Скрытое и неистолкованное

Брайан оторвался от перечитывания одного и того же предложения в сотый раз и потёр ладонями глаза. Найджел пошевелился за ним и мягко коснулся запястья. — Всё хорошо? Брайан взглянул на его лицо, которое определённо должно было выражать «просто проверяю», но выглядело так, словно Найджел за него беспокоился. — Да, всё нормально, — улыбнулся Брайан. Всё и правда было нормально. Более, чем нормально. Лето постепенно заканчивалось, дни становились короче. Приближалась осень, и Брайан потихоньку начал поглядывать на свою любимую шапку, радуясь, что она не потерялась во время бурного отъезда Линдси. Квартира постепенно перестала выглядеть полупустой: теперь на столе стояла коробка ромашкового чая («Фу, на вкус как одуванчики.» — «Откуда ты знаешь, какие на вкус одуванчики?»), и на кровати лежало любимое лоскутное одеяло Найджела (такое кричащее и безвкусное, абсолютно непохожее на Найджела, и это было ужасно мило, что он всё равно его обожал). И сам Найджел был здесь. Почти каждую ночь. Найджел сдал последний зачёт по Остин пару недель назад и осторожно подбирал себе парочку новых курсов на осень. А Брайан... Брайан должен был уже завтра предоставить черновик первой части новой диссертации своему всерьёз озабоченному резкой сменой курса руководителю. Найджел перевернул книжку обложкой вверх и поставил стоймя на одеяло, а затем приподнялся на локте, глядя на Брайана. И как ему удалось заполучить такого парня в свою постель? «Снова», — прошептал тихий бестелесный голос у Брайана в голове, и Брайан привычно его проигнорировал. — Волнуешься за свою встречу? — спросил Найджел. Брайан вздохнул и кивнул. — Немного. — У тебя давным-давно всё готово, — мягко напомнил Найджел. — Отвлекись на что-нибудь другое. Это было правдой. Но Брайан всё равно не мог перестать переживать, не мог перестать представлять, каково будет показать это кому-то другому, так раскрыть свою душу, больше, чем когда-либо в любой другой работе. Он не мог отделаться от ощущения, что если он вдруг ошибся в этом новом направлении, то это станет символическим концом всей его новой жизни. И тогда Брайану придётся вернуться в мир без чудес, без магии и без этого чудесного человека рядом, пытающегося отвлечь его от тяжёлых мыслей. Все эти страхи не имели никакого смысла, но они жили у Брайана внутри. И никогда раньше он не обращал так много внимания на собственные чувства. Позволив себе упасть на подушки, Брайан повернулся к Найджелу. — Что, если всё настолько плохо, что меня навсегда заклеймят позором и выкинуть из программы, и... — Вынудят изучать литературу за пределами титулованных университетов, вместе с нами, простыми смертными? — вскинул бровь Найджел, тепло улыбаясь. Его рот, эта улыбка всегда выдавала его за глаза, особенно когда он рассыпал остроты и колкости. — Знаю, знаю. Я слишком себя накрутил, — вздохнул Брайан и уставился в потолок. — Я просто... Я не знаю, кем бы я был без... Всего этого. Формулировка была абсолютно правдивой. Пусть Брайану и казалось отчётливо, что он откуда-то помнит и другие свои жизни (пять лет назад он бы облился кофе от одной такой мысли), эти другие воспоминания всегда оставались вдалеке, где до них нельзя было дотянуться. Их нельзя было увидеть, только ощутить их присутствие. Как сейчас, когда Найджел отвёл кудрявые пряди с глаз жестом, который Брайан помнил до последнего движения, хотя просто не мог помнить на самом деле. — Что же, — промурлыкал Найджел, с притворной хитрецой, которую он всегда подключал, собираясь сказать что-то очень милое, — думаю, ты был бы в порядке. Но если они всё же вдруг вышвырнут тебя на улицу, и тебе придётся жить среди обычных людей, обещаю, что найду тебя и обязательно соблазню, чтобы... — Чтобы искра жизни осталась со мной на долгие годы, — закончил за него Брайан. — Откуда это? Найджел прищурился. — Я думал, это всё моё невероятное чувство юмора. — Но я определённо где-то это уже слы... — Неужели? — Найджел придвинулся к нему, широко улыбаясь, и Брайан со смехом отпихнул его от себя. — Какой грубый, — притворно пожаловался Найджел, поднимая свою книгу, и Брайан вздрогнул — настолько правильно он это сказал. Брайан хотел его спросить. Собирался спросить. Прошло слишком мало времени, но одновременно слишком много, и вообще время было только иллюзией — кажется, это он тоже где-то слышал. Брайан открыл было рот, но Найджел опередил его — болезненно свёл брови и снова отложил книгу. Кажется, его снова настигла головная боль. Брайан придвинулся ближе и осторожно потёр пальцем местечко между его бровей. Найджел, к его восторгу, тихо вздохнул и ощутимо расслабился. — Тебе пора подобрать очки, — тихо предложил Брайан. — Отстань, — фыркнул Найджел без особого пыла. Брайан практически увидел эту картинку: седоволосый Найджел, по-королевски изящный, в тоненьких очках, сидящих на красивой переносице. Брайан и себя попытался разглядеть рядом с этим Найджелом, постаревшего далеко не так красиво, и сумел и это. А может, это тоже было воспоминанием из другой, потерянной жизни. — «Поиск партнёрства на всю жизнь очень легко становится основой любого героического сюжета», — пробормотал Брайан себе под нос. — Это из твоей работы? — уточнил Найджел. — Ага, — кивнул Брайан. — Ты опять о ней думаешь? — Нет, — Брайан покачал головой, наклоняясь, и поцеловал Найджела, улыбнувшись его удивлённому взгляду. — Переезжай ко мне? *** Найджел несколько раз моргнул, пытаясь поверить в его слова. Пытаясь понять, действительно ли Брайан предложил ему жить вместе и теперь смотрит, забыв вдохнуть, и ждёт ответа. — Найджел? Найджел покачал головой и выдохнул бездумно: — Линдси не будет возражать? Брайан словно споткнулся об это имя. — С чего бы ей возражать? Найджел вскинул бровь. Может, он недооценил Брайана, и его неловкий любитель литературы оказался ещё и любителем полиаморных отношений. Найджел на мгновение представил себе эту картинку — Брайан с его красоткой-подружкой и... Потенциальным любовником. Под одной крышей. Выглядело это как-то по-европейски — континентально, совсем не так, как это было бы в зажатой скучной Британии. На ум невольно пришёл Оберин Мартелл. А ещё это почему-то очень подходило Брайану. — При чём здесь вообще Линдси? — повторил Брайан, пока Найджел путался в собственных мыслях. — Тебе не кажется, что ей не понравится моё присутствие в её квартире? — В её квартире? Найджел, Линдси в Портленде, ты же знаешь? — Знаю, но когда она вернётся... — Вернё... Найджел, — Брайан поставил ноутбук на прикроватный столик и повернулся к нему, обнял за шею, осторожно заглядывая в глаза. — Линдси переехала обратно в Портленд. Неужели ты правда думал, что она в какой-то момент вернётся играть со мной в сожителей? Да даже если она и вернётся, не так всё плохо сейчас с рынком недвижимости. Найджел бы с ним не согласился, помня свой собственный опыт поиска квартиры, которую мог бы снимать (на зарплату, которую он и имел-то только благодаря папочке и его хитроумным способам вычеркнуть ненужного сына из своей жизни). Не то, чтобы это сейчас было важно. Но за это Найджел хотя бы мог зацепиться. Брайан смотрел на него так встревоженно, словно собирался померять ему температуру — а потом вдруг его лицо просветлело, как будто кусочки паззла сложились в голове. Брайан вскинул брови, не отводя взгляда, и Найджел сам отвернулся, пытаясь от него спрятаться. Брайан тяжело вздохнул. — Найджел, — нежно, но твёрдо позвал он после долгой паузы. — Ты же знаешь, что я порвал с Линдси, — он не добавил «правда?», но Найджел всё равно услышал — по его дрогнувшему голосу и распахнутым глазам. — Теперь знаю, — пробормотал Найджел, не выдержав его пристального внимания. — Господи, — Брайан в ужасе отстранился, и Найджел тут же пожалел о своей потере, хотя ничего большего он точно не заслуживал. Брайан спустил ноги с кровати. — Господи блядский боже, — прошептал он. — Ты наверное думаешь, что я какой-то сумасшедший. Его плечи опустились и сжались, и Найджел, ощутив это словно удар в живот, яростно замотал головой, но Брайан не мог его видеть. — Нет, — быстро выдохнул Найджел, подсаживаясь сзади и обнимая Брайана за плечи. — Вовсе нет. Брайан накрыл его руку своими, невидяще глядя вперёд, и невесело рассмеялся: — Господи. А я тут распинаюсь о квестах, о предназначении, спрашиваю тебя, хочешь ли ты жить вместе, а ты... — Он обернулся, окинув Найджела потерянным долгим взглядом, и Найджел едва сумел его выдержать. — А ты что? Всё это время думал, что мы с тобой тут... Просто развлекаемся? — он яростно мотнул головой, словно не веря собственным словам и умоляя Найджела не верить в них тоже. Найджел понятия не имел, что сказать. — Я... Я думал, что ты этого хочешь, — объяснение даже ему самому показалось жалким. — Как ты мог так подумать? Найджел отстранился, задетый этим обвинением. Казалось, что в голове сейчас хватит ответов на десятки лет, но нащупать он не мог ни единого. Ни одного слова, только обрывки эмоций и картинок, обручального кольца, влюблённых карих глаз, повсюду провожающих красивую стройную блондинку. И голоса, все как один повторяющие «никто никогда» и «ты никогда», хотя он был слишком молод, чтобы прочувствовать это их «никогда». Лампа на прикроватном столике задрожала и свалилась на пол. Брайан не отводя от Найджела взгляда, потянулся к нему и взял за плечи. — Найджел, — прошептал он, прислоняясь лбом ко лбу. — Ты же знаешь... Знаешь, что я... Найджел зажмурился, мучительно пытаясь его остановить. — Не надо, — выпалил он сквозь зубы, и Брайан застыл, а потом вдруг улыбнулся. — Почему нет? — тихо спросил он, и у Найджела не было ответа, только жуткая беспричинная паника, завязавшаяся узлом в животе. — Я... Мы с тобой через многое прошли, так может нам... — Нам хорошо вместе, разве нет? — Брайан помолчал, словно подбирая слова. — Я знаю, прошло не очень много времени. Но кому нужны другие доказательства, когда мы чувствуем, что это правда? Почему бы нам хотя бы не попробовать? Найджелу стало нехорошо, не то из-за смешанных чувств, не то из-за сошедшего с ума света вокруг, — или из-за того, что весь этот разговор он словно слышал на два голоса сразу, и доносился он из воспоминаний, которые ему не принадлежали (и принадлежали тоже, ему и им обоим). Единственной связной мыслью, пробившейся через этот туман, было пропитанное страхом: «это не для тебя». И ещё одна, сразу за первой, «вот он, этот момент, и ты опять собираешься его проебать», но эта вторая мысль была печальной и тихой. Она просто не могла перекричать страх. — Найджел? — позвал Брайан, обнимая его похолодевшее лицо ладонями. Он успел испугаться, бедняга, почему Элиот каждый раз делает ему так больно? (Кто такой Элиот? И что он натворил?) Эти глаза. Глаза, которые Элиот — Найджел — так любил. Господи, да он с первого взгляда влюбился, в первую же секунду, когда он выпал из кустов, и объявился в баре, и заказал шот, и смотрел на него, не веря своим глазам, и Найджел просто не мог перестать рассказывать о нём Марго. И как он смотрел на бесконечные звёзды, лежа на мозаике после, и беззвучно спрашивал небо, чем умудрился заслужить такое. Брай не мог обо всём этом знать. Брай бы его возненавидел, он бы ушёл, он никогда бы не выбрал его сам, если бы он только знал, каким ужасным монстром Найджел был на самом деле, там, глубоко внутри, где мир не мог разглядеть его истинной сути за короной и коктейлями, и... Комната стремительно накренилась, и Найджел начал падать, и Брайан удержал его, а лампочки вокруг вдруг разом заскрежетали, и дверь затряслась, громче и громче, и кажется, кто-то кричал. Найджел провалился в карие глаза, надеясь в них утонуть, и вспомнил. Три недели назад, лежа у Брайана на груди, он улыбался, пока Брайан неспешно зачитывал ему из книги, которую держал в руках. — Больше эмоций, — поддразнил его Найджел. — Разве я не заслуживаю столь же страстного прочтения, которым ты награждаешь своих юных студенток? — Не только студенток, — пробурчал Брайан, и Найджел засмеялся. — Вечно я тебя недооцениваю. —Вы надрываете мне душу. — продолжил Брайан читать. — Я раздираем между отчаянием и надеждою... Найджел замолчал и закрыл глаза, слушая. Брайан заметил его тихие слёзы только когда добрался до «и сердце мое полно вами даже более, чем тогда, когда вы едва не разбили его». — Всё хорошо? Найджел кивнул, не открывая глаз, потому что просто не знал, как выразить словами безумную надежду, что Брайан чувствует так же, как и читает, что он простил Найджела за трусость и бегство, которого тот никогда не совершал. — Как думаешь, всё бы сложилось, если бы Анна не сбежала, а осталась с Вентвортом? — Не знаю, — отозвался Брайан, гладя его по волосам. — Думаю, они всегда были связаны. Обстоятельства меняются, и люди меняются тоже. Но в конце концов, думаю, если всё складывается, то оно складывается. Потому что мы всегда остаёмся теми же людьми, которыми всегда были. *** — Элиот, — выдохнул Брайан за секунду до того, как кто-то вышиб входную дверь. — Кью, — эхом ответил Найджел. — Пригнитесь! — с порога крикнула высокая женщина, и сразу следом над их головами пролетел шкафчик и вдребезги разбился о стену. Переступив через обломки, женщина шагнула в комнату с полицейским значком в одной руке и комиксом в другой, а за ней зашли ещё трое. Стильная девушка с повязкой на глазу, обычный парень в свитере и высокий мужчина в наушниках. — Детектив Сэм Каннингем, — представилась полицейская. — Я должна вам кое-что рассказать.