Переписывая время, изменяя судьбы

— Мел, ты уверена? Назад пути уже не будет. — Я тысячу раз сказала, да. Не вижу смысла торчать там, когда можно потрать эти несколько часов с куда большей пользой. — Девочка остановилась и посмотрела на свою подругу. — И не нужно делать вид, будто ты сама этого не хочешь. — Ладно, ты права. Я сдаюсь. — Брюнетка подняла руки вверх. — Только если нас поймают, ты не станешь делать вид, будто это я тебя уговорила. — Ой, и не собиралась. Я же не ты. — Амелия лукаво улыбнулась и тут же побежала вперёд по дорожке в прямо противоположном направлении от школы. Осенний ветер трепал её непослушные каштановые волосы, запутывая те ещё сильнее, щёки пылали от быстрого бега, дыхание сбилось. Поворот, ещё один и ещё. Девочка не оглядывалась, она была уверена, что подруга бежит за ней. Наконец, она оказалась достаточно далеко от столь ненавистного здания и остановилась, чтобы отдышаться. Ей тут же прилетел лёгкий удар по голове от Габриэллы. — Это чтобы не расслаблялась. — Широкая улыбка растянулась на её лице. — Знаешь, по сравнению с наказаниями Миссис Фол то, что ты сейчас сделала — всего лишь комариный укус. — Во взгляде Амелии появился легкий оттенок печали, поданный под нарочито дерзким тоном. — Слушай, давай забудем об этой старой мымре хотя бы на несколько часов. И вообще, мне кажется, она просто придирается к тебе. Бить розгами за то, что ты «недостаточно вежливым тоном поздоровалась с ней» — высшая степень маразма! — С негодованием произнесла девочка. — Да, ты абсолютно права. Надеюсь, эта карга скоро просто забудет обо мне, потому что если, нет, я просто когда-нибудь не выдержу, приду к ней ночью в комнату и задушу... — Девочка тут же одёрнула себя. — Так, меня уже куда-то уносит. Всё, не хочу о ней даже вспоминать. Закрываем тему, тем более у нас есть дела намного интересней. — В её глазах вновь зажглись огоньки, а на лице появилась заговорщицкая улыбка. Габриэлла посмотрела на свою подругу, но вместо неё увидела сестру. Такой же взгляд, такая же улыбка, такой же характер, и даже те же огоньки в глазах. Всё в Мел напоминало Джейн. Габриэлла тряхнула головой, снимая наваждение. Этот ритуал стал для неё уже довольно привычным с того момента, как в её спокойную размеренную жизнь ворвался этот неугомонный ураган под названием Амелия. Вот и сейчас той не сиделось на месте, её пятая точка просто жаждала найти себе приключений, а Габриэлла была не в силах отказать — в любом случае, она сделает то, что взбрело ей в голову, а так хоть кто-то сможет присмотреть за этой головой. Девочки шли по улицам Лондона, постоянно переговариваясь. Никто из прохожих не обращал на них никакого внимания — такие одинокие дети были привычны для города. К тому же, в своих серых приютских платьицах и таких же серых лёгких куртках они отлично сливались с толпой серых людей ,и в данный момент это было огромным преимуществом. Амелия с интересом разглядывала дам в длинных юбках, таких же платьях и разнообразных причудливых шляпах. Хотя она и прожила в 20 веке уже больше месяца, но так и не смогла понять эту моду и смириться с ней. И только осознание, что одежда, выданная в приюте, до конца ей не принадлежит, останавливало девочку от того, что бы просто взять и отрезать половину длины своей юбки, которая совершенно ей не шла. Габриэлла задумчиво огляделась по сторонам: — Таааак, теперь нужно повернуть налево, а дальше, давай, срежем наискосок. — Я полностью в твоих руках, веди. Знаешь же, что я совершенно не ориентируюсь в Лондоне. — Амелия покорно двинулась за подругой. — Ну, это мы исправим позже, а сейчас у нас на очереди мастер-класс. — Живот девочки тут же издал утробный звук. — Да, я именно об этом, как раз во время. — Она в предвкушении улыбнулась. — Идём скорей! Ещё за несколько метров девочки почувствовали атмосферу рынка. Такого разнообразия цветов, вкусов, запахов, звуков и странных персонажей не найдешь больше нигде. Несмотря на раннее утро, рынок был полностью забит людьми. Жизнь кипела. Какой-то пожилой мужчина бурно ругался с продавцом, стараясь сбить цены, маленькая девочка, лет четырёх, устроила истерику своим родителям, требуя купить, понравившуюся ей игрушку, а неизвестная женщина с серьёзным лицом пыталась сделать выбор между двумя практически одинаковыми шляпками. Все толкались, суетились, чуть ли не вплотную прижимаясь друг к другу, пытаясь протиснуться в узкий проход между лавочками. Некоторые умудрялись на ходу есть то, что только купили несколько минут назад, так что Амелии чудом удалось уклониться от начинки пирога какого-то господина, пролетевшей в опасной близости от её головы. Если бы не этот неприятный инцидент, немного подпортивший настроение, она, вероятно, ещё долго не могла бы отойти от шока, наступившего при виде всего этого великолепия рынка. После серых тоскливых стен приюта, она наконец-то почувствовала жизнь. — Идеально. — Шепнула Габриэлла, для которой явления рынка было далеко не новым. Девочки спокойно прогуливались между лавочек (если, конечно, то, что каждый второй норовил их затоптать, можно назвать спокойно), делая вид, что что-то выбирают, и, стараясь не привлекать ненужного им внимания. Тут рука Габриэллы на несколько секунд задержалась около приглянувшегося девочке пирожка, благо, лежавшем на самом краю, так близко к ней, и быстро скрылась в кармане платья. Продавщица, увлечённо болтавшая с каким-то мужчиной, не заметила пропажи и продолжила самозабвенно строить глазки. Толпа тут же смела юных нарушительниц закона, так что те в любом случае оказались вне досягаемости от женщины. — Вуаля! — Победоносно шепнула на ушко Мел Габриэлла. — Видала? Амелия, всё это время неотрывно следившая за действиями подруги, утвердительно кивнула. — Ты уверена, что я смогу повторить? — Амелия, наконец, задала вопрос, мучивший её всё это время. Девочка придирчиво её осмотрела и вынесла свой вердикт. — Ну, мы уже тут, так что отступать поздно, поэтому, у тебя просто нет выбора. «Выбор есть всегда. А те, кто говорят иначе, просто обманывают себя и других». — Промелькнули у Мел в голове слова её бывшей учительницы ещё из тех времен, когда она была Алекс. «Да, и я сделала свой ещё утром. Нет, даже раньше, когда попросила Габриэллу обучить меня этому «ремеслу»». — Хорошо, только давай, если что-то случится, и мы потеряем друг друга, встретимся у входа на рынок? — Ладно, но сомневаюсь, что это потребуется, в случае чего я тебя постараюсь подстраховать. — Девочка уверенно улыбнулась и крепко сжала её руку. — Да и в самом деле, что может такого случиться? Амелия неопределённо пожала плечами. — Точно не знаю и совершенно не горю желанием узнавать… Как и в первый раз, девочки ходили вдоль рядов, сливаясь с толпой, а на самом деле выбирая подходящую жертву. «Хорошо, что тут нет камер и так много людей. В моём прошлом мире было совершенно не так просто украсть что-нибудь с прилавка. Хотя, ладно, кому я вру, разве меня в восемь лет это останавливало?» — Мел улыбнулась своим воспоминаниям. — «Удивлена, что нас тогда не поймали. Такими ведь неосторожными были, особенно если сравнивать с тем, что происходит сейчас. Не понимаю, что со мной. Кажется, будто каждый смотрит и ждёт, когда же можно будет схватить меня прямо на месте преступления. Ну это же бред! Никому нет до меня совершенно никакого дела. Это просто моё больноё воображение не вовремя разыгралось. Вы только посмотрите, семь лет человеку, а нервы уже не в порядке. Что дальше-то будет?» — С такими не больно весёлыми мыслями девочка рассматривала прилавки, выбирая подходящий. Вот он. Тоже с пирожками, от которых исходит такой чарующий аромат, что просто невозможно удержаться. Девочки подходят ближе. Амелия повторяет то, что делала Габриэлла, задерживая руку чуть дольше, чем это нужно. В карман платья пирожку посчастливилось попасть лишь со второй попытки. Сразу заметна неопытность, но, к счастью Мел, кому угодно, но только не продавцу, так вовремя отвернувшемуся, чтобы дать сдачу. Девочка заметила, что мужчина, стоявший около соседней лавочки, как-то странно на неё посмотрел, но ничего не сказал. Должно быть, показалось. Подруги отошли на достаточное расстояние и, наконец, смогли приступить к трапезе. — Ну вот, а ты ещё сомневалась. — Весело произнесла Габриэлла, откусывая большой кусок своего любимого пирога с капустой. — Я? Сомневалась? Ты, вероятно, меня с кем-то путаешь? — Деланно удивилась Мел, откусывая практически половину пирога с картошкой. Обе девочки весело засмеялись. — Только знаешь, мне кажется, это была не очень хорошая идея. — Отсмеявшись, немного грустно добавила Амелия. — Почему это? — Просто я совершенно уверенна, что отведав эту божееественную пищу, — Мел подняла в руке свой почти полностью съеденный пирожок, — я больше ни за что не смогу есть ту ужасную еду, которой травят нас в столовой. — Она слегка наигранно вздохнула, и, немного подумав, сказала: — По крайней мере, сегодня вечером точно. — Ооо… В таком случае, я думаю, тебе понравится моя идея продолжить наш «пир». — Игривая улыбка озарила лицо девочки. — Хммм… Пожалуй, я не против. В течение следующих нескольких часов девочки шатались по рынку. За это время Мел успела обзавестись двумя булочками и яблоком, а ещё несколькими косыми взглядами от внимательных прохожих, на её счастье, ничего не сказавших. Улов Габриэллы, конечно, был побогаче, что аукнулось и Амелии, получившей в добавку ещё один пирожок. Они как раз уже собирались возвращаться в приют, как вдруг, на Мел налетел какой-то мальчик, сбив её с ног и повалив на землю. Она не успела рассмотреть ни лица, ни понять, сколько ему лет. Когда Амелия подняла от земли глаза, то увидела лишь удаляющуюся темную макушку. Девочка ощупала себя и поняла, что кое-чего не хватает. Незнакомец стащил кошелёк, в котором были все её сбережения, а так же кольцо, что отдала ей Мэгги в больнице. Габриэлла было протянула Мел руку, чтобы помочь подняться, но её тут же остановил крик подруги. — Габ, беги за мальчишкой! Этот паршивец украл мою сумку! — Она сама сразу вскочила, немного поморщившись от боли в колене, разодранном до крови, и побежала за вором. Габриэль, более развитая физически и бегавшая быстрее благодаря своему возрасту, была впереди. Девочки постоянно врезались в людей, даже не пытавшихся расступиться, и ужасно мешавшим погоне. Впрочем, у мальчика была таже проблема, так что, можно сказать, все находились в равных условиях. Вот он выбежал из рынка и шмыгнул в какой-то соседний закоулок, скрывшись за поворотом. Девочки за ним. Сделав последний рывок, Габриэлла приблизилась к мальчику и схватила того за шиворот, тут же вырывая украденный мешочек. — Кажется, это принадлежит не тебе! — Гневно произнесла Она. Через несколько десятков секунд к ним присоединилась тяжело дышавшая Амелия и тут же уставилась на того, кто только что посмел посягнуть на её вещь. На вид мальчику можно было дать лет 7-8, несмотря на то, что он был довольно худой, если не сказать, тощий. Старая, поношенная, однако чистая и выглаженная одежда, состоявшая из серого пиджака, сидевшем, точно сшит на заказ, белой рубашки и прямых, таких же как и пиджак, серых брюк, явно не соответствовала образу уличного воришки. Густые, немного кудрявые, черные, как смоль, волосы обрамляли его лицо, на котором уже сейчас проступали аристократические черты. Тонкие губы, прямой нос и через чур бледная кожа. «Довольно миленький. Когда вырастет, он станет настоящим красавцем», - подумала Мел. Однако, несмотря на симпатичную внешность, её больше всего привлекли глаза мальчика. Такие же черные, как и волосы, они смотрели на девочек загнанным зверем. Не составляло никакого труда, чтобы различить страх, плескавшийся на поверхности. Этот страх не был похож ни на один из тех, что приходилось видеть Амелии. Это был самый настоящий животный страх, одолевавший мальчика уже на уровне инстинктов. Девочка посмотрела в эти черные омуты, и ей показалось, будто какой-то голос в её голове произнёс: «Нет, пожалуйста, только не бейте!» Мел тут же немного дернулась назад от неожиданности, до этого ей ещё ни разу не доводилось слышать чужие мысли. Её взгляд быстро пробежал по всем открытым местам на его теле. Увиденное заставило её ужаснуться. Мальчик был полностью покрыт синяками и царапинами различной глубины, а на руках за рукавами пиджака были почти полностью скрыты ещё свежие рубцы от розг. Она не понимала. Она не понимала, кто мог довести ребёнка до такого, не понимала, кто мог сделать это, не понимала, как сильно нужно было издеваться над ним и каким извергом быть, чтобы только спокойно смотреть на происходящее. Мальчика всего трясло, хотя было видно, он ещё пытался держаться и не показывать свой страх. Получалось откровенно плохо. — Мел, ну что, что мы будем с ним делать? — Пусти меня! — Мальчишка дернулся и попытался укусить девочку. — Ещё чего. Мел? — Та ловко вывернула руку и ещё крепче схватила его, видимо, задевая при этом не зажившие раны. Тот тихо взвыл от боли и с ненавистью посмотрел на державшую его девчонку. Полная пару минут назад желания и решимости наказать вора, Амелия тихо, но чётко и уверенно произнесла: — Габриэль, он прав, отпусти. — Скажи, что ты шутишь! Он ворюга, и нужно его проучить! — В её голосе слышалось явное негодование. — А мы разве лучше? — уже громче, но всё ещё спокойно ответила девочка. Габриэлла хотела было что-то возмущённо сказать, и даже уже открыла рот, но потом вдруг передумала. Они немного помолчали. Тишину нарушил урчащий звук, исходивший от мальчишки. Габ вздохнула: — Ладно, твоя вещь — тебе и решать. Она разжала хватку. Мальчик несколько секунд недоверчиво смотрел на девочек, и уже было собрался бежать, как Мел окликнула его. — Эй, подожди! — Она живо достала из кармана немного помятый пирожок и протянула его незнакомцу. — Возьми. — Девочка осторожно в несколько шагов приблизилась к нему, вложила лакомство прямо в руку и тепло улыбнулась, глядя в глаза. «Какой холодный…словно лёд…» Он с явным недоверием посмотрел на угощение, но отказываться не стал. Они несколько секунд смотрели друг другу в глаза, но тут мальчик разорвал зрительный контакт и, крикнув «Спасибо», побежал по переулку. «Какая странная…» — крутилась мысль в его голове. «Какой странный…» — зависло в её…

***

Подруги вернулись в приют как раз вовремя. Обед подходил к концу, и нужно было приниматься за работу. Пожалуй, это был первый раз, когда Амелия с удовольствием драила полы — помогало отвлечься. Практически всю обратную дорогу девочки шли молча. Габриэлла, конечно, пыталась несколько раз начать разговор, но в конце концов забила на это — Мел отвечала короткими фразами и явно давала понять, что не настроена сейчас болтать. После того, как тот неизвестный мальчик скрылся за поворотом, девочка не могла перестать думать о нём. Ей казалось, что она упускает какаю-то важную деталь, словно она что-то забыла. Теперь она была уверена, что то нехорошее предчувствие, возникшее на рынке, было связано именно с мальчиком, однако, если бы Амелию спросили, почему она так думает, то Мел не нашла бы, что ответить. Она просто знала, чувствовала. И, будь она простым маглом, то назвала бы это шестым чувством, но, являясь волшебницей, девочка была уверена, тут замешана магия. Другого объяснения не было. «Почему у меня такое чувство, что я его знаю? Но это просто невозможно! Я в чужом времени и не могу знать много людей отсюда. В любом случае, я бы его запомнила. Нет, тут что-то другое… Может, я видела его в больнице? Сомневаюсь. Там в основном были взрослые, да и всех детей я знаю в лицо. Не понимаю! И ещё, откуда у меня это острое ощущение, что отпустив мальчика, я совершила большую ошибку?» — До конца дня Мел мучила себя подобными рассуждениями и задавала вопросы, на которые не могла найти ответы. Она проработала до самого вечера, а потом, когда совершенно никакой работы для неё не осталось, убежала в поисках укромного места для тренировок. Несмотря на жуткую усталость ещё до этого, Мел выкладывалась по полной, и лишь когда почувствовала, что сил совершенно не осталось, вернулась в свою комнату. Удивительно, но даже это не помогло ей быстро уснуть. Ещё около часа она пролежала в кровати, размышляя о незнакомце, даже не заметив, как отправилась в царство Морфея. В эту ночь Амелии впервые за последнюю пару недель не снились те дуратские сны, в которых она лежит в больнице, а её родные поочерёдно плачут над ней. Нет, в эту ночь ей приснилось, как она, ещё будучи Алекс, впервые посмотрела «Гарри Поттер и Дары Смерти» вместе со своей подругой. — Мне не нравится! — после того, как пошли субтитры, заявила десятилетняя Алекс. — Знаешь, я читала книги, и там у него не было даже шанса! Один, без семьи, без любящих родителей и настоящих друзей, выросший в приюте, где над ним все издевались, да ещё и имеющий магическое основание, чтобы стать монстром. Судьба Волан-де-Морта была предопределена с самого детства, но её можно было бы изменить, только… — О чём ты? — Алекс была нагло перебита. — Это же всего лишь фильм. Ты не сможешь переписать сценарий. Да и зачем? Мне вот Гарри нравится куда больше, чем этот безносый. — Камилла с интересом и некоторым вызовом посмотрела на подругу. — Да, наверное,… ты права. В любом случае, я не смогу переписать все семь книг. – Она знала, что бесполезно спорить с подругой, и предпочла просто согласиться, оставшись при своём мнении. Амелия проснулась с улыбкой. Подобные воспоминания из прошлого она очень любила, особенно те, которые отправляли её в детство, ведь несмотря на свой семилетний возраст, Мел совершенно не ощущала себя маленьким ребёнком, хоть периодически и позволяла себе им быть. — Доброе утро, Габриэлла. — Девочка улыбнулась своей подруге так, словно вчера ничего не случилось, и не было никакого мальчика, о котором Мел думала весь день. — Доброе. — Она ответила тем же, как бы соглашаясь навсегда забыть о вчерашнем. Девочки вместе отправились на завтрак, совершенно не обращая внимания на крики и ругань Миссис Фол, ставшие уже давным-давно привычными. Амелия постаралась выкинуть из своей головы незнакомца, но тот никак не хотел уходить. Тогда она постепенно задвинула мальчика в самый дальний угол сознания, однако перед этим ещё изрядно помучив себя вопросами по поводу его личности. Амелия даже попыталась изобразить его портрет в тетради, подаренной Мегги. Конечно, некоторые детали были не совсем верны, но общая суть угадывалась. Иногда по вечерам девочка открывала эту тетрадку и долго смотрела мальчику в глаза, будто пытаясь прочитать его мысли. «Кто же ты?» — неизменно крутилось у неё в голове...