"V" значит "Violence"

      Вечер кажется всё лучше и лучше, и даже холод ему не мешает. Вокруг всё так сказочно красиво, тонкий слой снега хрустит под ногами, а на небе словно рассыпали миллиарды маленьких бриллиантов. Холодный ветер забирается под полы куртки, от чего Чонгуку немного холодно. Парень прячет одну руку в карман, а второй держит подаренный букет, и идёт за Кимом в очень красивый дом. Фасад здания светлый и довольно прост, но не теряет своего какого-то особого шарма. — Этот дом построил мой отец, он очень любил северный модерн, и хотел сделать дом таким же, — объяснил Ким, открыв перед младшим входную темную дверь. — Проходи, в доме будем только мы и несколько слуг. — Слуги — это обязательный атрибут у всех богачей? — старается пошутить Чонгук и заходит внутрь. Его сразу обдаёт теплом, и он вздыхает, а мужские руки снимают с него шарф. — А? — Позволь помочь, ты, как-никак, — мой гость, — Тэхён его, наверное, скоро убьёт этим своим взглядом и улыбкой, от которых колени сами подгибаются. Чон только кивает и неловко краснеет, когда Тэ случайно касается холодными пальцами его шеи. — Проходи дальше, я повешу наши вещи. — Угу, — кивает парень и идёт вперёд. Ему приятна такая забота, но, наверное, приятнее компания Тэхёна.       Дом и вправду очень изыскано обустроен: дорогие ковры, везде какие-то картины или статуи, а светильники в белых абажурах кидают в стороны мягкий свет. Арка с левой стороны ведёт в небольшую комнату с камином, около него ещё стоят кресла, маленький столик и много книжных полок. На окнах висят кофейного цвета гардины, а возле одной из стен, на столике, стоит старый граммофон. «Возможно, его слушал отец Тэхёна», — проскакивает мысль в голове Чонгука — и он идёт дальше. Свернув в другую арку, он попадает в столовую, где стоял уже накрытый стол с ужином. Две женщины в светлой форме крутились около него и поправляли что-то в блюдах или приборах. — Ынхва, Джина, вы свободны. Дальше я сам. И скажите, чтобы в доме осталась только охрана, — женщины поклонились хозяину и молча ушли. Тэхён подошёл к парню и взял из его рук букет. — Поставлю в вазу, садись пока за стол, Чонгук-а.       Ким скрылся из виду, а Чону ничуть легче не стало. Всё равно что-то не давало ему покоя, но вид еды на столе и большой ели в углу комнаты немного его успокоили. Чонгук сел за стол, поправляя на себе одежду. — Не переживай, малыш, ты и так сегодня неотразим, — тихий голос раздался возле уха, и будто невесомо за ним поцеловали, от чего Гук покраснел. Ким поставил вазу с цветами на стол и прошел к своему месту, поправляя расстегнутый воротник шелковой красной рубашки. — В-вам очень идёт эта одежда, — голос предательски подрагивает, но парень старается перебороть себя и наконец-то смотреть на мужчину перед собой. У того от слов парнишки улыбка на лице. — Спасибо, и хватит говорить со мной на Вы, я не настолько стар, — Гук кивает и от неловкости слегка мнёт нижнюю губу, а может и от вида карамельной кожи и шелка на ней, кто знает. Тэхён быстро откупоривает бутылку вина и наливает себе и младшему. — Я знаю, что ты — несовершеннолетний, но в такой праздник немного выпить можно. Надо будет — отчитаюсь перед твоим братом. — Хе-хе, не стоит. У Хоби-хёна своих дел хватает, да и я нередко с ним пил втайне от родителей. — О, так наш малыш на самом деле не такой уж и послушный? Интересно. Могу я сказать тост? — Гук кивает и берёт бокал в руки. — Я хотел бы выпить за то, что мы с тобой наконец-то встретились. И хотелось бы, чтобы таких встреч было всё больше и больше. — Очень хороший тост, хён, — они чокаются и отпивают по-немногу. Чон облизывает губы и улыбается, а Тэ внимательно следит за каждым его действием. — Вино, и правда, ничего, мне такое по душе. — Это ты ещё не пробовал еду и подарка не видел. Уверен, это понравится тебе намного больше, — Гук кивает и берёт себе немного мяса с гарниром и какой-то салатик. — Божечки, это и правда ужасно вкусно, — Чон чуть-ли не стонет от наслаждения вкусом, и немного сползает вниз по стулу. — Говорил же, что понравится. — Это изумительно, хён, ужасно вкусно. Можно будет немного взять домой для Хоби-хёна? — Конечно, малыш, конечно, — от мягкого тона старшего в груди всё заливается теплом, а в кончиках пальцев приятно покалывает. Гук забывает обо всём рядом с мужчиной и ему это очень нравится.       Парни весело проводили вечер за ужином и бутылкой вина, от которого после у Чона начал немного заплетаться язык. Градус немного ударил в голову, темы разговоров становились всё откровеннее, и они сами не заметили, как сели ближе друг к другу. Сейчас их колени касаются друг друга, а Тэхён с бокалом в руке увлеченно слушает о том, как Чонгук ходил однажды в планетарий и после этого мечтал стать астронавтом. У него на щеках легкий румянец, а глаза будто стали больше. Больше нет той смущённости и скованности в движениях, что были раньше — младший открыт перед Кимом словно книга.       После очередного глотка красного, Гук поворачивается и смотрит на лицо старшего. — У меня что-то на лице, что ты так внимательно смотришь? — с долькой издёвки спрашивает Тэхён, а Гук хмыкает и улыбается. — Я не говорил, что являюсь твоим фанатом? У меня даже есть твоё фото в рамке, — ему точно будет стыдно за эти слова. Потом, но не сейчас. — Хоби-хён и Чимин-щи говорили, что ты просто богатенький мудак, что никогда не посмотрит на такого, как я… — Они явно глупые, и что значит, что я мудак? — возмущенно говорит Ким и хмурит брови, что вызвало тихий смешок у младшего. — Я тоже самое им говорил. Ты ведь очень много средств выделяешь на благотворительность и всё такое. Они просто парочка идиотов, что не понимают этого. Я правда каждый раз очень счастлив, когда читаю новости о том, что ты что-то сделал для людей — это то, что не каждый человек может сделать, — Ким улыбается и двигается ещё ближе к младшему, теперь их бедра касаются друг друга. В его глазах загорается какой-то странный огонек, но Чонгук этого не видит. — Гук-и, а хочешь сделать фото? Поставишь вместо того, что у тебя сейчас в рамке. — А давай, — Чон достаёт из кармана телефон и быстро включает фронтальную камеру, подсаживается ближе к Тэхёну и улыбается. Рука мужчины опускается ему на плечо. — Улыбочку, — они делают несколько простых фото, и на последних Тэхён решил немного разбавить их вечер. Он быстро целует младшего в уголок губ, задерживается так на пару секунд, а Чон на автомате жмёт кнопку камеры. Щеки парня вмиг оказываются красными от смущения, а глаза становятся ещё шире. — Т-тэхён, ты чего? — Прости, я поспешил. Давай забудем этот момент, — но младший берёт его за руку и смотрит стыдливо вниз. — М? — Можно ещё раз? В последний раз, — почти шепотом спрашивает парень.       Тэхён улыбается на такую милую реакцию младшего и целует его ладонь. У обоих явно поднялось давление, и уж точно не от алкоголя. Гук всё ещё смущается, но внимательно следит за всеми действиями старшего. Ким мягко оглаживает щечку парня и улыбается одними уголками губ, медленно приближаясь к нему. У обоих схватывает дыхание, когда они наконец целуются. Тут нет никаких пошлостей, нет страсти или чего-то грязного — это самый невинный поцелуй. Они так держатся недолго, пока Тэ не решился немного смять губы Чонгука своими.       Чужие губы до одури кажутся мягкими обоим, у них сейчас море эмоций и ураган из мыслей, но они лишь целуют друг друга и придвигаются ближе. Гук кладёт свои руки на крепкие плечи мужчины и тихонько мычит тому в губы. Тэхён это принял, как знак, что продолжать можно, надавил немного пальцем на подбородок парня и углубил поцелуй, исследуя языком и лаская рот младшего.       Если быть честным, это второй поцелуй Чонгука в жизни. Первый — был при неудачных отношениях с подругой в средней школе, с ней же был и первый поцелуй. Но это раз в тысячу лучше того. От этого поцелуя в нём всё переворачивается, пальцы на ногах поджимаются и хочется большего. Хочется близости с мужчиной перед ним — с его, блять, кумиром, на минуточку. Воздуха в легких не хватает, но и останавливаться желания нет никакого. Они отстраняются друг от друга, тяжело дышат и смотрят друг другу в глаза. — Ты подумал о том же, о чем и я?.. — шепчет тому в губы Ким, а Чонгук лишь слабо кивает. — Я хочу большего, Тэ…       И нет лишних фраз, а губы снова смыкаются вместе. Но теперь поцелуй более жаркий, жадный и пошлый. Оба цепляются друг за друга руками и ими же блуждают по телам. Тэхён на секунду отстранятся от губ младшего и целует его куда-то в шею, вызывая у второго тихий скулёж и толпу мурашек. Руки ловко стягивают с него кардиган и расстегивают пуговицы, пока Чон сжимает в пальцах его рубашку и кусает себя за губы.       Ким, хоть и с дрожью, но справился с ненавистным предметом одежды, а теперь целует и оставляет следы не только на шее парня. Холодные пальцы оглаживают бока и пресс, а губы опускаются всё ниже и ниже. У парня внизу живота уже крепкий комок связался, а возбуждение становилось с каждой минутой всё заметнее. С губ срываются лишь тихие стоны, да редкое «Тэ…», что заводит старшего всё больше. — Малыш, у тебя никого до меня не было? — спрашивает он, смотря на лицо парня, и, получив отрицательный ответ, улыбается. — Тогда я сделаю всё как можно лучше для твоего первого раза.       Чонгук кивает, доверяет ему и… открывает глаза. Только через несколько минут он понимает, что это всё было сном, а сам он видимо в какой-то из комнат дома Тэхёна. На нём его одежда, а за окном он видит, что уже настал день. Парень тихо ругается себе под нос, встаёт с кровати и выходит из комнаты.       Голова немного болит, но ещё терпимо. Он идёт на запах еды и снова возвращается в ту комнату со столом, за которым как раз сидит хозяин дома. Он в простой футболке и спортивных штанах, безо всякого шика, сидит и ест сырники. Через пару секунд он поднимает взгляд на гостя и улыбается. — Как спалось? — Что вчера произошло? — спрашивает Чон и садится напротив Кима. Тот протягивает ему таблетку и пододвигает стакан с водой. — Спасибо. — Мы вчера приехали сюда, начали ужинать и немного выпили. Ты начал засыпать уже после второго бокала, а потом я отвел тебя в комнату. Всё хорошо? — Да, нормально. Прости, что испортил вечер. — Ничего, но ты и правда неплохо целуешься… — тихо добавляет Ким, а младший сидит и пытается всё вспомнить, поедая сырники с чаем.