The White Queen Falls/Падение белой королевы

В полдень все еще шел дождь, и после полубессонной ночи Миранда решила отказаться от полной изоляции и остаться с Андреа. Пробуждение в пустом доме выбило ее из колеи, и на мгновение Миранде показалось, что Андреа тоже бросила ее. Она не знала, чего ожидать, но когда заметила открытый чемодан рядом с кроватью Андреа, разбросанную одежду и смятые простыни, что-то глубоко внутри нее расслабилось. В поисках кофеина она нашла на кухне записку. Она прочитала ее несколько раз и провела кончиками пальцев по знакомым каракулям. Андреа даже приготовила термос с кофе, и пока она наливала себе чашку, чужое чувство вины не давало покоя Миранде. Как обычно, она поспешила с выводами, основанными на ее собственной неуверенности и отвращение к себе, хотя в глубине души знала, что Андреа не оставит ее вот так. После завтрака они перешли в гостиную, где Андреа установила свой ноутбук и начала просматривать корреспонденцию Миранды. Сама Миранда еще не чувствовала себя готовой к встрече с миром, и она позволила Андреа разбираться с адвокатами, прессой и всеми остальными, кто настаивал на том, чтобы беспокоить ее. Она свернулась калачиком в кресле у окна, прижалась щекой к подголовнику и стала смотреть на дождь. С утра туман рассеялся, но день оставался серым и мрачным. Внизу виднелся противоположный берег залива, и, несмотря на беспокойные, неглубокие волны, это зрелище наполнило ее умиротворением. Было что-то очень простое в том, чтобы чувствовать себя комфортно, когда погода снаружи была такой враждебной. Ее мысли постоянно возвращались к дочерям, но она чувствовала, что быть так далеко от всего помогает приглушить часть боли. Ей было интересно, думают ли девочки о ней сейчас, думают ли они о ней так же, как она о них. Миранда знала, как они чувствительны к переменам. Цирк в СМИ с разводом и увольнением, все это, по-видимому, было слишком много. Миранда закрыла глаза и слушала, как дождь стучит по крыше, а пальцы Андреа летают по клавиатуре. В этой маленькой деревушке на краю света было так тихо. Ни движения автомобилей, ни самолетов, ни сирен. И все же ей казалось, что шум океана, дождя и деревьев был громче всего, что она слышала в самый напряженный день на Манхэттене. Она не возражала. Незнакомые звуки действовали успокаивающе. - Еще кофе? - Спросила Андреа с дивана. - Хммм, - промычала Миранда в подтверждение. Она открыла глаза, чтобы посмотреть, как Андреа встает и идет на кухню, и ее взгляд задержался на удаляющейся девушке. Андреа, возможно, и не была одета для работы, но и Миранда тоже. Они были далеко от "Подиума", и джинсы цвета индиго от Армани выглядели довольно привлекательно на молодой женщине. Миранда знала, что хижина это не место для четырехдюймовых каблуков и юбок-карандашей, и сама наслаждалась теплом от свитера скандинавского стиля. Он был сшит из тонкого кашемира и хлопка, не раздражал кожу, и был сшит специально для нее. Все это поддерживало чувство домашнего уюта и помогало ей чувствовать себя более расслабленной. Потянувшись, Миранда посмотрела на маленький столик перед собой. Она уже заметила старинную шахматную доску раньше и уже не в первый раз задавалась вопросом, как Андреа нашла этот довольно приятный домик за такое короткое время. По всему дому стояло несколько деревянных скульптур, а на книжных полках находились ранние издания классики. Дизайн дома был продуман с большой тщательностью, и то, как интерьер отражал внешнее окружение, многое говорило Миранде. Это не был роскошный пятизвездочный номер, но в нем царили простота и естественный стиль, которые Миранда предпочитала. Она провела кончиком пальца по краю шахматной доски. Она была сделана из красного дерева с клетчатыми вставками из какого-то другого дерева. Когда она подняла крышку, то обнаружила шахматные фигуры, спрятанные там, и пока Андреа молола свежие кофейные зерна на кухне, Миранда осмотрела статуэтки. Она ожидала увидеть слоновую кость, но красивый набор был вырезан из обычного самшита и черного дерева. Она расставляла фигуры на доске одну за другой и изучала тонкое мастерство. Одна из белых фигур, казалось, отсутствовала, и как только она выстроила их в ряд, Миранда поняла, что это был слон. Жаль, подумала она. Она не играла с самого детства. Именно так Миранда научилась быть стратегом, и до недавнего времени эти навыки не подводили ее. Белая королева была самой искусно вырезанной частью набора. Она явно выделялась, и казалось, что ее безликая голова смотрит на Миранду, обвиняя ее в том, что она сделала неверный шаг и потеряла свою империю. Рядом с ней белый король выглядел грубым и коренастым. Может быть, верный, но бесполезный. Остальная часть белого двора стояла нетронутая и настороженная, готовая служить, но ни одна из них не была столь детальна, как их королева. Заинтригованная, Миранда взяла белого короля и королеву, чтобы сравнить отметки на дне. На обоих были инициалы "Э. С.". Изучая пару в своих руках, она думала о Стивене и его трусости. Она знала, что он скоро нарушит их соглашение. За последние месяцы он потерял терпение и не раз требовал внести изменения в их брачный контракт. Тот факт, что он решил подать на развод за день до государственного переворота Ирва, казался досадным совпадением. Однако теперь, глядя на шахматную доску и черно-белые фигуры, каждая из которых играла свою важную роль и имела свое стратегическое назначение, Миранда начала думать, что, возможно, выбор времени не был таким уж случайным. Ее пальцы дрожали, когда она поставила белого короля рядом с его черным двойником. В прошлом Стивен всегда предупреждал ее о планах Ирва избавиться от нее. Один из его приятелей по гольфу был членом совета директоров "Элиас-Кларк", и благодаря полученной информации Миранда смогла противостоять нескольким предыдущим попыткам Ирва свергнуть ее. На этот раз, однако, она была совершенно слепа, и когда она изучала двух королей, стоящих бок о бок, гнев поднялся в ней. Она была так глупа, доверившись человеку, который был связан с ней только контрактом. Она потеряла бдительность, и в конце концов это стоило ей всего. Боль пронзила ее руку, когда она крепко сжала Белую Королеву между пальцами. Если бы только она была внимательнее дома. Может быть, тогда Стивен не предал бы ее, и девочки все еще были бы рядом. Ее глаза горели, и она сжала губы, пока они не онемели. Ей потребовалось несколько глубоких вдохов через нос, чтобы восстановить самообладание, но Миранда сумела сдержать слезы. Она не позволит себе терять ни секунды, оплакивая двух королей и их руку, разрушающую ее жизнь. Испытывая отвращение к самой себе, она швырнула ферзя обратно в сторону доски. Она промахнулась, и шахматная фигура отскочила от подушки на противоположном кресле и упала на пол. Андреа подняла глаза на шум, рука застыла на полпути от наливания кофе в чашку, и они обе смотрели, как белая королева перекатилась по полу и остановилась у ножки большого стола посреди комнаты. Миранда была ошеломлена собственной вспышкой гнева. Терять самообладание она просто не могла. Она почувствовала, как жар поднимается по ушам и затылку, и быстро отвернулась к окну. Дождь все еще падал сквозь кроны деревьев снаружи, ритмично капая с листьев, и она сделала вид, что ничего не произошло. Она знала, что если Андреа сейчас заговорит, то она набросится на единственного человека, который не предал ее. Шаги, приглушенные нелепыми шерстяными носками, которые Андреа носила все утро, пробрались по деревянным доскам пола, и остановились рядом. - Держи. Когда Миранда резко обернулась, она чуть не выбила чашку кофе из рук Андреа. - О. С не очень достойным фырканьем она приняла напиток. Она предпочла ожог на ладонях, прижимая чашку к груди, и ее глаза снова устремились наружу, в надежде, что Андреа поймет намек и оставит ее в покое. - Очень красивая. Миранда приготовила свой лучший взгляд, но когда она повернула голову, то увидела, что Андреа изучает белую королеву, крутя фигурку между пальцами. То, как она ласкала резное дерево, было почти нежным, и Миранда почувствовала, как глубоко внутри у нее все сжалось, когда Андреа улыбнулась и осторожно положила фигуру на шахматную доску. Их взгляды встретились, и что-то в задумчивом взгляде Андреа обезоружило Миранду. Она не могла отвести взгляд. Там, где с другими она всегда находила скрытое осуждение, в глубине глаз Андреа она видела только теплоту и немного печали. Это было странно гипнотизирующе. - Бррр, - Андреа вдруг вздрогнула и отвернулась, потирая плечи через свитер. - Я должна попытаться разжечь огонь, - сказала она более мягким, чем обычно, голосом. Она подошла к камину, оставив Миранду чувствовать себя опустошенной и даже замерзшей. Несколько глотков обжигающего кофе помогли Миранде успокоиться, и она еще глубже погрузилась в кресло, чтобы подавить внезапно охватившее ее беспокойство. Она заставила себя вернуться мыслями к дочерям, почти находя утешение в знакомой печали. Ее прежний гнев медленно рассеивался, и она сумела удержаться от анализа сбивающей с толку реакции на Андреа. Кэссиди была более независимой в дуэте, Кэролайн всегда была маминой девочкой. Миранда задумалась, как они держатся у отца, ведь в любом случае они собирались провести с ним каникулы в этом году, так что для них это не будет большой переменой. Лишние две недели ничего бы не изменили, они так заняты в школе, но Миранда вспомнила строгое выражение лица Кэссиди и разочарование в голосе Кэролайн, когда та обнимала ее на прощание. Этот момент останется с ней навсегда. Первый уик-энд, когда она снова увидит их, будет теперь только после нового года, и Миранда поняла, что это будет самый долгий период ее разлуки с девочками. Как бы она ни была занята на работе, она никогда не уезжала больше чем на неделю. Ей часто приходилось прилагать много усилий, чтобы сократить свое расписание, но для Миранды это всегда того стоило. А в последнее время, надо признать, с помощью Андреа ей стало гораздо легче находить время для близнецов. Андреа. Та, которая осталась. Миранда посмотрела поверх чашки на шахматную доску. Белая королева стояла рядом с пустым квадратом пропавшего слона. Гордая, но одинокая. Миранда знала, что смотрит на себя. - Черт возьми! - Вскрикнула Андреа, снова отвлекая Миранду от гнетущих мыслей. Явно чем-то расстроенная, молодая женщина опустилась на колени перед камином. Ее плечи были опущены, и она держала смятый кусок газетной бумаги между пальцами, которые медленно сжимались в кулаки. В центре очага были сложены два полена дров, а сверху еще один газетный шар вспыхнул жарким пламенем, оставив на нетронутом дереве круг пепла. Андреа некоторое время смотрела на него, костяшки ее пальцев побелели, когда она сжала оставшуюся бумагу в руках и тяжело вздохнула. Наклонившись вперед, она чиркнула спичкой дрожащими пальцами и зажгла газету, прежде чем быстро бросить ее на поленья. Как и предыдущий бумажный шар, он горел, не касаясь дров внизу, и Андреа с разочарованным вздохом наблюдала, как исчезают последние огоньки. Миранду очень позабавило, что Андреа потерпела неудачу в таком простом деле, как разжигание огня. Она поставила кофе рядом с шахматной доской и встала с кресла. - А я думала, что ты можешь делать все, что угодно, - поддразнила она, подходя к камину. - Очевидно, нет, - последовал раздраженный ответ Андреа. - Я никогда не умела обращаться с огнем. Я полагаю, ты могла бы сказать, что это мой криптонит. - Что? - Конечно, Миранда слышала о Супермене, но было трудно поверить, что Андреа была ослаблена или на самом деле боялась огня. - Неважно. Андреа встала и положила спички на каминную полку. - Я пойду и попрошу помощи у соседей. Это они приготовили для нас дом, так что я уверена, что они знают, как правильно разжечь огонь. Она снова тяжело вздохнула и пошла прочь, прежде чем фырканье Миранды остановило ее. - О, пожалуйста, Андреа, - Миранда закатила глаза и схватила спички. - Не надо так драматизировать. - Хм... - Разжечь огонь невероятно легко. - Она подобрала несколько тонких поленьев, которые Андреа, казалось, проглядела, и присела на корточки перед камином. Большие поленья были довольно тяжелыми, и Андреа поспешила к ней, чтобы помочь вытащить их из камина. - Еще одну газету, - пробормотала Миранда, и через секунду требуемое сунули ей в руки. Она почувствовала, как напряглась Андреа, когда зажглась спичка и загорелась смятая бумага. Как ни забавно было узнать, что девушка испытывает страх так же, как и все остальные, это также вызвало беспокойство у Миранды. Неужели с Андреа случилось что-то такое, что заставило ее так бояться? Она положила горящую бумагу в центр и быстро соорудила вокруг нее вигвам из прутьев. Когда ее руки приблизились к огню, Андреа ахнула. - Ты не сможешь сразу поджечь большие поленья, - объяснила она, работая, надеясь, что сможет как-то успокоить молодую женщину. - Сначала используй более мелкие. Растопка разгорелась быстро, и Миранда потянулась к большим поленьям. Она владела шале в Аспене, и разжигание уютного камина было одной из немногих вещей, которые она никогда не позволяла делать экономке. Именно эта простая физическая задача всегда сигнализировала о начале спокойных каникул и обычно помогала Миранде дистанцироваться от ее напряженной жизни. Расставляя поленья вокруг огня, оставляя достаточно места для кислорода, она уже чувствовала, как огонь согревает ее лицо. Она испытала простое, почти первобытное чувство удовлетворения, увидев, что поленья загорелись всего несколько минут спустя, и с почти улыбкой откинулась на спинку кресла, рассматривая свою работу. - Ого, - прошептала Андреа рядом с ней. - Так и буду... Она не стала продолжать, и когда Миранда оглянулась, то увидела, что Андреа смотрит в огонь. Ее щеки порозовели, а в глазах плясали отблески пламени. Она выглядела загипнотизированной. За эти годы Миранда привыкла, что ею восхищаются. В конце концов, у нее был блестящий ум, и она была успешной женщиной, которая очень много работала, чтобы достичь международной известности. Геи любили ее личный стиль и чувство моды, а женщины боготворили ее, моря себя голодом, чтобы получить хоть малейший намек на признание. И все же, Миранду никогда не волновало мнение никого из них. Теперь она не могла отделаться от ощущения, что произвела на Андреа впечатление на другом уровне. Одним из многих качеств, которые Миранда ценила в Андреа, было то, что она никогда не казалась влюбленным щенком, вечно гоняющимся за образным поглаживанием по голове. Было уважение, но оно не было незрелым или разрушающим, как это было с Эмили. Реакция Андреа на ее навыки растопки внезапно согрела ее. Миранда наблюдала, как Андреа приоткрыла губы, и разгорающееся пламя окрасило ее бледную кожу в теплые оттенки золота. Ее прежний гнев на саму себя, чувство неудачи и поражения, которые были ее постоянными спутниками со времен Парижа, постепенно таяли. Андреа не отказалась от нее. Она была здесь, с Мирандой, на самом краю света. Она не осуждала и не жаловалась, а просто заботилась о ней. Осознание того, как сильно она действительно нуждалась в Андреа, не испугало Миранду и вполовину так, чем следовало бы. Она действительно чувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы позволить это, и когда Андреа повернула голову и вопросительно посмотрела на нее, Миранда просто уставилась на нее. - Спасибо, - начала Андреа, - за то что показала мне, как разводить огонь. Я не уверена, что смогу сделать это сразу, - усмехнулась она, - но по крайней мере теперь я знаю, с чего начать. Слово вертелось на кончике ее языка, но Миранда проглотила "пожалуйста" и продолжила смотреть. Глаза Андреа были очень красивы, круглые и насыщенно карие, которые в ярком свете огня казались почти янтарными. Ее ресницы были длинными и густыми, даже с легким намеком на тушь, а пряди волос, обрамлявшие ее лицо, слегка завивались от дождя. Выбитая из колеи этим пристальным взглядом, Андреа несколько раз моргнула, прежде чем отвернуться, и Миранде пришлось поджать губы, чтобы скрыть ухмылку. - Хм... Я пойду и сделаю еще кое-какую работу, - извинилась девушка и резко встала, чтобы вернуться к своему ноутбуку. Внезапно опустевшее место рядом с ней напомнило Миранде о неизбежной истине, что всего через шесть дней Андреа больше не будет работать на нее. Одиночество, поднявшееся в ней при этой мысли, ранило почти так же сильно, как сообщение из уст ее детей о том, что она больше не желанна как родитель. Миранда опустила взгляд на сложенные на коленях руки и впервые с тех пор, как покинула Нью-Йорк, подумала о будущем. Развод был неоспоримым и должен был завершиться в течение следующих нескольких недель. Процесс подачи в суд на Ирва и совет директоров, однако, потенциально может затянуться на месяцы, создавая множество документов и необходимую переписку с ее адвокатами. Не говоря уже о списке верных последователей, с которыми нужно было связаться, чтобы она могла использовать их как рычаг воздействия на Ирва. Ей понадобится личный помощник, и она надеялась, что сможет уговорить Андреа занять этот пост. Она заплатит ей вдвое больше, чем "Элиас-Кларк", может быть, даже втрое больше. Что угодно, лишь бы убедить молодую женщину остаться с ней еще ненадолго. И если ей придется каждый день разводить огонь, пусть будет так. Миранда схватила кочергу и подтолкнула полено в более выгодное положение. Андреа мечтала стать репортером, и должность личного ассистента не очень-то облегчала эту карьеру, так что Миранде нужно было дать ей время и пространство для фриланса. Ощущение цели, казалось, вдохнуло жизнь обратно в ее вены, и это поразило ее. Неужели все так просто? Миранда оглянулась через плечо на Андреа, которая сидела на диване, глубоко погруженная в экран ноутбука, скользя пальцами по клавиатуре. Это зрелище наполнило Миранду уверенностью и чувством, что она поступает правильно. Это определенно стоит попробовать, подумала она, и тепло от огня наполнило ее тело, без сомнения окрасив ее щеки в глубокий розовый оттенок.