ХИМЕРА

Все закончилось так, как и должно было. По крайней мере, по законодательству. Реджи влепили условный срок (типа он исправится, два раза!), штраф и поставили на учет в органах опеки. От окончательного лишения прав его спасло кровное родство с Анной и отец Кэтрин, который замолвил за него словечко. Все обернули так, что мужчина украл тело Сирруша в состоянии аффекта. Честно сказать, Реджи действительно был немного неадекватен, когда его выгрузили из полицейской машины. Это подтвердил и штатный медик, отметив, что мужчина находился в шоковом состоянии. Кэт и Алекс тоже смогли избежать строгого наказания. Первую и не особо подозревали. А второй так изворотливо врал, что его даже не понизили в должности. Столько мучений, а толку никакого. Тело Сирруша так и не нашли. Ходили слухи, что его украли государственные Колдуны для тайных экспериментов. Шептали, что останки Готхольда стащили его последователи. Говорили даже, что Химера сам встал и умчался в туман, весело перепрыгивая с могилы на могилу. Реджи старался не верить в последнее. Поверить было слишком больно. Оберег был до сих пор холоден, как лед. Мужчина уже ничего не ждал. Смирился. Так больнее не станет. Наверное. Но что-то внутри у Реджи постоянно держало ухо востро. Мужчина был наготове и собирал любую информацию о Сирруше. Но пока новых данных не было, и Реджи, чтобы побороть тоску, сосредоточил все свое внимание на сестре. Больше в детсад он ее не пускал. Целые дни были наполнены тем, что Анна дурным козлом скакала по квартире и по Реджи, капризничала, не спала и бросалась кашей. Идеальные будни, в общем. Когда сестра засыпала, с медведем в одной руке и с ложкой - в другой, или за книгой у него на коленях, или за просмотром очередного мультика про добрых Целительниц на планшете (да, его Анна любила Ведьм), Реджи мог расслабиться и отдохнуть. Но недолго. Сестра быстро просыпалась и придумывала очередную гадость. Например, сегодня она захотела побыть Рапунцель и заставила вплетать Реджи в свои волосы простынь. Все это было очень сомнительно и немного нереально. Но мужчина самозабвенно взялся за дело, пытаясь прикрепить к светлым косам сестры заколками и невидимками ткань. Тем более, устать он пока не успел. Реджи на два часа отводил Анну в сад. Ему нужно было оплатить коммунальные услуги. Когда мужчина после неудачных попыток что-то сплести, вновь распустил волосы сестры, та внезапно сказала: - А я видела Великолепного Змея сегодня. Реджи выронил щетку. - Что? - пробормотал он, подумав, что ослышался. - Да, я играла в песочнице, потом подняла голову, а там он! Прямо у деревьев! - яростно закивала Анна. - Зайка, ты говорила, что не очень четко запомнила его? - осторожно и с неверием шмыгнул носом Реджи. - А вот сейчас запомнила! - обидчиво сжала кулаки Анна, дико напоминая сейчас мужчине самого себя, - Да и как увидела его - сразу поняла. Он! - Не знаю, почему... - совсем тихо пробурчала сестра, - Вот только был он не один. - А с кем? - недоверчиво уточнил Реджи. - С мужчиной. Странным, - неуверенно пожала плечами сестра, - С волосами цвета жвачки. Лохматым таким. Смешным. В фиолетовой пижамке и с плюшевым котиком в руках. Он танцевал. Вот так... Анна изобразила абсолютно дикие движения. Потопала ногами, как медведь, побила себя в грудь руками, словно орангутанг, и достаточно пошло покрутила бедрами. Это были толчки вперед и назад? Реджи обескураженно потер переносицу. Ему стоит задать вопрос воспитательнице? Или отдать Анну в танцы? - Котик, - стараясь не засмеяться, произнес Реджи - разумеется, сестре он не поверил, - А Великолепный Змей тоже был в пижамке и танцевал? - Нет, конечно! Он серьезный! На него можно положиться, - надула губы Анна, - Он сидел на земле и махал мне рукой. Опирался на ствол дерева... Красивый! В кожаной курточке и голубых джинсах! Драных таких! Даже шрамы на ногах было видно! Маму не слушался, наверное, и падал! А глаза у него синие-синие! Реджи вздрогнул и сглотнул. Шрамы? Синие глаза? - А что они сделали потом? - с затаенной надеждой прошептал мужчина, - Ты подошла к ним? - Тот странный все танцевал, - тяжело вздохнула, словно старушка, Анна, - А Великолепный Змей похлопал себя по груди и указал на меня. Я думала - зовет меня, побежала к ним, а они исчезли! Я только моргнула... Кажется, сестра была искренне расстроена. Вот-вот заплачет. У Реджи тоже упало сердце. Теперь он сомневался, что фантазерка Анна выдумывала. Синие глаза и шрамы - это ничем не перебить. Но что это было? Чья-то глупая шутка? Мираж? Видение? Реджи помотал головой. Он не мог больше ни во что верить. Неудача убила бы его. Поэтому мужчина выбросил все из головы. - Пойдем спать, Ан? - едва слышно прошептал он, - Уже поздно... Сестра, на удивление, не спорила и не капризничала, будто ощутив настроение Реджи. *** Анна уснула быстро, а вот Реджи ворочался - ему никак не удавалось найти удобное место, чтобы свернуться на левом боку клубочком. В голове витали странные мысли - он никак не мог ухватить их за хвост. Задремал мужчина лишь ближе к утру. Ему приснился страшный кошмар. Сирруш Готхольд стоял у его кровати и тянул к нему обожженные и окровавленные руки - Реджи пытался поймать его ладони, но в последний момент они испарялись у него прямо перед носом. В груди Сирруша зияла дыра. Сквозь нее были видны серые обои в спальне Реджи. Колдун умолял: - Помоги! Мне так больно! Реджи пытался прижать к его груди одеяло, но кровь все равно бежала, а Сирруш умирал. Мужчина ничем не мог ему помочь... и тогда Колдун погружал руки в дыру у себя на груди, пытаясь расширить ее и вцепляясь пальцами в свои сломанные ребра. В конце концов, мучаясь от боли и хрипя от криков, Реджи провалился в темноту, а вынырнул уже в другом сне. Сирруш вновь стоял рядом с его кроватью, но другой, не такой, каким был в первом видении. У Колдуна были белые волосы. Он застыл полубоком к Реджи, рассматривая фотографии родителей и Анны на стене спальни. Колдун был одет странно, как для сна. Фантазия Реджи на такое способна? На Сирруше было все черное, кроме обуви. Длинная туника ниже колен, но с треугольным вырезом спереди, открывающим низ живота, брюки из змеиной кожи и серебряные массивные кроссовки. - Тебе снятся кошмары. Сожалею. Я был вынужден вмешаться, - глубоким голосом произнес Сирруш, а потом резко сменил тему, - С первого взгляда ты похож на отца, но что-то есть в тебе и от мягкости матери. Колдун развернулся к Реджи лицом. Точно Сирруш! Такой, каким мужчина его знал. Почти такой. Одно отличие - волосы, ресницы и брови - совершенно белоснежные. Так непривычно... Сирруш подошел к нему ближе и положил на его шею ладонь. Реджи задрожал. Воздух наполнился ароматом тысячи роз, крови и грозы. - Такой красивый, - шепнул Колдун, - Безумно, - его обожженный палец прошелся по губам мужчины, - Но ты - не для меня, верно? Так жаль... Жаль, что твоя душа не может принадлежать мне. Сирруш осторожно убрал руку с шеи Реджи, но мужчина, приподнявшись, вернул ее на место. - Да нет! Она твоя! - горячо возразил Реджи, - Мы же заключили договор! Клятву! Все мое тело - твое. Сирруш лишь рассмеялся. - Нет, птенчик, души отдают не по договору, - покачал головой Колдун, - Побереги свою до лучших времен. Как и свое сердце. В воздухе закружились лепестки роз. Наконец-то они, а не душный табак! - Табак прекрасен, - мягко усмехнулся Сирруш, да, он читал его мысли, - Действительно люблю его. Не только потому, что он отлично перебивает другие запахи. Достойный цветок. Но розы... Розы! Восхитительны! Они - мои. - Белые - твои? - робко уточнил Реджи. - Да, белые и синие. Чуть меньше чайные. С желтыми и красными - хуже, - нежно улыбнулся Сирруш, - Не знаю, честно, связано ли это с моей внешностью. Сутью моей мамы были алые. Уверяю тебя, такой цвет ассоциировался с ее характером, разве что. - Твоя секретарша сказала, что ты не любишь розы! - недовольно буркнул Реджи. - Моя кто? - поднял брови Сирруш. - Рыжая такая, - с небольшой обидой пояснил мужчина. - О, это Элизабет, - фыркнул Колдун, - Она не секретарша. Скорее, зам и друг. Она соврала, Реджи. Это ее работа. Я обожаю белые розы. Прямо такие, как мои волосы... - Ты блондин? - вырвалось у Реджи, - Почему ты красишься? - Так было нужно, - помрачнел Колдун, - На самом деле, мне привычнее брюнетом. Но иногда мне хочется почувствовать свою связь с мамой. У нас никогда не было иного внешнего сходства, кроме цвета волос. Реджи хотел спросить про его родителей, но внезапно оробел, зато поинтересовался другим. Все равно же сон... - Ты вроде потомок древней и богатой семьи, - нахмурился Реджи, - Зачем тебе нужно было столько денег? - а потом задумался, - Подожди... Все твои родные должны быть Проводниками смерти, нет? Так говорил Леон. Откуда у твоей матери тотем - роза? А у тебя откуда? Ты же не травник, не целитель, верно? Сирруш ничего не ответил. Лишь мягко усмехнулся и положил свою ладонь на лоб Реджи. - Спи, птенчик, - проворковал он, и мужчина провалился во тьму. Реджи очнулся, когда за окном было совсем светло. Уже начинался день. В квартире стояла тишина. Значит, Анна пока не проснулась. Можно было расслабиться. Ох, и странный же сон ему снился! Лучше бы ему вновь привиделся кошмар. Как будто к нему на самом деле приходил Сирруш... Но ведь это было не так! Реджи уткнулся носом в мягкую подушку и, приоткрыв глаза, случайно увидел на ней короткий волос. Не его волос! У Реджи были темнее. Да и у Анны не настолько белоснежные... Мужчина подорвался с места и завертелся. Такого не может быть! Или может?! Реджи автоматически нащупал оберег на шее и с благоговением дернулся. Он был теплым.