Возвращенные призраками

      Город озарялся тусклыми лучами солнца, едва проникающими сквозь белую пелену тумана, нависшей над домами. Утро выдалось пасмурным и на редкость дождливым. Воздух был пронизан влажной свежестью, тучи сгущались в серый сноп, а еле моросящий дождик так и кричал о конце теплого бабьего лета и наступлении холодной промозглой осени. Преодолевая толпы сонных старшеклассников, Хаку направлялся на учебу. Укутанный в теплый шарф, он поеживался от ветра.       У ворот школы дракон чуть было не споткнулся, когда взгляд его был прикован к знакомой фигуре, сопровожденной высоким черноволосым парнем. Кохакунуси не сразу сообразил что к чему, прежде чем узнал в спутнице незнакомца свою подругу. Тихиро стояла со взрослым молодым человеком и непринужденно смеялась. Хоть лица его видно не было, но по телосложению и осанке можно было определить, что он гораздо старше и давно уже окончил школу. О чем они беседовали слышно не было, между тем Тихиро несколько раз шутливо взъерошила его промокшую от дождя челку и залилась тихим смехом, чем обеспечила себе пару щелбанов и щипок за нос. Она ойкнула, поморщившись, и хотела что-то ответить, но взгляд ее скользнул в сторону приросшего к земле Хаку. Она радостно помахала ему. Неизвестный вопросительно обернулся в сторону дракона, случайно потянув за собой зонт, который держал над головой Тихиро.       – Эй! – поежилась она от холодных капель.       – Прости, – посмеявшись ответил парень и поспешил вернуть защиту от дождя в предыдущее положение.       Дракон официально поклонился и поспешил обогнуть парочку. Молния, внезапно упавшая к ногам Хаку, не так сильно поразила бы его, как только что увиденное и услышанное.       – Ладно, бусинка, удачи в школе. Позвони, как уроки закончатся! – настойчиво, но заботливо потребовал черноволосый.       – Хорошо, «‎мамочка»‎! – съязвила девушка и обняла на прощание парня, – пока, Наоки, хорошего дня!       Подавленный, ошеломленный, побежденный в этой немногословной, несправедливой битве, Хаку невольно понурился и быстро зашагал в школу. И в тот же миг целый вихрь мыслей зародился в его голове. Что он только что увидел? Что услышал? Неужели, неужели можно было представить, что это ее...       – Молодой человек!? – звонко спросил Рикиши, минутой спустя после того, как Тихиро вошла в класс под руку с Юми и плюхнулась на свое место.       – Что? – нехотя отозвалась старшеклассница, раскладывая тетради, и явно не понимая, что вообще от нее хочет одноклассник, который по традиции решил достать ее с утра пораньше.       Хаку смотрел в окно и следил за печально соскальзывающими каплями. Дождь словно поддерживал его, не давал падать духом. Он старался не слушать беседу, но вслушивался отчетливо в каждое слово. Незаметно для окружающих он поджал губы, унимая легкую дрожь в руках и частое биение сердца, ритм которого постукивал в такт ногам, нервно отбивавшим чечетку под партой.       – Ой, Огино, перестань притворяться. Я видел тебя перед воротами школы! Неужели у тебя появился молодой человек? И даже раньше Юми? Вот дела, и мне ничего не сказала!       Тихиро пораженно уставилась на него и прежде чем она успела открыть рот, недовольный Рикиши обиженно выдавил:       – Ну не хочешь – не говори!       Девушка закатила глаза и многозначительно вздохнула.       – Мабучи, ты уже окончательно с катушек слетел? – проворчала раздраженно Юми, которая успела за время их разговора только неохотно стянуть свой шарф, – совсем остолоп?       – А?       – Это ее старший брат!       Рикиши (одновременно с Хаку, хотя реакцию последнего никто не заметил) уставился на подруг округлыми глазами, переводя взгляд с одной на другую и обратно. Девушки лишь фыркнули и не сговариваясь пришли к выводу, что ума их однокласснику не занимать. Кохакунуси почему-то облегченно выдохнул, словно тяжелый камень упал с его сердца; словно он, дракон, сбросил тяжелые оковы ржавых цепей и свободно, беспрепятственно воспарил в небо!       – Да ладно? Но ты не говорила, Огино!       – Но ты не спрашивал, Мабучи! – парировала та.       – А чего он вдруг тебя до школы провожает? – не унимался любопытный одноклассник.       – Нынче маньяки всякие ходят по улицам! – громко сказала Юми, как бы указывая выражением лица в сторону парты Сайто, который кстати в школу не явился.       Вопросительные и любопытные взгляды одноклассников окутали девушку с ног до головы, но она перестала обращать внимание на происходящее, погрузившись в книгу.       По наступлению обеденного перерыва, Тихиро и Хаку снова сидели на излюбленной скамейке.       – Я тут тебе...       – Это тебе!..       Сказали они одновременно, после чего залились смехом и отвели смущенные взгляды.       – Давай ты первый, – попросила Тихиро, не сдерживая улыбку.       Дракон протянул ей маленький светлый пакет. Девушка дрожащими руками раскрыла его, поспешно выбрасывая из головы девчачьи глупости, и к своему удивлению обнаружила плотный клетчатый шарф, цвета мяты, постепенно переходящей в темно-зеленую клетку. Она ошеломленно глядела на друга поверх подаренной вещи, взглядом заклиная объяснить ей.       – Это тебе. – твердо сказал парень, – ты ведь свой вчера там оставила. Да и глядя на него, у тебя наверное крутились бы в голове не очень приятные воспоминания. А я хочу, чтобы этот шарф согревал тебя, и чтобы ощущая его тепло, ты чувствовала уют и душевное спокойствие.       – Хаку...– благодарно прошептала тронутая девушка, с трудом сдерживаясь, чтобы не обнять его.       – А ты что хотела сказать? – резко сменил тему дракон, понимая, что тоже еле удерживает невесомую томную горячность.       – А, точно! – Тихиро схватила темную коробочку и протянула Хаку. – Это тебе..благодарность.       Он раскрыл коробку. Контейнер был порядком наполнен поштучными тамаго-яки*, перемешанными с овощами и рисовыми онигири*, на которых были нарисованы милые мордашки. Сердце юноши вспыхнуло, томительно выпрыгивая из груди.       – Не думала, что скажу такое когда-нибудь, – девушка залилась пунцовой краской, – но спасибо, что проследил за мной, из-за того что переживал. Спасибо, что не дал меня в обиду, и...       – Тихиро! – перебил ее громко дракон, из-за чего она вздрогнула от неожиданности. – за что ты благодаришь меня! Ведь это мой долг – защищать тебя. Разве за это благодарят?       Она непонимающе уставилась на него, и только секундой спустя он понял, что ляпнул лишнего. Он порывисто прикусил язык, мысленно ругая себя за столь откровенные слова, и хотел было придумать какую-нибудь шутку в свое оправдание, но Тихиро его опередила.       – Бери уже. Я же приняла шарф без лишних вопросов! И кстати, я сама приготовила это. Для тебя. – последнее она добавила слишком тихо.       – Хм.. – Хаку задумчиво приложил указательный палец к подбородку, – а я не отравлюсь?       Тихиро иронично фыркнула.       – Такого ты мнения обо мне значит, Кохакунуси? Не переживай, мне брат помогал, а он раньше на кулинарные курсы ходил.       – А говоришь, что сама готовила! – улыбнулся дракон, благодарно принимая коробочку с бенто*.       – Готовила-то я сама, но под руководством заботливого братца. Обычно он мне бенто в школу собирает. А вчера я сказала ему, что хочу сама все сделать и попросила только подсказать. Он уставился на меня и любезно поинтересовался, все ли со мной в порядке.       Хаку рассмеялся.       – Не знал, что у тебя есть старший брат, – протянул он, поддаваясь воспоминаниям о мире духов, куда Тихиро попала только с родителями.       – Мы раньше жили в другом городе. А когда брат закончил школу и пришло время поступать в университет, он заявил, что хочет свободной студенческой жизни. И выбрал этот город. Родители конечно не смогли отпустить его со спокойной душой, продали старый дом и увязались за ним. Собственно поэтому мы и переехали в этот город семь лет назад. Однако брат жил в общежитии и редко навещал нас. А сейчас он вернулся, видите ли соскучился по семье и ему жутко не хватает домашнего уюта. Вот оно – взросление!       – Семь лет назад? – переспросил Хаку.       Тихиро кивнула, вскинув голову к небу и вдыхая осеннюю свежесть.       – Я тогда очень злилась на брата. Из-за него мне пришлось бросить прежнюю школу, и друзей, к которым я привыкла. Еще и переезд свалился на нашу голову. День тогда выдался тяжелым, мы долго плутали по лесу в поисках нормальной дороги и заблудились.       – И что было потом? – осторожно осведомился бывший волшебник.       – Потом?..– поморщилась девушка, словно пытаясь вспомнить, – я не помню. Семь лет уже прошло. Помню только, что день был действительно непростым и каким-то странным.       Нигихаями вздохнул: она действительно все забыла, но воспоминания о том, что пришлось нелегко – смутно сохранились в памяти девушки.       – Наперекор привычным взаимоотношениям между братьями и сестрами, мы сохранили действительно теплую братскую связь. Юми, например, со своим младшим каждый день дерется, – Тихиро по-детски рассмеялась. И тут же приняла серьезный вид. – Я рассказала брату вчера о произошедшем. Он зарекся провожать меня по утрам до школы.       – А после уроков? – непонятно почему содрогнулся Хаку, вследствие чего задал донельзя глупый вопрос.       – Ну.. Я сказала ему, что после уроков меня есть кому провожать..– отвела оробелый взгляд Тихиро, и сразу же поспешила добавить. – Не подумай ничего, просто он работает до вечера! Я сказала так, чтобы не напрягать его!       Хаку расплылся в нежной улыбке, с трудом сдерживая счастливый смех.       Уроки длились в привычной форме. Саичиро-сенсей ловко записывал формулы на доске, делая вид, что не замечает, чем именно увлечены сейчас его ученики. Старшеклассники попутно зевали, рисуя какие-то каракули на листочках, либо тихо занимались своими делами. Рикиши «писал» поверх закрытой тетради ручкой, с которой даже не потрудился снять колпачок. Юми улыбалась экрану телефона, давно выпав из урока. Тихиро, глядя на них многозначительно фыркнула и закатила глаза: в конце семестра снова будут клянчить у нее конспекты.       Однако никто из присутствующих не обратил внимания на то, что парта Кохакунуси безмолвно пустела. Только Тихиро показалось это странным, ведь новенький был ответственным и не пропускал ни одного занятия. С тех пор, как прозвенел звонок на урок и Тихиро по странно установленной закономерности убежала в школу одна, Хаку так и не появлялся. А ведь урок уже медленно близился к концу. Огино не подавая вида, забеспокоилась. Может ему стало плохо? Заболел?       На перемене к девушке подошли сонный Рикиши и возбужденная Юми.       – Как дела, Тихи? – спросила староста, причесывая волосы пальцами. – Тут недалеко на станции Сасазука пончики сегодня по акции продаются. Может сходим?       – Без меня? – сразу проснулся Мабучи.       – Так и быть, тебя тоже возьмем!       – Не знаю. – задумчиво протянула Тихиро, которой явно было не до этого. – А вы случайно не видели...       Девушка не успела договорить, как в класс вошел их одноклассник Идзуми, слегка удивленный, и гласно объявил:       – Народ, слышали новость?       Класс уставился на него в недоумении, прекращая галдеж.       – Кажется новенького отчисляют за драку.       – Что?? – послышались ото всюду вопросы, оживленный гул зародился среди учеников. Тихиро, резко вскочила, наплевав на то, что привлекает любопытное внимание. Юми вздрогнула от неожиданности и, не понимая реакции подруги, ошеломленно уставилась на нее.       – Где он? – громко спросила Огино.       – В кабинете директора кажется...– растерянно ответил Идзуми.       Девушка тут же сорвалась с места и выбежала из класса, снабдив одноклассников новой порцией сплетен и возбужденной темой для обсуждения.       – Тихиро, куда ты? – одновременно поразились Юми и Рикиши.       Но Тихиро не услышала их крики, она не думала ни о чем. Все, чего ей хотелось в ту секунду – вовремя успеть. Она отчаянно бежала вдоль школьных коридоров, придерживая на ходу юбку, поднимавшуюся от такой скорости. Девушка мчалась, врезаясь в толпы старшеклассников. И когда те возмущенно оборачивались ей вслед – она была уже далеко. Тихиро не обращала внимания ни на кого. В голове зародился ураган. Не опоздать. Успеть. Защитить друга от напавшей беды.       Дверь в кабинет громко распахнулась и все четверо изумленно уставились на девушку, забежавшую внутрь, пытавшуюся отдышаться. Хаку пришел в испуганное удивление, Сайто вместе с его матерью недовольно нахмурились, а директор грозно проговорил:       – Что вы себе позволяете! Вас не учили правильно входить в аудиторию!?       – Директор, – поклонилась девушка. – пожалуйста! Прошу вас, выслушайте!       Затем она встала перед Хаку, как бы заслоняя его собой. Директор сурово наблюдал за странным поведением старшеклассницы.       – Кохакунуси ни в чем не виноват! – отчаянно взмолилась Тихиро.       – Тихиро, что ты делаешь! – настойчиво шепнул Хаку, – уходи, иначе у тебя будут проблемы!       – Нет! – громко сказала та, даже не пытаясь совладать с чувствами.       – Девушка! – недовольно вмешалась в монолог мать Сайто, – вы даете себе отчет в ваших словах? Этот паршивец избил моего сына! Набросился на него из-за угла! Уж не знаю, что он не поделил с моим сыном.       Сайто выпятил лицо вперед, демонстративно показывая всем на обозрение свои ссадины и разбитую губу.       – Хаку не мог этого сделать! Он добрый! – несмиренно прокричала Тихиро против чудовищной несправедливости. После чего тут же ужаснулась, безмолвно приложив ладони к губам. Девушка испытала странное дежавю, безумная мысль посетила ее, будто когда-то она это уже говорила. Разве такое возможно?       Дракон обомлел. Тронутый до глубины сердца, он был не способен связно мыслить. Ведь он тоже слышал этот отчаянный крик, вырвавшийся из ее чистой детской души когда-то давно!       – Добрый? – искренне изумилась родительница. Сайто посмеиваясь фыркнул. – Это по вашему добрые люди так кидаются на беззащитных детей! – после чего она вытерла взмокшие глаза платком, и требовательно обратилась к директору, – моего сына избили! Кэтсеро-сан, прошу вас принять меры!       Мрачный директор сидел за столом и молча следил за дискуссией двух противоположных сторон, задумчиво облокотив подбородок о руки, скреплённые в замок.       – Это же неправда! – пришла в себя Тихиро. Мать Сайто ошарашенно выпучила глаза, а Хаку дернул девушку за рукав формы, требовательно прося не вмешиваться в это. Но Тихиро лишь тихонько оттолкнула его локтем. – Кэтсеро-сенсей, Сайто вчера напал на меня!       Родительница возмущенно ахнула.       – Набросился на меня, пустив в ход рукоприкладство! – продолжила старшеклассница, игнорируя ее негодование, – Кохакунуси лишь вступился за меня! Не дал меня в обиду!       – Что за вздор! Мой сын не мог этого сделать!       – Ваш сын, – девушка холодно бросила на него взгляд полный презрения, – напал на меня. Он не только гнусный негодяй, но еще и бессовестный лжец. Кохакунуси защитил меня! А вы хотите добиться его отчисления за то, что он поступил порядочно?       Директор закашлялся, готовясь озвучить вердикт.       – Огино, вы ручаетесь за свои слова? – начальственно спросил он. Девушка уверенно закивала.       – Кэтсеро-сенсей, вы же знаете меня. Я бы не стала врать и тем более наговаривать на других людей! – умоляюще сказала она.       – Это верно, Огино. – Глава школы встал из-за стола, заложив руки за спину, – я выслушал обе стороны. И пришел к выводу, что вы, Огино, действительно ни разу не замечались в неподобающем поведении; вы, Сайто, напротив, неоднократно были наказаны за драки с другими учениками и непослушание!       – Директор... – залепетал он.       – А новенький, – свирепо оборвал наглеца директор, – перевелся к нам из лучшей академии для одаренных. Я знакомился с его делом, и там не упоминалось о каких-либо проступках и нарушениях. Поэтому, я считаю справедливее будет поверить словам Огино. Кохакунуси может спокойно вернуться к занятиям. Вы же, Сайто, будете наказаны за свое ненадлежащее поведение и за ваше отвратительное вранье!       Заботливая мама вместе с сыном подавленно раскрыли рты. Тихиро облегченно выдохнула и поклонилась.       – Спасибо вам большое.       – Можете возвращаться к занятиям, – добросердечно кивнул директор Тихиро и Хаку.       День выдался определенно насыщенным и сумасшедшим. Начиная от пылкой ревности дракона к неизвестному, впоследствии оказавшемуся братом, и заканчивая тем, что родная подруга храбро постояла за него. Она так отчаянно пыталась его защитить, доказать его невиновность, точно как в прошлой жизни, когда бабушка Дзениба обвинила дракона в воровстве. Сама того не понимая, девушка по зову сердца спасла его во второй раз.       Тихиро молча дала себе отчет в том, что пришествие новенького значительно скрасило ее обычную скучную жизнь. Каждый день становился краше предыдущего, и неужто следствием этого стало их знакомство в первый обеденный перерыв?       Оба шли молча по серой улице, вдоль шоссе, плавно переходившего в верхний город. После вымотанной беседы, не сговариваясь и без лишних слов, они забрали свои вещи и направились домой, будучи не в состоянии после пережитых эмоций сидеть за партой и слушать бубнеж учителя. С тех пор как покинули кабинет директора, Тихиро и Хаку не обмолвились ни словом, и вот сейчас они почти подходили к дому Огино. Да и к чему были разговоры? О чем им было говорить? Оба растворялись в рьяном неистовстве.       Девушка пленилась собственными безумными мыслями. В голове кружился предательски выкрикнутый вопль, вгонявший ее в беспамятную агонию. Почему ей вдруг показалось, что эти громкие слова она произносила однажды. Разве это было возможно? Ведь они с Кохакунуси были знакомы всего-то две недели. Однако, если предположить; всего лишь предположить, что они могли встречаться когда-то очень давно, то совершенно объяснимо, почему вдруг нелюдимая, сторонившаяся новых знакомств, Огино так быстро расположилась к новенькому и доверилась ему! Она словно чувствовала необъяснимую нерушимую связь с ним.       – Тихиро, мы пришли уже. – Затаив дыхание еле слышно сказал Хаку, обеспокоенный поведением девушки. Та очень долго стояла перед калиткой собственного дома, не двигаясь и глядя в одну точку. И тогда Нигихаями осторожно дотронулся до плеча своей подруги. – Тихиро!       – А? – вздрогнула та, вернувшись из абстрагирования, и изумленно посмотрела по сторонам, – уже пришли? Так быстро?       Дракон склонил голову на бок, наблюдая за реакцией старшеклассницы и вздохнул.       – Ты домой-то собираешься заходить? Или так и будем стоять тут?       Но она испуганно посмотрела на Хаку и жадно вцепилась в рукав его куртки.       – Не уходи. Пожалуйста!       Изомлевший юноша остолбенел, но нашел в себе силы взять девушку за руку.       – Не уйду.       – Хаку, – растерянно сказала она, – только ты сможешь понять. Пожалуйста, мне нужна твоя помощь. Иначе я с ума сойду.       – Что случилось, Тихиро? – испуганно спросил он, сжимая ее хрупкую бледную ручку.       – Хаку, я не знаю, что со мной происходит. Но я только тебе одному могу доверить свою тайну. Однако, если ты сочтешь меня сумасшедшей и захочешь уйти – я все пойму! И ничего тебе не скажу, честное слово!       – Тихиро.. – юноша не смог удержаться и нежно поцеловал любимую в висок, чем обеспечил ей тройной кувырок и без того выпрыгивающего из груди сердца. – Я ни за что не сочту тебя сумасшедшей и поверю любым твоим словам. Пожалуйста, поведай мне обо всем, что тебя тревожит!       Вдалеке проехала, расплескав лужи, машина, нарушая умиротворенную тишину в округе.       – Тогда..– запнулась она на первом же слове, – пройдешь со мной в дом?..       – А твои родители?..       – На работе. Брат тоже работает до вечера. Идем. – девушка настойчиво потянула его за рукав.       Бывший волшебник впервые оказался в доме Огино и переступив порог, тотчас почувствовал веяние уюта и любви. Тихиро оказалась на редкость счастливым человеком: у нее был родной дом, где ее всегда ждали любящие родители и заботливый старший брат. Хаку был по-настоящему всей душой рад за нее. Ее счастливая жизнь – благословение для него.       Стоя посередине прихожей, Тихиро мешкалась: стоит ли раскрывать Нигихаями безумные мысли, переполнявшие ее. Набравшись мужества, она потянула его за собой. Преодолевая лестницу, они очутились на втором этаже около двери в комнату Тихиро. Девушка пробормотала:       – Если ты сочтешь меня ненормальной, я пойму.       Но парень лишь сжал ее руку крепче и они прошли в комнату. Ничего странного и необычного дракон здесь не увидел. Просторная уютная комната, посередине которой располагалась двуспальная кровать, правее длинный шкаф, а левее письменный стол. На полках стояли фотографии, которые показывали сколько утекло времени. На некоторых Тихиро была совсем маленькой. На одних она была со старшим братом, на других – с Юми, на третьих – с родителями. Еще виднелось фото выпуска из средней школы, плакаты различных музыкантов, множество книг и различных статуэток.       – Хаку. – девушка закрыла дверь в комнату и прошла к своему столу, пытаясь что-то найти в ящике. – Выслушай меня. Мне нелегко говорить об этом... Потому что я боюсь. Вот.       Она протянула парню бежевый блокнот, взглядом прося, чтобы он сам посмотрел содержимое. Листая страницы, Хаку дошел до середины блокнота и к своему удивлению обнаружил рисунок белого изящного дракона с бирюзовой гривой, морда его была грозной, однако глаза добрыми. Парень потрясенно посмотрел в глаза девушки.       – Этот дракон... Я нарисовала его семь лет назад. Образ словно сам возник в моей голове. Но вот что странно... Ведь в мифах драконы обычно изображаются огнедышащими, и туловища у них не такие длинные. Этот дракон речной. Я это не придумала, я это словно знала! Словно сама видела его когда-то, понимаешь?       Тихиро приложила ладонь к губам и закрыла глаза – настолько сильно она боялась увидеть реакцию парня. Она знала, он ей не поверит. Да и кто бы поверил?       Но вопреки ожиданиям девушки, Нигихаями импульсивно начал листать страницы дальше. Дракон был нарисован на каждом листе в разных позах. На одной странице он свободно парил в небе, вытянувшись во всю длину. На другой – сворачивался в петлю, словно готовясь к атаке; на третьей – лежал изогнутый среди цветов и тихо спал. Хаку не знал что сказать. Эти рисунки с точностью передавали его драконий образ. Безошибочно.       – Хаку, – умоляюще позвала девушка, томящаяся от угнетающей тишины, – ты не смеешься надо мной?       Но он лишь мотнул головой и принял серьезный вид, готовясь слушать дальше.       – Я не знаю, придумала ли я его. Может это просто плод воображения и детских фантазий, но... я этого дракона очень люблю.       Волшебник окаменел и стал едва бледнее мела.       – Я не знаю, откуда у меня такая нездоровая любовь к драконам, – продолжила девушка, отводя взгляд в окно, – может это объясняется тем, что я родилась в год дракона? Не знаю. Но я какое-то время сходила с ума по этому красавцу. Я даже на полном серьезе хотела набить татуировку с драконом по наступлению совершеннолетия! Однако папа сказал, что голову мне оторвет, а брат вообще заладил с нравоучениями – каждый день ходил за мной по пятам и нотации читал. Так что я быстро забыла эту идею, – она отмахнулась, – Но не это важно. Суть в том, что я правда всем сердцем влюблена в придуманного мной дракона. Эти детские фантазии.. мечты. Они не давали мне покоя, и я решила отказаться от этого, жить реальной жизнью. Но когда в моей жизни появился ты – образ дракона вновь воскрес в моем сердце! С каждым днем я все отчетливее его вижу. Хаку..       Девушка обессиленная упала на кровать. Кохакунуси, выслушав ее до конца и ни разу не перебив, был потрясен. Он подошел к Тихиро и взял ее руки в свои, глядя в родные медовые глаза.       – Ты веришь мне? – удивилась она.       – Тихиро, пожалуйста, выслушай меня и ты. Но сначала ответь, ты сможешь мне поверить?       – Да, Хаку! – с жаром сказала Тихиро, – я никому и никогда не решалась открыть свою тайну. Но тебе я почему-то верю. Ты первый, кому я доверилась!       – Тогда. – он не переставал смотреть ей в глаза и тяжело выдохнул, прежде чем сказать: – Я и есть тот дракон!       – Что? – вскочила ошеломленная девушка.       – Выслушай. – Хаку снова усадил ее на кровать, и сел рядом. Он ласково провел рукой по ее волосам. – Я – дракон. И мы действительно встречались с тобой семь лет назад. И не только. Самая первая наша встреча произошла на берегу Янтарной реки, когда ты была совсем малюткой.       – Не может быть..– прошептала потрясенная девушка. – Я ведь тогда туфельку потеряла, и чуть было не утонула, а волны...       – Тебя подхватили, и вынесли на берег. – Закончил он фразу с нежной улыбкой на устах, поцеловав ее в лоб.