Еще одна Уизли

      Выходные начались с тренировки по квиддичу, причём не только для Гарри. Роуз, которую Чарли чуть ли не с пяти лет брал с собой полетать на метле, была ярким фанатом этого вида спорта. Поэтому после завтрака, вооружившись перекусом для Гарри, ребята направились на поле. Лёгкий, ещё по-летнему тёплый ветерок ласково трепал мантии школьников. Но счастливое настроение вмиг улетучилось, когда на поле они заметили не только гриффиндорцев, но и слизеринцев.       — Но я забронировал стадион! — донёсся до них голос капитана команды — Оливера Вуда.       — Ты забронировал, — возразил Флинт, — а у меня письменное разрешение от профессора Снегга. Вот, читай: «Я, профессор С. Снегг, разрешаю команде Слизерина провести тренировку на поле для квиддича в связи с тем, что им необходимо опробовать нового ловца».       — У вас новый ловец? — спросил Вуд. — Это новость! Откуда вы его взяли?       Из-за спин шестерых игроков вышел седьмой, чуть ли не на голову ниже остальных. На его бледном лице играла самодовольная улыбка. Это был Драко Малфой. Роуз переглянулась с Гермионой и тяжело вздохнула: снова эта аристократическая задница всё испортила.       — Ты, случайно, не сын Люциуса Малфоя? — спросил Фред, неприязненно глядя на Драко.       — А ты не зря упомянул его отца, — заявил Флинт, и ухмылки на лицах слизеринцев растянулись ещё шире. — Он сделал нашей команде щедрый подарок. Посмотри сам!       Все семеро вытянули вперед свои мётлы. Отполированные до блеска, абсолютно новые, с золотыми буквами «Нимбус-2001», они ослепительно сверкали в лучах утреннего солнца. О такой метле можно было только мечтать — новейшая модель       — Смотрите, — махнул рукой Флинт. — К гриффиндору спешит подмога.       По полю к команде бежали младшие близнецы Уизли и Гермиона, решившие выяснить, в чём дело.       — Что происходит? — спросил Рон у Гарри. — Почему вы не играете? А этот тип что тут делает? — полный неприязни взгляд остановился на высокомерной ухмылке блондина.       — Я новый ловец сборной Слизерина, Уизли, — самодовольно заявил Малфой, с превосходством глядя на Роуз, мол, видишь, что моя семья может себе позволить. О, Великий Мерлин, ему так хотелось показать ей, какой он хороший!       — Зато ни один игрок нашей сборной не покупал себе место в команде, — отчеканила Гермиона. — Все они попали туда благодаря таланту.       — А твоего мнения,грязнокровка, никто не спрашивает! — выпалил он.       Гарри понял, что это слово означает что-то плохое, но было уже поздно. На поле поднялся невероятный шум: Роуз наравне с Фредом и Джорджем кинулась на Малфоя, Алисия кричала: «Да как ты посмел такое сказать!» Рон с воплем: «Ты заплатишь за это, Малфой!» — выхватил из кармана волшебную палочку и, просунув её под руку Флинта, направил прямо в лицо Малфою. По стадиону разнеслось эхо от громкого хлопка, но сломанная палочка сыграла с мальчиком злую шутку: зелёный луч вырвался из другого её конца и ударил Рона в живот. Отброшенный собственным заклинанием Уизли упал и покатился по траве.       — Рон! — ахнула рыжеволосая девочка и, бросив затею отомстить Малфою, на лице которого уже красовалась пара царапин, метнулась к брату.       Рон хотел ответить ей, открыл рот и… оглушительно рыгнул. К ужасу гриффиндорцев, из его рта посыпались слизняки. А слизеринцы зашлись от смеха. Флинт согнулся пополам и рухнул бы на траву, если бы не метла. Малфой не устоял на ногах и хохотал на четвереньках, колотя кулаком по земле. Гриффиндорцы окружили Рона, извергавшего больших блестящих слизней. Зрелище было столь отвратительным, что никто не решался помочь ему. Фред закрыл Роуз обзор, тем самым отгородив девочку от неприятного впечатления, от увиденного тошнило всех, и ребята с благодарностью посмотрели на Вуда, который своей ранней тренировкой лишил их завтрака.       — Отведём его к Хагриду, — обратился Гарри к Гермионе.       Та храбро кивнула, друзья подхватили Рона под мышки и поставили на ноги. Роуз бросила последний взгляд на Малфоя, кажется, только что она полностью разочаровалась в парне.       — Чистота твоей крови не определяет твоего благородства, Малфой. Жаль, что ты так этого и не понял.       Она протиснулась сквозь толпу зевак и поспешила догнать своих друзей. Флинт подтолкнул Драко в сторону поля: тренировку всё равно нужно было отработать, и ему оставалось только подчиниться.       Гарри и Гермиона втащили Рона в единственную комнату Хагрида, которая служила и спальней, и гостиной, и столовой. У одной стены стояла огромная кровать, в камине весело потрескивал огонь. Усадив Рона в кресло, Гарри принялся торопливо рассказывать Хагриду, что случилось с их другом, но великана эта история со слизняками, похоже, не обеспокоила.       — Лучше пусть лезут наружу, чем сидят внутри, — жизнерадостно заявил он, поставив перед Роном большой медный таз. — Давай, Рон, не стесняйся.       Мальчик обречённо склонился над тазом. Роуз села рядом с братом, как единственный член его семьи, что сейчас присутствовал в этой хижине, она положила руку на его спину в надежде, что это как-то поможет.       — Нам, наверное, остаётся только ждать, когда это прекратится само собой? — озабоченно спросила Гермиона. — Это заклятие вообще не просто снять, а уж если сломана палочка…       — Скажите, — спросил Хагрид, кивнув в сторону Рона, — кого это он пытался заколдовать?       — Малфоя. Ему следовало держать язык за зубами, — злобно заявила Роуз. Гарри никогда не видел девочку в таком настроении.       — Гнусно обозвал, — прохрипел Рон, подняв голову от таза. На его побледневшем лице проступили капли пота. — Назвал её грязнокровкой…       Почувствовав очередной приступ рвоты, Рон снова склонился над тазом. Рыжеволосая девочка поднесла ему стакан воды. Хагрид побагровел от ярости.       — Ишь, гад! — проревел он, повернувшись к Гермионе.       — Я не знаю, что это значит, — тихо проговорила она. — Конечно, я понимаю, это ужасно грубо…       Рон собирался поведать ей значение этого слова, но приступ рвоты не давал ему поднять даже головы от таза, и Роуз взяла на себя эту миссию.       — Грязнокровками называют тех, кто родился в семье маглов. У кого родители не волшебники. Среди волшебников есть такие, кто считает себя лучше всех. Например, Малфои. Отец всегда говорил, что Люциус Малфой частенько хвалится чистотой своей крови, вот и сынок, видно, в него пошёл.       — А наша Гермиона может всё! Она знает… кучу, нет… все заклинания! — гордо воскликнул Хагрид.       Гермиона от такой похвалы зарделась, как красный цвет на гербе Гриффиндора. Роуз улыбнулась: ей было приятно видеть, как на смену слезам подруги пришла радость.       — Бессовестно так называть людей, — сказал Рон, дрожащей рукой стирая со лба капельки пота. — Грязная кровь! Это про кровь-то! Да сейчас большинство волшебников полукровки.       Тут он рыгнул и снова скрылся под столом. Гарри посмотрел на сестру Рона, раньше они никогда не заводили таких разговоров. Уже вернувшись в гостиную Гриффиндора, Поттер поинтересовался:       — Роуз, — тихо произнёс мальчик, прежде чем уйти на отработку к Локонсу.       — Да, Гарри? — она отодвинула от себя учебник по Трансфигурации. Рон поднялся в спальню мальчиков, а Гермиона заботливо решила его проводить: он ведь заступился за неё.       — А вы чистокровные волшебники?       — Да, — она немного промолчала, а затем добавила: — Но нас не принимают в «высший круг».       — Почему? — удивлённо спросил Поттер.       — Таких, как мы, называют «Предателями крови», то есть чистокровные волшебники, которые не скрывают своего общения с миром маглов. А ты сам видел, как наш отец помешан на всех немагических штуках, — она улыбнулась.