием, — оглянувшись на него, гриффиндорец подошёл к нему, со всей серьёзностью посмотрев ему в глаза.        — Разве ты знаешь о турнире что-то больше меня? — с сомнением уточнил Диггори, недовольно скрестив руки на груди.        — Теперь и ты будешь это знать, так что просто прими к сведению, а потом уже решай, что с этим делать. Думаю, ты всё же должен узнать об этом, чтобы все четыре чемпиона турнира были на равных, — не спеша всё сразу вываливать на бедного Диггори, Рон всё тянул с объяснениями. Приходилось подбирать слова, чтобы не задеть хаффлпаффца.        — Говори, — не сдержался Диггори, потребовав рассказать о причине их сегодняшней встречи.        — Не буду говорить каким образом, но я узнал что будет на первом испытании, и у меня есть полная уверенность в том, что Делакур и Краму это уже тоже известно. Их директора об этом точно постарались. На первом испытании нам предстоит столкнуться с драконами, но не сразить их, а обойти, чтобы что-то у них забрать. Что именно я, к сожалению, не узнал, но суть в том, чтобы не вредя дракону суметь его одурачить и забрать какое-то его сокровище. Из драконов там будут венгерская хвосторога, валлийский зелёный обыкновенный, шведский тупорылый и китайский огненный шар.       Диггори стоял как громом поражённый. При слове «дракон» его красивые выразительные глаза смешно округлились, но Рону было не до забавы. Он прекрасно понимал реакцию Седрика.        — Я тебе сказал то, что должен был. Остальное уже за тобой. Удачи, — бросив это на последок, Рон выскользнул из кабинета и скрылся в темноте коридора, оставив без внимания просьбу Диггори остановиться и поговорить.       На разговоры не было времени. Оставалось всего три часа до отведенного двенадцати полуночи и гора книг, которые ещё нужно было прочитать. Всё же кажется он переоценил свои возможности и ему стоило взять кого-нибудь на подмогу, но уже поздно передумывать. До испытания было уже всего ничего.       Незаметно, под мантией неведимкой, Рон пробрался в библиотеку, а после и в её запретную секцию. Было темно, даже одинокий луч лунного света не мог пробраться сюда, из-за чего Рон двигался медленно, пытаясь разобраться. Лишь убедившись, что плотно закрыл дверь в запретную секцию, он позволил себе достать волшебную палочку и зажечь на ней люмос. Хотя бы с этим его палочка могла ещё справиться.       От обилия книг на стеллажах у Рона разбегались глаза. Он не знал с чего начать. В прошлый раз, когда он был здесь с друзьями, они осмотрели всего лишь четверть стеллажей, а на него одного сейчас осталась вся остальная чать секции.       Что ж, раз рядом с ним никого сейчас не было, то может стоило бы посоветоваться с тем, с кем он разговаривает только наедине с собой? Наверняка он знал об запретной секции больше его друзей, может стоит попытать удачу?       Не тратя драгоценные минуты на раздумие, Рон достал дневник Реддла, перо и чернила, и начал диалог:        — Том, нужна помощь. Ты бывал в запретной секции библиотеки Хогвартса?        — Бывал и не раз, — тут же ему ответили, словно только этого и ждали. А впрочем, Реддлу больше нечем было занять себя.        — Отлично. Я пробрался в запретную секцию, и мне нужно найти что-нибудь, способное помочь мне на первом испытании турнира. Поможешь мне?        — А что мне за это будет? — хотя за этими буквами, написанными черными чернилами, непонятно какие мысли скрывались, но у Рона было четкое ощущение, что они были полны ехидства.       Рон не знал, что на это ответить. Том и так делал для него слишком многое. Он учил его колдовать без палочки, контролировать и управлять силами некроманта, что давало ему возможность ощутить спокойную и долгую жизнь. Том отдавал ему всё, что у него есть, а у него в его состоянии были только знания. Но даже так, Рон не представлял, что бы он мог предложить ему взамен столь же равноценное.        — А что ты хочешь? — и поэтому позволил Тому решить самому, что ему нужно от Рона, даже если это и было слишком опрометчиво с его стороны.        — Я многого хочу… Но, к сожалению, ничто из этого пока не может быть моим. Поэтому за тобой должок, Рон, — весьма расплывчато объяснил Том, от чего парень испытал еле ощутимое волнение. Он пытался не представлять, чего желал этот «юный» Тёмный Лорд, потому что в мысли лезло только что-то кровожадное и беспощадное.        — Надеюсь это будет то, что я буду в состоянии тебе преподнести, а не что-то невозможное…        — Не волнуйся, по части невозможности отвечаю я. От тебя же я потребую только то, что ты будешь в силах сделать. Ну так, что, согласен?        — Да, только помоги, пожалуйста!       Дневник не мог издавать никаких звуков, но казалось Рон слышал чей-то коварный смех. Ему стало не по себе. Казалось, он только что совершил сделку с подлым демоном.        — Так как в турнир тебе нельзя брать с собой ничего кроме палочки, остаются только чары и зелья, которые ты бы мог нанести на себя, перед турниром. В таком случае, тебе нужно…

***

      Вот и настал день первого испытания. С самого утра Рон был сам не свой: у него всё валилось из рук, за завтраком еда не лезла ему в горло, а потом выяснилось, что он вообще забыл взять с собой свой портфель, хотя впереди предстояло просидеть два сокращённых занятия.        — Не волнуйся ты так, Рон. Я считаю, что ты полностью готов и у тебя всё получится, — пыталась его поддержать Гермиона, сидя на уроке трансфигурации.        — А я так не считаю, — тихо пробормотал парень, но друзья его прекрасно услышали.        — Не нужно так считать. Зелье непроницаемости огня у тебя в кармане, с чарами определились и потренировались. Остальное всё уже зависит от тебя, потому что в основном ты уже готов. Так что давай, настраивайся на успех, — Гермиона покачала головой, тепло на него глядя.        — Не хватает только Феликс Фелициса для полного счастья, — не унимался парень, не находя в себе ни грамма уверенности.       «Помни, при беспалочковой магии нужно быть уверенным не только в результате, но и в собственных силах,» — вспомнились слова Тома, и в этом крылась большая проблема. Рон боялся в ответственный момент потерять контроль над собой и своей магической силой. Всё же не каждый день приходится сталкиваться с драконом, хоть он и живёт в магическом мире.        — Перед испытанием любые зелья принимать внутрь нельзя, Рон. Такое посчитают за доппинг, — отозвался на слова друга Гарри, ободряюще сжав его плечо. — Мы будем поддерживать тебя на трибунах. Если будешь сильно переживать, помни об этом.        — Да, в любом случае мы поддержим тебя, — согласилась Гермиона, растянув губы в привлекательной улыбке.       Не удержавшись, Рон также улыбнулся, и от чего то казалось, будто у него гора сошла с плеч. Правильно, какой бы итог ни был — друзья его не покинут, ведь в приоритете его выживание, а не победа.       И так, пребывая в достаточно подвешенном состоянии, Рон и не заметил, как до встречи с драконом остался всего час. Обед в Большом зале ни разу не возбудил в нём его аппетит, поэтому он даже был рад, совсем чуть-чуть, что МакГонагалл подошла к нему.        — Уизли, чемпионы уже ушли, пора готовиться к первому туру.        — Иду, — Рон быстро отложил вилку в сторону, оставив без внимания не тронутый обед, и поднялся со скамьи.        — Удачи! — крикнули ему друзья, и он благодарно кивнул им. На свой голос он не полагался.       Вместе с профессором МакГонагалл он покинул зал. Ей тоже было не по себе. Лицо встревоженное, как и у его друзей. Сошли по каменным ступеням, вышли в холодный ноябрьский полдень, МакГонагалл опустила руку ему на плечо.        — Не бойся, — сказала она. — Держись молодцом. На случай осложнений дежурят волшебники… Главное, сделай все, что можешь, плохого о тебе не подумают… Ты как, в порядке?        — Да, конечно.       Пошли к драконам опушкой леса. У купы деревьев, за которыми находился загон, поставили палатку, загородившую монстров. Остановились у входа.        — Войдешь сюда к другим чемпионам, — явно дрожащим голосом сказала профессор МакГонагалл. — Будешь ждать своей очереди. Там мистер Бэгмен. Он объяснит вам, что делать… Счастливо тебе.        — Спасибо, — безучастно произнес Рон. Профессор удалилась, и Рон вошел внутрь.       В углу на низком деревянном стуле сидела Флер Делакур. Бледная, на лбу капельки пота. Куда делся её обычный самоуверенный вид? Виктор Крам еще сильнее хмурится — похоже, нервничает. Седрик ходит из угла в угол. Увидев Рона, слегка улыбнулся, Рон ответил тем же, с трудом двигая мышцами лица, которые точно одеревенели.       — Привет, Рональд! — радостно воскликнул Бэгмен. — Входи, входи! Чувствуй себя как дома!       Бэгмен был одет в старую мантию с черно-желтыми, как у осы, полосками. Толстый, веселый, он выглядел карикатурой в окружении бледных, напряженных чемпионов.        — Итак, все в сборе. И я сейчас сообщу вам, что делать! — бодро заявил Бэгмен. — Когда зрители соберутся, я открою вот эту сумку. — Он поднял небольшой мешочек из красного шелка и потряс им. — В ней копии тех, с кем вам предстоит сразиться. Все они разные. Каждый по очереди опустит руку и достанет, кого ему послала судьба. Ваша задача — завладеть золотым яйцом.       Рон огляделся. Седрик кивнул, дав понять, что понял, о чем речь, и вновь принялся ходить по палатке. Флер и Крам не шевельнулись.       Очень скоро послышался топот множества ног. Зрители шли, шутя, смеясь, возбужденно переговариваясь… Они казались Рону гостями с другой планеты. Тем временем Бэгмен развязывал шелковый мешочек.        — Леди, прошу вас, — объявил он, предлагая мешочек Флер.       Она опустила внутрь руку и вынула крошечную точную модель валлийского зеленого с биркой номер два на шее. Флер не выказала ни малейшего удивления, скорее осознанную обреченность. Да, Рон с друзьями были правы: мадам Максим ей все про драконов рассказала.       Вторым выбирал — Крам. Ему выпал китайский огненный шар с номером три. Крам не моргнул и глазом, просто смотрел под ноги.       Седрик вытащил сине-серого шведского тупорылого под номером один. И Рон понял, что его ожидает. Он сунул руку в мешочек — венгерская хвосторога, номер четыре. Рон взглянул на дракониху — та растопырила крылья и оскалила крошечные клыки.        — Ну вот! — сказал Бэгмен. — С этими драконами вам предстоит встретиться. На шее у дракона номер очереди. Все ясно? Тогда вынужден вас оставить, я сегодня еще и комментатор. Мистер Диггори, по свистку первый войдете в загон, ясно? Рональд, можно тебя на два слова?       Ничего не понимая, Рон послушно вышел из палатки вслед за Бэгменом.       Тот отошел за деревья и обратился к нему с отеческой заботой в голосе:        — Как ты, Рональд? Могу я чем-то тебе помочь?        — Что? — не сразу понял парень. — Нет. Ничем.        — У тебя есть план действий? — Бэгмен заговорщически понизил голос. — Я хотел бы подкинуть тебе пару советов. — Бэгмен понизил голос почти до шепота. — Ты младше всех, Рональд, да и твой отец хороший человек, я бы помог тебе, если, конечно…        — Ни в коем случае, — перебил Рон и, чтобы смягчить свою грубость, добавил: — Благодарю, я уже знаю, что делать.        — Никто не узнает, Рональд, — подмигнул Бэгмен.        — Нет. Я чувствую себя прекрасно, — ответил Рон, а про себя подумал: «Наглое враньё». — У меня есть план действий.       Прозвучал свисток.        — Ой-ёй, мне пора бежать! — с этими словами, его и след простыл.       Рон вернулся в палатку, ему на встречу вышел уже переодевшийся и ещё больше побледневший Седрик. Тихо поблагодарив его, Седрик прошёл мимо.       Рон, Флер и Крам услышали, как снаружи взревели зрители. Значит, Седрик уже в загоне лицом к лицу с живой копией своего дракончика.       Не отвлекаясь особо на происходящее за пределами палатки, Рон пошёл переодеваться за ширму. Каждому чемпиону выдавали специальную одежду, с эмблемами их школ, а в случае с хогвартцами и отличимыми цветами их факультетов.       Раздевшись, Рон вылил на себя заранее приготовленное зелье, защищающее от драконьего пламени. В правилах говорилось лишь о том, что нельзя принимать зелья внутрь, но о том, что нельзя натирать ими тело участника, не было написано ни одного слова. На эту мысль его натолкнул Том, и Рон был очень благодарен ему за такую находчивость.       Наскоро одевшись, Рон подошёл к остальным чемпионам и прислушался к голосу Бэгмена, возбуждённо комментировавшего схватку Диггори с его драконом.        — Ну! Еще чуть-чуть… мимо!!! Он идет на риск! Давай же!!! Эх! Умный ход — жаль, не сработал!       Спустя пятнадцать минут оглушительный рев возвестил, что Седрик перехитрил дракона и схватил золотое яйцо.        — Превосходно! — кричал Бэгмен. — Молодец! А сейчас оценки судей!       Но результат не назвал. Наверное, судьи показали оценки только трибунам. Вновь раздался свисток.        — Осталось трое! — провозгласил Бэгмен. — Мисс Делакур, прошу!       Флер дрожала с головы до ног, у Рона даже шевельнулось внутри сострадание. Она покинула палатку с высоко поднятой головой, сжимая в руке палочку. Рон и Крам остались вдвоем, сидели в разных углах, избегая взгляда друг друга. Все началось сначала.        — Не уверен, что это мудрая тактика! — доносился веселый комментарий Бэгмена. — Близко!!! Совсем близко!!! Ну, как так можно?! Внимательней надо! Черт!!! Думал, сейчас схватит!       Три минуты, и опять взрыв аплодисментов. Значит, Флер тоже справилась. Показывают оценки, тишина… очередная овация… и третий свисток.        — Мистер Крам, ваш выход! — объявил Бэгмен.       Крам, ссутулясь, вышел, и Рон остался один.       Никогда он не был в таком напряжении: сердце колотится, пальцы дрожат от страха, и как будто никакой палатки нет — видит и зрителей, и единоборство с драконом.        — Вот это дерзость!!! Здорово!!! — кричал Бэгмен. Крики его заглушил жуткий рык китайского огненного шара, трибуны стихли. — Ну и нервы! Не человек, а машина! Да!!! Он схватил яйцо!!!       Аплодисменты сотрясли морозный воздух, как будто разбилось огромное зеркало. Крам завершил раунд, настала очередь Рона.       Стараясь успокоиться, Рон как проклятый повторял в мыслях слова Реддла: «Верь в свои силы», — и изо всех сил старался верить. Прозвучал свисток и Рон вышел из палатки, не разбирая дороги дойдя до загона.       Огромное чудище, в три метра ростом, опасливо смотрело на него, угрожающе растопырив свои крылья, стараясь стать больше для своего противника. Разозлённый дракон уже с первых секунд был враждебно настроен, видимо нервничая из-за большого скопления людей. Она была готова до последнего издыхания стоять и защищать своё сокровище — кладку, что находилось в безопасности у еë ног. И там же Рон увидел то, что ему нужно. Золотое яйцо, сильно отличающееся от остальных яиц драконихи.       Помня, что вредить дракону нельзя, Рон логично предположил, что и её настоящая кладка должна остаться в целости и сохранности. Это затрудняло задачу, и о заклятии замешательства ему пришлось забыть. Кто знает, может она случайно раздавит своих ещё не вылупившихся детёнышей, потерявшись в пространстве под воздействием этого заклятия.       Идти к дракону было страшно, но что ещё оставалось? Нужно было забрать золотое яйцо, а дракониха не отходила от него ни на шаг.       Сосредоточившись, Рон наложил на себя заклятье, скрывающее все его запахи и наложил невидимость. Отработанным движением выполнив еле заметные пассы рукой, Рон скрылся из виду драконихи, из-за чего она растерянно огляделась.        — Гениально! — взревел Бэгмен, и его крик подхватили трибуны. — Надо же было до этого додуматься?!       Не видя противника глазами, дракониха попыталась его унюхать, но так же потерпела неудачу. Из-за этого она стала еще беспокойней.       Стараясь делать свои шаги бесшумными, Рон пытался пробраться к драконихе, игнорируя шум толпы. Шаг за шагом он становился всё ближе к ней, мысленно умирая от страха.       Дракониха начала ходить кругами вокруг кладки, всё ещё тщетно пытаясь найти противника. Это затруднило действия Рона. Теперь подобраться к золотому яйцу стало ещё сложнее.        — О нет! Хвосторога стала ещё осторожней. Что же теперь предпримет Рональд Уизли?       Дождавшись момента, когда дракониха проёдет мимо, Рон проскользнул к кладке и схватил золотое яйцо, что не осталось не замеченным хвосторогой. Она грозно зарычала и начала выдыхать своё пламя во все стороны, не зная куда нужно атаковать.        — Чёрт!       Из губ Рона вырвалось ругательство, когда он почувствовал, что воздух вокруг начал стремительно нагреваться. Яйцам драконихи это было не страшно, но вот самому Рону это грозило зажариться в мгновение ока до состояния древесного угля.       Паника захлестнула Рона, нужно было уходить пока не поздно. Заклятья на нем развеялись, опасно выставив его на обозрение разъярённому дракону, что хищно наступал на него.        — Опасно! Рональд, немедленно уходи оттуда! — всё ревел Бэгмен, требуя, чтобы его быстро вытащили из загона. Казалось к Рону уже спешили.       Было бы так просто сбежать от драконихи, Рона бы здесь уже след простыл. Мысли в его голове начали истерично скакать. Срочно нужно было что-то придумать.       Хвост хвостороги двинулся на него, намереваясь прихлопнуть его на месте. Неуклюже уклонившись, Рон побежал в сторону выхода. Это драконихе не понравилась, и она распахнула свои крылья, кинувшись за ним. Смерть сейчас буквально следовала за Роном по пятам.       Он знал, что такими темпами просто не успеет добежать, дракониха быстрее догонит его и убьёт. С каждой секундой градус опасности всё нарастал, и Рон почувствовал как холодеют его конечности. Его зрачки были сильно сужены от страха, из-за чего глаза стали невероятно светлого оттенка. Ещё немного и его не станет.       Не ведая, что он творит, Рон развернулся прямо к хвостороге и взглянул в упор в её хищные глаза. Казалось, из его нутра в этот момент поднялась страшной мощи сила, грозя его врагам неминуемой смертью. Застигнутая врасплох столь бесстрашным взглядом, хвосторга остановилась. Она казалась загипнотизированной, медленно отступала к кладке, не смея поворачиваться к врагу спиной. Она словно чего-то испугалась, чего-то столько же древнего, сколько и её кровь, что была дана ей с рождения.       Воспользовавшись этим, Рон так же, как и дракониха, отступил к выходу из загона, и только за его пределами смог закрыть глаза, которые нещадно болели.        — Это невероятно! Как такое объяснить?! — взорвался Бэгмен, а за ним и толпа.       К Рону поспешили волшебники, которые хотели эвакуировать его из загона, но несколько опоздали с этим.        — С тобой всё хорошо, Рон?! — встревоженный Чарли тут же налетел на брата, осматривая его со всех сторон.        — Всё нормально, — с трудом выговорил парень, в шоке держа золотое яйцо трясущимися руками. Он жив, он выжил.       Выглядел он неважно: весь бледный, с растрёпанными рыжими волосами, с подпалившейся в некоторых местах формой. У Чарли начал дёргаться правый глаз от увиденного.        — Мистер Уизли! Скорее в палатку первой помощи, — сказала профессор МакГонагал.       Так и не отдышавшись, Рон вышел из загона. У входа в соседнюю палатку стояла разгневанная мадам Помфри.        — Драконы! — возмущалась она, таща Рона внутрь.       Палатку разделили на два отсека. Сквозь занавески проглядывала тень Седрика. Он уже сидел. Слава богу, значит, ранение не опасно.        Мадам Помфри осмотрела Рона, после того, как тот снял форму чемпиона, все время причитая:        — В прошлом году дементоры, в этом драконы! А на будущий год кого еще приведут?! Тебе очень повезло. На одежде то твоей, в отличии от тебя самого, живого места не осталось. Ладно, одевайся и иди узнавать результат.       Мадам Помфри зашла за занавески, оставив Рона одного. Оставив форму в стороне, Рон оделся в сменную одежду, прихватил золотое яйцо и вышел из палатки. В его голове было пусто, ни одной мысли.        — Рон! Ты как? — с порога к нему бросилась Гермиона, заключив его в объятия.        — Дружище, ты молодец, — рядом маячил Гарри, облегчённо улыбаясь. — Всё сделал как надо.        — Спасибо, — прошептал Рон, закрыв глаза и приходя в себя. — Со мной всё хорошо, Гермиона.        — Точно? Ты такой холодный, — засомневалась подруга, отстраняясь от него.        — Да, точно. Это от испуга скорее всего.       Холода он больше не ощущал, поэтому не сильно понимал, о чём говорит Гермиона, но скорее всего это всё последствия его магической силы. Именно она помогла ему в смертельный момент.       Ребята пошли в сторону судей, чтобы узнать результат Рона.        — Судьи оценивают чемпионов по десятибалльной шкале, — пояснил Гарри.       Рон скосил глаза и увидел, как первая судья — мадам Максим — подняла в воздух палочку. Из нее выскочила длинная серебристая лента и нарисовала большую цифру девять.       Зрители зааплодировали.        — Девятка! — сказал Рон. — Ого.        — Это потому что ты действительно хорошо выступил, — пояснила Гермиона, в ожидании смотря на остальных судей.       Следующим был мистер Крауч. Он дал Рону десять баллов.        — Здорово! — воскликнул Гарри, похлопав Рона по спине.       Дамблдор очертил в воздухе девятку. Зрители ликовали еще пуще.       Людо Бэгмен поставил все десять.       Каркаров был последним. Помедлив, он взмахнул палочкой, и серебристая лента приняла очертания цифры шесть.        — Шесть?! — удивилась Гермиона. — Краму все десять выставил!       Но Рону было всё равно. Жив — уже хорошо.       По дороге в школу, Рона снова нагнал Чарли        — Ты занял первое место, Рон! — сказал он. — Я побежал, надо послать маме сову, сказать, что с тобой всё хорошо. Да, меня просили тебе передать, чтобы ты вернулся на несколько минут. Бэгмен хочет поговорить с чемпионами.       Друзья обещали подождать его, и Рон вернулся в палатку. Теперь в ней было уютнее, чем прежде. Страх перед испытанием оказался ничем, в отличии от сражения. Кажется, Рону это не раз будет сниться в кошмарах.       Флер, Седрик и Крам вошли все вместе. У Седрика одна сторона лица была густо намазана оранжевой противоожоговой мазью.        — Молодец, Рон, — улыбнулся он.        — И ты молодец, — вежливо улыбнулся Рон в ответ.        — Вы все молодцы! — ворвался в палатку Людо Бэгмен, на седьмом небе от счастья, как будто лично отнял у драконихи яйцо. — Я хочу вкратце изложить дальнейшие планы. До второго тура почти три месяца. Он состоится двадцать четвертого февраля в девять тридцать утра. Но за это время вам будет о чем подумать. Взгляните на золотые яйца, которые у вас в руках, видите, они открываются… вот петельки. Внутри яйца ключ ко второму заданию. Он поможет вам подготовиться. Все ясно? Уверены? Тогда отдыхайте!       Возвратившись в школу с друзьями, Рон первым делом пошёл делиться обо всём с Реддлом.