Еще одна Уизли

      — Приём по случаю юбилея смерти? — с интересом переспросила Гермиона. — На что хочешь спорим: очень мало живых людей могут похвастаться, что были на таком приёме. Наверное, будет потрясающе!       — И придёт же в голову отмечать годовщину собственной смерти! — неодобрительно покачал головой Рон. Он делал домашнее задание по зельеварению, а это всегда действовало на него удручающе. — По-моему, тоска будет смертная…       — Да, Гарри, — Роуз встала на сторону брата. — Мог бы выбрать что поинтереснее, а тащиться в холодный подвал нет желания.       — Но я пообещал, — удручённо ответил Поттер.       С приближением Хэллоуина мальчик жалел о своём решении, Роуз и Гермиона как могли поддерживали Гарри, а Рон только и говорил об угощениях, которые будут представлены в этом году на празднике. И откуда у него была такая информация?       Тридцать первого октября в семь часов ребята спустились на «праздник смерти». Рыжеволосая поёжилась, выпуская пар изо рта. Удачный вечер, ничего не скажешь. Ребята провели некоторое время в окружении призраков, которые с удивлением озирались на детей, что стайкой сбились в углу, ожидая окончания праздника. Гарри грел своими такими же холодными руками ладони Роуз, получая в благодарность её тёплую улыбку. Рон бурчал, что проголодался, а его желудок в поддержку его слов громко урчал. Гермиона просто замёрзла, но с удовольствием болтала с каждым призраком, словно ей это могло помочь с учёбой.       К концу праздника, когда оркестр снова заиграл траурный марш, они наконец-то решили уйти. Рон мечтал о еде, надеясь, что они успеют хотя бы к десерту, Роуз — забраться под одеяло, чтобы немного согреться. Гарри тёр виски, ссылаясь на головную боль, и рыжеволосая девочка обеспокоенно попросила его зайти к мадам Помфри: не стоило ему болеть перед важным матчем. Неожиданно мальчик застыл на месте, уставившись своими глазами в потолок.       — Гарри? — неуверенно позвала девочка, тронув друга за напряжённое плечо. Таким она его не видела даже тогда, перед встречей с Тёмным Лордом.       Но вместо ответа Поттер сорвался с места и устремился в направлении, известном только ему. Друзья побежали следом, мальчик что-то бормотал про голос, который собирался кого-то убить. Когда они добежали до третьего этажа, подошва обуви неожиданно утонула в воде.       — Это… кровь? — тихо произнёс темноволосый мальчик, рыжеволосая схватила его за руку, не давая Гарри сделать шаг вперёд.       — Не стоит это трогать, нам лучше позвать директора. «ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА. ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКА!»       — Что это? — тихо прошептал Рон, не решаясь подойти ближе.       Под алой надписью, что явно была написана кровью, висела... кошка. Окоченевшее животное было подвешено за хвост на скобу для факела. Выпученные глаза были широко раскрыты.       — Святой Мерлин. Нам лучше уйти отсюда, — уверенно заявила Роуз, её мутило, и чувство голода отпало само собой.       Ребята с ней согласились, но уйти не успели. Раздались шумные голоса: ученики возвращались с ужина и застигли неразлучный квартет врасплох.       — Трепещите, враги наследника! — громко крикнул кто-то. — Сначала кошка — следующими будут те, в чьих жилах течёт нечистая кровь!       Это был Драко Малфой. Он протиснулся сквозь толпу, его всегда холодные глаза ожили, на бледном лице заиграл румянец. Глядя на застывшую кошку, он криво ухмыльнулся, а затем перевёл взгляд на Гермиону, что тут же юркнула за спины друзей. Малфой посмотрел на Роуз, и его губы прошептали: «Твоя подруга следующая».

***

      После детального разговора, где четвёрку допрашивали, как самых опасных преступников, вымученные ребята поднялись выше, и, затолкав друзей в пустой кабинет, Гарри запер дверь. Его глаза блуждали от одного лица к другому. Редкие веснушки Роуз сильно выделялись на бледной коже, она устала, замёрзла и дико хотела спать, и Поттер, смягчившись, начал свой рассказ.       — Думаете, стоило рассказать им? — поинтересовался мальчик, а затем уточнил: — Про голоса.       — Гарри, — мягко произнесла Гермиона. — Даже в мире волшебников слышать голоса — дурной знак.       — Считаешь, я вру? — зло спросил Гарри, почесав свой шрам.       — Болит? — неожиданно спросила Роуз и, смахнув тёмные пряди волос с его лба, холодными руками коснулась шрама.       Рон возмущённо вздохнул: ей так просто удалось отвлечь ЕГО лучшего друга, и это злило рыжего мальчика. Поттер оттаял, холод на минуту заглушил острую боль, нет, она совсем прошла. Роуз ему верила: несмотря ни на что, она каждый раз выбирала сторону Гарри.       — Я предлагаю вернуться в гостиную, — нарушила тишину Гермиона. И Уизли смущённо отдёрнула свои пальцы, пряча руки в карман мантии.       Они вернулись в общую комнату Гриффиндора под косые взгляды своих однокурсников и заняли место у камина. Взяв в руки учебники, словно кому-то из них было дело до домашнего задания, ребята отсели подальше от Перси, изобразив на лице небывалый интерес. Пока они грели холодные ладони у огня, умиротворённый треск дров вдруг напомнил об одной главной вещи.       — Гермиона, что мы знаем о Тайной комнате?       Девочка удивлённо захлопала ресницами. Впервые она не знала ответа. Густо покраснев, Гермиона спрятала своё лицо в каштановых кудрях.       — Малфой точно должен знать, — уверенно произнёс Рон. Мальчик, что боялся пауков, так легко обвинил другого волшебника в таком преступлении.       — Почему ты так уверен? — задал свой вопрос Гарри, словно прочитав мысли своей подруги.       — Он легко может оказаться наследником Слизерина. Ты же слышал: нечистая кровь, — сделал акцент на последнем слове Рон.       Роуз задумалась: она не раз слышала высказывания Драко о маглах, но её сердце не верило, что он смог пойти на такое. Детская наивность или же что-то другое?       — Верно. Вся их семья училась на Слизерине, он легко может оказаться наследником Салазара Слизерина, — произнесла девочка, не сводя взгляда с огня, что медленно пожирал оставшиеся поленья.       — Тогда у нас есть только один способ узнать правду, — подала голос Гермиона.       — Будем пытать? — фыркнула Роуз.       — Нет, мы воспользуемся оборотным зельем, — загадочно улыбнулась девочка. — Это такое зелье, что может на время превратить тебя в другого человека.       — Фу, я не надену мантию Слизерина, — скривил лицо Рон, но тут же получил толчок в левый бок от сестры.       — Это ради общего блага, Рон, — зашипела на него Роуз.       Но рецепт такого зелья достать было непросто. Снегг не расскажет об этом даже под действием «сыворотки правды». Книга с такими рецептами хранилась только в одном месте — в Особой секции, где их выдавали только с письменного разрешения преподавателя.       — Ну и как мы получим разрешение? — уныло спросил Рон.       — Кто поверит, что книга нам нужна просто так? Любой дурак поймёт, что мы хотим что-нибудь такое сварить.       — Можно сказать, что нас очень интересует теория составления зелий…       — Ну да! Проведёшь наших профессоров, как же! — возразил Рон. — Разве уж найдётся совсем идиот.       Роуз и Гарри переглянулись и дружно выдали:       — Локонс!