an apple a day

      Некоторые дни длиннее остальных.       Конечно рабочее время все то же, но порой, кажется, будто оно тянется вечность.       Клиника Hope закрыта по четвергам и воскресеньям. Воскресенье — это выходной день, но по четвергам доктор Чон работает в педиатрическом отделении в местной больнице несколькими остановками отсюда.       Хосок всегда приходит домой поздно по четвергам. Юнги обычно дожидается его, но порой он не выдерживает и засыпает от усталости. — Там платят немного больше, — однажды бормочет в подушку Хосок, — мне просто нужно поработать там, пока я не выплачу все долги. — Я же сказал тебе, что могу просто заплатить их за тебя, — ворчит Юнги, пока его рука поглаживает шею Хосока.       Хосок качает головой. — Позволь мне справиться с этим самому, хен. — Ты будешь переутомляться.       Хосок поворачивается лицом к Юнги, с прижатой к подушке щекой и улыбкой. — Хорошо, что у меня рядом есть ты, чтобы остановить от этого.       Его рука поднимается, чтобы накрыть руку Юнги на его плече, и подносит ее к лицу, чтобы он мог прижаться к ней.       В особенно долгие дни, Юнги выползает из кабинета, и прижимается к стене. — Сколько там еще сегодня? — спрашивает он помощницу. — Пять, — отвечает Джиу. — А завтра? — Восемь, — смеется она, когда Юнги ругается себе под нос, — я подбадриваю вас, доктор Мин. — Просто скажи, что хочешь прибавки, — бормочет Юнги, когда прислоняется головой к стене, — мне уже кажется, что я что-то слышу. Эти дурацкие шейкер- игрушки и все такое. — Там ребенок с плюшевым жирафом около клиники, доктор, — говорит Джиу.       Юнги поднимает глаза и видит ребенка, который едва передвигается самостоятельно. Одна рука в руке матери, в то время как другая держит очень знакомую игрушку.       Он щурится, это что… мистер Тото из Африки?       Это должно быть он. Родители Хосока отправили ему набор мягких игрушек, когда он открыл клинику. Это был первый раз, когда они связались с ним после ссоры за год до того как Хосок закончил обучение. Мистер Тото из Африки сидит рядом со стаканом с ручками на столе. — Это работает, как какое-то волшебство, хен. — сказал Хосок с самым радостным голосом и яркой улыбкой, — дети обожают его так сильно, что совсем отвлекаются.       Хосок правда дорожил этой игрушкой, так почему ребенок уходит вместе с ней?       Скорее всего он дал ей мистера Тото поиграть, но забыл вернуть, когда они закончили? Насколько уставший Хосок, если он такое забыл?       Как по волшебству, девочка вдруг бросает игрушку, когда ее мама говорит ей идти быстрее, и бедный жираф оставлен один на холодном полу. — Я в уборную — объявляет Юнги, отталкиваясь от стены и выходя из клиники. Джиу видит, как он нагибается, чтобы поднять игрушку и понимающе улыбается.       Стойка регистрации пуста, но «Let It Go» начинает играть, как только Юнги открывает дверь, и он строит гримасу в отвращении. Звучит автоматический голос « Добро пожаловать» и он направляется в кабинет доктора Чона, сначала заглядывая в щелку, чтобы проверить наличие пациента, прежде чем полностью открыть дверь. — Простите, вы записывались на прием? — спрашивает Хосок серьезным тоном, листая его тетрадь записей, — ах, Юнги-я, тебе пора навестить взрослого доктора, ладно? Ты теперь большой мальчик.       Юнги хихикает, входя в кабинет. — Больше нет места для 26-летнего ребенка?       Хосок устало смеется. — Нам уже пора? — Хосок оттягивает рукав халата, чтобы посмотреть на часы и дует губы, — сейчас всего 2 часа…       Он смотрит на Юнги. — Чем же я тогда обязан, доктор Мин?       Юнги вытаскивает игрушку из кармана и трясет ей перед Хосоком.       Глаза Хосока загораются на это. — Мистер Тото из Африки!       Он забирает игрушку из рук Юнги и возвращает на место. — Как он попал к тебе? — Твоя пациентка забрала его и уронила у моей клиники, — объясняет Юнги.       Что-то кажется, щелкнуло в голове Хосока. — Ах, де-черт, ладно.       Он проводит рукой по волосам и вздыхает, — Не понимаю, почему я такой уставший сегодня. — Возможно, потому что ты лег спать в два часа прошлой ночью, — ворчит Юнги, — что ты вообще делал? — Несколько случаев в больнице вчера заставили меня задуматься, — Хосок пожимает плечами, — такое ощущение как будто мое присутствие там их не радует.       Юнги фыркает. — Ты что пустил неудачную шутку или?       Хосок отрицательно качает головой, — Если бы. Они снова урезают мне зарплату.       Смешок в горле Юнги тут же затихает, — Сок…       Он становится за Хосоком и проводит руками по его плечам, прежде чем начинает нежно массировать их. Он так напряжен. — Как долго тебе еще работать там? — шепчет Юнги. — На самом деле, до конца этого месяца, — отвечает Хосок, — и тогда я стану работать здесь по четвергам. — Или ты можешь просто оставить четверг еще одним выходным, — предлагает Юнги, — одного дня недостаточно для тебя.       Он ожидает, что Хосок начнет отпираться и говорить, что все нормально, но к его удивлению, Хосок мягко кивает, — Я подумаю над этим.       Его руки находят руки Юнги, прежде чем он поворачивается на стуле лицом к нему. — У тебя есть слюна на рубашке? — вдруг осторожно спрашивает он.       Юнги морщит нос. — С чего бы мне иметь слюну на рубашке? — Откуда мне знать? — Хосок пожимает плечами, — много всякого зубного шипения, повсюду множество слюны и всякой жидкости. — Зубного шипения, — Юнги качает головой в недоумении, — Ну, существует такая вещь, которая называется халатом, тебе должно быть знакомо. Ты тоже такой носишь, — также замечает он. — Так никакой слюны? — спрашивает Хосок снова       И когда Юнги подтверждает, что никакой слюны нет, его руки скользят к талии Юнги, и он тянет своего мужа за шлевки, уткнувшись в его мягкий живот. Юнги тихо хихикает, прежде чем его руки тянутся, чтобы расчесать волосы Хосока. — Спасибо, что спас мистера Тото, — говорит Хосок в живот Юнги, прежде чем поцеловать его. — Это был моральный долг, — говорит Юнги, — а вообще тебе нужен помощник, чтобы разбираться с делами по регистрации, ты делаешь слишком много. — У меня был бы помощник, если бы ты не украл Джиу у меня. — Это не моя вина, что она выбрала меня. — Ты подкупил ее бесплатными осмотрами, придурок, — Хосок слегка ударяет талию Юнги, — Она хорошо находит общий язык с детьми. Ты знаешь, как долго я искал кого-то кто молод и ладит с детьми? — Я могу попросить ее поговорить с ее друзьями, если хочешь, — предлагает Юнги, — она, возможно, общается с добрыми людьми, так? — Спорно, но хорошо. Я не против этого.       Он отстраняется от живота Юнги, но его руки остались на талии. — Когда у тебя следующая запись, хен?       Юнги хмыкает, — Через полчаса, думаю — Моя через десять минут, — Хосок хмурится, — останься со мной здесь до нее? Если только они не придут раньше…       Отдаленный звук пения ребенка разбивает все планы, которые задумал Хосок и он стонет, — Проехали.       Юнги смеется, — Держи себя в руках, доктор.       Как только он собирался опустить руки Хосока, эти же руки опустились и схватили его задницу. Юнги прикрикивает в ответ, слегка ударяя Хосока по плеч. — Думай что делаешь, паршивец. Сейчас не то время и место.       Хосок хихикает у его живота и наконец, отпускает. — Подожди, хен, — зовет Хосок, вскакивая, как только Юнги направляется к выходу.       Он подходит и легонько берет лицо Юнги в ладони, поворачивая в сторону, чтобы он смог оставить один маленький поцелуй в скулу, прежде чем отпустить его. — Твоя награда за спасение мистера Тото.       Юнги, сдерживая улыбку, кивает и открывает дверь. Хосок вдруг снова опускает руки на его задницу, и Юнги поворачивается, чтобы стрельнуть в него пристальным взглядом, когда, наконец, выходит. * * *       Обеденный перерыв для обеих клиник — с 12 до 2 часов дня. На два часа доктор Мин и доктор Чон либо поднимаются в ресторан двумя этажами выше, либо идут в торговый центр через улицу, куда ходят большинство докторов на перерыв. Обычно они предпочитают есть в большом, но почти пустом ресторанном дворике на пятом этаже. Еда там дешевая, хотя никто не понимает, почему такие врачи, как они соглашаются на самое дешевое место, которое только можно найти.       Порой доктора Мина замечают сидящего в одиночестве, но он возвращается с контейнером с едой.       Есть дни, когда план Хосока настолько забит, что у него нет времени пойти на обед, или обед обрывается из-за особенного или экстренного собрания.       В такие дни, Юнги уходит есть один, и тогда возвращается с контейнером, после осмотра окружения, он заходит в клинику Hope Children в комнату отдыха, оставляя обед Хосока на столе, прежде чем он быстро выходит с натренированной скрытностью.       Бывают дни, когда Юнги настолько устает, что забывает об обеде, просто тащится в комнату отдыха и бросает себя на диван, сбрасывая обувь. В такие дни, дверь тихо открывается, и теплые губы касаются его лба. — Спишь?       Юнги трясет головой, но остается с закрытыми глазами, ища на ощупь Хосока, пока он не может утянуть его на диван рядом с ним. Он чувствует, что его рука лежит на спинке дивана, и откидывает голову назад, чтобы положить на нее щеку. — Не голоден? — Юнги отрицательно качает головой и Хосок хихикает. — Тогда давай останемся здесь. Хотя он знает, что Хосок на самом деле не имеет это в виду, они все еще проводят немного времени просто сидя там. Юнги чувствует, как Хосок приближается к его лицу, и они мягко касаются носами. — Хен, — говорит Хосок, когда решает, что пришло время прекратить эту хрень, — Мы должны поесть. Вставай.       На отказ Юнги, он поднимает его брови, сдвигая их вместе, заставляя его нахмуриться и растягивая, заставляя его выглядеть грустным, хихикая при виде всего этого, пока Юнги не отмахивается от его рук и не встает.

***

      Субботы обычно самые длинные. Иногда проще, с 3 или может 4 записями, но также субботы могут быть заполнены до отвала с 20 записями, а то и больше, так как оба доктора плохи в отказах людям.       В такие дни, они заканчивают или ужасно усталыми или стрессуют по пустякам, или взвинчены и раздражены, и готовы огрызнуться на что угодно. Их перепалки по субботам более скупые, и подколки немного грубее, чем обычно. Хосок однажды разозлился на Юнги потому что его руки были слишком холодные, и Юнги бросил ответочку потому что Хосок не держал его за руку («чертов выскочка» назвал его Юнги). Они толкали друг друга локтями, каждый раз усиливаясь, что иногда заканчивалось тем, что они грубо толкали друга, пока им не становилось скучно.       Однако есть несколько способов расслабиться. — Ты устал, хен? — спрашивает Хосок у Юнги, когда тот выходит из душа. — Я всегда уставший, — бормочет Юнги, натягивая футболку. — Ох, — Хосок звучит разочарованно. Юнги стонет на это. — Чего ты хочешь? — …Ты не можешь подождать, пока я помоюсь? — он колеблется, — просто не ложись спать пока. Ох, — Конечно, — Юнги пытается быть беспечным, но его сердце уже колотится в груди, — как хочешь.       Обычно Юнги проводит время, валяясь на кровати читая книгу. Время от времени он останавливается, чтобы поправить спадающие на нос очки. Иногда он становится более нервным, и ни одно из слов в книге не впитывается в его голову, отвлеченный слабым пением Хосока из ванной.       Через несколько минут звук воды в душе затихает, очки Юнги снимаются с его лица и он быстро отмечает, на чем остановился в книге, прежде чем убрать ее, пока Хосок устраивается на его коленях, только вернувшийся из душа. Волосы Хосока все еще мокрые, и Юнги чувствует, как капли воды падают на его щеку, когда они целуются, но ему плевать.       Иногда тепло это больше состояние души, чем теплота. Тепло— это мягкие губы Хосока, запах их тел, Хосок на нем, и его жаждущий звук, когда руки Юнги опускаются вниз, чтобы нащупать его задницу. Тепло — это Хосок, который неожиданно смеется в поцелуй, потому что Юнги делает что-то глупое, или когда поцелуи на его шее так легки, что они щекочут, когда он чувствует себя так легкомысленно и взволнованно, что смеется. Тепло — это звуки, которые издает Хосок, стоны и всхлипы, шептания на ухо Юнги, и губы задевающие его. Тепло — это Хосок ,воркующий на бледность живота Юнги, когда он снимает их одежды, Юнги говорит ему заткнуться и Хосок целует его выпирающую тазовую косточку в извинение. Тепло — это Хосок, и сама мысль о близости друг к другу.       В такие ночи, Юнги чувствует себя очень, очень тепло.       Есть столько способов расслабиться.       Хосок толкает Юнги локтем. — Я купил кое-что новенькое сегодня.       Юнги ухмыляется. — Это сексуально? — Очень сексуально — По какому поводу? — Завтра выходной. Мы можем не ложиться столько, сколько захотим, — Хосок шевелит бровями. — Что скажешь, хен? — он поворачивается к Юнги, — хочешь поиграть?       Юнги облизывает губы. — Конечно. — Позволь мне дать тебе взглянуть, — Хосок открывает сумку в руке, чтобы Юнги мог взглянуть, смеясь над тем, как у Юнги отвисает челюсть. — Я- ты не…. — Ох, я да — подмигивает Хосок. — Господи, — стонет Юнги, — я надеюсь Чимин спит, как мертвый. Ты будешь громким.       Хосок пожимает плечами. — Он всегда может присоединиться. — Ага.       Коридор никогда не казался таким длинным.       После часа, как они начали, Юнги падает обратно на диван, тяжело дыша, пока вытирает пот со лба. — Я все. Меня больше не хватит. — У тебя нет никакой выносливости, — он скрещивает руки на груди, хотя тоже тяжело дышит.       Он тычет Юнги в колено, — Да ладно, хен. Еще один раунд. — Я физически не могу встать, — Юнги еще больше погружается в подушки.       Хосок фыркает. — Ладно.       Он поворачивается, чтобы взять контроллер PS4 и выйти в меню the Dance Dance Revolution, а потом и вовсе выключить телевизор. — Это была хорошая инвестиция кстати, — говорит он, присаживаясь на корточки, чтобы сложить танцевальный коврик, отсоединяя кабель и засовывая его в шкаф. — И выражение твоего лица, когда ты увидел это было просто бесценно. — Никогда бы не подумал, что буду играть в аркадные игры в моей гостиной, — подтверждает Юнги, — как ты умудрился найти? — Ну, это заняло у меня немало времени, — говорит Хосок, — и это того стоило. — Ага, — смеётся Юнги, — Я люблю тебя       Он смотрит вверх и видит широкую улыбку Хосока, ту самую в которую он готов влюбляться снова и снова. — Я тоже тебя люблю.