Янтарь

            Следующим утром Грей отправился в деревню, чтобы послать подругам письмо в Магнолию. Он догадывался, насколько негативной может быть их реакция на жалкое письмецо в четыре коротких абзаца, сообщающее, что он остается на Ирбис еще на месяц, но отправляться самому у него не было никакого желания. Одна мысль о разлуке внушала Грею тоску, а она настолько ему приелась, что он даже готов столкнуться с разгневанными Люси и Эрзой, лишь бы не расставаться с Нацу.             Грей ушел рано утром, и Нацу успел проснуться к тому времени, так что проводил его. Правда, поцеловать себя не дал — взамен они обнялись, но объятия вышли настолько робкими и неловкими, что Грей не знал, считать ли это за настоящее прикосновение или нет. Этот страх Нацу перед непонятно чем чертовски раздражал, но у Грея было только два варианта: игнорировать это и, скорее всего, прожить жизнь, тоскуя по страстным поцелуям и жадным объятиям, или доказать Нацу, что его страх на самом деле всего лишь иллюзия, и ничего страшного не произойдет, если они поцелуются или… кхм… займутся сексом.             Настроение было хорошее. В эту ночь они спали в одной кровати, ведь Грею — с трудом, но все же — удалось уговорить Нацу не уходить. Они оба стеснялись, но если Грей обошелся легким румянцем на щеках, то у Нацу едва ли не пар из ушей валил. Это казалось забавным — серьезный и опасный дракон, который, вероятно, переживет самого Грея и большинство живущих сейчас в стране, краснеет, как юный мальчишка только от того, что лежит в одной кровати со своим Избранником. А ведь когда-то они на этой кровати целовались, но Грей не стал ему об этом напоминать. Мало ли, совсем засмущается и сбежит.             Закончив все свои дела, Грей направился обратно к подножию горы. Шагая по узенькой тропинке, он с улыбкой вспомнил утренний наказ от Нацу «сам не поднимайся. Я почувствую и спущусь за тобой! Понял меня?» такая забота грела душу. Нацу действительно любил и переживал о его сохранности.             Остановившись там, где было сказано, Грей потянулся и стал ждать. Нацу не стал опаздывать — минут через десять в небе появилась фигура дракона, а еще через две минуты Нацу уже стоял в своем человеческом облике рядом с ним и с любопытством осматривал.             — Привет, — улыбнулся он.             — И тебе привет, — кивнул Грей. — «Хотя мы совсем недавно виделись».             — Как все прошло? — спросил Нацу с неподдельным интересом.             — Да никак, — пожал плечами он. — Что могло случиться интересного?             Нацу кивнул, все еще посматривая на него.             — Волнуешься, да? — озорно улыбнулся Грей. — Да брось ты.             Нацу, кажется, даже оскорбился:             — Не надо вести себя так, будто ничего не случилось. Ты едва не умер, Грей! Если бы я не пришел вовремя, могло случиться что-то непоправимое. Магия драконов могущественна, но даже она не способна воскрешать или исцелять такие недуги, как, например, слепота или смертельная болезнь! Я не хочу тебя потерять, чтобы это ни было.             Он, сощурив и так узкие глаза, посмотрел на Грея со всей серьезностью, и даже немного зло, что удивило. Безобидная шутка так сильно его задела? Хотя, наверное, это было ожидаемо. Нацу долгое время жил и трясся за жизнь Грея, поскольку верил, что может потерять его в любой момент, не важно, по какой причине.             — Хорошо, прости, — Грей виновато улыбнулся и взял его за руку. — Может, полетим уже? Я хочу немного поспать.             Злость Нацу как рукой сняло:             — Конечно, — он улыбнулся и обратился.             Через мгновение перед Греем стоял небольшой, но гибкий и красивый дракон. Его алая чешуя красиво переливалась на солнце разными яркими оттенками, а глаза — лавовые омуты — смотрели на него с нежностью. Нацу прогнулся, касаясь животом земли, и издал приглашающий звук. Грей не совсем ловко залез на спину, — один раз упал и два раза чуть не упал — но устроился удобно и крепко вцепился в шею, чтобы ветром не снесло. Тепло чужого тела грело Грея, несмотря на что, что кожа Нацу в форме дракона была по ощущениям не хуже, чем раскаленное железо.             Они добрались до пещеры за считанные минуты. Только оказавшись в своей комнате, Грей разделся и лег спать. И заснул практически сразу.             Проснулся он уже днем, во сколько точно — не знал. Сразу после пробуждения Грея привлек тихий разговор за дверью, а понять, чей он, не составило труда. Стоило немного напрячь слух, как он услышал:             — … так что тебе стоит перестать бояться, — голос принадлежал Зерефу. — Ты не сможешь ограничивать себя во всем всю жизнь, Нацу. Рано или поздно тебе это надоест. Так может быть, лучше сделать это сейчас, а не тогда, когда будет поздно?             Нацу ответил ему грустным голосом:             — Я… Я не могу, Зереф. Пока что не могу, — тут же добавил он. — Я хочу. Правда, хочу. Но у меня просто не получается. Я как вспомню его, когда нашел…             Его голос сорвался, и Грею показалось, что еще немного, и Нацу заплачет. Ему едва хватило сил удержаться и не пойти успокаивать его.             — Я не могу, — чуть тише сказал он через несколько минут. — Я… Я не могу. У меня все время перед глазами эта кровь, этот его мутный взгляд…             — Ты влил в него много энергии, — мягко напомнил Зереф, возвращая брата в реальность. — Ты спас его, Нацу. Он жив, здоров и сейчас спит в своей комнате, в абсолютной безопасности. Твоими стараниями.             — Да, да, да, я знаю, — быстро ответил Нацу. — Просто… Ты же понимаешь.             — Понимаю, — ответ Зерефа тоже прозвучал тихим и печальным. Грей знал его историю, и не мог представить, насколько сильной была боль, когда его Избранница умерла. Он ни в коем случае не хотел испытать это сам или чтобы Нацу испытал это. — Но я настаиваю.             — Хорошо… — тихо согласился Нацу. — Я попытаюсь. Я ничего не обещаю, но попытаюсь, правда.             Зереф остался доволен таким ответом, по всей видимости, и вскоре ушел. А Нацу зашел к нему в комнату с улыбкой:             — Подслушивал, верно?             Грей рассмеялся:             — Черт, да ты меня подловил. Прости, не хотел, — он действительно чувствовал себя виноватым, что подслушал этот разговор. Наверное, Нацу не хотел, чтобы его услышал Грей, и теперь был расстроен?             — Все в порядке, — Нацу прервал его поток мыслей, развивая все волнения. — Я не против, что ты слушал.             — Хорошо, — с облегчением кивнул Грей. — Может быть, полежишь со мной?             Нацу засомневался на минуту, а потом махнул рукой и лег рядом с ним, устраивая свою голову на его груди. Грей, не теряя времени, обхватил его поперек спины и прижал к себе, чтобы пресечь попытки отодвинуться. Нацу дернулся, когда ощутил его руку, но ни вырываться, ни просить убрать не стал. Наоборот — прижался немного крепче.             — Ты выспался? — тихонько спросил он.             Грей не стал ничего говорить, просто кивнул. Нацу оставил это без ответа, просто продолжив лежать рядом. Через какое-то время он повернулся, довольно выдохнул и уткнулся носом в чужую шею. Действие было незначительное и невинное, но у Грея по спине пробежали мурашки.             Нежно поглаживая чужую спину, Грей тихонько лежал и наслаждался теплым дыханием, опаляющим шею. Было в этом что-то такое умиротворяющее. Будто так все и должно быть. Грей догадывался, что это влияние той Метки, но не испытывал никаких негативных чувств. Наоборот, он был даже как-то благодарен. Если бы не эта связь, он бы, возможно, так и не подпустил к себе никого. Или бы его спутницей в жизни стала Джувия. Черт знает, на самом деле.             — Грей, — вдруг позвал Нацу. Он дождался, когда на него обратят внимание, и сказал: — Я не хочу, чтобы ты уходил.             Грей даже немного удивился:             — Так я вроде никуда и не ухожу?..             — Я говорю вообще, — смущенно пробормотали ему в шею. — Я просто… Просто не хочу потерять тебя. Одного раза мне хватило по горло.             Грей не смог сдержать довольной улыбки. Он не думал, что Нацу захочет поговорить так скоро, но если таково его желание, оно будет с радостью выполнено.             — Я никуда не уйду. Я сделал слишком много, чтобы вот так просто взять и оставить тебя, — увидев, что в глазах Нацу промелькнуло какое-то сомнение и настороженность, он придал твердости своему голосу и продолжил: — И никакое надуманное проклятье меня не заберет. В тот день я отравился несвежим мясом. Просто на вкус тогда я не обратил внимания, вот и все. Хватит делать из мухи слона.             Только закончив, он подумал, не было ли это слишком резко? Но Нацу, к его облегчению, только смиренно кивнул.             — Я постараюсь ради тебя, — прошептал он. — Хочу жить полноценной жизнью, а не… так.             Грей усилил свою хватку на его спине, показывая, что он не один. Нацу никак не отреагировал на это прикосновение, но Грей знал, что он благодарен. Они продолжили так лежать, и через какое-то время Грей понял, что Нацу заснул на нем. Это вызвало настолько широкую улыбку, что лицо едва не треснуло. Осторожно накрыв их одеялом, Грей заснул следом.

──────⟨ ⟡ ⟩──────

            Проснувшись в одиночестве, Нацу ощутил острый укол разочарования. Ему хотелось проснуться рядом с Греем, чтобы обняться, и, может быть, поцеловаться… При мыслях об этом он покраснел, за что тут же мысленно отругал себя. Ему уже столько лет! Пора перестать смущаться таким обыденным в отношениях вещам.             Нацу всю жизнь считал, что подобным его не смутить. И был неприятно удивлен, когда понял, что ошибается. Он чувствовал себя жалким девственником на фоне уверенного в себе Грея, который всегда первым лезет к нему за прикосновениями. Нацу хотел быть таким же, но получалось пока слабо. Но ничего, все приходит с опытом! Наверное…             Протерев глаза и скинув с себя одеяло, в которое он был укутан, как гусеница, Нацу поднялся с кровати и вышел в коридор, пытаясь определить, где Грей. До его ушей донесся тихий разговор Зерефа и Грея.             — … а еще в детстве Нацу боялся темноты, — с добродушной насмешкой сказал брат. — Он тогда привык, что я сплю с ним, и не мог по-другому. Так что мне приходилось каждую ночь проводить с ним. И так до десяти лет.             Щеки мгновенно покраснели, а возмущению не было предела. Буквально за несколько шагов преодолев расстояние, разделяющее его и кухню, он с грохотом ворвался на кухню и со злостью посмотрел на брата.             — Зереф! — рявкнул он, и брат весело улыбнулся.             — В чем дело?             — Какого черта? — он даже не обратил внимания на рассмеявшегося Грея.             — Твой Избранник попросил меня больше рассказать о тебе, и я не стал ему отказывать, — просто пояснил он.             — Почему именно это? — он почти шипел.             — Потому что большинство твоих проблем идут из детства, — снова улыбнулся Зереф, и Нацу как-то стушевался. Брат был прав. Влияние церкви, вредные дети, злобная учительница, легкая внушаемость… — Оставлю вас.             Зереф встал со своего места и вышел в коридор, перед этим мимолетно потрепав его по голове. Нацу удивленно посмотрел ему в след, но ничего говорить не стал и обернулся к ехидно улыбающемуся Грею. Раздражение тут же вернулось.             — Не знал, что в детстве ты был таким пугливым, — усмехнулся он.             — И не узнал бы, — недовольно проворчал Нацу. — Это что, обязательный обряд в каждой семье?             Грей, улыбнувшись, отвлекся от готовки ужина и подошел к нему. Почувствовав прикосновение его руки к плечу, Нацу не вздрогнул, как это обычно случалось.             — Брось, я был рад узнать о тебе немного больше, — от его улыбки раздражение буквально таяло, и через пару мгновений от него не осталось и следа. Устало вздохнув, Нацу решил, что на этот раз прощает их обоих, и переключил внимание на продукты, лежащие на столе.             — Что готовишь? — полюбопытствовал Нацу, склонившись над столом.             — Салат с курицей, — пояснил Грей.             — О, я люблю курицу, — с восторгом сообщил Нацу. — Угостишь? Когда приготовишь.             — Разумеется, — кивнул Грей и продолжил готовить.             Они остались в тишине. Нацу снова, как и в прошлый раз, с интересом следил за процессом готовки — казалось, это какое-то особое искусство, подвластное только Грею. Нацу, конечно, понимал, что это всего лишь очарование момента, но не спешил прогонять эту дотошно-влюбленную мысль. Ему нравилось чувствовать это — непоколебимую уверенность, что его Избранник — лучший человек на свете, способный на все.             Нацу настолько сильно залюбовался, что пропустил момент, когда Грей закончил. Очнулся он только тогда, когда ему под нос сунули тарелку с салатом и спросили над ухом:             — Попробуешь?             Нацу помотал головой, прогоняя наваждение, и кивнул. Взял в руки вилку, наколол себе немного и попробовал.             — Вкусно! — мгновенно поделился он, на самом деле, даже несколько преуменьшая. Ему сильно хотелось сказать «божественно», но так же очень сильно не хотелось сталкиваться со смущением после этих слов, так что Нацу решил показать свое восхищение несколько иначе. Взяв из рук Грея тарелку, он поставил ее вместе с вилкой обратно на стол и под удивленный звук обнял Грея.             — Что ты делаешь? — несмотря на вопрос, чужие руки обвились вокруг его талии.             — Показываю, как мне понравилась, — все-таки смущено пробормотал Нацу в его плечо и сильнее прижался.             Грей сильнее сжал руки вокруг него. Было очень тепло и уютно вот так стоять. Будто эти руки укрывали его от всего мира, от всех тех ужасов, о которых он думал каждый день, пока был в разлуке со своим Избранным. Нацу прикрыл глаза, наполняя легкие его терпким запахом. Совсем не хотелось отстраняться, так что когда Грей сделал попытку, Нацу недовольно заворчал.             — Я голодный, — со смешком сказал Грей, но Нацу знал, что он совсем не против.             Страх Нацу всеми силами пытался подавить в себе. Что-то тревожное билось в его груди, все время подначивая отстранится и зажаться в дальний угол, но Нацу боролся с этим и только крепче прижимался к Грею, чтобы тот даже думал его отпускать. Нацу не хотел всю жизнь жить в страхе.             Прошло еще десять минут, и только тогда Нацу отпустил его.             После этого они втроем сели ужинать.

──────⟨ ⟡ ⟩──────

            — Нам обязательно идти, — спросил Грей, зевая. — Да еще и в такую рань?             — Леви сказала, что почти закончила переводить для тебя книги, — ответил Нацу. — Так что вчера, когда мы встретились, попросила нас спуститься и посмотреть, как все проходит.             Грей оживился:             — Правда?             — Правда, — кивок. — Можно вопрос?             — Конечно, — Грей взял его за руку, от чего Нацу на несколько мгновений замолчал. Но потом помахал головой.             — Зачем тебе книги о драконах?             — Ну… — Грей почесал затылок свободной рукой. — Джувия рассказала нам о них. Тогда я думал ехать сюда, чтобы поговорить с тобой, но когда услышал о книгах, решил, что сначала лучше все изучить. Мы думали, что ты, возможно, использовал какую-нибудь приворотную магию, и чтобы не тратить время попусту, решили это выяснить. Но переводчики из нас вышли не очень, так что пришлось ехать к Леви. А потом я просто потерял терпение и пришел к тебе. Уже было плевать.             Нацу, выслушав его, кивнул.             Когда они оказались у Леви, Нацу стал с интересом изучать книги, как и Зереф.             — Здесь очень мало полезной информации, — захлопнув книгу, сказал Нацу. — Большинство — выдумка. Если отдавший книги старику был драконом, то он сделал это специально, чтобы не выдавать секретную информацию. Если же нет — то это был простой шарлатан. Или думающий, что эти книги — правда.             Грей от такого заявления присел на диван.             — То есть, они бессмысленны?.. — спросил он, пытаясь справиться с шоком. Леви смотрела на него точно так же.             — Ну, не совсем, — ответил Зереф. — Кое-что здесь есть, но упоминается вскользь.             Гажил вздохнул.             — Ты знал?! — возмущенно спросила Леви.             — Нет, — он пожал плечами. — Откуда? Ты запретила мне приближаться к книгам, когда я едва не вылил на них твой суп.             Леви стушевалась, но продолжала смотреть на него со злостью.             Грей был растерян. Он не ожидал услышать, что его старания, старания Эрзы и Леви были в какой-то мере напрасны. Было ужасно обидно.             Нацу присел рядом с ним и взял его за руку.             — Не переживай, — сказал он так, чтобы только Грей услышал его. — Все же в итоге хорошо.             Грей кивнул.             — Да… да, ты прав.

──────⟨ ⟡ ⟩──────

            В целом, месяц был спокойный и размеренный.             Каждый день Грей просыпался с Нацу в одной кровати, отказываясь отпускать его от себя. Главной его целью было доказать, что никакого проклятья и в помине нет, и если это значит проводить рядом с Нацу все свободное — и не свободное тоже — время, он был этому только рад.             Завтракали они тоже вместе. Но не вдвоем — обычно к ним присоединялся Зереф, который искал любую удобную возможность побыть рядом с братом. Против этого Грей не возражал — он знал, что они долгое время были в разлуке и хотели провести как можно больше времени вместе. Когда они увлекались разговором, и забывали про него, он просто сидел рядом и тихо ел свой завтрак, с улыбкой посматривая на счастливых братьев.             Эта семейная идиллия часто напоминала ему, что он большую часть своей жизни прожил скитальцем и одиночкой, пока на его пути не оказалась Эрза. В тот момент он даже и подумать не мог, что однажды она станет ему необходимой, и что она станет не единственной.             Честно говоря, иногда он испытывал тоску. Грей никогда не знал своих родителей в лицо, он знал только то, что его мама и папа были слишком бедны, чтобы попытаться прокормить хотя бы одного из них, и ребенок был для них непосильной ношей. Так ему сказала пожилая женщина, которая знала его родителей. Она была единственной, и он не успел расспросить ее подробнее — вскоре она умерла.             Но с тех пор, как он познакомился с Нацу, он начал забывать о той тоске. Удивительно, но Люси и Эрза так и не смогли полностью закрыть дыру в его сердце. Они сделали многое, очень многое, даже больше, чем Нацу, но именно он стал завершающим звеном. Теперь Грей ощущал себя на своем месте.             Но все же между ними случались небольшие стычки, которые больше напоминали шуточные ссоры. Например, однажды Грей попросил Нацу выйти прогуляться с ним. Тогда черные тучи заволокли небо, и скоро должен был пойти дождь. Грею нравилась такая погода, он считал, что она чем-то похожа на него самого, и обычно на улице почти нет людей, и это значило, что он сможет быть чуть более рассеянным при прогулке.             Но Нацу считал иначе. Ему в принципе не нравилось выходить за пределы пещеры, что тогда, что сейчас, и делал он только ради Грея. Когда была хорошая погода. Но стоило ему увидеть сгущающиеся облака и почувствовать холод ветра, как он наотрез отказался даже приближаться к выходу.             Но у Грея, к счастью, была своя секретная тактика, которая позволила ему легко заставить Нацу пойти с ним.             «Либо ты идешь со мной, либо я иду один».             Да, ультиматум простой и даже в какой-то мере глупый, но Грей знал, что он сработает на все сто процентов, и не ошибся. Для Нацу теперь было просто неприемлемо отпускать его куда-то одного — страх из-за столкновения с барсом преследовал его. Да, это было подло, но у Нацу полным полно глупых страхов, с которыми следует бороться. Именно этим Грей и занимался.             Так что тот день они провели на улице, под тучами и обдуваемые холодным ветром. Но Грею не было холодно — его согревало тепло тела огненного дракона. Нацу все время держался рядом, и стоило ему заметить даже малейший намек на то, что Грею холодно, он тут же прижимал его к себе и иногда даже отказывался отпускать. Это было хорошим знаком.             В какой-то момент Нацу присел под деревом и закрыл глаза, наслаждаясь тишиной. Грей лег рядом с ним на траву, закинул руки за голову и тоже закрыл глаза. Тогда его щеки осторожно коснулась теплая ладонь. Грей молча ждал, что будет дальше. Но когда ладонь просто продолжила гладить его лицо, он открыл глаза и наткнулся на взгляд Нацу.             Он был… очень нежным. Нет, они и раньше смотрели друг на друга такими взглядами, но в этом… Сейчас все было иначе.             — Что? — тихонько спросил Грей, опасаясь, что если повысит тон, то момент будет разрушен, как хрупкое стекло.             — Ты красивый, — так же тихонько сказал Нацу и обвел пальцами его губы. — Очень красивый…             Грей усмехнулся. Ему часто приходилось такое слышать, настолько часто, что это вскоре перестало быть комплиментом. Но услышать подобное от Нацу было очень приятно.             Грей вместо того, чтобы поблагодарить его, вдруг сел и притянул Нацу к себе настолько близко, что тот едва не оказался на его коленях. Наткнувшись на недоуменный взгляд, он только хитро улыбнулся и накрыл теплые губы своими. Нацу удивленно моргнул, но обхватил его плечи руками и ответил на поцелуй.             Грей хотел вложить в него все свои эмоции и чувства. Он целовал со страстью, настолько сильно, что через какое-то время губы онемели, а легкие лишились воздуха. Он оторвался, сделал несколько глотков воздуха и снова поцеловал. Нацу издал какой-то звук, кажется, недовольный, но отталкивать его не стал — наоборот, притянул ближе.             Вскоре Нацу оторвался от его губ, а Грей недовольно заворчал, но ответ был непреклонным:             — Хватит, — глаза Нацу были серьезными, а тон — строгим. — Если продолжим, то ты можешь заболеть.             — Ты можешь вылечить меня, — запротестовал Грей, отказываясь его отпускать.             — Могу, — Нацу смягчился. — Но не вижу смысла тратить энергию на что-то такое незначительное. Гораздо легче просто не дать тебе заболеть.             Грей фыркнул и положил голову на его плечо. И в этот момент сильные руки подхватили его так легко, будто он совсем ничего не весил.             — Ты что творишь?! — спросил Грей возмущенно. — Опусти меня на землю!             — Да, конечно, — безразлично ответил Нацу. В этот момент из-за его спины выросли два больших кожистых красных крыла. Оторвавшись от земли, Нацу крепче прижал его к себе, и, не обращая внимания на возмущенные и угрожающие вопли, понес к пещере.             В тот день они впервые подрались. В шутку, конечно. И Нацу победил. Чертов дракон.

──────⟨ ⟡ ⟩──────

            Нацу чувствовал себя полнейшим идиотом настолько сильно, что хотелось просто сесть в углу и заплакать. Осознание того, что все его страхи были просто надуманной глупостью, как ему и говорили, пришло сегодня утром, стоило ему только открыть глаза. Он уже за несколько дней ощущал его приближение, но только сегодня оно ударило его обухом по голове.             Он сказал Грею, что этой ночью они должны спать отдельно, чтобы Нацу смог разобраться в себе. Хотя бы немного подумать. Он видел, что Грей был против, но все же уступил ему, за что Нацу был безмерно благодарен. Он целый день старался избегать встреч со своим Избранником, надеясь, что так разум очистится от ненужных мыслей и удастся обдумать все со свежей головой, но он ошибся.             Хотя они и были в одном месте, Нацу все равно скучал. Ему и в голову не приходило, что он настолько сильно привяжется к Грею. Хотелось прямо сейчас войти в его спальню, которая за этот месяц стала их общей, лечь к нему в кровать, крепко обнять и не отпускать. Но он не мог. Нужно было все тщательно обдумать, взвесить и принять решение.             Он оказался неправ. Никакого проклятья не было. Все это было его выдумкой. Выдумкой, которая едва не сломала его жизнь. От одной мысли, что он мог так больше и не увидеться с Греем, не узнать обо всем, приводила в его дрожь. Желание броситься в спальню усиливалось с каждой минутой, но Нацу старался держать себя в руках.             Выдохнув клубок теплого воздуха, он обнял себя за плечи, хотя холода не чувствовал.             Позади послышались шаги, а в нос ударил знакомый запах. Через несколько мгновений на плечах Нацу оказалось одеяло, которым они укрывались вместе. Чужие руки обвились вокруг него и прижали к сильному телу.             — Прости, — прошептал Грей ему на ухо. — Я не хотел тебя тревожить. Но соскучился.             Нацу усмехнулся.             — Я тоже, — он сжал руки Грея на своей талии, желая, чтобы они остались там на подольше.             — Пойдем в комнату? — с надеждой раздалось у уха.             Нацу без интереса рассматривал заснеженный пейзаж. Несмотря на скуку, ему не хотелось отсюда уходить. Здесь была своя атмосфера, помогающая ему успокоиться. Но он так же понимал, что Грей не оставит его, а здесь было сильно холодно для него. И здоровье Грея было ему важнее своего душевного спокойствия, так что Нацу с улыбкой кивнул:             — Пошли.             Грей, не став дожидаться, когда Нацу пойдет сам, потянул его за руку за собой. Нацу не стал сопротивляться.             Грей усадил его на постель, скинул с плеч плед и стал раздеваться. Нацу же тем временем, стараясь на него не смотреть, лег на кровать и уткнулся носом в подушку.             Спустя несколько минут кровать рядом с ним прогнулась, а после его прижали к чужому телу. Нацу сонно угукнул и собирался уже засыпать, когда Грей на ухо прошептал:             — Теперь ты уверен?             Нацу помолчал немного, а потом кивнул:             — Уверен.             Грей улыбнулся ему в плечо.