Внутренний огонь

Мерче выдохнула, нависнув над Дэниэлом и пытаясь справиться с дыханием. По её спине стекали капельки пота. Рэнд растрепал светлые волосы, чтобы те просохли, и улыбнулся. — Иди сюда, — он уложил не сопротивлявшуюся девушку на свою широкую грудь. Мерседес поцеловала юношу в щёку. — По-моему, было прекрасно, — девушка пыталась совладать с собственным голосом. Железный Кулак укрыл их одеялом. — Мне тоже так кажется, — Дэнни погладил девушку по спине. Шкаф с грохотом отъехал в сторону, и Дэниэл сквозь зубы выругался, помянув усы Лао-цзы. — Люк, мужские свиные копыта! — Мерседес, покрасневшая от смущения, прыснула, уткнувшись в грудь юноши, а Кейдж чертыхнулся и захлопнул дверь. — Тётя Мэй приготовила пирожки! — прокричал из-за неё Неуязвимый. Дэниэл засмеялся, закрыв глаза рукой. — Господи, какой ужас... — пробормотал он сквозь смех. Мерседес вздрагивала от беззвучного хохота. — Ну, что, пойдёшь за пирожками? — поинтересовалась она, положив голову на грудь юноши и заинтересованно глядя на него. Дэниэл вздохнул. — Ты хочешь пирожков? — спросил он. Девушка поцеловала его в щёку. Он с тяжёлым вздохом вылез из-под неё и накинул на голое тело (Мерседес опять невольно залюбовалась) халат в пол. *** — Да? И что дальше? Он и так пропустил нашу тренировку из-за этой Мисти Найт — что за идиотское имя! — всплеснула руками Ава, нервно мерявшая шагами кухню. — Не более идиотское, чем Белая Тигрица, — лениво откликнулся Сэм. Он расслабленно крутил в пальцах вилку. — Тигрица, послушай, Дэнни и так пашет как проклятый. Если он успевает и на тренировках, и в школе, и с девушкой крутить, то какие могут быть претензии? — А потом что? — рявкнула Айала. Рэнд, услышавший это, закатил глаза. — Закат виден только к наступлению ночи, днём нельзя сказать, каким он будет, — ответил он. Девушка в два шага оказалась рядом с ним. — Я тебе скажу, что будет потом! — прорычала она. Дэнни спокойно заваривал чай и набирал на тарелку пирожков. — Перед тобой встанет выбор — эта Найт или наша команда, и я не знаю, могу ли я тебе доверять, понимая, что выбор будет не в нашу пользу! Железный Кулак поставил пирожки и чашки на тарелку. Он подумал и взял молочник и сахар. — Приятного аппетита, — вежливо пожелал он и удалился, а Ава в ярости царапнула когтями по доске для нарезки овощей, оставляя на ней глубокие полосы. *** — Ты подставил всех! — заорала Тигрица, вжимая Железного Кулака в стену. — Я тебе говорила, что так будет! — рявкнула она. — Если бы не эта твоя Найт, нас бы не засекли! Рэнд молча смотрел на неё, не оправдываясь и не извиняясь. — Счастливый ветер, дующий в нашу сторону, не переменился, — мягко заметил он. Тигрица всплеснула руками. — Сейчас? Да, сейчас — да! А что потом?! Знаешь, что, Рэнд, — отчеканила она. — Я не хотела тебе этого говорить, но либо она, либо мы. Выбирай. Ты готов всех нас подставить, Дэнни? Мы ведь вместе с пятого класса! Дэниэл закрыл глаза, стиснув кулаки и зажмурившись, словно от невыносимой боли. Он стряхнул руки Авы со своих плеч и молча пошёл на выход. — Что такое? — встревожилась Найт, только увидев Рэнда. Он покачал головой и сел на колени, закрыв лицо руками; Мерче тут же опустилась рядом и обняла юношу, гладя его по плечам. — Нам надо... Мы не можем... Извини, — ответил он, выдохнув, но Мерседес всё поняла. — Я... — Это из-за команды? — спросила Найт, и в её голосе звенели слёзы. — Из-за того, что я не вписываюсь? — Дэниэл вздохнул и покачал головой, не отнимая рук от лица. — Прости меня, — прошептал он. — Пожалуйста, прости, — юноша прижал её руки к своему лицу, целуя тонкие пальцы. Мерче всхлипнула, крепко обняв его и поцеловав в висок. — Я... Я понимаю, правда, — прошептала она. Дэниэл целовал её шею, низко склонив голову, но она ощутила, как на сухую кожу упала капля... Вторая... Мерче обхватила его голову, прижимая к себе и зарываясь носом в светлые волосы, пахнувшие какими-то китайскими благовониями — она пока плохо в них разбиралась, а теперь, видимо, и не придётся. В груди болело так, что казалось, будто сердце остановится. — Я всё понимаю. — Лучше бы ты злилась, — шепотом ответил Рэнд; у него сел голос. Мерседес покачала головой, пытаясь справиться со слезами. — Злость усмиряет разбитое сердце. Мерче молча обнимала юношу, сидя вместе с ним и чувствуя, как внутри у него всё плавится от боли. Значит, нужно оставить все «За что так с нами?» и перестать слезами делать больно обоим. — Дэнни, я попрошу директора Фьюри перевести меня на другой объект. Так будет лучше, — Дэниэл только молча кивнул. Он вытер лицо и встал. — Прости, не смогу обнять на прощание — твои прикосновения заставляют моё сердце болеть, — ответил он. Мерче закивала. Рэнд глядел на неё так, будто он уже давным-давно умер внутри, и этот пустой, безэмоциональный взгляд пугал. Дэниэл надел маску и, не оборачиваясь, прыгнул в распахнутое окно лишь для того, чтобы, отъехав на скутере подальше от людей, рухнуть в лесу на колени и в голос зарыдать. *** — Железный кулак, сзади! — заорал Неуязвимый. Рэнд молча уклонился от удара бота и врезал тому ногой, разбивая его. За три недели, прошедшие с его разрыва с Мисти, он вряд ли сказал больше двух сотен слов, ограчичиваясь сухими «Да», «Нет», «Пойдём», и домой приходил, кажется, только спать, а на тренировках выполнял задания с таким равнодушием, что даже Сэма пробрало. В последнее время их команда только и делала, что ссорилась между собой в отсутствие Дэниэла. Ударить, увернуться. Кулак перестал работать как раз пару недель назад — у Дэниэла не получалось вызвать пламя Ци, но он пока ухитрялся как-то это скрывать. Долго он так не протянет. Человек-Паук обернулся на скрежет металла и вопль Новы «Нет!». Железный Кулак лежал на земле изломанной куклой, равнодушно глядя в небо — сколько бы сейчас они отдали за то, чтобы вновь увидеть в его глазах спокойствие и доброжелательность. Но Рэнд сильно изменился. Неуязвимый подбежал к другу и выругался. Тигрица вызывала Фьюри по часам. — Почему он не лечит себя? — прошептал Питер. — Почему он не может себя исцелить с помощью Ци? Подошедший Коулсон только покачал головой. *** Дни тянулись. Команда уже привыкла к тому, что вся медицинская мощь ЩИТа может только не сделать хуже — день уходил за днём, а лучше Дэнни не становилось. Поначалу они дежурили у его медотсека, но постепенно приходили всё реже и реже; наверное, только Питер торчал там всё свободное время. Паучок перекопал уже всю доступную ему литературу Китая, но так и не смог понять, как помочь Дэниэлу, который безвольно лежал, глядя в потолок. Питер закрыл глаза рукой, но резко вскочил при звуке знакомого голоса, приближающегося к ним. В мозгу забилась сумасшедшая мысль. Он же... Он же трикстер, верно? Игрок? Он ведь может помочь из азарта? — Мистер Локи! — крикнул он. Фьюри и опальный принц развернулись к нему. — Директор Фьюри, сэр, пожалуйста! Если есть хоть какой-то шанс... — Что тебе нужно, смертное дитя? — надменно спросил мужчина. Питер торопливо сглотнул. — У меня друг... Он не может восстановиться, — выпалил он. — Я... — Ах, тот мальчишка с волшебным кулаком? — тонко улыбнулся Локи. — Я мысли читаю, мой юный падаван. Что же, он умирает, — равнодушно ответил на незаданный вопрос опальный принц. У Питера внутри всё рухнуло. — Мистер Локи, пожалуйста, если вы можете дать нам хоть малейшую подсказку! — если бы не Фьюри, Паркер бы рухнул перед этим надменным магом на колени, лишь бы это пощекотало его самолюбие и помогло. — Паркер... — угрожающе начал Фьюри. — Брось, малыш Никки, мальчишка был забавным. Умнее всех этих идиотов уж точно, — у Питера всё внутри смёрзлось в ледяной ком при слове «был». Локи посмотрел на отгороженного стеклянными стенами палаты Рэнда. — Видишь ли, мой юный падаван, — явно издеваясь, начал он. — У этого желтолобого не такой склад характера, как у вас. Он возвёл свою жизненную энергию в абсолют и сам попался в её ловушку. Жил в гармонии, как вдруг его карточный мир разрушился, и он умирает, — усмехнулся трикстер. Питер жадно слушал. — Впрочем, ты всё равно не поймёшь тонкостей Высокой Школы Искусств. Найди его жену и равновесие. Так где та сеть? — спросил Локи у Фьюри. Жену? Но ведь он не был женат! Ему даже нет восемнадцати! *** — Какую ещё жену? Локи опять над тобой посмеялся! — рассерженно заявил Сэм. Питер покачал головой. — Он не солгал, я чувствую. — Как не солгал, если Рэнд не женат? Он несовершеннолетний! — рявкнула Тигрица. Питер стиснул голову руками. — Давайте от противного. Вот я Локи, — предложил Люк. — Давайте подумаем над другими категориями: что для древнего скандинавского бога значит жена? С секунду все ошарашенно смотрели на Кейджа, а потом принялись наперебой благодарить его. — Люк, ты гений! — покрасневший от осознания того, что именно имел в виду под «женой» Локи (и как именно Дэниэл «женился»), Питер бросился ему на шею. — А равновесие? — Это просто, — ответил Сэм. — У меня же тётка этим всем увлекалась, ну, китайской ерундой, а Дэнни провёл полжизни в каком-то там китайском монастыре. У них пунктик на внутренней целостности. Мол, не должно быть противоречий и несоответствий желаний реальности. Ава побледнела. — Это из-за меня... — прошептала она. — Я ведь не знала, что всё будет так! — выкрикнула девушка и бессильно опустилась за стол. Люк положил широкую ладонь ей на плечо. — Конечно, не знала. Но Дэнни уже большой мальчик, я думаю, он в состоянии сам расставить приоритеты, — ответил Неуязвимый. — Пит, найди её, у тебя быстрее всех с этой сетью получается управляться. А мы пока пойдём и не будем мешать. Питер кивнул и убежал куда-то в кубрик. *** — Дэнни, — прошептала Мерседес, опустившись на кровать. — Это я, Мерче... Ты... — Мерче... — выдохнул юноша, открывая глаза. Найт всхлипнула. — Какой же ты идиот, — она уткнулась лицом в его грудь и глухо зарыдала. — Какой же ты идиот! Дрожавшие руки девушки вцепились в больничную пижаму Дэниэла. Он крепко, как только мог, обнял Мерседес и закрыл глаза. — Ав-ва А-айала прос-сила п-передать, что он-на ид-диотка, — выговорила Мерче сквозь слёзы. — И и-и-извинял-лась. Рэнд гладил девушку по волосам. Он поднял её лицо к себе. — Великий Хуан-ди, как же я по тебе скучал, — невпопад прошептал он. — Мерче, ты разделишь со мной эту жизнь, когда мы закончим школу? Мерседес закивала, смеясь сквозь слёзы. — Конечно. Я ведь говорила, что чувствую нас вдвоём, а не по отдельности, — она всхлипнула, когда Дэниэл начал покрывать её лицо поцелуями. — Бог мой, как ты похудел... — прошептала девушка, подставляясь под горячие поцелуи. — Больше не думаешь тот бред про реку жизни? — засмеялась Мерседес сквозь слёзы. — Не думаю, — уверенно ответил Дэниэл, целуя её. — Нельзя заново перебить начертанное на глиняных табличках жизненного пути. Мерседес закрыла глаза, смаргивая последние слёзы, и утонула в горячем, жадном поцелуе.