Еще одна Уизли

      Роуз сидела на холодном полу и не сводила глаз с огромной чёрной дыры, где исчезли её друзья. Сколько времени прошло? Час? Двадцать минут или целая жизнь? Первые мгновения девочка порывалась пойти за ними, но, представив, сколько проблем может доставить её появление в Тайной комнате, тут же отбросила эту идею.       — Если они умрут там, — радостно делилась своими планами Миртл, — Гарри Поттер вернётся ко мне!       — Заткнись! — рыжеволосая девочка больше не могла выносить такого издевательства над своей и без того расшатанной за этот день психикой. — Обещаю: когда они вернутся, я найду способ сжить тебя из этого туалета! Ясно?!       Казалось, призрак, которого недолюбливали в школе, очень испугался такого заявления, да и кому как не Миртл знать, как страшен может быть человек в гневе.       — Все вы, Уизли, сумасшедшие, — фыркнула Миртл и исчезла в своей кабинке: лучше дождаться ребят здесь, чем попасть под руку этой ненормальной рыжеволосой девчонке.       Роуз вернулась обратно к своему «дозорному пункту». Напряжённое ожидание сводило с ума, чёрными лентами затягивая лёгкие. С каждой минутой дышать становилось всё сложнее, а капли слёз, почти непрерывно бегущих по раскрасневшимся щекам, уже пропитали подол школьной мантии. Вдруг из темноты послышались шумные голоса — девочка тут же вскочила, внимательно вглядываясь вниз. Любопытная Миртл, несмотря на грозное заявление Уизли, тоже выплыла из своего укрытия. Четверо упали на холодный влажный пол туалета, а проход между делом уже вернулся в прежнее состояние, не оставив ни намёка на зияющую в полу дыру, ведущую в пугающую Тайную комнату.       — Джинни! — радостно воскликнула Роуз, крепко обнимая сестру. Живая! Все беды остались позади! Они вернулись все!       — Ты жив… — буркнула разочарованно Миртл.       — Не огорчайся, — посочувствовал ей Гарри и стал протирать очки от крови и грязи.       — Конечно, не буду… Я просто подумала, вдруг ты умер и мы бы разделили с тобой мой туалет… Я была бы очень этому рада! — сказала Миртл и смущённо засеребрилась.       — Ух ты! — восхитился Рон, когда они вышли из туалета в тёмный пустынный коридор. — По-моему, Миртл влюбилась в тебя! Но чаша весов склонилась в твою пользу, Джинни!       По лицу Джинни по-прежнему катились слёзы, она, мелко подрагивая, уткнулась в плечо старшей сестры, шепча ей что-то не совсем членораздельное. Рон посмотрел на Роуз: казалось, за время их отсутствия маленькая девочка неожиданно повзрослела.       — Куда теперь? — поинтересовался рыжеволосый мальчик у своего лучшего друга.       Гарри кивнул на Фоукса — феникс полетел вперёд, заливая всё вокруг золотистым светом. Ребята пошли за ним и через минуту оказались перед кабинетом профессора Макгонагалл. Гарри постучал и толкнул дверь.

***

      Когда ребята, ещё не отошедшие от всех приключений, оказались в кабинете, наступила звенящая тишина. Джинни ещё больше вжалась в мантию старшей сестры, ожидая криков, но на удивление раздался лишь радостный вопль их матери.       — Джинни!       Увидев дочь, миссис Уизли, сидевшая в слезах перед камином, вскочила, за ней — мистер Уизли, и оба бросились к детям. Роуз мягко подтолкнула сестру к родителям и улыбнулась, смотря, как мать стирает своим рукавом грязь с лица младшей дочери.       — Как ты могла допустить это, Роуз? — грозно поинтересовалась Молли, пока Артур обнимал Джинни.       Роуз приоткрыла рот в изумлении: в чём была её вина?! Бремя старшей сестры для малышки Джинни давило на её плечи. Девочка опустила голову, чтобы не разрыдаться прямо в кабинете.       Гарри смотрел в сторону камина, возле которого, улыбаясь, стоял профессор Дамблдор, рядом — профессор Макгонагалл, она тяжело дышала и держалась за сердце. Прошуршав крыльями возле уха Поттера, феникс опустился на плечо директора, а Рон и Гарри по очереди очутились в крепких объятиях миссис Уизли.       — Вы спасли её! Спасли! Как вы это сумели?       — Нам всем очень бы хотелось это узнать, — произнесла профессор Макгонагалл утратившим обычную твёрдость голосом.       И тут Поттер заговорил. Около четверти часа в полной восхищения тишине он рассказывал о том, как услышал бесплотный голос и что одна лишь Гермиона поняла, что принадлежал он василиску, ползавшему по трубам внутри толстых стен замка, как они с Роном и Роуз пошли за пауками в лес и Арагог поведал им, где умерла последняя жертва гигантского змея, как они догадались, что Плакса Миртл и есть эта жертва и что вход в Тайную комнату не где-нибудь, а в её туалете.       — Я вот что хотел бы узнать: как лорд Волан-де-Морт изловчился околдовать Джинни? — тихо спросил директор. — Ведь он, по моим источникам, укрылся сейчас в албанских лесах.       — Что? — ошеломлённо воскликнул мистер Уизли. — Вы-Знаете-Кто… околдовал Джинни? Но Джинни, разве она… разве она не была…       — Во всём виноват дневник. — Гарри поднял потрёпанную книжку, в центре которой теперь красовалась дыра от клыка василиска, и показал Дамблдору.       — Реддл его вёл, когда ему было шестнадцать.       — Зря я обвинила в этом Роуз, — миссис Уизли сокрушённо подняла голову, но не нашла старшей дочери в кабинете.       — А где Роуз? — неожиданно спросил Рон.

***

      Роуз же давно покинула кабинет, пока все увлечённо слушали рассказ Гарри. Она бы тоже хотела восхищаться его подвигами, но слова матери вытесняли всю малую часть радости этого дня, оставив лишь горечь разочарования. Девочка сидела на подоконнике в пустом коридоре, уткнувшись лицом в собственные колени. Меньше всего ей хотелось возвращаться в гостиную своего факультета и наткнуться на одного из своих братьев.       — Надо же, Уизли, — раздался знакомый голос Малфоя.       Блондин заметил копну рыжих волос почти сразу, как его нога ступила на холодный пол этого коридора. Нужно же было ему над кем-то поиздеваться перед долгими летними каникулами.       — Чего тебе, Малфой? — Роуз старалась, чтобы её голос звучал твёрдо, однако получилось не совсем удачно.       — Ты плачешь? — удивлённо спросил слизеринец. Девчонка, что всегда так дерзко отвечала на его выходки, оказалась такой ранимой особой, что у Драко отпало всякое желание как-то доводить её в данный момент.       — Нет, — обиженно ответила Роуз. — Пополняю запас солёной воды в мире.       Мальчик неуклюже устроился рядом с ней на подоконнике. Если бы хоть кто-то увидел эту картину, то явно бы задался вопросом: всё ли в порядке у него с головой? Слизеринец и гриффиндорка. Чистокровный волшебник и осквернительница крови сидели рядом. Драко порылся в своём кармане и выудил на свет белый платок, неловко протягивая его стирающей со щёк влажные дорожки Роуз.       — Держи.       Рыжеволосая девочка удивлённо подняла на него свои заплаканные глаза, подозрительно их прищурив: Малфой снова что-то задумал или он всё же человек?       — Да бери уже, — пробубнил мальчик, вкладывая злосчастный платок в её руку.       — Спасибо, — только и успела ответить Роуз, как светлая макушка Малфоя уже исчезла за поворотом.       Девочка принялась вытирать слёзы — приятная на ощупь белая материя моментально высохла у неё в руках. Роуз смекнула, что на платок было наложено заклинание самоочищения от любой грязи и жидкостей. Уизли осмотрела ткань со всех сторон и в одном из углов нашла вышитые инициалы «Д.М.». Девочка улыбнулась и спрятала платок в карман своей мантии, а затем, шмыгнув носом, слезла с подоконника, решаясь всё же вернуться в гостиную Гриффиндора.

***

      Праздничный ужин был самым лучшим на памяти Хогвартса! Сотни учеников в пижамах встречали Гарри радостными криками и аплодисментами, к которым присоединилась и счастливая Гермиона, искренне довольная, что друзья смогли разгадать её подсказку. Им ещё о стольком предстояло рассказать друг другу! В середине торжества появился Хагрид, который почти со слезами на глазах похлопал Гарри и Рона по плечам и тепло улыбнулся Гермионе и Роуз, рёбра которых не пострадали от этой радостной встречи. Дамблдор объявил, что, к сожалению, профессор Локонс не будет больше преподавать Защиту от Тёмных искусств: он потерял память и едет лечиться. Ликование школьников разделили и несколько профессоров.       — Вот жалость, — проворчал Рон, уплетая пончик с джемом. — Он только-только начал мне нравиться…       Гарри никогда в жизни ещё не был так счастлив, и его рука потянулась к шоколадному торту.       — Пора принимать ставки, с кем предстоит сразиться Гарри в следующем году, — улыбнулась Роуз и, последовав примеру своего друга, положила на свою тарелку кусок торта.       За столом раздался весёлый смех. Ребятам предстояло ещё многое пройти за годы обучения в Хогвартсе, и сколько испытаний ещё выпадет на их долю — не знал никто. Пока они лишь наслаждались простыми радостями и собирали чемоданы домой.