Еще одна Уизли

      Ребята спешили на первый урок по Уходу за магическими существами. Роуз накинула на правое плечо свой потрёпанный рюкзак, откуда всего десять минут назад выложила почти все книги, кроме одной. Рон и Гермиона не разговаривали между собой, а Роуз и Гарри просто не хотели нарушать тишину, любуясь последними тёплыми отголосками лета в Хогвартсе.       — Посмотрим, на что способен этот лесник, — нарочно громко произнёс Малфой, проходя мимо Поттера.       Гарри сжал кулаки, собираясь высказать свою точку зрения, однако Роуз опередила гнев своего друга, положив руку на его плечо.       — Гарри, не порть себе настроение перед первым уроком Хагрида, мы должны его поддержать.       Слова рыжеволосой произвели на него правильный эффект, и темноволосый кивнул головой, крепче сжимая свою сумку. Этот Малфой успел ему изрядно надоесть всего за пару часов, не то что дней!       Лесничий ожидал учеников перед дверью хижины. Он стоял в своей тяжёлой кротовой шубе, чуть взволнованно поглядывая на подходивших ребят. Сзади него, весело размахивая из стороны в сторону хвостом, учеников приветствовал охотничий пёс Клык. Весь вид Хагрида выражал нетерпение: это был первый в его жизни урок в качестве преподавателя.       — Скорее идёмте! — закричал он, когда ученики подошли метров на десять. — Какой урок я для вас приготовил! Сейчас увидите. Все за мной, вперёд!       Малфой в своём стиле пытался шутить над Хагридом, но тот держался стойко, смотря на горящие интересом глаза дружной четверки, которая ждала его дебюта. Лесничий удалился в загон, откуда буквально через минуту показались существа, которых ребятам раньше явно не доводилось видеть. Необычные создания почти галопом приближались к удивлённо переглядывающимся ученикам. А удивляться третьекурсникам действительно было чему: туловище, задние ноги и хвост коня, передние лапы, крылья и голова — орлиные; сильный клюв стального цвета и огромные блестящие глаза. Когти на передних лапах величиной в треть метра — настоящее орудие убийства. На каждом животном кожаный ошейник, а вместо поводка — длинная цепь, и конец каждой был крепко зажат в огромных ручищах Хагрида, который рысью следовал за «волшебными существами».       — Знакомьтесь! Гиппогрифы! — восторженно махал рукой лесничий. — Красавцы, а!       Роуз хотела было отступить назад, но Гарри крепко держал её за руку, словно собирался забрать на себя часть её страха. Девочка сделала глубокий вдох, снова открыла глаза, собираясь полюбоваться на «милых зверушек».       — Я ожидал, что будет что-то страшнее, — шепнул ей Рон, который тоже находился под огромным впечатлением.       — Перво–наперво запомните, — сказал Хагрид. — Это зверь гордый. Никогда ему не грубите. Не то и с белым светом проститься недолго. Гиппогриф всё делает по своему хотению и очень любит блюсти церемонию, — продолжал лесничий. — Подойдёшь к нему, поклонись. И жди. Он в ответ поклонится — можешь его погладить. Если на поклон не ответит, не тронь и скорее отойди подальше: когти у него как сталь. Кто первый хочет познакомиться?       Малфой на заднем плане активно жевал зелёное яблоко, чем изрядно нервировал Роуз, которая уже была готова бросить в него этот до жути милый учебник.       — Я! — уверенно заявил Гарри.       Роуз почувствовала, как прохладный ветерок коснулся её горячей ладони, которая выскользнула из рук Поттера. Мальчик сделал шаг к загону, не обращая внимания на дурацкие предрассудки Лаванды, которая тряслась от страха ещё после Прорицания.       — Давай, Гарри! — улыбнулась ему Уизли, понимая, что сейчас именно это нужно её другу.       Друзья его, как, впрочем, и добрая половина их курса, с восторгом наблюдали за Гарри и гиппогрифом — кажется, эти двое даже подружились. И, когда Гарри взмыл в небо, послышался дружный крик ликования гриффиндорцев, которые всегда славились своей храбростью — Поттер снова доказал эту черту их факультета Слизерину.       — Ты великий наездник, Гарри! — восхищался Хагрид. — Кто ещё хочет?       Гарри приветствовали как победителя все, кроме ненавидящей его троицы. И остальным ученикам тоже захотелось полетать на удивительных чудищах. Хагрид позволил ребятам перелезть через ограждение, после чего отвязал гиппогрифов, и скоро весь загон представлял собой удивительное зрелище: мальчишки и девчонки, немного побаиваясь, кланялись, а пёстрые чудища приседали в ответ. Невиллу несколько раз пришлось бежать от своего крылатого партнёра, не желавшего отвесить поклон. Рон с Гермионой облюбовали гиппогрифа каштановой масти, Гарри стоял поодаль и смотрел. Малфой с приятелями тоже решили прокатиться. Выбор их пал на Клювокрыла. Гиппогриф любезно поклонился Малфою в ответ на приветствие, и тот стал гладить его клюв, не проявляя особого почтения.       — Это совсем просто, — говорил он, растягивая слова, но так, чтобы слышал Гарри. — Я в этом не сомневаюсь. Раз даже Поттер справился... Держу пари, — обратился он к гиппогрифу, — ты ничуть не опасен! Ты глупый, огромный, уродливый зверь.       За какие–то доли секунды сверкнули стальные когти — Малфой издал душераздирающий крик. Хагрид бросился к Клювокрылу, не без борьбы надел на него ошейник, а тот так и рвался у него из рук, чтобы нанести обидчику ещё удар. Малфой, скорчившись, лежал на траве, а мантию его расцвечивали ярко-красные пятна крови.       Роуз растолкала толпу зевак и, окончательно разорвав белый рукав рубашки Малфоя, аккуратно, насколько это было возможно сделать под вопли Пэнси, перевязала царапины Драко, прижимая к его руке уже знакомый белый платок.       — Убери от него руки, осквернительница крови, — визжала над её ухом Паркинсон, но Роуз лишь отмахнулась от неё, как от назойливой мухи.       — Хагрид, — произнесла Гермиона. — Ему нужно в больничное крыло!

***

      — Мисс Уизли, — хмуро заявила мадам Помфри, когда заметила Роуз на пороге своего «царства». Профессор Снегг ещё с утра предупредил её об отработке, которую назначил для юной Уизли на первом же уроке. — Вы всё больше напоминаете своих братьев.       Роуз на это лишь пожала плечами: что-то ей подсказывало, что речь шла совсем не о Перси или Чарли.       — В одной семье растём, — произнесла девочка, уверенно шагая за женщиной, которая решала судьбу этого вечера.       Двери перед ней распахнулись. Больничное крыло красовалось пустующими койками. Разумеется, кроме одной, которую занимал недавно покалеченный Малфой.       — Перебери лекарства и травы и расставь их по алфавиту, — указала Мадам Помфри на волшебный шкаф, который распахнулся по мановению её волшебной палочки. — И можешь быть свободна.       Роуз кивнула, тут же приступая к своим обязанностям. Девочка собиралась быстро разделаться с этой работой, но, кажется, Малфою было слишком скучно и остаться в стороне он просто не мог.       — Другой работы тебе не доверили? — издевательски подал голос со своей койки мальчик, который после ухода мадам Помфри сразу же перестал изображать из себя смертельно больного.       — Малфой, ты мало пострадал? — поинтересовалась рыжеволосая, держа в руках флакончик с интересным названием «Не чихай». — Я могу добавить, — пообещала она, смахнув пыль с полки.       — Да ладно тебе, Уизли, неужели не хочешь скоротать время в беседе с интересным человеком? — улыбнулся Драко, занимая сидячее положение на своей кровати.       — С удовольствием, — откликнулась Роуз. — И где же ты прячешь интересного человека?       Она ещё девчонка, которая только начинает становиться девушкой. Её волосы приобретают новые оттенки, делая её непохожей на других членов семьи. Тонкие пальцы, что цепляются за лямки потрёпанного рюкзака, и огромная стопка подержанных книг, что она таскает с этажа на этаж.       Он уже совсем взрослый. Вечно ходит в окружении своей свиты, не упуская момента задеть Поттера и его дружков. Красуется наглой ухмылкой: он слишком хорошо знает себе цену и не может этим не воспользоваться.       Они всё ещё дети, что дразнят друг друга, пытаясь задеть за живое.       Роуз поставила на полку последний флакон и с удовольствием отметила свою проделанную работу. Малфой продолжал скучать на больничной койке, увлечённый какой-то книгой, название которой девочка даже не пыталась разглядеть. Рыжеволосая направилась к двери в поисках мадам Помфри: лишь она могла засчитать её отработку.       — Уизли, — подал голос Малфой, не опуская книги от своего лица. Ох, знала бы Роуз, сколько храбрости ему пришлось вложить в эти слова! — Спасибо тебе.       — За что? — удивлённо спросила девочка, так и застыв у двери.       — Ты знаешь, — ответил ей Драко.       Больше он не произнёс ни слова, пытаясь успокоить сердце в своей груди, пока за Роуз не закрылась дверь.