metrópolis

      «Прошу перевести меня в другую команду в связи с возникновением непреодолимых разногласий, » — нервно вывел на бумаге Ривен, сидя на приёме у секретаря директора Красного Фонтана, и передал прошение тому в руки настолько уверенно, насколько позволял это сделать ещё не до конца выветрившийся пивной хмель.       — Скажите, пожалуйста, каков срок рассмотрения заявления? — спросил он, излишне перевозбуждённо, сам не понимая виной тому было ли предвкушение ухода из изрядно его доставшей команды или же ещё не выветрившийся алкоголь.       — Обычно в пределах месяца, но если вы уверяете, что ситуация срочная, то за неделю мы подготовим ответ, думаю, — ответил протягивая слог за слогом молодой эльф, поправив сползающие с носа очки. Пыл студента здорово поубавился после этого ответа.       — Нет-нет, ситуация действительно срочная, — встал с места Ривен, тем не менее не собираясь покидать кабинет.       — Неужели разногласия настолько непреодолимы? — скептично заключил работник канцелярии, наспех окинув заявление взглядом и переведя его на студента. Пусть выглядел он юнцом, эти глаза источали усталость, копившуюся годами работы в этом пыльном кабинете, доверху набитом архивами и личными делами как выпустившихся, так и ещё обучающихся студентов.       — Вы даже не представляете насколько, — вымученно протянул Ривен, надеясь на хотя бы долю сострадания. Поняв, что голословные заявления эльфа мало трогают он продолжил, — Подружка одного из моих нынешних соратников чуть не убила меня, а он встал на её сторону, даже не разобравшись в чём дело.       — Всякое случается, но вы живы и вполне здоровы, — секретарь был неумолим. Выданная студентом история ни капли не задела его, заставив лишь уже привычным жестом поправить очки. Специалист сбился со счёта того, сколько раз за приём эти злосчастные очки сползали с носа.       — Хорошо, — сквозь зубы процедил Ривен. Ему не хотелось доводить дело до этого, но всё же пришлось. Он достал несколько хрустящих новеньких купюр из кармана. Взгляд секретаря не выразил никакой заинтересованности. Тогда студенту пришлось добавить ещё, в результате выкладывая на стол половину недавно зачисленной на его счёт стипендии.       — Да, вы правы, это очень хорошо, — тонкими ручонками секретарь пересчитал переданные ему купюры и прогнал стопку через детектор банкнот. Как только тот показал, что деньги чисты, он улыбнулся. Впервые за весь приём. И всё же даже улыбка не сделала его взгляд менее уставшим. — Приходите завтра утром, чтобы мы оформили документы, а пока можете заселяться в триста семнадцатую комнату корпуса Бета.       — Спасибо, — буркнул Ривен, натянув улыбку. Получив ключи, он не медля отправился собирать вещи. Их было не так много, поэтому переезд не должен был занять много времени.       — Что ты делаешь? — воскликнул Тимми, столь не вовремя вернувшийся в Красный фонтан, когда Ривен уже почти закончил со сборами.       — А что, не видно? — Ривен закинул очередную пару брюк в сумку, явно не обрадовавшись внезапному появлению теперь уже бывшего соседа по комнате, так как рассчитывал собрать вещи до возвращения команды.       — Куда ты собираешься? Что происходит? — парень был полностью ошеломлён происходящим. Он и раньше чувствовал напряжение в их компании, но только сейчас стал понимать, насколько всё было серьёзно, хоть изо всех сил и противился этому осознанию.       — Скажем так, я ухожу в другую команду и переезжаю в другую комнату. Если хочешь подробностей, то обратись к своим друзьям, — вновь нахлынувшие напоминания вызвали в Ривене обиду настолько горькую, что её привкус чувствовался на языке, и тем самым вызывал приливы тошноты, поэтому объяснять причины происходящего ему уж точно не хотелось.       — Неужели это стоит таких радикальных мер? — Тимми все ещё не хотел видеть происходящее в его истинном масштабе.       — Поверь мне, стоит, — Ривен посмотрел на теперь уже бывшего соратника уверенным взглядом, который не оставлял за собой никаких лишних вопросов, завершив свои сборы резким движением молнии на чемодане.       — Если что-то случится, то ты знаешь, где меня искать, — Тимми неуверенно похлопал товарища по плечу, отойдя в сторону и тем самым уступив дорогу к выходу.       — Надеюсь, не понадобится, но спасибо, — Ривен напоследок окинул комнату взглядом и остановился на провожавшем, одарив его взглядом, полным совершенно непонятно откуда взявшейся благодарности. Он всегда воспринимал Тимми как залетного паренька, слишком запуганного, чтобы идти против воли родителей, и оттого поступившего в эту школу, но сейчас он видел в нем настоящую доблесть, пусть и сокрытую за почти глухой стеной неуверенности. — Увидимся ещё, так что не прощаемся.       — Увидимся, — тот же неловко помахал рукой. Ривен поднял чемодан и покинул комнату. Последний раз. Ему предстояло отнести вещи всего-то в другой корпус. И с каждым шагом, пусть руки его и были обременены тяжестью переносимых на новое место вещей, он чувствовал облегчение. Нужно было сделать это гораздо раньше. Идеально — в первый учебный день, как только завидел выскочку-сквайра.       Новое место встретило его глухой тишиной. Видимо, нынешние соседи ещё не вернулись. Ривен воспользовался возможностью осмотреть комнату. Всё та же стандартная планировка на четыре места, поделенная на два блока, с выходом в отдельную душевую комнату и балконом, с которого точно также открылся вид на бескрайний лес с одним лишь отличием: почти на горизонте еле заметно мелькали небесно-голубые шпили Алфеи. Невольно Ривен вернулся к мыслям о феях, о недавней подлости Блум. И пусть пыталась убить его она, невыносимо больно ему было думать о той, на которую ему в общем-то должно быть всё равно. Она выбрала свою роль и не её вина, что Ривену она оказалась не вкусу. И всё же он винил её за это. И не только.       — Кто-то уже оценил вид на Алфею? — усмешка пронеслась за спиной специалиста, дав понять как глупо он выглядел — непрерывно всматривающийся вдаль, даже не разобравший вещи.       — Скорее, вид на лес, — отмахнулся он, повернувшись лицом к тому, кто даже не подозревал, насколько оказался прав. Столь проницательным оказался смазливый юнец с непослушными каштановыми кудрями и чуть ли не светящейся бледной кожей. И хоть Ривен часто видел его на тренировках и занятиях, он всё же нехотя отметил, что в Алфее он бы смотрелся куда более органично, нежели в Красном Фонтане. Слишком уж он для воинского ремесла выглядел хиленьким — тонкие длинные конечности и стройный торс придавали ему необъяснимый женственный шарм.       — Да брось, мы все в первые дни залипали на эти шпили, — рассмеялся парень. — Кстати, я Доминик. Но для тебя просто Ник.       — Хорошо, просто Ник. Я просто Ривен, — подал он руку для рукопожатия. Как и ожидалось, ответное рукопожатие не было крепким хватом, а легким прикосновением, лишь отдаленно напоминавшим привычное Ривену приветствие. — А где остальные?       — Альв вернётся завтра утром, он живёт со мной в блоке. А твой сосед, Филипп, здесь почти не бывает, так что этот блок полностью в твоём распоряжении, — ответил Ник, жестами показав Ривену его новое место и заодно объяснив расстановку уже занятых мест в комнате.       — А так можно было? — ему впервые довелось слышать, что кто-то из студентов не живёт в общежитии Красного Фонтана.       — Он старшекурсник и уже живёт с девушкой в Магиксе, так что просто приезжает с утра на занятия и тренировки, здесь только хранит вещи. Всё равно по уставу жить он здесь не обязан, но и от места отказаться не может, а Кодаторта до него не докапывается, пока у него всё оплачено и нет проблем с посещаемостью, — объяснил ситуацию Ник.       — Значит, мне повезло, — улыбнулся Ривен. Всё складывалось как нельзя лучше, ему было необходимо чаще бывать наедине с собой, так что на этот раз он вытянул счастливый билет.       — Может, и так, но если тебе будет одиноко, то я за стеной, — чуть ли не кокетливо подмигнул сосед, скрывшись за разделяющей комнаты дверью. Ривену на какое-то мгновение даже показалось, что этот жест содержал в себе несколько иное значение, чем просто приятельская поддержка, но он быстро отмёл от себя эти мысли, так как Ник в принципе был соткан из этой кокетливости и лёгкого заигрывания, пусть даже скорее всего этого и не осознавал. Такие люди обычно не понимают, сколько силы таится в их одновременно раздражающей и притягивающей поверхностности. С чего бы Нику быть исключением? Уж слишком легкомысленным он выглядел для этого.       Оставшись наедине с собой, Ривен принялся за распаковку вещей, что также не заняло много времени. Одежду в шкаф, снаряжение по полкам, пару плакатов на стену, учебники в пустующий стол — и вот уже его новое место было почти не отличить от старого, с разницей лишь в том, что соседняя кровать пустовала, прикроватный столик не был завален кучей разобранных гаджетов, а пособия по эфирной механике не грозили упасть с полки кому-нибудь на голову каждый раз, когда входная дверь закрывалась.       Подходящий к концу день требовал смыть остатки себя с измотанного тела. И прохладный душ действительно помог это сделать. Ничего в отражении зеркала ему больше не напоминало о произошедшем: ни остатки машинного масла на шее, ни запёкшаяся за ухом кровь, всё же оставшаяся после манипуляций Дарси с исцелением, ни еле заметный фиолетовый след от её помады на виске. Последнее всё же заставило его пожалеть о том, что этот проклятый день подходит к концу.       Мысли о Дарси захлестнули его с головой. Каждый раз, когда она невзначай прикасалась к нему своими теплыми едва шероховатыми ладонями, что-то внутри отвечало слабыми разрядами тока. Чувство, что эти прикосновения ему уже знакомы, не покидало его. Вот только всё это звучало, как больной бред: не мог он прежде видеть её, просто не смог бы забыть эти прикосновения. Не по своей воле точно. И казалось, что эта головоломка имеет очевидное решение, вот только Ривен не мог увидеть его, сколько бы ни старался. И всё же он был уверен, что видел её уже сотню раз. И от этого было ещё страшнее не увидеть сто первый, уже когда нуждаешься в этой встрече.       Они договорились увидеться вечером вторника, а Ривен уже начал считать часы и дни до назначенной даты. Он жаждал вновь увидеть Дарси, перекинуться приветствиями и забыться хотя бы на несколько часов в разговорах и глупых шутках. Он наконец чувствовал, что хоть с кем-то посреди напыщенного снобизма может сделать вдох полной грудью, почувствовать себя наконец… Нормальным? Да, именно — нормальным. Он не чувствовал себя чужим рядом с Дарси, не чувствовал пренебрежения и осуждения, своими острыми иглами колющими Ривена каждый раз при встрече взглядами с окружающими. Не с Дарси. Её взгляд был мягок, обволакивал, будто приглашая погрузиться в трясину зелёных глаз и дать топи поглотить своё ненужное неуместное тело просто в благодарность за то, что рядом с ней он уже не чувствовал себя таким ненужным и неуместным. Где бы они ни были, рядом с ней Ривен всегда мог чувствовать, что он на своём месте.       Он не знал, как назвать весь тот ворох чувств, что пробуждался от мыслей о голосе Дарси, её смехе и тёплых ладонях. Глупо было бы заявлять, что это любовь. Да Ривену и не с чем было сравнивать, кроме как со своим давним подростковым увлечением, больше похожим на пугающую одержимость и оттого плохо кончившимся. Но в этот раз всё было по-другому. Он тонул в человеке — его голосе, взгляде, жадно поглощал каждое слово и по-детски радовался, когда ему удавалось вызвать улыбку на этом точёном лице, изнеможённом каким-то своими, пока не доступными для него, заботами. И он непременно хотел о них узнать, стать достойным того, чтобы ему позволили помочь тому, кто спасает его одним лишь присутствием в его мыслях.       Дарси казалась будто бы тем винтиком, которого не хватало в механизме его жизни, чтобы он работал как нужно. С её появлением появилось ощущение, что всё идёт так, как нужно, что всё на своих местах. И Ривен тоже. Он впервые за много лет чувствовал себя на своём месте. Не тем бракованным винтиком, который со скрипом тормозил работу механизма и хотел растворить осознание собственной неуместности во всём, что только попадалось под руку. И во всех.       Это можно было бы назвать эйфорией первой встречи, тем волшебством, что творят гормоны и которое исчезает на следующее утро. Но оно не исчезло. Ривен не мог этого объяснить. Он даже не старался, а просто радовался этому уже давно забытому ощущению.       Тренировки наконец стали иметь какую-то цель помимо того, чтобы надрать задницу выскочке-сквайру или сублимировать накопленный негатив. Разум его был чист, и меч, рассекая воздух в ударах, становился частью его самого. Он чувствовал себя воином и при этом впервые не искал битвы. Он знал, что силен. И больше не видел смысла в поиске поводов доказать это.       В долгожданное утро вторника ему пришло лишь одно короткое сообщение «В 17.00 на развилке у озера Роккалучи». Ривен знал это место, как и любой мотоциклист в Магиксе. Теперь, когда известно точное время, можно сменить отсчёт часов буквально на минуты. Тренировки тянулись как никогда долго, лекции ещё дольше. И всё же они подошли к концу.       — Ты как насчёт вечера? Может, забуримся в бар? Альв решил меня продинамить, так что мне срочно нужен собутыльник, — из ниоткуда внезапно возник Ник, когда Ривен уже начал собираться на долгожданную встречу. С самим Альвом — горой мышц с совершенно безэмоциональным лицом — он виделся лишь по утрам, перекидывался приветствием и забывал о его существовании до следующего утра. Сразу же возник вопрос, как Ник и Альв, столь разные на первый взгляд люди, могли даже в теории отправиться вместе в бар или же вовсе жить в одной комнате, но Ривену не хотелось думать об этом сейчас. Все мысли были заняты предстоящей встречей.       — Прости, сегодня никак, — особенно старательно укладывая волосы перед зеркалом, ответил он.       — Понятно, ещё один сосед меняет меня на фею, — с наигранным драматизмом закатил глаза Ник, заметив столь тщательные сборы соседа и быстро смекнув, что к чему.       — Если тебе станет легче, то не на фею, — усмехнулся парень, удивившись своей внезапной откровенности. Чтобы он, и с феей? Никогда больше в жизни. Даже мысли об этих заносчивых девчонках с хрупкими нимбами наигранной святости казались ему невыносимыми, поэтому сразу же почти неосознанно открестился от предположения соседа.       — Ты склеил офисную работницу из Магикса? Эльфийку из местного ботанического колледжа? Тролля? — посыпались абсурдные догадки, разбившиеся о смех и отрицательные кивки крашеной малиновой головы. — Стой, только не говори, что ты склеил ведьму!       — Хорошо, не буду, — неудачно пытаясь подавить ухмылку, Ривен натянул мотоциклетную куртку и принялся начинать шлем.       — Ты же знаешь, что преподаватели не приветствуют наших связей с Облачной Башней? — уже не на шутку обеспокоился Ник.       — Я вроде не назначал свидания у них в кабинете, — закинул на плечо рюкзак Ривен.       — Всё равно будь аккуратнее. Говорят, ведьмы коварны, — сказал сосед, потупив обеспокоенный взгляд в стену.       — Все женщины коварны, школа тут не при чём, — бросил на прощание специалист.       Ступеньку за ступенькой он преодолевал многообразие лестниц, окрылённый предстоящей встречей. Кирпичи стен и гобелены Красного Фонтана проносились перед глазами, сливаясь в единую пёструю массу, пока Ривен спешил к выходу. Коридоры казались бесконечно длинными, а собственная походка медленной и неуклюжей. Времени оставалось всё меньше, страх опоздать становился сильнее. Сев на мотоцикл, специалист сразу нажал газ и двинулся вперёд, мгновенно разгоняясь и оставляя позади башни Красного Фонтана, оборонные укрепления и выложенный брусчаткой подъезд к школе, выезжая на дикую лесную дорогу. Набрав высоту, Ривен стал выжимать максимальную скорость, виляя через редкие для набранной высоты макушки елей. Густой монотонной зеленью лес оставался позади вместе, в то время как яркая лазурь озера Роккалучи становилась всё ближе. Ривен начал сбавлять скорость, настроив мотоцикл на понижение.