metrópolis

      — А кто болеет за тебя, Ривен? — раздался среди хаотичного гогота толпы голос Ская.       Ривен не сразу понял сути вопроса, однако ему быстро помогли: раз за Ская болеет Стелла, а за Брендона — Блум, то и его кто-то должен поддерживать. Но почему-то он единственный, кто идёт в одиночестве в этой компании, в которой по сути и находиться-то не хотел. Скай умеет уговаривать — с этим нельзя не согласиться. Куда уж Ривену было сопротивляться этой королевской дипломатии?       — Выходит, ты сегодня один, — с некоторой долей издёвки озвучил очевидное Брендон, пробираясь с компанией сквозь толпу.       — И что? — Ривен надел привычную для него в последнее время маску безразличия. Он стал лучше справляться с подколами сквайра, когда у последнего не было никакого прогресса в развитии иммунитета к вовсе небезобидным шуткам одногруппника. Этим приобретённым превосходством Ривен гордился едва ли не также сильно, как успехами на тренировках. Только вот сейчас, когда Скай идёт под руку с феей, а у Ривена в руках шлем и несколько ключей для осмотра мотоцикла перед выездом на гоночную трассу, победа в постоянной незримой битве предательски переметнулась на сторону сквайра.       — Просто это странно, даже Тимми нашел себе подружку, — взвёл плечами Скай, пытаясь смягчить сказанное его другом ранее.       — Может, мне и не нужна подружка? — терпение Ривена иссякало, попытки принца разрядить обстановку были крайне неудачными и даже прежде всегда срабатывающие навыки этой проклятой королевской дипломатии были совершенно бесполезны на этом поле битвы.       — Ага, как же… — многозначительно хмыкнул сквайр.       — Слушай, если захочу — могу получить любую. Так озабочен моей личной жизнью? Тогда спорим — я выиграю в этой гонке, а взамен получу на вечер одну из ваших подружек, — Ривену по сути и не нужен был этот спор, как и спутница ни на это вечер, ни в дальнейшем. Но почему-то обида на сказанное мерзко клокотала внутри. Ему нужно было только заткнуть выскочку, поэтому выбор не был сложным. — Скажем, Блум. Пойдешь сегодня со мной на бал после того, как я размажу на гоночной трассе этого наглого сквайра?       Огненная фея поперхнулась напитком от столь неожиданного предложения, уставившись на Ривена с искренним непониманием происходящего. Тот же лишь наблюдал за реакцией Ская: лицо быстро налилось краской от злости, уголок губ предательски подёргивался время от времени.       — Это не смешно, — сквозь зубы чуть ли не прорычал сквайр. И всё же Ривен видел, что держится тот на удивление стойко, поэтому он решил, что сказанного недостаточно — нужны действия. Сделав шаг навстречу выбранному трофею, он положил руку девушке на плечо. Как бы невзначай, по-дружески.       — Да никогда в жизни, — несмотря на столь решительный ответ, Блум всё ещё не совсем понимала, что с ней происходит. Осознание стало приходить по мере того, как ладонь специалиста с плеча плавно скользнула к лицу.       — Да брось, в глубине души я тебе нравлюсь, даже не отрицай этого, — приподнял он лицо феи, нежно коснувшись её подбородка. — Ну так что, ты согласна?       На несколько мгновений Блум замешкалась, не сводя удивлённых глаз со специалиста. И хоть он с самого начала знал, что ответ будет отрицательным, такая реакция его немного удивила. Не менее удивила реакция Ская — оскал проявился на лице, тело напряглось, при этом он всё ещё сдерживал своё очевидное желание вмазать соратнику по лицу.       — Руки прочь! — резко одёрнула руку Ривена Блум. — Да даже будь ты последним парнем на земле, я бы никуда не пошла с тобой. Что ты о себе возомнил?       Девушка резво отскочила, продолжая свою злобную тираду оскорблениями. Пока все стояли в оцепенении от реакции феи, та сделала пару взмахов руками и, закончив свой монолог нравоучениями о том, что Ривену не следует быть таким нахалом, взвела ими вверх. В тот же момент он почувствовал как ледяная вода полилась ему на голову, затекая за ворот майки, добираясь до ремня брюк, затем склизким холодом пробираясь к ногам.       — Тебя научили слову «нет»? Его бы хватило, — злобно оскалился Ривен, будто бы поменявшись местами с тем, ради кого всё это было затеяно. Брендон же, в свою очередь, лишь победоносно усмехался над положением побежденного, который в полной растерянности стоял посреди площади с облепившей тело мокрой тканью одеждой, с прильнувшими к лицу прядями некогда уложенной причёски.       — Я не хотела, — опомнилась Блум под звенящий в ушах смех окружающих. — Ривен, пожалуйста, прости…       — Лучше отойди, — одёрнул он в раскаянии протянутую к нему руку феи.       — Успокойся, — схватил его за плечо сквайр.       — Да пошёл ты, Брендон, — злобно выплюнул Ривен. Последовав своему желанию скрыться, он нырнул в толпу, оставляя позади и извинения Блум, и насмешку её спутника, и смех некогда друзей. Произошедшее только лишний раз показало, насколько далеко в прошлом осталась их дружба, если их прежние взаимоотношения можно было назвать таковыми.       Он не был зол на Блум, даже безоговорочная победа Брендона в этом глупом состязании не ранила его так сильно, как реакция Ская, который в этот момент успокаивал фею, не оказав ни доли поддержки самому Ривену. Он был единственным, кому в этой команде он мог бы хоть сколько-нибудь доверять. Ему и Музе. Но к ней доверие было утеряно гораздо раньше.       Пока мокрая холодная ткань липла к телу, клокочущая внутри злость не давала ему замёрзнуть даже при порывах холодного осеннего ветра, вторгавшегося в воздух Магикса, сгущённый жарой, впившейся в асфальт и бетон зданий, отражённой стёклами окон. Сгоряча решения было принимать проще — именно сейчас он уже не сомневался, что ему следует срочно покинуть команду без ожидания экзаменов. Повлияет ли этого на его оценки? Будут ли против преподаватели? Всё равно. Главное, избавиться от необходимости разговаривать с его нынешними соратниками, видеть их и хоть сколько-нибудь зависеть от них. А уж с феями — тем более. Ему стоило сделать это сразу же, как только он увидел Музу на балу, лицемерно смеющуюся и отлично изображающую будто не существует той девушки, которая была с ним в первые выходные этой осени.       Все они прекрасно прижились к выделенными им ролям, оттого Ривен и чувствовал себя каким-то непредвиденным дефектом среди этих идеальных людей на идеально подходящих им местах. И они тоже это чувствовали. Наверняка.       Сегодня же он зайдёт в кабинет секретаря Салладина и напишет это проклятое заявление. Нужно лишь дождаться вечера. А пока Ривену было необходимо задать трёпку на гоночном треке специалистам. Напоследок. Поэтому, оставив позади пережитое унижение, он отправился готовиться к гонке.       По пути к душевой в раздевалке он успел зацепить множество насмешливых взглядов: ещё бы, до нитки мокрый он плёлся по всему корпусу мотоклуба. Наконец, он смог смыть с себя остатки позора. С одеждой же было не так просто. Скрученная майка легко отдала полу всю оставшуюся воду, а вот джинсы были по-прежнему влажными. Пришлось раньше времени переодеться в мотоциклетный костюм.       Ривену нравилась эта форма, выданная в Красном Фонтане. В ней он чувствовал себя совершенно по-другому: прежде обычный городской задира, а теперь воин, всадник на металлическом звере, радостно сверкнувшим своим хромированным корпусом при виде хозяина. Специалист провёл рукой по нагретой солнцем глади металла, вскрыл корпус и, вооружившись ключом, стал проверять механизм перед выездом. Финальный технический осмотр — так называлась это в программе соревнований. Участникам для этого предоставлялись механики, но Ривен наотрез отказался подпускать кого-либо к своему мотоциклу. Он и сам мог справиться с осмотром, поэтому не видел смысла лишний раз принимать помощь чужих людей. Пусть даже те и были высококвалифицированными механиками.       Подтягивая очередную гайку, парень и не заметил, как к нему на стоянку заявилась гостья, робко что-то пряча в пакете за спиной.       — Ривен, я хотела извиниться, — пробормотала Блум, до невозможности растягивая слова. Этот акт раскаяния для Ривена был не меньшей неожиданностью, чем само появление девушки. Рука дёрнулась, сведя на нет все его старания по регулировке компенсирующего троса.       — Издеваешься? — сквозь зубы прошипел он, с досадой наблюдая за вновь ослабевающим натяжением этого злосчастного троса.       — Я была не права, извини меня, пожалуйста, — на одном дыхании пролепетала фея, ловко подскочив к специалисту и протянув ему пакет.       — Блум, пожалуйста, не мешай, — пытался не сорваться Ривен. Времени уже было в обрез, а работы предстояло слишком много, чтобы отвлекаться на мелочи вроде этих натянутых извинений.       — Понимаю, ты злишься. Я правда не хотела этого делать, оно как-то само, я напугалась и… Слушай, просто возьми, — Блум говорила с прежде не присущей ей неловкостью, мялась на месте и, очевидно, не собиралась никуда уходить.       — Да уйди ты уже! — отбросил ключ Ривен. Все его старания насмарку, вот чёрт. И нужно было ей появиться именно сейчас. Девушка немного отскочила, испугавшись дребезжания металла по асфальту, но всё же не собиралась никуда уходить.       — Просто возьми, — протянула она пакет вновь. — И я уйду, обещаю.       — Что это? — с недоверием покосился специалист.       — Шлем. Новая модель на телепатическом управлении. Давай покажу как он работает, — Блум улыбнулась и достала из пакета иссиня чёрный чехол, обитый кожей. Замок ей упорно не поддавался, поэтому девушка замялась.       — Хорошо, давай, — раздражённо кинул Ривен и выхватил чехол из хрупких рук. — А теперь уходи.       Он видел эту модель прежде и был удивлён такому подарку, но тем не менее не хотел лишаться новоявленного преимущества из-за скромности, поэтому ловко надавил на края чехла и его взгляду предстал лаконичный ободок шлема, поблёскивая кнопкой трансформации. На несколько мгновений он загляделся на него, не заметив, что девушка наблюдала за ним всё это время.       — Что-то ещё? — исподлобья посмотрел он на неё.       Блум стояла, робко сложив руки и не могла найти сил сказать что-то на прощание. Не так она представляла эту встречу, поэтому пребывала в полной растерянности. И ей было не понять, что причиной грубости специалиста была вовсе не её выходка. Ей казалось, что это временная размолвка, он быстро остынет и их диалог будет куда теплее.       — Удачи на гонке, Ривен, — робко пролепетала она на прощание. Тот же, в свою очередь, молча вернулся к работе. Теперь ему предстояло ещё и скоординировать работу нового шлема с мотоциклом, а времени оставалось всё меньше.       Полчаса усердной работы — и он был полностью готов к соревнованиям. Наконец, можно было и опробовать новый шлем. В сложенном состоянии он немного сдавливал виски, но стоило специалисту нажать кнопку и прочный металл подобно ткани мягко обвил голову, еле слышными щелчками зафиксировавшись на затылке. Он не шёл ни в какое сравнение со старым, от тяжести которого после долгих поездок ломило шею. Этот не ощущался на голове вовсе, а затонированное стекло открывало полный обзор трассы, при этом не искажая цветопередачу и всё же отлично заглушая солнечные блики. На какое-то мгновение Ривен даже раскаялся за своё поведение перед Блум — шлем действительно отличный, наверняка она потратила много времени на его выбор и не меньше денег на покупку. Он обязательно и сам извинится перед ней за свою грубость, объяснит, что она не виновата и, наверное, вернёт этот шлем. Не может он принять такой дорогой подарок от чужого человека. Но всё это будет после гонки, сейчас ему необходимо прийти к финишу первым и никакие угрызения совести этому не помешают.       — Все гонщики на старт, — раздался с экрана голос ведущего. Ривен сел на мотоцикл и подстроился в уже выстроившуюся колонну участников соревнований. Даже на таком коротком отрезке он почувствовал мягкость движения с телепатическим управлением, которое требовало от тела лишь сохранять равновесие. Даже мотор заводился теперь куда быстрее, а шум других мотоциклов и своего собственного не был столь громким.       Зажёгся первый световой сигнал. Ривен вернул ногу на газ. Второй — и он обхватил руль сильнее. Третий — он зажал газ и мотоцикл ринулся вперёд, поддаваясь телепатическим командам. Разогнавшись, специалист и вовсе почувствовал себя одним целым с мотоциклом, плавно обходя соперников. Теперь ничто на замедляло движений мотоцикла, аппарат буквально рассекал воздушную гладь, легко перестраиваясь и плавно наращивая скорость. Доли секунды — и даже заносчивый сквайр остался позади. Вместе с ним и несколько менее удачливых участников, зацепившихся на перестройке задними колёсами.       Сотни метров превращались в мгновения, всё сливалось в единую массу и Ривен видел только гоночный трек перед собой. Внимание уже не касалось и других участников соревнований, изредка обгоняющих его и в результате всё ещё оставаясь позади. Безумный азарт завладел им, он жал на газ всё сильнее, стараясь выдавить всю возможную скорость из аппарата, слившись тем самым с воздухом, став бешеным ураганом. Полная концентрация, которую, казалось бы, невозможно нарушить. Вот только рвущаяся вперёд фея, чьё отражение в боковом стекле что-то кричало ему, смогло это сделать. Специалист замешкался и на мгновение ослабил давление на газ и в ту же секунду Брендон вырвался вперёд. Стало сразу ясно, что побудило Блум явиться на гоночный корт, ещё и при полной трансформации.       — Подло, — прошептал Ривен. Эти слова растворились внутри шлема, смешавшись с гулом толпы и рычанием мотора. Он начал вновь выжимать скорость на возможный максимум и всё же ему немного не хватало до сквайра. Злость затмила все мысли об опасности и он резким рывком зажал педаль газа. Мотоцикл яростно рванулся вперёд, едва не скинув наездника, но тому удалось удержаться, вцепившись в руль что было силы. Даже соперник остался далеко позади, что уж говорить о Блум. Ривен вновь наслаждался превосходством, проезжая километр за километром.       Вдали уже виднелся финиш, когда знакомые крылья вновь мелькнули в зеркале и сразу же парень почувствовал, как что-то сдавливает его виски всё сильнее. Электрические разряды отдавались на кончиках пальцев, молниеносно хищными змеями перекинувшись на голову. Со стороны затылка он слышал мерзкое шипение, а глаза затмила пелена темноты. Мотоцикл на полной скорости по-прежнему нёсся вперёд, ногой гонщик безуспешно пыталась зажать тормоз, но полная дезориентация в пространстве не давала ему выполнить это прежде доведённое до автоматизма действие. Пытаясь на ходу снять шлем, он потерял равновесие и теперь вилял из стороны в сторону, с трудом удерживаясь в седле. Кнопка заела и не отвечала на эти жалкие попытки, а сам шлем плотно сидел на шее, не давая стянуть себя. Скорость сбавлялась слишком медленно, недостаточно, чтобы дать Ривену надежду на то, что он удержится до торможения. Паника заняла все его мысли, и он спился пальцами в бампер, надеясь хоть так удержаться чуть дальше, пока не случится чудо.       И оно случилось, хоть таковым и не показалось изначально: кто-то поддел задний бампер его мотоцикла, раздался скрежет металла и сквозь тьму проявились возникшие от столкновения металлических корпусов искры. Ривена выбило из седла и подбросило вверх. Темнота расступилась, шипение стихло и вот он уже отчётливо видел как его перебрасывает через трассу. Он был готов уже попрощаться с жизнью, приближаясь к асфальту, когда неизвестный наездник подцепил его задним сидением, не дав упасть. Это не сильно смягчило удар, но всё же перелом ребёр лучше сломанной шеи.       То ли от боли, то ли от шока Ривен на мгновение выпал из окружающей его действительности и вернулся только когда солнечный свет резанул по глазам. Он всё ещё не понимал, что происходит, но чувствовал, что злосчастный шлем снят, что под ним ровная поверхность гоночного корта и он в безопасности. Последнее чувство во многом обеспечивалось чьей-то мягкой тёплой ладонью на его щеке. Уже знакомая разлившаяся по телу тёплая волна окутала тело специалиста. Окружающий мир нехотя прояснялся и сквозь белизну режущего глаза света проявлялся чей-то силуэт. Костюм, шлем — видимо, кто-то из участников соревнований вовремя подхватил его. Скай? Ривену почему-то показалось, что это непременно он. Но эта догадка мгновенно рассеялась как только спаситель снял шлем, заставив его постыдиться своих надежд. Им оказалась совершенно незнакомая девушка, а не кто-то из тех, кто звал себя его другом. И всё же, несмотря на это разочарование, он не мог оторвать взгляд от девушки, лицо которой казалось ему смутно знакомым. Несмотря на изнеможённые усталостью глаза и болезненную худобу, Ривен не мог не отметить привлекательность спасительницы — острые черты лица, струящиеся длинные волосы и невозможно ласковый взгляд. Будто бы они знакомы года, а не мгновения.       — Я всё-таки умер и попал в рай? — неосознанно озвучил догадку он, поняв это лишь по залившему лицо девушки смущенному румянцу.       — Нет, ты всё ещё здесь, в Магиксе, — улыбнулась она.       — Тогда почему у меня ничего не болит? — и действительно, несмотря на свою несвязную речь, Ривен не чувствовал боли совершенно, как и в предыдущий раз при сражении с минотавром в Алфее. Звенья цепи вот-вот готовы были сомкнуться, но он был слишком слаб, чтобы дать им сделать это. Сознание всё ещё было довольно рассеянным.       — Благодари моё умение излечивать раны, — без доли хвастовства объяснила девушка. — Меня зовут Дарси.       Она протянула руку специалисту и тот охотно за неё ухватился, чтобы подняться.       — Я Ривен, — представился он в ответ.       — Руки прочь, ведьма, — встряла между ними Блум, заслонив Ривена и оттолкнув девушку, заставив обоих изумиться этому внезапному обвинению.       — Успокойся, подруга, — перехватила руку феи Дарси, одновременно защищаясь и пытаясь успокоить нападавшую. — Я ему помогаю.       — Ты не обязана объясняться. Блум, что ты творишь? — вмешался специалист. Ему было невыносимо стыдно за поведение некогда соратницы перед новой знакомой. Брендон был вынужден сдерживать порывы своей спутницы, чтобы эти обвинения не подкрепились ударами по лицу. Фея явно была настроена решительно и никто не понимал, что с ней происходит.       — Я не знаю, как они это сделали, но эту аварию устроила она со своими подругами! — Блум будто с цепи сорвалась, сумбурно выкрикивая обвинения в адрес Дарси.       — Ты врёшь! — заступился за свою спасительницу Ривен, выступив вперёд. — Я видел тебя. Видел, как ты летела сзади. Не знаю как, но это ты всё подстроила, чтобы дать Брендону выиграть.       — Эй, я бы и так выиграл, — в недоумении вмешался сквайр, усмехнувшись глупому, по его мнению, предположению однокурсника.       — Да, как же. Мечтай. И, Блум, забери свой подарок, спасибо большое! — язвительно отчеканил Ривен, кинув злосчастным шлемом в очевидную виновницу в произошедшем.       — Это были Трикс! Пожалуйста, поверьте мне, — ловко уклонившись, продолжила она настаивать на своём. — Они подослали двойника Тимми, чтобы он отдал мне шлем, я тут не при чём. Это был обман!       — Тимми? Что ты несёшь? Ты в своём уме? — Ривен взорвался от наглости, которая позволила фее выдать столь идиотское оправдание. — Тимми вернётся только вечером, и об этом все знают. Придумай что-нибудь получше, Блум.       Ему было невыносимо мерзко от этих оправданий. Даже её имя он не мог произнести спокойно, с трудом выплёвывая его. Она же упорно продолжала оправдываться, вплетая всё новые идиотские несостыковывающиеся подробности в эту историю. Да уж, что фея, что её сквайр — оба стоят друг друга.       — Конечно, этому должно быть какое-то объяснение, — выдал Брендон в защиту своей подружки.       — То есть ты веришь этой нелепой лжи, а не тому, что произошло на глазах всех нас? Ты настолько хочешь утереть мне нос, что готов выгораживать эту обманщицу? — Ривен едва не срывался на крик. Несколько глупых фраз этой феи — и все уже настроены против него.       — Успокойся, мы пытаемся разобраться, — вступился за товарища Скай.       — Мне надоело! Сегодня же я ухожу из команды, — напоследок кинул Ривен и направился прочь.       — Подожди, я пойду с тобой, — подбежала к нему Дарси.       — Пойдём, — позвал он её. Ему нравилось, что впервые за время учёбы в Красном Фонтане его кто-то поддерживает. Нравилось чувствовать эту хрупкую руку на своём плече. Нравилось, что впервые рядом с ним кто-то, кого он ещё не успел возненавидеть, в ком он ещё не разочаровался.       — Тут недалеко есть небольшой бар, в котором мы часто бываем с подругами. Пойдём, нам не помешает немного выпить, — подтолкнула его Дарси к выбранному направлению.       — Ты предлагаешь мне потом пьяным сесть за байк и вернуться в школу? — с наигранным недоверием спросил Ривен.       — Именно, — хитро улыбнулась девушка.       — А мне нравится ход твоих мыслей, — рассмеялся он, смело приобняв девушку за талию. Та была не против, поэтому положила голову ему на плечо. Дарси оказалась довольно высокой, лишь немного уступая Ривену в росте, при этом даже не вставая на каблуки. И это не мешало быть ей невозможно хрупкой: ему всё казалось, что если он немного сильнее обнимет её за талию, то девушка непременно надломится пополам. По пути он чувствовал с собой лишь ветер, нашёптывающий ему безумные идеи на этот вечер. Безрассудный, подхватывающий его мысли о минувшем и уносящий их куда-то далеко вперёд.       — Теперь направо, — сказала девушка, когда они углубились в переулок.       Тем самым баром оказалось небольшое помещение с летней терассой, выходящей на главную пешеходную улицу Магикса. Внутри их ждали обитые деревянными панелями стены и массивные дубовые столы с небольшими диванчиками, обивка которых источала копившийся в ткани годами запах табака. Обычный паб, каких в городе сотни, и тем не менее здесь было довольно уютно.       — Здравствуйте, готовы сделать заказ? — подошла к ним официантка, как только они сели, указав на доску с нелепым выведенным мелом на скорую руку меню. Ривен прищурился, чтобы разглядеть позиции, а Дарси не выбирая сразу озвучила заказ:       — Стакан тёмного пива, пожалуйста.       — Мне то же самое, — повторил Ривен. Официантка сразу же удалилась, спустя несколько минут вернувшись с двумя огромными пивными стаканами, пена из которых плескалась и грозила вот-вот вылезти за края и запачкать стол. Неловкое молчание прервала Дарси, поблагодарив работницу за выполненный заказ.       — Где ты научилась так хорошо водить байк? — всё же решился спросить Ривен, остерегаясь обидеть собеседницу, но та лишь улыбнулась нахлынувшим воспоминаниям.       — Отец научил, он тоже часто участвовал в гонках и брал меня на них в детстве. А ты?       — В Красном Фонтане вождение мотоциклов — часть программы, — отмахнулся он.       — Вождение, а не столь продвинутая механика, которая позволит самостоятельно подготовить байк к заезду, — девушка впилась в него взглядом, а он же предстал перед ней открытой книгой.       — Ты следила за мной? — рассмеялся парень, потягивая пиво.       — Сложно было не обратить на тебя внимание, — пожала плечами она. — Твои волосы видно издалека.       — Раньше я колесил с байк-шоу по Волшебному Измерению, — Ривен замялся и поправил причёску.       — Ничего себе! Мы с отцом были на выступлении одного, когда мне было лет двенадцать, но не думаю, что я могла тебя там увидеть.       — Да уж, я тоже так не думаю, — рассмеялся Ривен. Чем дольше он наблюдал за девушкой, тем прочнее в нём укоренялось чувство, что они уже где-то виделись. И всё же оно было слишком смутным, чтобы озвучивать свои предположения.       Ещё две кружки пива. Ещё три часа. Ещё множество разговоров о прошлом и о любимых фильмах. Всего немного времени — и Дарси уже знала о Ривене глупых и неловких подробностей больше, чем кто-либо. А он их же о ней больше, чем о ком-либо, потому что прежде при знакомстве и не интересовался подобным. Они сидели в баре и травили до тошного идиотские байки, смеялись и хмелели. Со стороны они были похожи на давних друзей, что после нескольких лет разлуки собрались, чтобы рассказать друг другу о последних новостях. И сами они чувствовали себя также: будто бы посреди этого бесконечно огромного города наконец получилось найти хоть одного человека, с которым можно было поговорить по душам. Вот так просто, без формальностей, не боясь неловкости.