На кончике карандаша

Стив потратил две недели на какие-то бессмысленные встречи, разговоры, ужины, выступления, оставившие его практически без сил. На базу Щ.И.Т.а он отправился прямо из аэропорта, чтобы побыстрее закончить все полагающиеся отчеты, выбить у Фьюри пару отгулов и, наконец, завалиться спать. В лифте Стив устало привалился к стене и прикрыл глаза, почти отключаясь. — Кэп, — вкрадчивый хрипловатый голос заставил Стива подскочить от неожиданности. — Рамлоу, — привычно отозвался он, с трудом разлепляя веки. Рамлоу смотрел без обычной насмешки, скользил взглядом по лицу Стива, периодически задерживаясь на губах. — Плохо выглядишь. — Устал. — Кончай баловать моих ребят, Кэп, — после паузы протянул Рамлоу, уставившись чуть выше правого плеча Стива. — Сначала Таузиг, поскуливая, как маленькая девочка, демонстрировал всем желающим и не очень твое творчество. А теперь Джек неожиданно превратился в модника. Мне пришлось удвоить нагрузки, чтобы привести их в чувство. — Вы жестокий человек, Рамлоу, — улыбнулся Стив. В одно неуловимое движение Рамлоу оказался слишком близко и, чуть снизу вверх заглядывая в лицо, спросил хрипло и тихо: — Таким ты меня видишь, Кэп? Стив растерянно смотрел в мерцающие глаза. — Я не знаю, — так же тихо ответил он, наблюдая, как янтарную радужку затягивает чернота расширившихся зрачков. Теплое дыхание почти коснулось его щеки. Стив неосознанно облизнул пересохшие губы, и Рамлоу шумно втянул воздух сквозь сжатые зубы. — Я так и думал… — Он отшатнулся, разрушая момент. Лифт остановился, и Рамлоу вышел, бросив на Стива непонятный взгляд. — Я не знаю, — снова прошептал Стив. Почему-то он совершенно не удивился, обнаружив на столе в кабинете набор карандашей в металлическом футляре и блокнот для эскизов в кожаной обложке. Рядом лежала плитка шоколада. Стив задумчиво повертел шоколадку в руках. За ним что, правда ухаживают? *** Карандаш хрустнул. Стив, вздохнув, отложил обломки в аккуратную кучку таких же жертв его плохого настроения. Баки уже два дня был на миссии с Вдовой. Он регулярно выходил на связь, но Стив предсказуемо нервничал и тосковал. Обретя друг друга через столько лет, они старались не разлучаться надолго. Врозь было тяжело как морально, так и физически. В Щ.И.Т.е даже последний клерк уяснил: если один суперсолдат отсутствует, второго лучше обходить десятой дорогой. Прошлая одиночная миссия Стива обернулась развороченной бетонной стеной зала, выбитым окном, тремя сломанными тренажерами и насмерть перепуганными техниками: Зимний Солдат выпускал пар. Стив предпочитал отсиживаться в кабинете, в свое удовольствие терзаясь беспокойством, нанося мелкий урон в виде различной загубленной канцелярии: карандашей, ручек, измятых бумажных листов и прочей мелочи. Он двое суток жил на базе, возвращаться в пустую квартиру не хотелось совершенно. Ночевки на неудобном офисном диване, слишком коротком и узком для массивного Стива, также хорошего настроения не добавляли. Очередной карандаш хрустнул, и в то же время распахнулась дверь. — Хорош страдать, Кэп, — Рамлоу прислонился к косяку и ухмыльнулся недовольному Стиву. — Складываешь слово «вечность»? — он кивнул на обломки. Стив мысленно чертыхнулся. С легкой руки Рамлоу в отряде его уже и так за глаза именовали Каем. Удивительное пристрастие к сказкам среди взрослых, казалось бы, людей. — Что-то хотели, лейтенант? — хмуро поинтересовался он, смахивая мусор в корзину и демонстративно доставая из ящика металлический футляр с карандашами. Рамлоу проследил за ним взглядом и расплылся в довольной улыбке: — Хотел. На углу, говорят, открылось новое кафе, а время обеденное. — Вы меня приглашаете? — Стив удивленно приподнял бровь. — Приглашаю, — кивнул Рамлоу. Стив колебался, постукивая указательным пальцем по губам. Рамлоу, несмотря на легкомысленный тон, смотрел на него напряженно, не отрываясь. От его пристального внимания Стиву было и неуютно, и в то же время удивительно тепло. — А пойдемте, — решил он, поднимаясь из-за стола. Глаза Рамлоу вспыхнули янтарным блеском. Он заметно расслабился и улыбнулся уже искренне и как-то по-особенному: — Что, и никаких загонов, типа «с подчиненными не обедаю», ничего личного? — Ну, это же не свидание, — пожал плечами Стив, наслаждаясь видом слегка растерянного Рамлоу. Он пропустил его вперед, запер дверь. — Ведите, лейтенант. Есть и правда хочется. Кафе на деле оказалось маленьким ресторанчиком. Стиву понравились демократичная обстановка, улыбчивый персонал и вполне умеренные цены. Кормили на удивление вкусно, а Стив был жутко голодным. Отодвинув очередную тарелку, он поднял глаза. Рамлоу смотрел на него с теплой необидной насмешкой, и Стив неожиданно смутился, чувствуя, как начинают гореть кончики ушей. Он немного нервно потянулся к пачке сигарет, лежащей на середине стола. — Куришь, Капитан? — удивился Рамлоу. Стив выбил сигарету из пачки, привычно щелкнул протянутой зажигалкой и с удовольствием затянулся. — На войне все курили. А до… Слышали что-нибудь про сигареты от астмы? Дым расширяет бронхи и позволяет купировать приступ. А еще, — не иначе как в припадке внезапно проснувшейся шкодливости, Стив, понизив голос, наклонился через стол, и Рамлоу невольно подался навстречу, — я и пью. Иногда. И даже, — он сделал страшные глаза, — знаю несколько нехороших слов! Довольный собой, он откинулся на спинку стула. Рамлоу растерянно моргнул и вдруг рассмеялся, запрокидывая голову. Стив жадно разглядывал его, такого красивого и открытого в этот момент, запоминал мелкие морщинки вокруг лучистых глаз, изгиб улыбающихся губ, напряженную линию шеи. Пальцы покалывало от желания взяться за карандаш, доверить бумаге то, что видел: не придуманный образ, пусть даже в самом красивом или необычном антураже, а просто человека, знакомо-незнакомого, притягательного. Отсмеявшись, Рамлоу взглянул на Стива серьезно и оценивающе. — Не перестаешь удивлять, Роджерс, — задумчиво протянул он. Стив легкомысленно пожал плечами. — Интересно, каким ты был до всего этого? — До сыворотки? Рамлоу кивнул. — Обычным. Мелким и худым. Болел часто. — Нет, — перебил его Рамлоу. — Это все знают. Каким ты был: чего хотел, о чем мечтал? Стив задумался. О таком его обычно не спрашивали. Мало кому был интересен тонкий внутренний мир суперсолдата. Да и зачем? Силы есть, щит держать может, приказов слушается, что еще надо? И вдруг, казалось бы, совершенно чужой человек — колючий, язвительный Брок Рамлоу, с которым и связывают-то только служба и непонятное что-то на грани ощущений, — проявил к Стиву неожиданный интерес. — Да я не сильно и изменился, — начал он и неожиданно для себя вывалил все: как хотел быть художником, как не любил драться, но не мог по-другому. Как отчаянно боялся за себя и за Баки, как, обезумев от страха, ломанулся за другом, потому что одному — невыносимо. Рассказал о Ревущих Коммандос и о том, каким волшебством казалось обретение настоящих верных друзей. И снова о Баки, таком сильном и таком беззащитном. Об удивительном, изменившемся мире. О боли потерь и необыкновенном, распирающем счастье новой встречи. Обо всем, что чарует и пугает одновременно: людях, красках, запахах, звуках. Рамлоу слушал не перебивая, смотрел, не отводя внимательного взгляда, мял в пальцах очередную сигарету. В какой-то момент, когда Стив особенно увлекся живописанием своего пробуждения в двадцать первом веке, он потянулся через стол и накрыл слегка дрожащие пальцы теплой ладонью. Стив глянул благодарно и продолжил говорить, словно не мог остановиться. И только выговорившись окончательно — так, как не мог на дежурном приеме психолога Щ.И.Т.а, — Стив устало замолчал, сосредотачиваясь на легком поглаживании мозолистых пальцев по запястью. — А знаете, — после паузы сказал Стив, нехотя убирая руку из-под чужих ласковых прикосновений, — даже легче стало, — он улыбнулся, взглянув в теплые янтарные глаза. — Захочешь поговорить — обращайся, — серьезно отозвался Рамлоу, закуривая. Стив проследил за нервным движением смуглых пальцев и так же серьезно согласился: — Обязательно, — и посмотрел на часы. — А обед-то давно прошел. — Ничего, — небрежно отмахнулся Рамлоу. — Свалишь все на личный инструктаж, ты же начальство. Стив хмыкнул, вытаскивая из кармана пиликнувший телефон. Губы сами собой расползлись в улыбке: — Баки вернулся, — пояснил он на вопросительный взгляд и поднялся. — Мне пора. Спасибо за обед и за терпение. Сколько… — Я заплачу, — прервал его тоже поднявшийся Рамлоу. — Беги уже, мальчик Кай. Стив благодарно кивнул и заспешил к выходу: волновать Баки не хотелось. — Эй, следующий обед за тобой! Стив согласно помахал, не оборачиваясь. Его ждал Баки.

***

Стив отложил законченный рисунок и довольно вздохнул: редкий случай, когда он был полностью удовлетворен результатом. Рамлоу получился как живой: сияющие глаза, мелкие лучики морщинок, высокие скулы и легкая усмешка. В лице не было обычной хищной и агрессивной сексуальности. «Таким ты меня видишь?» «Разным, — хотелось ответить Стиву, — я вижу тебя разным. Усталым и веселым. Дерзким и жестким. Опасным и заботливым. Я вижу тебя живым». Баки заглянул ему через плечо, недовольно нахмурился и, отобрав блокнот, отбросил его в сторону.