Плод падения

От очередной кочки под колесами повозки хрупкое тело подшвырнуло, а мешок с чем-то тяжёлым упал сверху. Лиам застонал от боли в плече, отодвигая мешок и хватаясь за пострадавшую сторону. Подняв голову и сонно потирая глаза, он отодвинул материал, одним глазом пытаясь осмотреться. Громкие голоса разносились снаружи, крики и смех. Глаза закрывались, поэтому он уснул, надеясь, что не проспит момента, когда нужно будет уходить. На улице, на вид, были самые обычные люди. Если присмотреться, можно было увидеть пёстрые чешуйки, коими были усыпаны кончики их ушей. У женщин в волосах проглядывались перья. Дети бегали вокруг своих родителей, смеясь и дёргая их за подолы разнообразных ярких одежд, ища чуточку внимания. Товар, стоявший на продаже, представлял собой что-то непонятное Лиаму, отчего он только шире раскрывал глаза. Их жизнь не особо отличалась от реальности Лиама, представляя собой мир его предков. Закрыв щель между досок и материалом, он откинулся на стенку, стаскивая с плеч мешок. Достав фрукты, он с наслаждением впился зубами в мягкую плоть, закрывая глаза от приторного сока. Поев, он выпил воды и убрал всё на место, надевая мешок на плечи, на всякий случай, если придётся действовать быстро. У него было время поразмыслить, но он со своего осознанного возраста не любил это дело, загружая себя работой так, что сил на размышление просто не оставалось. Взглянув на свои ладошки, он сжал их, стирая слезу со щеки. Мысли о его неудаче в жизни намертво прицепились, заставляя ненавидеть своё существование. Должен ли он быть благодарен, что попал сюда? Как открытие другой реальности так просто воспринялось? Осознание холодком прошлось по спине, покрывая её мурашками. Это он – здесь и сейчас, сидит в повозке и едет куда-то, видит людей, которые совсем не люди. Лиам застонал, закрывая лицо ладонями: "Отвратно!" — думая об этом, он не заметил, как повозка остановилась. Грубый голос привёл в чувство, а страх засел в горле. Кто-то с кем-то переговаривал, из скомканных слов невозможно было что-то понять. Повернувшись, он оттянул кусок ткани и посмотрел наружу, сразу натыкаясь взглядом на лес, мерцающий и завораживающий: солнце уходило за горизонт, а в этой пасмурной погоде клубком стояли высокие деревья, искрящиеся синевой. Блистал лес настолько ярко, что можно было увидеть точные очертания камней у его кромки. Самым интересным показалось то, что внутри леса не было видно ничего, будто это красота ослепляла, закрывая самое заветное. Прислушавшись, Лиам последний раз прикрыл глаза и выскочил, больно приземляясь на коленки, сжимая зубами кожу на запястье. Встав, он пошёл в противоположную сторону от того места, где стояли разговаривая двое, натыкаясь на огромное здание. Времени рассматривать не было, поэтому, натянув капюшон ниже, Лиам со всех ног сорвался к лесу. Прислушиваясь, не бежит ли кто за ним, он забежал за большой камень, загнанно дыша. Выглянув, он убедился, что остался незамеченным. Вздохнув, Лиам направился дальше, останавливаясь у стволов деревьев. Маленький силуэт скрылся за деревьями, уходя вглубь.

***

Лиам, не останавливаясь, шёл, испуганно озираясь по сторонам. Желание быстро добраться было велико, подталкивало птенца двигаться. Глухая ночь будто вступила в свои права, а внутри лес еле освещался, погружая пространство во тьму. Устав, он прислонился к грубой коре дерева. Капюшон давно спал, а сандалии были жутко неудобными, отчего ноги болели вдвойне. Сев, он снял их, разминая руками ступни. Дотронувшись до чешуек, Лиам отдёрнул руку, но снова потянулся, мягко проводя пальцами: удовольствие загорелось внутри, успокаивая и расслабляя. Звук шагов заставил его резко вскинуть голову, отрываясь от изучения своих ног. Встав и тихо надев сандалии, Лиам начал оглядываться. Казалось, звук его быстро бьющегося сердца можно было услышать на огромном расстоянии. Быстро крутя головой, он пытался понять, откуда доносился звук шагов, но в момент всё стихло. Решив наплевать на осторожность, он бросился бежать вперёд, куда держал путь, еле уворачиваясь от веток, больно хлеставшим по хрупкому телу. Сзади кто-то бежал, адреналин в крови дурманил. Страх перед непонятным был так велик, что боли в ногах и общая усталость ушли на второй план. Дыхание давно сбилось, руки и ноги были в мелких царапинах. Обувь с одной ноги была потеряна, он продолжал бежать, не смотря вперёд и падая в большую, грязную лужу. Сгруппировавшись, Лиам резко повернулся на спину, по лицу стекала тёмная, землистая вода. В глухой тишине леса, он отчётливо слышал, как шаги приближаются. Посмотрев наверх в синеву веток, Лиам прикрыл глаза. Секундная передышка дала волю всем ощущениям: боли, усталости, учащенному сердцебиению и пылкому дыханию. Он чувствовал, что перед ним кто-то остановился, испуганно открывая глаза. Громкий рык пронзил округу, а острый клювообразный нос глубоко вдыхал воздух, выпуская пар. Огромный чёрный зверь стоял на массивных, тяжёлых лапах. Когти впивались в землю, а передние лапы были согнуты, будто готовые к прыжку. Лиам не шевелился, не разрывая зрительного контакта. Глаза зверя были янтарными, а радужки чёрными, — смотрелось пугающе. Писклявый вскрик вырвался из горла птенца, когда хищник в один прыжок оказался сверху. Из клювообразной пасти торчали клыки, а россыпь мелких зубов, меж которых не было никакого пространства, приближалась к его лицу. Горячая капля упала на лицо и Лиам бы обязательно скривился, но сейчас его это волновало последним. Хвост, длинный и тонкий, бил по бокам, ударяя о землю и оставляя следы. Мелкая шерсть покрывала ровным слоем, а ушей не было. Кончик клюва упёрся в нос Лиама, зверь прикрыл глаза, глубоко вдыхая. Закрыв глаза, Лиам почувствовал слёзы, которые начали скатываться по щекам. Что-то тёплое и шершавое прошлось по коже, стирая мокрые дорожки. Лиам зажмурился сильнее, всхлипывая, от чего зверь рыкнул. На протяжении долгих секунд ничего не происходило, звук отдаляющегося тела был пропущен мимо ушей. Приоткрыв глаза, мальчик увидел, что животное стоит напротив, с интересом наблюдая. Резко сев на ягодицы, он опёрся на руки за спиной, также рассматривая в ответ. Хвост спокойно лежал у ног, а его острый кончик был закручен. Лиам не знал что делать, боясь шевелиться. Страх был так отчётлив, что зверь издал грубый писк и в секунду, поднимая пыль, предстал перед Лиамом в образе маленького зверька. Лиам округлил глаза, смотря на то, что перед ним теперь сидело: это было немного меньше белки из его мира, а маленький клюв теперь не вызывал страха. Коготки на уровне груди свернуто застыли, лапы, короткие, косолапо смотрели друг на друга. Хвост исчез, а вот уши появились, острые и длинные. Глаза, карие и узкие, смотрели с любопытством. Он неожиданно начал приближаться, становясь на все четыре лапы и немного свернув голову, принюхиваясь. Лиам отполз, а хищник прыгнул с большого расстояния, приземляясь на согнутые коленки. Лиам долго смотрел, но ощущение неприятной липкой одежды доставляло дискомфорт, поэтому он встал, сбрасывая его с своих колен. Поворачиваясь и поправляя мешок на спине, он быстро пошёл вперёд, прихрамывая из-за травы и веток, впивающихся в одну босую ступню. Смотря назад, он не видел, что маленький зверёк резво и тихо перебирается по веткам, идя по пятам.

***

Достаточно пройдя вперёд, птенец снова упал к дереву, стаскивая мешок и выгружая из него воду с едой. Пролив немного на подол плаща, Лиам протёр лицо, отпивая и сам. Перекусив теми же фруктами, он достал бумажку-карту, открывая. Там было сказано, что ему надо идти вперед, и он выйдет к широкому озеру, поэтому убрав всё, Лиам поднялся и пошёл быстрее, опасаясь нарваться ещё на кого-то. Через минут тридцать пути он внезапно оказался за пределами леса, в темноте не видя, что находится дальше. Обрадовавшись, он громко вздохнул. Сняв полностью плащ, он убрал волосы назад, надевая его обратно. В темноте Лиам слышал звук бегущей воды и запах, солёный. Он не знал, когда солнце начнёт вставать, поэтому ему нужно было либо остановиться и подождать, либо как-то перебираться дальше. Осмотревшись, Лиам решил залезть на дерево, но из-за роста это было проблематично. Найдя подходящее, он схватился пальцами, задирая ногу и опираясь той, что в обуви, о кору. Когда получилось немного приподняться, он уже собирался подтянуть вторую ногу, как его схватили длинные пальцы, потянув на себя и бросая на землю. Взрослый мужчина больным взглядом смотрел на Лиама. Одежда оборванно висела на его худом, старческом теле. Шея была покрыта багровыми пятнами, а от висков до колен свисали длинные серые перья. — Вставай! — хриплый голос. — Отдай мне все свои сбережения! — У меня ничего нет… — Лиам отполз назад, сгибая ноги в коленях, практически закрываясь ими. Он бы мог попытаться дать отпор, но его силёнок не хватило бы даже оттолкнуть, что неимоверно злило. — Я найду! — резко подойдя, мужчина навалился сверху, хватая руки Лиама, который пытался вырваться. — Я найду… найду… Резкая боль от пощёчины пронзила тело, а собственная никчёмность угнетала. Лиам не мог что-то предпринять, уступая в силе; проворность тоже была очень мала, поэтому он пытался отбиваться, но резко смолк, когда его перевернули на живот и подставили острое лезвие к горлу. — Я буду убивать тебя медленно, — безумный смех раздался за спиной, — убью и съем, полакомлюсь! Другая рука прошлась по детской груди, опускаясь на живот. — Какой маленький… — Не-е… не-е-ет… — через слёзы детский голос бил по тишине, — не надо... Лиам не дёргался, чувствуя мимолётную боль в области шеи из-за лезвия, впивавшегося в кожу. Мужчина не слышал, спуская руку на пах и сжимая со всей силы, получая в ответ громкий вскрик. — П-помогите! Знакомый рык раздался позади, а тяжесть со спины вмиг пропала. Резко повернувшись, Лиам отполз ещё дальше, смотря на зверя, который остервенело рвал тело мужчины. Громкие, грубые крики мольбы о помощи разносились по округе, а через минуту он замолчал, хаотично раскидывая руки и падая на землю. Хищник зло рычал, держа лапу на груди и не отпуская цепкого захвата с шеи. Оторвавшись от жертвы и поднимая окровавленный клюв, он медленно подошёл ближе. Лиам испуганно смотрел в глаза, не двигаясь, когда тёплый клюв ласково прошёлся по щеке, а мягкая шерсть размазала кровь по его лицу. Подняв руку, Лиам ладонью прикоснулся к массивной шее, закрывая глаза и чувствуя поток тепла, который прожигал в груди. — С-спасибо… В ответ что-то мяукнули, отчего он улыбнулся. — А ты совсем не страшный, — Лиам отодвинул голову, стоя перед этим зверем уверенным малым. Рыкнув, он сел перед ним, наклонив голову в бок. — Ты что, шёл за мной? Ответа он, конечно же, не получил, поэтому, сняв рюкзак, потянулся за последним фруктом, протягивая его животному. Фыркнув и по-умному закатив глаза, хищник отвернул голову. — Что, не ешь такое? — Лиам рассмеялся, закидывая его обратно в мешок. — Ты пойдёшь со мной? Рык снова повторился, а голова вытянулась вперёд, выдыхая и разветвляя прядки волос, упавшие на лицо. — Кажется, останавливаться – плохая идея, — Лиам поднялся, поправляя одежду на себе и стараясь не думать о неприятных прикосновениях так же, как и о мёртвом теле, лежавшем неподалёку. — Что-ж… А как мне тебя называть? Лиам смотрел на зверя, всё так же сидевшего на задних лапах и наблюдавшего за ним. — Может, ты будешь Локи? Зверь отрицательно рыкнул, скребя лапой по сырой земле. — А ты мальчик или девочка… Хищник демонстративно поднялся, поворачиваясь спиной и поднимая хвост. Вернувшись в исходное положение, он лениво принялся слизывать грязь с лап. — Понял, ты у нас мальчик, — Лиам снова рассмеялся такой выходке, удивляясь уму зверя. — Знаешь, ты напоминаешь мне ворона с моего мира… может, ты будешь просто Ворон? Он никак не отреагировал, поэтому Лиам принял молчание за согласие. — Пойдём. Не успел он повернуться, как от грозного хищника остался маленький пушистый комок. Лиам всё ещё не знал, что он такое, — Ворон прытко взобрался в капюшон, полностью скрываясь в нём. — Ну, хорошо… — птенец улыбнулся, замечая, что начинает светать. Дорога начала виднеться, поэтому он направился к краю озера. Вода была кристально чистой, а глубина манила, но Лиам помнил слова Грэга, поэтому пошёл влево, видя вдалеке очертание моста. Казалось, что мост становится всё дальше, но он продолжал упорно идти, в конце выкидывая и вторую сандалию, оставаясь босиком. Ворон не подавал никаких признаков, только тяжесть напоминала, что с ним какое-то существо. Наконец дойдя до моста, который на вид выглядел прочно, Лиам начал подниматься по нему, спокойно шагая по ровной деревянной поверхности. Всплеск воды раздался где-то сбоку, любопытство взяло верх, поэтому он быстро подошёл к краю, заглядывая за перегородку в водную гладь озера. Ничего не было, казалось, что всплеск послышался, но в следующую секунду за шею кто-то схватил, а прекрасное лицо девы, улыбаясь, потянуло его вниз. Лиам поздно опомнился, приходя в себя, когда резко остановился в миллиметрах от воды, а за штаны его удерживал Ворон, грозно рыча. Девы как будто и не было, только длинный, колючий хвост остался в глубине воды, исчезая. Лиам поднял голову, но не смог ничего разглядеть, чувствуя, как Ворон потихоньку тащит его наверх. Стараясь не шевелиться, птенец испуганно замер, когда тонкий материал пошёл по швам, а в следующее мгновение рука коснулась воды, отчего болезненный крик вырвался из груди. Ворон успел схватить больше ткани, упираясь лапами в мост и вытягивая птенца снова. Лиам сгорбился, сжимая руку меж телом и хныча, потому что боль от ожога ноюще разносилась по всему телу. Ворон постарался протиснуться клювом к пострадавшей руке, но Лиам оттолкнул, сжимая пальцами сильнее. Когда Ворону удалось добраться до маленького кулачка, он обхватил языком, забирая боль. Лиам поднял зарёванные глаза, следя, как он отпускает руку и отходит назад. Боль полностью прошла, ожог был подлечен, а наружную часть ладони покрывал оставшийся шрам, некрасиво расползшийся до запястья. — Спасибо… Стало понятно, что вода ядовита, но Грэг не сказал, что именно можно получить, выпив её. Вздохнув и вытерев слёзы, Лиам поправил волосы и плащ, а Ворон снова забрался в капюшон. Пообещав себе, что выскажет всё Грэгу, он перешёл мост, быстрым шагом ступая на землю и видя холм, за которым находится Алим. Солнце уже порядочно поднялось, поэтому, не теряя времени, Лиам пошёл дальше. Он и понятия не имел, сколько уже шёл, но всё тело нещадно болело. Последний фрукт был съеден, а воды осталось мало. Он только взобрался на половину, а ему ещё столько нужно было идти, чтоб потом столько же спускаться. Он очень хотел спать, но не знал где, боялся. До того момента, как начало снова темнеть, Лиам сдался, опускаясь на камушек и вытягивая ноги. Ворон вылез на плечо, потираясь головой о щёку и мурлыча! Улыбнувшись, он погладил его ладонь по боку. — Ты ласковый… Ухо лизнули, а Ворон уже сидел перед ним в своём ином виде, поворачиваясь и приглашая взобраться на спину. — Я упаду! Рыкнув, тот опустился ниже. — Ладно… Встав, Лиам аккуратно взобрался, практически ложась на мощную спину и хватаясь за шею, которую не смог полностью обхватить. Ворон резко бросился бежать, Лиам прикрыл глаза, впиваясь пальцами сильнее. Когда тело привыкло, а страх поутих, он приоткрыл глаза, ветер больно бил прямо в лицо. Прищурившись, Лиам сжал бока ногами, без попытки ещё раз что-то рассмотреть. — С… Стой! — Он громко закричал, они достаточно долго бежали. В округе уже было темно, поэтому что-то увидеть он не мог. Ворон резко остановился. Лиам даже не заметил, что всё это время тело мальчишки удерживал хвост, обмотавшись вокруг поясницы. — Мы можем потеряться… — когда хвост исчез, Лиам спустился, немного опираясь о зверя, — ты очень быстрый, знаешь? Ворон отошёл, опускаясь на задние лапы и вылизывая себя. — Давай переночуем тут, выхода нет, ничего не видно. Он боялся, но веки еле держались, и даже адреналин от езды не держал на ногах. Упав там же, где они стояли, Лиам повернулся на бок к зверю, заворачиваясь в полы плаща и не замечая, как засыпает. Ворон подошёл ближе, ложась за спиной, близко к птенцу и окутывая того хвостом, закрывая глаза и следя за их покоем.