To seduce you

— Нееет, он точно не придет. — я в очередной раз покачала головой, прогоняя мысли о сегодняшней беседе с Пак Чимином после школы. Я не собралась идти у него на поводу, меня совсем не интересовало наше «свидание», взявшееся непонятно откуда. Я считала его заявление странным и смешным, не воспринимала слова про то, что я теперь его девушка, всерьез, но отчего-то зубы кусали губу, а взгляд устремился к часам, стрелки которых показывали, что время близится к семи. Он сказал, что зайдет в семь. Отложив ручку и покинув место за столом, где занималась учебой, я остановилась возле зеркала, осматривая свое отражение, спрятавшееся под спортивными вещами и ужасной прической. Рука сама тянется за расческой, и вот уже волосы красиво спадают с плеч, блеск для губ дарит устам еще больше привлекательности. Снова осмотрев себя в зеркале, я вздыхаю, думая о том, что совсем сошла с ума. — Не придет. Я уверена, что он не придет, а даже если придет, какое мне до этого дело? Как придет, так и уйдет обратно! Снова падаю на стул, возвращаясь к учебе, предварительно собрав волосы в неряшливый пучок на макушке. Не могу поверить, что только что крутилась у зеркала с мыслями о Пак Чимине. Всего на секунду разум помутился, бывает, в этом нет ничего страшного. Главное просто больше об этом не думать. Нужно просто забыть обо всем и спокойно жить себе дальше. Осталось совсем немного и наступит выпускной, а потом мы никогда больше не встретимся, и моя жизнь станет наконец прекрасной и беззаботной. Звонок в дверь уже в третий раз остается без ответа, по видимому мама куда-то ушла, так что мне приходится сбежать вниз по лестнице, быстрым шагом направляясь к входной двери, чтобы открыть ее и замереть на месте с раскрытым от удивления ртом. — Ты еще не одета? — Ты что здесь забыл? Мы с Чимином смотрим друг на друга, говоря одновременно совершенно разные по значению слова. Он улыбается, а я ошарашена тем, что он пришел. Зачем он здесь? Правда решил, что мы пойдем на свидание? Осмотрев школьника с ног до головы, я отметила, что повседневные вещи идут ему даже больше, чем школьная форма. Даже не удивлена, что носит кожанки, но эти ботинки… ботинки скорее в стиле Гука, никогда не замечала таких у Чимина. — Это тебе. — перед моим лицом оказывается белая роза, и я хмурюсь, уставившись сначала на нее, а затем на Чимина, который намекает мне выражением лица, что нужно забрать цветок и вероятно сказать спасибо. — Проваливай. Парень недовольно цокает, когда я пытаюсь закрыть дверь, а его нога быстро вклинивается между ней и дверной рамой, не давая двери захлопнуться. — Так и знал, что попытаешься сбежать, но это против правил, дорогуша. — качает головой Пак, снисходительно улыбаясь, а еще выглядит так, словно именно чего-то такого и ожидал и совсем не удивлен происходящему. — Дорогуша? — переспрашиваю и даже не пытаюсь потянуть дверь снова на себя, потому что рука парня уже раскрыла ее пошире и, кажется, не собирается позволить ей закрыться вновь. — Слышишь, а ты не обнаглел?! — прикрикиваю, когда он спокойно кивает на мой вопрос. — Что забыл у моего дома? Сталкеришь меня? Я заявлю на тебя в полицию и обвиню в преследовании и домогательстве. Логика подсказывала мне, что моя сила против силы парня с таким типом телосложения тягаться не сможет, но все девушки иногда бывают нелогичными, так что я предприняла попытку закрыть дверь снова. Конечно же, ничего хорошего из этого не вышло. Чимин только тяжело вздохнул, после чего губы дернулись в слабой улыбке. — Правда? — удивляется он. — Тогда, я тоже могу обвинить тебя в домогательстве? — Ме-меня? Не понимаю, о чем это он, поэтому и смотрю так растерянно на то, как он поднимает вопросительно брови, а на мой вопрос кивает, без тени блефа в глазах. Как он может обвинить меня в чем-то таком? — Да. Не помнишь, как вчера набросилась на меня прямо в школе? — интересуется Чимин, заставляя меня сглотнуть, опуская взгляд. А ведь и правда, так все и было… — Мое сердце просто разбито тем, что ты так просто переступила грани. Ты просто сломала мою невинную детскую психику своим развратным поведением. Чимин старательно распинается, стоя передо мной. За сердце хватается и даже позволяет голосу чуть ли не сломаться. Выглядит очень правдоподобно, словно еще секунда, и расплачется. А меня весь этот спектакль до невозможности бесит, потому что мы оба знаем, что он врет. Может я и правда поцеловала его, может, до этого пыталась соблазнить… может, я немного перегнула и мне стоило уйти, когда он сказал мне нет. Может, все именно так, но это он тот, кто набросился на меня. Именно он был тем, кто стремительно сокращал расстояние и с неистовым рвением целовал. Именно его руки избавляли меня от одежды, именно они не отпускали моей кожи, и никто не заставлял их оставлять на моем теле узоры и синяки. — Что? — я прыснула, выслушав весь этот бред, и даже позволила себе широко улыбнуться, складывая руки в замок на груди. — Чепуху не неси, никто даже не поверит в эту дурость. — Плевать. — пожимает плечами Чимин и улыбается слегка, а потом указывает пальцем за мое плечо, делая шаг вперед. — Я подожду тебя в гостиной, пока ты соберешься. Не хотел бы тебя подгонять, но у нас правда мало времени, так что… — Я никуда не пойду, так что не стоит ждать меня. — перебиваю уставившегося на часы Пака, заставляя поднять на меня удивленный взгляд. — Спасибо, что зашел, была рада повидаться. Дверь снова пытается закрыться, а чужая нога в военном ботинке останавливает ее, не позволяя захлопнуться. Рука парня снова дергает деревянную доску, служащую нашему дому дверью, на себя, и вежливо имитирует улыбку, уставшим голосом произнося. — Ты не поняла, солнышко, ты пойдешь. — меня всегда бесили люди, которые разговаривали со мной как с маленькой, и те, кто лишал меня права выбора. А прямо сейчас, Пак Чимин объединил в себе сразу два типа людей, которых я ненавижу больше всего на свете, и приправил все своей раздражающей улыбочкой, от которой все внутренности скручиваются, а по телу проходится неприятная дрожь. — Сегодня я проведу этот вечер с самой красивой девушкой, так что не заставляй меня долго ждать, если не хочешь меня разозлить или отдать свой должок, ладно? Я просто смотрю на него и думаю о том, как могла находить его привлекательным еще вчера или даже сегодня. Смотрю и думаю, как могла желать его, если сейчас мне так сильно хочется просто врезать ему, да так, чтобы было очень больно. Так сильно, чтобы даже моя рука болела после этого удара, я готова перенести эту боль и даже радоваться ей. Я просто стояла в дверях собственного дома и думала о том, какого черта он вообще есть в моей жизни. Я думала о том, что зря поспорила с Чонгуком, о том, что очень плохо, что я такая принципиальная и моя гордость значит для меня так много, что я пошла на все, чтобы Пак Чимин обратил на меня внимание и признал меня, как девушку, которую даже он будет хотеть. Я смотрела на него и внутри меня все горело. Я хотела кричать, перебить всю посуду в доме, мне прогнать его очень хотелось и никогда больше не видеть. Я просто думала о том, как просто он зажал меня после школы, о том, как просто для него было меня обездвижить и даже поцеловать. Если он и правда решится забрать свой «должок», я ничего не смогу сделать, чтобы остановить его. Даже если постараюсь, у меня не получится. Он прав в том, что мне стоит опасаться того, как сильно я могу вывести его из себя. Провести пару часов в его неприятном обществе кажется достаточно сносной альтернативой тому, чтобы оказаться с ним в одной постели, еще и против своей воли. О чем это я, альтернатива просто шикарная. — Правда? — опустив взгляд на свои босые ноги, интересуюсь я, слегка улыбаясь. Его слова на самом деле кажутся чем-то забавным. Он только что сделал мне комплимент? — Значит, хочешь провести вечер с самой красивой девушкой… — тяну я, кусая губы. Он думал, я принаряжусь для нашего свидания, думал, сделаю шикарный макияж, что мои волосы будут идеально дополнять образ королевы мира. Что же, будет ему свидание с самой красивой девушкой. — Ладно. — вернувшись в прихожую, наспех обуваю кроссовки и беру с тумбочки ключи, собираясь покинуть дом. — Тогда пойдем. — Прямо сейчас? — Чимин пару раз моргает, удивленно глядя на меня, а я киваю, стараясь скрыть то, как сильно меня забавляет его реакция на мое заявление. — Да. Ты же так хотел, чтобы я пошла, что сейчас не так? — Ну… — осматривая мой внешний вид, тянет Пак, немного прищуриваясь. Видимо, ему не очень по душе то, как я выгляжу. — Ты не хочешь переодеться? — Нет, не хочу. — качаю головой, закрывая дверь на ключ. — А что? Что-то не так? Тебе не нравится, как я одета? Я очень стараюсь выглядеть как можно более удивленной, нет, даже шокированной, и звучать практически обиженно. Конечно, я его понимаю. Кто бы хотел пойти на свидание с таким чучелом? Он принарядился, даже цветок принес. Мы будем выглядеть самой странной парочкой на свете, красавчик и страшилка в просторных спортивных штанах и странного цвета безразмерной футболке, на одном боку заправленной под пояс штанишек. Никто не хотел бы показаться рядом с девушкой в таком виде, совсем никто. Собственно, на что и расчет. Чимин прав, я очень красивая, надень я платье или штаны, с хвостом или с распущенными волосами, с макияжем или без него. Я красивая, я знаю. Если я наряжусь, люди будут сворачивать шеи из-за меня, именно этого Пак и ожидал от сегодняшнего вечера. Он хотел, чтобы мы были красивой парой, чтобы мне завидовали девушки, чтобы ему завидовали парни, потому что рядом я. А если я выйду из дома вот так, ему будут сочувствовать и выражать сожаление. Мы все так же будем привлекать много внимания, только вот не такого внимания хотел Чимин. А мне плевать, как я буду выглядеть в глазах других. На самом деле, я надеюсь, что мой трюк сработает и Чимин просто отстанет от меня, развернется и уйдет, а я просто вернусь в свою комнату, закончу с домашкой и посмотрю дорамку перед сном. Но Пак Чимин быстро качает головой из стороны в сторону, спеша заверить меня, что с моей одеждой все хорошо. Еще бы, он же не самоубийца, говорить девушке, с которой собрался на свидание, что выглядит она, мягко сказать, отстойно. Вероятно, есть в нем немного тактичности и воспитания. — Нет, все в порядке. — уверяет меня Чимин, выглядя при этом максимально неправдоподобно, что заставляет меня тихонько хмыкнуть, но тут же скрыть улыбку. Пак бывает милым? — Но… — парень тянет неловко, почесывая затылок, и не может сдержать свои эмоции, от чего немного кривится, глядя на мой неряшливый пучок на голове. — Может, расчешешься? Мне очень хочется рассмеяться, просто безумно. Чимин выглядит так неловко, говоря это, со всех сил старается выглядеть беззаботно и незаинтересованно, словно говорит о моих волосах просто так, а не потому что его что-то смущает. — По-твоему, я выгляжу неопрятно? — изящная бровь стремительно летит вверх, а глаза не отрываются от шокированных глаз Чимина, чьи губы распахиваются, словно он хочет что-то сказать, но молчит, потому что я вздыхаю, поворачивая ключ в другую сторону, открывая входную дверь. — Тогда, думаю, мне стоит остаться дома. Рука парня быстро накрывает мою ладонь, поворачивая ключ в замке, чтобы тот закрылся, и вытаскивает его из двери, изображая, что внимательно смотрит на часы, стаскивая меня вниз по ступенькам, все еще держа за руку, в которой крепко сжат ключ. — Боже, уже столько времени, нам пора! Я в шоке пялилась на него, а потом на наши руки, пока Чимин не понял, что меня это не устраивает, и не отпустил мою ладонь, прочищая горло. Мы шли в полном молчании. Иногда за меня цеплялись любопытные взгляды, но мне было по барабану, смысл того, как я выгляжу, состоял именно в том, чтобы Чимину стало неловко со мной, а не мне. Мне было очень даже комфортно в такой одежде, я всегда любила просторные вещи, поэтому дома только в таком и ходила. Я не могла позволить себе одеваться так на выход, потому что мама всю жизнь промывала мне мозги тем, как девушка должна выглядеть в обществе. Мне нравились вещи, которые скрывали мою фигуру, нравились те, что дарили мне свободу движений и не затрудняли дыхание. Да, я гордилась тем, что на меня нельзя не обращать внимания, я тешила количеством чужих заинтересованных взглядов свое самолюбие, но меня очень бесило, что мужчины не могут не взглянуть на меня только потому что моя юбка открывает стройные ноги, или что эта блузка прекрасно подчеркивает тонкость моей талии и хрупкость плеч. Мне хотелось, чтобы на меня смотрели просто потому что это я, а не потому что я красивая. Я хотела, чтобы меня любили и даже хотели в безразмерных вещах и без макияжа, а не в дизайнерской одежде, в которой мое тело выглядит очень соблазнительно. Такое странное и смелое желание. В жизнь его воплотить будет очень трудно, потому что в современном мире всех встречают по одежке. Да и кто посмотрит на меня в таком виде без насмешки? Я шла по оживленным улицам, засунув руки в карманы широких штанов, пояс которых собирался складками на моих бедрах из-за того, что штаны были велики, и с интересом смотрела на людей, которые окидывали меня недовольными взглядами. Так странно, но от этого мне становилось лучше, я даже пару раз позволила себе улыбнуться. Вечер стал бы еще лучше, если бы Чимину было неловко идти рядом со мной, но парню было плевать на взгляды похожих, ему было плевать на все и даже на то, что я его почти не слушаю. Он что-то говорил о фильме, на который хотел пойти, что-то о Чонгуке и о том, как тот донимал его расспросами о произошедшем вчера между нами и о том, как так получилось, что мы обменялись рубашками. Он говорил, а я просто слушала, молча переставляя ноги. Разговаривать с ним не хотелось, да и смысла в этом никакого не было. Мне нужно просто сходить с ним в кино, о большем он не просил, а я не была готова по-настоящему притворяться его девушкой. Это не нужно никому из нас. Чимин просто справляется со скукой, доставая меня, мне тоже нужно просто пережить этот вечер и все, потом моя жизнь станет на круги своя. Я взглянула на парня за все время, что мы шли и ехали на автобусе, только один раз, когда на мои плечи упала его огромная кожаная куртка, по сравнению с моей кожей слишком теплая. Пак старательно избегал моего взгляда, я сняла его вещь, хотя на самом деле замерзла, ведь выходить на улицу в футболке в семь вечера было плохой идеей, и протянула ее парню обратно, сказав что-то о том, что она мне не нужна и мне совсем не холодно. Всего две секунды куртка пробыла у Чимина, а затем он снова накинул ее на мои плечи и ускорил шаг, заставляя и меня ускориться, теснее кутаясь в объемную кожанку, от которой изумительно пахло. Увидев билеты на последний ряд, я только закатила глаза, громко цокая языком. Через пятнадцать минут после начала фильма Чимин получил по руке, когда попытался взять меня за руку. Еще через десять минут кинозал наполнил громкий звук пощечины и болезненный вздох Пака. А все потому что нечего лезть ко мне с поцелуями. На середине фильма парень умудрился обезопасить себя, обездвижив мои руки, и без огромных усилий впился в мои губы своими. Я думала, что если укушу его, он отодвинется, как в прошлый раз, но вместо этого Чимин лишь тяжело вздохнул и укусил меня в ответ, заставляя пискнуть от неожиданности и шире раскрыть рот. Всего несколько минут сражений и попыток выбраться, и мои запястья больше ничего не ограничивает в движениях, а они и не хотели больше вырываться. Меня раздражало, что уже не в первый раз я сдаюсь и прекращаю вырываться из рук Пак Чимина, что мне снова и снова нравится ощущать его поцелуи, что мне хочется отвечать на них… страшно бесит. Это ведь уже не в первый раз, и страшно подумать, что может и не в последний… совсем не хочется думать об этом, ни о чем думать прямо сейчас не хочется. Пальцам нравится тянуть парня за волосы, запутавшись в них, губам нравится, что они начинают покалывать и немного опухать, а язык в восторге, что наконец нашел соперника по силе. Чимин все же очень хорошо целуется, до моего сбитого пульса, до тихих, но сбитых вздохов. Не очень удобно сидеть вот так, шея затекает, ногам совсем не комфортно, спина ощущает дискомфорт, но отстраняться не хочется… гораздо удобнее становится, когда чужие руки перетягивают меня к себе на колени, гораздо комфортнее становится, оказавшись ближе к Чимину, в его руках, чтобы между нами было совсем немного свободного пространства… Все заканчивается, когда на экране идут финальные титры, а свет в зале вот-вот зажжется. Вскочив на ноги, когда в голове проскользнула одна единственная трезвая мысль о том, что так быть не должно, я направилась на выход из зала, пока не началась настоящая толкучка. Чертов Пак Чимин. — Черт тебя подери… какого ты…?! Я не могла больше ничего сказать, потому что если кого и нужно ругать, так это себя. Я снова поддалась, снова сдалась в его плен, снова ответила. — Идиотка… — я тихо возмущалась на себя, не веря, что снова попалась, что в очередной раз дала слабину. Не стоило позволять ему поцеловать меня, не стоило отвечать на его поцелуи… почему я не могу сопротивляться ему больше, чем пару минут? Почему в конце все равно сдаюсь и льну ближе? Что не так со мной? В голове слишком много вопросов, на них никто не отвечает, и от этого страшно. Сердце гулко бьется в груди, а глаза совсем ничего перед собой не видят, не подмечают совсем ничего. Чимин сбил меня с толку. Наш поцелуй сбил меня с толку. Покалывание распухших губ, напоминающее о прикосновениях губ Пака к ним, пробуждает где-то внутри желание снова ощутить их. — Бред, что за бред?! Я качаю головой, стараясь прогнать странные мысли из нее и надеясь поскорее оказаться подальше отсюда и от Чимина. Мне нужно подумать обо всем и во всем разобраться. Парень догнал меня сразу же, как за мной закрылась дверь кинозала, и тут же его щеку украсил ярко красный поцелуй моей ладони. Не знаю, почему ударила его сейчас, мне просто захотелось. Я не видела выхода из ситуации лучше этого. Может, его не существует? Голова Пака дернулась в сторону, он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, а потом коснулся места удара ладонью и посмотрел на меня полными возмущения глазами. — Ауч! — деланно воскликнул он. — Может, перестанешь меня бить? — немного обиженно поинтересовался Чимин. — Если перестанешь лезть ко мне. — Тебе так не понравилось? — Да. Не понравилось. — со всей серьезностью соврала я, складывая руки в замок на груди. Мои слова заставили Чимина хмыкнуть и повторить мою позу, произнося с улыбкой на еще больше распухших губах. — Странно, а такое впечатление, что все наоборот. — подметил он, облизывая улыбающиеся губы, словно намекал на что-то. Я закатила глаза, после закрывая их на мгновение, и вдохнула поглубже, чтобы успокоиться. Мне просто нужно оставаться спокойной, всего-то… совсем не трудно. Чимин все с той же улыбкой наблюдал за мной, даже когда я снова посмотрела на него. Смотрит издевательски, забавляется, радуется чему-то… как же бесит. Молча развернувшись на пятках, я направилась на выход из торгового центра. Мне не стоило идти с ним, точно не стоило. Хотя, теперь наши дорожки могут смело разойтись в разные стороны и больше никогда не пересекаться. Никогда. К моему сожалению, Чимин последовал за мной. Парень снова накинул свою куртку на мои плечи, но в этот раз я даже не думала о том, чтобы возвращать ее. Руки охотно нырнули в длинные рукава, чтобы было удобнее, что заставило школьника слегка улыбнуться, а меня зыркнуть в его сторону, нахмурившись. Мой план состоял в том, чтобы он замерз, желательно насмерть. До моего дома мы добирались в молчании. Оказавшись на знакомой улице, я ускорила шаг, а оказавшись возле дома, и вовсе пустилась в бег, спеша как можно скорее скрыться за дверьми любимого дома. Не прощаясь с Чимином, я захлопнула за собой дверь и облегченно вздохнула. Наконец-то дома… О том, что куртка Чимина все еще на мне, я поняла только, оказавшись в своей комнате. Выйти на улицу с мыслью, что парень все еще где-то около моего дома, было глупо, но я все же вышла, осматривая улицу на наличие раздражающего старшеклассника. — Вот и замерзни. — буркнула я, возвращаясь на крыльцо. — Придурок. — бросила я, снова осмотрев освещенную фонарями улицу на случай, если Чимин все же где-то здесь, а я его не заметила, или же на случай, если решил вернуться за курткой.