Скрытое и неистолкованное

Брайан держал телефон в руках так осторожно, словно тот пытался его укусить. С неловкого извинения Найджела прошла уже неделя, и с тех пор всё, что между ними происходило, сводилось к обмену выверено весёлыми сообщениями. И в этих сообщениях, преувеличенно смешных, не было ни слова о том вечере, ни намёка. Целая неделя мучительных «ты должен признать, что уикхем гораздо круче, как персонаж, чем дарси», на что спустя несколько отчаянных часов пришлось отвечать гифкой со страдающей женщиной и надписью «Джейн бы не одобрила». И теперь это. «скажи» «каковы шансы, что тебя можно заманить чем-нибудь вкусным за счёт заведения? обещаю, никаких персиков» «я срочно нуждаюсь в твоих мыслях по поводу эммы» Брайан задумался о том, чтобы отказаться. Всерьёз задумался. По крайней мере, на пару секунд. Но экран ноутбука перед ним полнился заметками на тему «поиск любви как героический квест в литературе (женских писателей?) эпохи регентства», а ещё где-то в папке входящих лежало действительно воодушевляющее письмо от его консультанта по диссертации. И Линдси вчера снова заговорила о новой поездке в Портленд и о том, что неплохо бы и вовсе туда перебраться с концами, и Брайан, конечно же, посоветовал ей и правда подумать о такой перспективе. Отчего-то он чувствовал себя очень смелым. По крайней мере, смелее, чем обычно. Первый раз за свою сраную жизнь. И даже заходя к Найджелу в бар, он пытался не забывать об этом. Там было практически пусто — может, из-за вторника, или из-за приближающегося дня независимости. Или потому, что Брайан соскочил со своего стула в Старбаксе и поспешил сюда почти сразу же, как получил сообщение, в шесть сраных вечера. В любом случае, кроме самого Найджела во всём помещении присутствовала только пара людей, склонившихся над общей тарелкой закусок. Найджел обернулся на звук открывшейся двери, оторвавшись от планшета и ручки, и его лицо осветилось улыбкой при виде Брайана — настоящей, широкой улыбкой. Совершенно счастливой. А затем он обогнул стойку, прошёл между столиков и обнял Брайана, склонившись к нему из-за своего роста. И через мгновение Брайан обнял его в ответ, похлопал по спине, опасаясь, что Найджел тут же отпрянет. Но Найджел лишь громко сглотнул, когда руки Брайана сомкнулись вокруг него. — Прости, что я вёл себя так странно, — попросил Найджел как-то совершенно беззащитно, гораздо менее собранно, чем обычно старался себя вести. — Всё хорошо, — успокоил его Брайан, хотя совсем этого не чувствовал. Но в тот момент он просто не мог сказать ничего другого. И ему совсем не хотелось разрывать объятие. — Я так никогда не делаю, — тихо сказал Найджел. — Ты... Не знаю. С тобой я чувствую себя.... Словно другим человеком. Понимаешь? — Ещё как понимаю, — усмехнулся Брайан, ужасно счастливый тем фактом, что он такой не один. Что он не один испытывал это глубокое, до самых костей, ужасно поспешное, непонятно откуда взявшееся чувство, когда был с Найджелом. Словно не их странных отношений ему недоставало, а себя самого, и теперь он только и делал, что пытался наверстать упущенное. Найджел медленно отстранился, провёл ладонью по волосам и принялся явно неосознанно теребить ворот рубашки Брайана — ужасно знакомым жестом, несмотря на то, что последний раз так делала только мама и в глубоком детстве. А Найджел взглянул на свою руку, словно она действовала без его указаний, и растерянно потряс головой. — Ладно, достаточно нежностей. Давай тебе что-нибудь нальём. Брайан устроился на своём обычном месте у барной стойки, достаточно близко к парочке за столом, чтобы учуять жирный, дымный и сладкий запах их закуски. Отчего-то запах бекона всегда напоминал ему о сексе — наверное, сказывались какие-нибудь примитивные порывы. Желудок, подчиняясь им, жалобно забурчал. — А еды нет? — Брайан покосился на чужую тарелку. — Я ничего не ел с тех пор, как... Хм... — Ты просто не способен даже минимально позаботиться о себе, — укоризненно протянул Найджел, закатывая глаза. — Конечно, тут есть еда. — И я бы не отказался от той сливовой штуки, которую ты сделал в прошлый раз, — улыбнулся Брайан, гадая, прокатит ли и это, но Найджел, кажется, наслаждался ролью хозяина заведения. — Можно? Найджел закатал рукава, и это зрелище определённо стоило всей игры с нахальными запросами. — Как пожелаешь, — заявил он и — совершенно точно! — покраснел. Брайан улыбался ему так широко, что казалось, его лицо может треснуть. — В общем, — продолжил Найджел, едва обращая внимание на хитроумные действия, которые его руки творили, следуя рецепту. — Я никак не могу понять Эмму. — Серьёзно? — Брайан нахмурился. — Мне казалось, что она тебе сразу понравится. Она ведь... — «Похожа на тебя», едва не сказал он. Решительная, притягательная. Слишком самоуверенная. Найджел улыбнулся так, словно услышал его мысли. — Она мне и правда нравится. Но я не слишком... Уверен в себе. Мой последний доклад был полным провалом. — По «Чувству и чувствительности»? Не может быть, ты ведь попал в точку с Марианной и Брэндоном. Найджел опустил голову, пряча глаза, пока аккуратно переливал сливовый сироп по маленькой ложке. — С тем докладом было всё в порядке. Я завалил... «Гордость и предубеждение». Брайан открыл было рот, и только тут осознал. «Какой же ты идиот. Изумительно красивый идиот». — Ты бы мог попросить меня о помощи, — укоризненно сообщил он Найджелу. — Я бы мог... Держать себя в руках. — Может, ты и мог бы, — пробормотал Найджел и бросил на него извиняющийся взгляд своими прекрасными глазами, передавая бокал. Брайан отпил немного, пробуя на вкус чудесную сливовую кислинку — и отчётливо чувствуя, как отпускает страх. Опустив бокал на салфетку, он потянулся вперёд, силясь заглянуть Найджелу в записи, и тот торопливо прижал планшет к груди. — Не подглядывай! Брайан улыбнулся, разглядывая его праведное возмущение в обнимку с бумагами. — Ты словно девочка-подросток, охраняющая свой дневничок. Найджел взъерошил свои кудри: — Твои фантазии обсудим позже. Сначала — мои проблемы. — Мои фа... — поперхнулся Брайан. — Я... Ты... — Детка, да от тебя несёт феромонами тихони-школьницы, прячущейся от одноклассников в библиотеке. Волнами несёт. Но к счастью, у классического красавчика тоже есть шанс завоевать твоё сердце. — Я тебе покажу «шанс», — возмутился Брайан, и Найджел ответил ему хитрой ухмылкой: — Вот как? Ну, давай, Кинкейд, я весь твой. Смеялся он так заразительно, что Брайану оставалось только присоединиться. — Ладно, ладно, хватит, — он откинулся на своём стуле, забирая с собой бокал. — Теперь серьёзно. До сих пор у тебя было вполне определённое мнение о каждой книге. Тилни и его ориентация, Марианна и её второстепенный выбор, Уикхем и его постельные подвиги... — Неоспоримые. — Так в чём же проблема с Эммой? Найджел неуютно повёл плечами и опёрся локтями на стойку, укладывая планшет перед собой. — В этом и дело, — начал он, сжимая и разжимая пальцы на своей ручке. — Мне сложно... Найти нужный угол. Соответствующий моему уровню стервозности. Брайан покрутил в руках ножку бокала. — Можешь попробовать быть честным с самим собой. — Ему пришлось вскинуть ладонь, защищаясь, когда Найджел поднял на него неверящие глаза. — В том смысле, что... Я... Я сам пытаюсь это сделать. С моей диссертацией. Благодаря твоим словам. — Брайан вдруг ощутил неконтролируемое желание заправить волосы за ухо, хотя ему ни за что бы не хватило длины это сделать. — Что ты думаешь об Эмме? На самом деле? — Найджел всё ещё смотрел на него с недоумением. — Просто попробуй. Найджел тяжело вздохнул, словно делая Брайану одолжение, и начал бездумно водить ручкой по бумаге. — Ладно. Я думаю... Думаю, что с Эммой и Найтли... Не знаю. Мне кажется, я вижу их вместе. Яснее, чем другие пары. — Вместе? Найджел кивнул. — Ага. Они ведь лучшие друзья, правда? И Эмма, она слишком властная и поверхностная, словно напоказ, а Найтли об этом точно знает. Знает её. И сам он... Такой зануда, но на самом деле слишком хороший. По-настоящему хороший. — Брайан кивнул, но Найджел, кажется, даже не заметил его поддержки. — И Эмма... Она же любит его. Всегда любила. Даже когда поощряла его метания по другим женщинам. А на деле она просто... Просто не может поверить, что кто-то настолько хороший и настоящий может её любить. Что кому-то вообще стоит её любить. Ведь что она может предложить взамен? Маленькая трусливая птичка, пустая внутри. Найджел словно ушёл в себя, бездумно следя глазами за кончиком ручки. Брайан осторожно склонился вперёд. И сперва всё, что он увидел, было просто бессмысленными завитками, но после... Вглядевшись ближе, он понял, что весь листок сплошь покрывает одна и та же буква, разных размеров, снова и снова. — Найджел? — спросил Брайан тихо, морщась от нарастающего звона в ушах. — Почему «Кью»? И мир вокруг них словно взорвался. *** Последние десять минут Брайан беспрерывно наматывал круги по крошечной студии Найджела, и тот уже начал от этого уставать. Он сам затащил Брайана к себе — после того, как каждый бокал и каждая лампочка в баре разом, в одну бесконечную секунду лопнули, разбрызгивая повсюду стекло. Всего за минуту до этого они говорили об Эмме, а потом... Найджел понятия не имел, что случилось потом: их просто разом накрыло оглушающим звоном на одной высокой ноте, заглушившим всё вокруг, и они с Брайаном, осыпанные осколками, словно застыли в пространстве. Полицейские списали всё на странный звуковой взрыв, но Брайан им явно не поверил. Найджел тоже, но у него попросту не было больше идей, которые бы всё объяснили. — Брай, — позвал он, когда Брайан зашёл на очередной круг, нервно вгрызаясь в свои несчастные пальцы. — Детка. Присядь. Брайан откликнулся на ласковый призыв и послушно уселся рядом с Найджелом на кровати. Это даже не было хитрым планом — в этой богом забытой студии правда больше негде было присесть. Но всё же было очень приятно ощутить вес Брайана на матрасе рядом с собой. Даже если он и подрагивал ещё от напряжения, отходя от шока. Брайан повернулся к Найджелу лицом, нервно барабаня пальцами по колену. Найджел накрыл его руку своей, всё ещё не веря, насколько легко ему теперь давались такие нежные жесты. Он ведь совсем не привык так делать, но с Брайаном... Ему хотелось. И было легко — как дышать. Только ещё лучше. — Тебе не кажется, — спросил Брайан, глядя на их сплетённые пальцы, — что с нами происходит что-то странное? Помнишь тот случай с трансформатором? И сегодня? Словно каждый раз, когда мы сближаемся... — Что-то взрывается, — мягко закончил за него Найджел. — Ноосфера на нас явно в обиде. Брайан попытался отобрать у него руку. — Я серьёзно, Эл, — выпалил он и тут же осёкся, затравленно глядя на яростно заморгавшую лампу. — Найджел. Боже мой. Видишь? — и он взмахнул руками, словно пытаясь объять необъятное. Найджел положил руки Брайану на плечи, погладил их, напряжённые и твёрдые, пытаясь унять его страх. Пытаясь не думать о том, как правильно звучало это имя, которое ему не принадлежало. — Брай, милый, ты себя накручиваешь. Всё это — просто нелепое совпадение. Если и можно найти какую-то связь, то искать её лучше в паршивой проводке повсюду в этом квартале. Вряд ли её меняли или чинили хотя бы в этом столетии. Брайана медленно отпускало, и Найджел большими пальцами погладил его ключицы. Это было так славно. — Ты прав, — выдохнул Брайан. — Блядь. Конечно же, ты прав. Я просто... Я переживаю. —А по тебе и не скажешь. Брайан покосился на него, и Найджел поцеловал его плечо в качестве извинения за неуместную шутку. — Я... — Найджел потёрся о его плечо носом в знак поддержки. «Продолжай. Я с тобой.» — Всё это немного слишком. А я привык спокойно справляться с проблемами, да, я переживаю о них, как и все люди, но сейчас... С тобой у меня словно душа нараспашку. — У Найджела сердце замерло, пока Брайан старательно подыскивал слова. — Я не могу поверить, что мы встретились всего пару недель назад. Понимаешь? — Прекрасно, — хрипло выдохнул Найджел. — И я не могу не думать, — тихо продолжил Брайан, склоняясь ближе, лицом к лицу, — не могу не думать о том, что всё так и должно быть, когда двое людей находят друг друга. Потому что... Блядь, Найджел. Это просто какая-то магия. Брайан столько вложил в эти слова, что Найджел почти поверил ему — и лампы вокруг них снова задрожали светом, осыпая их искрами, словно танцующими лепестками. Найджел словно мог управлять ими, он чувствовал себя как будто всемогущим, глядя на чудесного, умного, восхитительно серьёзного Брайана. — Я думал, ты не веришь в чудеса, — усмехнулся Найджел, оглашая единственную мысль, которая не застряла бы в горле. Брайан фыркнул, прикрыв глаза. — Я и не верил. Это всё твоё дурное влияние. Смотреть на него было так больно, словно Брайан был его сердцем, долго, дольше даже, чем Найджел жил на этом свете. И Найджел понял, что больше не может ждать — хотя ещё секунду назад он ничего и не ждал. — Эй, — мягко позвал Найджел, а затем, бросив нелепые попытки подобрать слова, склонился вперёд и поцеловал Брайана в губы, кратко, но очень нежно. И тут же отстранился, смущённый, а Брайан взглянул на него с самой чудесной своей неловкой улыбкой. А потом накрыл его пальцы, отчаянно вцепившиеся в лоскутное одеяло, своей ладонью, и погладил Найджела по лицу, придвигаясь ближе и ближе, пока... А после были только джинсы, которые они торопливо стаскивали друг с друга, и лоскутное одеяло, тёплое и знакомое под голой спиной, и рот Брайана, его чудесный рот, и всё это было словно возвращение домой, наконец-то, после бесконечных месяцев вдали друг от друга. И в какой-то момент в студии с тихим шипением вышибло пробки — Найджел помнил глаза Брайана в этот момент, но дальше никого из них это не волновало. После Брайан почти сразу уснул у Найджела под боком, и тот укрыл их обоих одеялом, борясь с щекочущим тёплым чувством внутри при взгляде на Брайана, спящего рядом. Сам Найджел спал некрепко, проваливаясь и выплывая из невероятно яркой череды снов. Он видел павлина, который оказался человеком, а ещё мрачного мужчину с низким голосом, который держал в руке что-то очень плохое. А ещё Найджел видел другого человека, который одновременно был и не был Брайаном, лежащим в его объятиях. Не-Брайан водил пальцами Найджелу по груди, цепляя волоски, которых у Найджела не было, ведь он регулярно делал эпиляцию, потому что, в отличие от некоторых, следил за собой. — Ари хочет за меня замуж, — сказал не-Брайан, и у не-Найджела сжалось сердце. — Только если я выберу ей платье, — отозвался он, загоняя отчаянное и душное «нет» так глубоко, как только сумел. — Но если я женюсь на ней, я тогда не смогу жениться на ком-то другом, — на месте «кого-то другого» должно было стоять вполне определённое имя, и оба они, Найджел и не-Найджел, это прекрасно знали. — Ты точно не против? — тихо спросил не-Брайан, и каждая клеточка в теле не-Найджела мечтала сказать ему правду. Но вместо этого он только усмехнулся, фальшиво и чересчур громко, пытаясь заглушить своё предательски быстрое, отчаянное сердцебиение. — Не знал, что ты так боишься обязательств. Не-Брайан посмотрел ему прямо в глаза, и ясно всё понял, всё до последней мысли. — Я не боюсь, — сказал он, вздохнув, и поцеловал не-Найджела в лоб, словно прощаясь. Найджел очнулся ото сна ранним утром и нашёл Брайана уже натягивающим штаны. — Прости, — улыбнулся он, заметив, что Найджел проснулся. — Мне нужно... Линдси. — Помедлив, Брайан неловко помахал в воздухе телефоном. — Я должен... — Иди, — отозвался Найджел, бессознательно крепче завернувшись в одеяло. И когда Брайан поцеловал его в щёку, прежде чем выскользнуть за дверь, Найджел понял, что это его тепло, и жар его тела, принимающий жадно и глубоко, глубже и всё ещё недостаточно — всё это тоже было ему жутко знакомо.